Второй удар

Дыхание Чарли быстро сбилось. Руки дрожали. Липкая чёрная кровь окрасила её алый трезубец, стекая по рукояти и пачкая руки принцессы. За спиной разносились громкие волчьи взвизги и быстрые автоматные выстрелы, они сливались в единый ком какофонии, который едва проникла в её разум из-за шока. Минута. Нет. Даже меньше. За каких-то несколько десятков секунд все перевернулось с ног на голову. Последняя ниточка к мирному исходу лопнула, когда небольшая стая огромных гончих игнорируя крик продолжила бежать к ним и тогда она услышала громкий выкрик Кармиллы — «Огонь!». Выпущенные быстрой очередью пули столкнулись с адскими псами и те громко визжа и скуля падали, окрашивая под собой землю в чёрный цвет. Некоторые не смотря на раны, продолжали бежать, находясь в своей полной демонический форме, они кинулись на грешников повалив и вцепившись клыками в горло. Чёрные щупальца Аластора, хватали волчьи фигуры и сжимал с такой силой, что кости с громким хрустом ломались. Отвлекаясь на пострадавших и крики, младшая Морнингстар едва успела среагировать, услышав громкий лай рядом. Руки автоматически направили оружие и использовав всю силу, колья трезубца слишком легко пробили шкуру демона у основании шеи. Захрипев из звериной пасти полилась та же кровь, а глаза с ужасом уставились на принцессу, словно это она вторглась в их дом и пытается навредить близким. Легко. Чарли не понимала. Это не впервые её руки были запачканы чёрной кровью демона, но впервые кто-то был убит именно от её собственных рук. Не Шарлин, не другая сила не перехватывала её тело, от того Чарли ещё больше была в замешательстве. Она ведь должна чувствовать горе? Небо не раскололось, молнии не ударили, а внутри ничего не сжалось от ужаса. Чарли Морнингстар — ничего не почувствовала. Она помнила каждое убийство Шарлин, досконально. Они преследовали её в собственных кошмарах, где сущность пропадала, оставляя её наедине с безмолвными трупами, которые осуждающе смотрели ей в глаза и тихо шептали «лицемерка». Но после каждого кошмара, утром принцесса видела довольные и счастливые лица постояльцев. Именно это? Она стала настоящей убийцей, ради своих постояльцев? Поэтому внутри вместо жалости и сострадания, закипает злоба и раздражение? — Чар-Чар, что же ты делаешь? Ты действительно готова пойти против собственный семьи, ради какой-то кучки мусора? — раздался неподалёку весьма знакомый голос, полный неодобрения и разочарования. — «Семьи»? — Чарли не поверила собственным ушам, посмотрев на нависшую над ними владыку Обжорства, — Это шутка какая-то?! Ты напала на отель! На мой дом! — АД ТВОЙ ДОМ! — громко перебила лисица, оскалив пасть, её фигура увеличилась в три раза, гигантом нависая над принцессой и тыкая пальцам, — МОРНИНГСТАРЫ ЗАБЫЛИ ОБ ЭТОМ?! ВАМ ВАЖНЕЕ ГРЯЗНЫЕ ДУШЕНКИ, ЧЕМ СОБСТВЕННЫЙ НАРОД! ПОСМОТРИ ЧТО ВЫ УСТРОИЛИ?! СКОЛЬКО ДЕМОНОВ ПОСТРАДАЛИ ОТ ВАШЕЙ ГОРДЫНИ?! Грех указала на мертвую гончию у её ног, на что принцесса сжала зубы. — Отель никак не мешал вам! — Отель — прямая угроза! — снова перебила та, ударив своей лапой об землю, отчего присутствующие ощутил дрожь, — Вы увеличиваете численность врагов! — Это не правда! Рай не враг Аду! Праведники не могут воевать! — влез Авель, отчего шерсть Би встала дыбом, а пасть ещё шире оскалилась. — ТЫ! СЫН АДАМА! СМЕЕШЬ ПРЕДСТАТЬ ПЕРЕД МНОЙ В ШЛЕМЕ ИСТРЕБИТЕЛЕЙ?! — О-ей, — он едва отлетел, огромная челюсть клацнула воздух в том месте, где второй сын был секунду назад. — ПРЕКРАТИ БИ! — попытка принцессы успокоить провалилась. Нечто тяжелое и металлическое полетело в голову. Лезвие секиры запросто отрезало левое ухо Греха, вызывая у той животный взвизг. В то время как оружие сделав полу круг, вернулась обратно владельцу и Каин самодовольно улыбнулся, наблюдая как великанша прижимает лапой кровоточащую рану. — Ну-и-ну, я едва узнал тебя! Сбросила… — глаза первого сына прошлись по фигуре Греха, -…пару тысяч тон? Не спорю, перейти с говна на мед, было пожалуй одно из лучших твоих решений. — ТЫ! ТЫ ЕЩЁ ЖИВ?! Каин слишком легко увернулся от направленного кулака, улыбка стала ещё более широкой и самодовольной. — Не могу понять, почему все решил будто, такой великолепный и великий человек, как я, мог незаметно сгинуть? О нет-нет-нет! Если уж и сгинуть, то сделать это необходимо с таким размахом, чтобы запечатлеть свой неотразимый облик вечно! Пасть Вельзевул громко клацнула, но тут же с болью раздался ещё один скулеж, когда секира рассекла губы, оставив кровоточащую полоску. Громкий и оглушающий вой Греха сотряс землю, заставляя всех терять равновесие. — ОСТОРОЖНО! — крик Чарли повис в воздухе, глаза округлились, когда Би вдруг кинулась к грешникам Кармиллы и игнорируя выстрелы, сожрала сразу троих. — Не отступать! Держать строй! Стрелять в голову! — кричала Оверлорд, с отвращением смотря как огромная демоница с чавканьем и хрустом съедала подчинённых. — Кармилла! Не выходит! — панически закричал грешник, наблюдая как все пули вырезались в некий липкий барьер, который покрывал все тело Вельзевул, — Нужно… Несколько рук волчицы схватили ещё двух, собираясь кинуть в пасть, но Авель вихрем пролетел, своим копьем отрубая конечность, освобождая пленников. Никто даже не успел обрадоваться, ведь вместе с криком боли, они увидели как конечность начала быстро восстанавливаться. — Почему? — тихо прошипела Чарли, растерянно смотря на ещё более разгневанную Би, — Почему ангельская сталь не работает? — Несколько вариантов, — ответила Кармилла, ни один мускул на лице не дрогнул, когда Вельзевул вдруг потянулась к телу гончий и с очередным громким чавкающим звуком проглотила тело собственного создания, — Качество стали. Возможно, перековка сказалось на качестве, а может, все дело именно в самом Греха и ее могущества. — Но тогда как нам её победить? — Это ВЫ у меня спрашиваете? — в голосе у Кармайн появились нотки недовольства, — На моей памяти Грехи, до этого дня, не ввязывались в драки. Я без понятия что стоит ожидать и какими силами владеет противник. И если ВЫ этого не знаете, тогда постояльцем осталось недолго. Чарли с ужасом посмотрела на храм, представляя гору трупов постояльцев. Би снова нацелилась на Авеля, с громким ревом та полетела в его сторону, но резко в бок прилетел удар с такой стороны, что её откинуло в сторону. Боль пронзил лопатку, становясь все более острой и невыносимой. Большая голова Вельзевул повернулась на все девяносто градусов и с неверием уставилась на напавшего, который продолжал погружать свое оружие в плоть. — Чар-Чар?! — Я не могу это позволить, — глаза принцессы были мокрыми, но не смотря на слезы, её руки покрылись алой броней и со всей силы она устремила свой трезубец вниз, вызывая у Греха громкий взвизг, — ОНИ МОЯ СЕМЬЯ! — ГЛУПАЯ ДЕВЧОНКА! — одна из рук выгнулась под неестественным углом и со всей силы отшвырнула Чарли, — ПРИДЁТСЯ МНЕ ЗАНЯТЬСЯ ТВОИМ ВОСПИТАНИЕМ, РАЗ ЛЮЦИФЕР НЕ СМОГ! — Не смей говорить так об моем отце! — разгневанная Морнингстар, сразу поднялась и снова кинулась на Грех, на что та взлетела выше. — Прошу меня извинить, — пробормотал Авель и зажмурившись из его рук вылетел светлый луч врезавшись в барьер, но своей силой заставил великаншу упасть обратно, пока вовсе тот не начал трескаться, словно золотая скорлупка. Мышцы Каина напряглась, использовав всю силу, лезвие секиры с неохотой прорвало барьер и с громким чавканьем опустилась на заднюю лапу. Темные щупальца вылезли из-под земли и путами сковали тело. Аластор с жестокой усмешкой выпустил своих миньонов, которые начали кромсать и кусать плоть великого демона, издавая злые смешки. — Огонь! — под приказ Кармиллы все грешники принялись стрелять в необычное туловище с янтарной жидкость, которое быстро треснуло и через образовавшиеся щели нектар стекла вниз смешаясь с чёрной кровью на земле. Чарли быстро оказалась рядом, замахнувшись трезубцем устремила его испачканные колья прямо в один из основных глаз. Очередной мощный вой откинул их как насекомых. Даже окружающий барьер отеля начал трескаться и один из самых слабых слоев просто лопнул. Чарли тихо застонала от боли, чувствуя как жжется кожа от слюны Вельзевул, прожигая одежду и оставляя на теле уродливые следы, которые начинали образовался в волдыри. С широко распахнутые глазами, Морнингстар с ужасом наблюдала, как вместе с воем появлялся противное жужжание исходящее прямо из глотки Греха. — Больно! Так больно! Мой животик! Он так сильно болит! — когда-то приятный и звонкий голос преобразовался в нечто неузнаваемое, — Я всех вас… сожру… Плача, глаза Би начали становится больше, настолько, что казалось вот-вот выскочат из глазниц как мячи, покрытые тёмной сеткой. Крылья округлились и стали ещё больше. Яркий мех потускнел и начал отпадать, оголяя сверкающий хитин. Приятно пахнущий золотой нектар вытекающий из торса, вдруг стал едким и настолько мерзким, что близ стоящих грешников стошнило. Конечности удлинились и стали более тонкими. Большая пасть ещё шире разомкнулась, игнорируя края губ, разрывая до самого горла, из которого тёмной тучей начали вылетать рой громко жужжащих насекомых. — Ну я же не говорил не трогать живот, — тихо пробурчал Каин, не особо удивлённый ужасающей метаморфозой, — Наступила вторая фаза главного босса, да? Рой мух спикировал вниз прямо на грешников, с огромной быстротой они вихрем окружили тела и под крики полных агонии заживо принялись поглощать плоть, используя хоботки как маленькие насосы для поглощение крови и магии. Аластор успел накрыть их небольшую компанию щитом, но насекомые также облепили и принялись с усердием поглощать магию, как и барьер отеля. Казалось бы ситуация была хуже не куда, как вдруг Шарлотта услышала знакомый шепот и ноги подкосились от нахлынувшей слабости, отчего слезы брызнули и покатились по щекам, а алая броня на одной руке треснула и рассыпалась, оголяя кожу с вздувшимися волдырями. «Чарли, я немного одолжу у тебя сил.» — Нет, Шарлин, только не сейчас, — плаксиво прошептала она, чувствуя как медленно погружается в отчаяние, — Даже с полной силой у меня… — Что будем делать? — Авель опустился рядом с братом, тяжело дыша и испуганно смотря, как Вельзевул начала вырываться из пут. — Ну, чтобы угомонить обжору, нужно снести голову, конечно это её не убьет, но даст перерыв минут пятнадцать. За это время, нам необходимо произвести быстрый обряд экзарцизма и запечатать сучку. — О! Хороший план, но… — Авель сглотнул, осматривая поле боя, — Проблемы уже наступают с первой частью, не говоря о том, что необходим очень сильный экзорцист, чтобы суметь запечатать один из Семи Грехов! И где взять сосуд?! — Что-ты раскричался? — Каин недовольно скривился и потёр ухом пальцем, показывая как сильно младший травмировал его нежные барабанные перепонки, — Справимся с тем что есть. Нам не надо запечатывать её пожизненно. Хватит неделю или даже несколько дней в каком-то корыте. А силы… Ну… Ты ведь знаешь какие-то молитвы против демонов? — Конечно! — Авель выглядел даже возмущённо, — Почти любая молитва, если она произнесена с чистым сердцем и добрыми помыслами, несут в себе свет Господний! — Эй, принцесска! От старого прозвища, Чарли дернулась как от пощёчины и мокрыми глазами посмотрела на сводного брата. — Придётся включать твоих постояльцев в план, — он указал большим пальцем на храм, — Пусть они хотя бы читают священные стишки. — Что? — она определено все ещё была подавлена, едва понимая что от нее требуют. — Срань Господня, вытри нос, у нас тут эпическая вековая битва, а дочь Люцифера пускает сопли, — скривившись, быстро толкнул в бок брата, — Дай ей платок, или пусть твоим платьицем вытрется. — Это не платье, — тихо буркнул тот, быстро протянув платок, который быстро испачкали. — Разве молитвы грешников сработают? — охрипшим голосом спросила она. — У тебя есть план по лучше? — с вызовом спросил тот, на что получил грустный отрицательный кивок, — Тогда действуем по моему плану… Эй! Иглоножка! Нашла время поболтать! Все головы повернулись в сторону Кармиллы, но та продолжила тихо отдавать приказы а мобильный телефон и что-то подтвердив, закрыла телефон. — Я все слышала, впредь не смей меня так называть, — вздохнув, женщина поправила чёлку и что-то нажала на телефоне, — Аластор, я поделюсь с тобой энергией для барьера. — Уж будь любезна, — прохрипел тот, находясь на последних сил, стараясь держать барьер и при этом отвлекать Грех своими миньонами. — Приготовьтесь, пришлось прибегнуть к помощи новым образцам, — положив руку на плечо радио-демона, рука Кармиллы начала источать сечение, отчего барьер несколько раз сверкну металлическим отливом. — Каким ещё… — не успел тот что-то произнести, как вдалеке послышался необычный хлопок, сопровождающимся свистом, который с каждой минутой становился громче. — Что?! — даже Вельзевул непонимающе уставилась на звук, её выпущенные глаза были направлены в небо. Чарли подняла голову, через тёмный барьер и рой мух, она смогла кое-что разглядеть, отчего челюсть невольно отвисла. Прямо к ним, по небу направлялись около десяток выпущенных мини-ракет, чей дым тянулся к той части города, где располагалась территория оружейного барона. — А сразу сказать было нельзя?! — раздраженный крик Каина, прервал громкий грохотом, когда первая ракета ударила рядом, вызывая сильную дрожь земли и громкий вой Би. *** В храме многие прижались друг к другу, испуганно подвизгивая, чувствуя каждый толчок земли. Среди них была и Пенни, что испуганно сжалась к старой каннибальше, тихо похныкивая. — Мисс Сьюзен, когда это уже прекратится? — тихо спросила она, дрожа словно осиновый лист, — Я хочу чтобы все было как раньше. Хочу снова в свою комнату. Хочу, чтобы мисс Мейберри и сэр Пентиус были рядом. Хочу чтобы все вернулось как раньше. Мне не нравится этот шум! — Юная леди, что за тон?! Леди не пристало жаловаться! — чуть повышенным тоном, произнесла она, своей худощавой рукой мягко погладив по волосам между круглыми ушками, — Леди — должны быть терпеливыми, когда необходимо — ожидают, когда надо — действуют. Леди — храбро сталкиваются с проблемами и превозмогают страхи. Истинные леди, всегда доверяют и верят своим друзьям. — Но если они проиграют! — плаксиво выпалила, на что получила весьма неодобрительный взгляд чёрных провалов. — Смешно! Это исключено! Шарлин — настоящая леди, а леди — всегда держат слово! Громкие хлопки заставили всех присутствующих повернуть головы. — Какая чудесная речь Сьюзен! Слова истинного каннибала! — многие тут же отшатнулись, узрев рядом образовавшуюся грешницу, быстро пропуская её к девочке и старухе. — Мне казалось, вы отправились в Гнев, дорогая Рози, — Сьюзен добродушно улыбнулась своему Оверлорду. — А, мясо бесов всегда занимало самые низкие места среди других видов. Жесткое и горькое, — многие импы оскалились каннибалу, но та словно не замечала прислуга, — В любом случае, меня попросили присмотреть за вами, а также кое-что передать. В её руках появился свиток, та лёгкой рукой передала её своей старой подруги и сразу отправилась к выходу. — К слову, я все же разочарованна, особенно тобой Хаскер, — она с издевательской усмешкой уставилась на бывшего Оверлорда, — Прятаться с женщинами и детьми, ладно импы и эти слабаки, но чтобы ещё и ты… Эх, походу правду говорят, ушла романтика, а вместе с ней и подвиги, остались только… трусы. Дверь захлопнулась. В зале, все ещё украшенный остатками свадебными цветами, ленточками и шариками, повисла тишина. — Это сейчас было не серьёзно? — тихо спросил кто-то из центра. Никто не ответил, только шелест раскрываемого свитка был слышен в тишине. — Ну, блядь, приплыли, — все с ужасом уставились на бывшего бармена, который, с явной неохотой, шёл к выходу. — О! Я тоже-тоже! — промелькнуло нечто маленькое и красное между ног, стараясь догнать крылатого товарища. Хаск быстро перехватил маленькую горничную. — Нет, Нифф, ты останешься здесь и будешь защищать! — Ну вот! Все веселье опять достанется тебе! — надулась та, гневно ударив ножкой в воздухе. — Эй! Но ведь Шарлин приказала… Мы не можем ослушиваться её! На это Хаск только усмехнулся. — Ну тогда я покидаю отель, — под всеобщим удивлением, тот лениво вытянулся и лениво потянулся зевая, — Если я больше не постоялец и не бармен, тогда имею право делать что хочу. Пакеда, лузеры. В тишине зала, очень громко звучал счастливый и звонкий голос бывшей горничной. — Пока-пока!