Пролог

      — Эта сумма для нас просто неподъемная, — сквозь всхлипы проговорила Гермиона сидя на кухне своей школьной подруги Джинни Уизли. — Господи, как можно быть таким идиотом, чтобы подставить всю семью под такой удар! — эмоции взяли над ней вверх, и плечи сотрясла сильная истерика.       Впервые в жизни Джинни не могла с ходу дать жизненного совета и помочь разрешить проблему. Ведь это была действительно серьезная проблема, с которой сталкивается далеко не каждый! Тут нельзя было набросать возможные варианты решения и думать, что может быть повезет. Тут стоял вопрос о жизни целой семьи, оказавшейся в сложной ситуации из-за глупого поступка одного дурака.       Гермиона утерла ладонями слезы, размазав следы от туши по щекам, и бросила умоляющий взгляд на подругу.       — Джин, ты…       — Прости, но таких денег у меня нет, — сочувствующе покачав головой ответила младшая Уизли. — Все, что у меня есть — это максимум несколько сотен долларов, но они – лишь капля в океане этого долга.       И Грейнджер уткнулась лбом в деревянный стол. Его холодная поверхность остужала хоть немного горячие мысли.       "Думай, Гермиона, просто думай!"       — Как ты думаешь, — безэмоционально спросила она спустя полчаса. Слез больше не было. Была лишь чертова усталость и желание выпрыгнуть из окна седьмого этажа. — Как ты думаешь… у кого можно одолжить такую сумму?...       Джиневра опустила на стол две кружки горячего чая чуть сильнее, и металлические ложки зазвенели, стуча о фарфор. Сев напротив, она поджала ногу под себя и бросила взгляд в окно.       Время давно перевалило за полночь, но ночной Лондон еще продолжал жить своей собственной жизнью. Фары, проезжающих по дорогам машин, отбрасывали желтые ленты света на стены маленькой кухни. Люди громко разговаривали и смеялись. Такое время обычно создано или для сна, или для прогулок.       — Ты не думала обратиться к Малфою? — наконец спросила Джин, но тихо и неуверенно, чтобы можно было не расслышать слов с первого раза, чтобы было время бросить болезненное “не знаю”.       Но Гермиона слышала каждый звук в этой студии, каждый скрип и каждое слово. Ее глаза впились в лицо Джинни, и та не удивилась их пустоте, она была ожидаема.       — Малфой?... Он… он не согласится. Не думаю, что он даже станет меня слушать… Не после всего…       — Ты так говоришь, будто у тебя есть сотня вариантов, — бросила в ответ Джинни, делая глоток чая. — За вопрос по голове не бьют. Может быть он поможет получить кредит от его банка, может даст в долг, может пошлет. Вариантов развития событий много. Но если ты не попробуешь…       — Может.       Сомнения не покидали Гермиону до последней минуты. И ведь причина этих сомнений была очень весомая. Малфой вряд ли бы простил Гермионе Грейнджер слова, брошенные ему в лицо много лет назад.