Треск под кожей

Утро в Найт-Сити всегда начиналось одинаково - с тусклого неона, пробивающегося сквозь щели в ставнях, и далёкого гула транспорта за окном. Маркус проснулся не от тревоги, как обычно, а от странного чувства покоя. Тишина. Даже имплант под черепом не гудел - редкая роскошь. Он некоторое время просто лежал, глядя в потолок. На столе поблескивали инструменты, аккуратно разложенные после ночной работы: отвёртки, микрощупы, пара тонких кабелей с переходниками - всё, что осталось после сборки его персональной станции. Маленький блок с гибкими антеннами тихо моргал зелёным индикатором - сердце его новой системы. На экране старого, но надёжного монитора вспыхнуло уведомление - входящее сообщение по защищённому каналу. Люцина: Ты не спал? Маркус: Немного. Решил довести до ума станцию. Люцина: ...Я долго думала о вчерашнем. Маркус: На крыше? Люцина: Да. Спасибо, что был там. Я не часто могу просто говорить. Маркус: Иногда разговор - лучший патч для системы. Люцина: Хм. Звучит по-стариковски, но… Правильно. Маркус: Старые протоколы всё ещё работают. Люцина: Не забудь сегодня поесть, хакер. Маркус усмехнулся и машинально коснулся шрама на запястье, оставшегося после старого импланта. Было странное ощущение - будто в этой переписке появилось что-то человеческое, хрупкое, не вписывающееся в холодный шум Найт-Сити. Он хотел ответить ещё что-то, но терминал издал короткий звуковой сигнал. На экране всплыло новое сообщение - метка от Мейна. Без приветствия, без эмодзи, без ничего. Только сухая строка: Сбор. Через час. База. Никаких пояснений. Никаких деталей. Маркус уставился на экран. Даже по короткому сообщению чувствовалось - что-то не так. Шрифт будто холодел, а между словами ощущалась сдержанная ярость. Тот тон, что появляется у людей, когда они перестают сомневаться, но ещё не начали бояться. Он вздохнул, закрыв переписку с Люси, и посмотрел в окно. Город за стеклом жил своей жизнью - неон, транспорт, шум, цифровой смог. Но внутри у него нарастало странное чувство тревоги, тонкое, как трещина под кожей. «Похоже, спокойные дни закончились.» Маркус встал, надел куртку, взял сумку со станцией и направился к двери. В углу экрана терминала всё ещё горело короткое сообщение от Люцина: Береги себя Он машинально кивнул в пустоту - будто в ответ ей - и вышел в утренний неон. Когда Маркус вошёл на базу, первым делом почувствовал атмосферу. Она была густой, словно воздух можно было резать ножом. Мейн стоял у голографической панели, сжимая в руках металлический кейс, пальцы судорожно подрагивали. Вены на шее натянуты, челюсть сведена. Его глаза - два холодных куска стали, выхватывающих каждого в помещении, будто врага. — Где Киви? — резко бросил он, даже не повернувшись. — Проверяет сеть — ответила Дорио, стоя неподалёку, скрестив руки на груди — Говорила, что кто-то лезет в каналы Биотехники. — Лезет, лезет... — Мейн скривился — Они все лезут. И слушают. Ты думаешь, мы свободны? — он сделал пару шагов, ударил кулаком по металлическому столу. Гул разнёсся по помещению — Нас пасут. Кто-то тянет за нитки! Я это чувствую. Ребекка, сидевшая на ящике с оружием, медленно подняла взгляд: — Может, тебе просто нужно поспать, а? Мейн метнул на неё взгляд, полный такого напряжения, что даже Ребекка осеклась. Пилар попытался разрядить обстановку: — Эй, шеф, если кто-то нас и пасёт, то, может, это фанатки твоих мускулов, хе-хе… Но не успел договорить - Мейн резко обернулся. — Заткнись, Пилар! Голос его был низким, глухим, будто сквозь него прорезался металлический скрежет. Пилар замолк мгновенно, отводя взгляд. Маркус наблюдал молча. Он стоял чуть поодаль, прислонившись к стойке с инструментами. Его взгляд скользил по движениям Мейна - микронапряжения в руках, подёргивающиеся мышцы лица, частое дыхание. Всё указывало на нестабильность. Люси, стоящая неподалёку, бросила на него короткий тревожный взгляд. Маркус ответил молча - взглядом, в котором читалось: «Я вижу то же, что и ты». Дорио, стоявшая ближе всех к Мейну, не выдержала: — Ты давно не проверял свой софт, Мейн. Может, стоит пройти диагностику? Мейн медленно повернулся к ней. На секунду показалось, что он ударит - мышцы напряглись, взгляд стал хищным. Но он просто зарычал, стиснув зубы: — Я в порядке! Слова отозвались эхом по ангару. Никто не осмелился заговорить. Даже Ребекка просто опустила голову, притихнув. Маркус сделал шаг вперёд, но не подошёл слишком близко. — Иногда то, что работает, всё равно требует калибровки — тихо сказал он, не повышая голоса. Мейн взглянул на него - взглядом, полным ярости, подозрения и усталости. — Не лезь, технарь! Я сказал, всё под контролем! Маркус кивнул. — Твой выбор. Но если почувствуешь сбой - не тяни. Слишком часто перегрев заканчивается плачевно. Мейн ничего не ответил. Он просто отвернулся и тяжело опустился в кресло, глядя в никуда. Дорио подошла к нему, положила руку на плечо. — Тебе нужен отдых. Мейн не ответил. Маркус смотрел на него, чувствуя, как в воздухе вибрирует тревога - будто вот-вот что-то треснет. «Это только начало. Он уже на грани.» Он посмотрел на Люси - та стояла с опущенными глазами, кусая губу. Похоже, она думала о том же. В ангаре постепенно стихал шум. Мейн ушёл вглубь помещения, к своим ящикам с оружием - проверял ленты, менял батареи, делал вид, что занят. Остальные старались не мешать. Даже Пилар, обычно не замолкающий ни на минуту, теперь просто сидел у терминала, тихо возясь с настройками прицелов. Маркус стоял у верстака, приводя в порядок инструменты. Его пальцы привычно двигались, сортируя кабели и микросхемы, но мысли были далеко - на лице Мейна, на его подёргивающихся глазах, на том, как он всё чаще сжимал кулаки без причины. Позади послышались тихие шаги. — Маркус — голос Дорио звучал хрипло, устало. Он обернулся. Она стояла, облокотившись на металлический ящик, скрестив руки. Свет от неоновой лампы выхватывал жёсткие линии её лица, усталые глаза, в которых не было страха - только тревога и решимость. — Он не спит — тихо сказала она, кивая в сторону Мейна — Уже третью ночь подряд. Слышишь, как скрипит хром, когда он двигается? Это не просто перегруз. Маркус кивнул - он слышал. Лёгкий металлический треск, словно детали под кожей начинали жить своей жизнью. — Перегрев систем? — Нет — покачала головой Дорио — Это его мозг перегревается. Он злится на всех, даже когда никто ничего не делает. А вчера… Он наорал на Ребекку, просто потому что она громко смеялась — она выдохнула, стиснув кулаки — Это уже не просто усталость. Это начало. Первые признаки киберпсихоза. Маркус молча посмотрел в сторону, где Мейн возился с броней. Его движения были резкими, механическими - без плавности, без чувства. «Да… Она права. Программы теряют синхронизацию с нервными петлями. Сигналы идут вслепую. Мозг горит» Он тяжело выдохнул, откладывая паяльник и микрозонд. — Ты хочешь, чтобы я его проверил? Дорио чуть расслабила плечи. — Да — она понизила голос почти до шёпота — Он слушает только тех, кому доверяет. Сейчас же... Сейчас он никому не доверяет. Но если ты скажешь, что это обычная проверка после апгрейда... Он не заподозрит. Маркус задумался. — А если заметит? — Тогда уже будет поздно — мрачно ответила она — Я видела, как это кончается. В один момент он просто перестанет быть собой. Они оба замолчали. Слышался только гул неоновой лампы и далёкие шаги Мейна. Дорио посмотрела на Маркуса пристально, почти умоляюще. — Я не прошу тебя чудес — сказала она — Просто скажи, насколько всё плохо. Пока он не направил пушки на нас. Маркус медленно кивнул. — Хорошо. Я попробую. Но тебе нужно держать остальных подальше. Он не должен чувствовать давления. — Сделаю — она развернулась, но перед уходом добавила — Только… Будь осторожен. Если он сорвётся - уйти ты не успеешь. Маркус смотрел, как она уходит, и мрачно усмехнулся. — История повторяется — пробормотал он себе под нос — Только теперь я чиню людей, а не машины. Он снова взглянул на свои инструменты, на кабели, на нейрошунты, аккуратно разложенные по ячейкам. «Ну что, Мейн. Посмотрим, насколько глубоко трещины под твоим хромом» В помещении стоял приглушённый свет. Маркус подключал последнюю пару тонких проводов к разъёмам на шее Мейна - толстым, как пальцы, разъёмам интерфейса, уходящим под кожу киберхребта. На столе рядом мерцали голографические графики и импульсные диаграммы - живое изображение того, как текут сигналы внутри человека, превращённого в машину. Мейн сидел неподвижно, скрестив руки на груди. Его тело казалось скалой, но глаза выдавали усталость и скрытую раздражённость. Маркус, стараясь держать голос ровным, произнёс: — Просто профилактика. Проверю нагрузку на интерфейсы и адаптацию нервных связей. Стандартная процедура после апгрейдов. Мейн усмехнулся, опуская взгляд: — Ты как врач. Только без белого халата. Маркус ответил короткой усмешкой, не отрываясь от панели. — Только у врачей пациенты реже ломаются. На экране вспыхнули первые импульсные линии. Синие волны, обозначающие прохождение сигналов по интерфейсам, были неровными. Пульсации шли рывками, словно электроника пыталась догнать хаотичные команды мозга. Обратная связь - та, что должна возвращать в нервную систему корректированные сигналы - запаздывала, а иногда просто исчезала. Маркус нахмурился. — …Слишком много помех на канале моторной регуляции. Нейросинхронизаторы не справляются. — Перегорели? — хрипло спросил Мейн, не оборачиваясь. — Не перегорели. Перегружаются. Он щёлкнул по клавише, и диаграмма увеличилась. На ней отчётливо виднелись импульсные пики - острые, хаотичные. — Смотри. Это центры агрессии. Они постоянно активны. Даже когда ты просто сидишь. Мейн усмехнулся, будто это был комплимент. — Значит, я бодр и готов к делу. Маркус закрыл глаза, глубоко выдохнул. — Нет. Это значит, что ты на пике перегрузки. Мейн повернулся, глядя прямо на Маркуса: — Если не снимешь хотя бы часть хрома - сорвёшься. И не заметишь, когда именно. В воздухе повисла тишина. Слышно было, как вентилятор в углу гудит, выдувая горячий воздух из оборудования. Мейн усмехнулся коротко, глухо: — Сорвусь? Ха. Я держу себя лучше, чем большинство чистых. Всё под контролем. Маркус нахмурился. — Контроль - штука коварная. Он заканчивается внезапно. Мейн резко поднялся с кресла. Кабели натянулись и с глухим щелчком отцепились. Его лицо застыло в натянутой усмешке, в которой не было радости. — Делай свою работу, технарь! Моё тело - моё дело. Он развернулся и направился к двери. — Мейн… — тихо начал Маркус, но тот не дал договорить. Дверь хлопнула так громко, что дрогнули голографические панели. Всё стихло. Дорио, стоявшая у стены всё это время, опустила голову. В её глазах не было слёз - только глухая тревога. — Он не слушает никого — сказала она, тихо, почти шёпотом — Но спасибо, что попробовал. Маркус посмотрел на панель, где графики медленно спадали в ровную линию. В ней больше не было импульсов. — Я видел таких раньше — пробормотал он — Они думают, что держат контроль… пока не почувствуют запах крови. Он выключил систему, отключил питание и остался сидеть в тишине. Неоновые лампы над ним мигнули, будто тоже устали от этой правды. В мастерской стояла полутьма. Только экраны и мягкий свет от голографического монитора освещали пространство. Маркус сидел за рабочим столом, опершись локтем о панель, другой рукой перебирая логи, файлы и данные, снятые с имплантов Мейна. Перед ним - десятки графиков: импульсные пики, нейронные ритмы, температурные колебания хрома. Он сопоставлял их с базой данных из сети, с медицинскими журналами, с форумами техников и риперов. Картина складывалась без утешений - перегрев, постоянная стимуляция центров агрессии, дестабилизация обратной связи. Он отметил последнюю линию красным и откинулся на спинку кресла. «Если не снимет хотя бы часть… Сорвётся» Тихо произнёс он, глядя на голограмму. На экране пульсирующая линия нейроактивности Мейна рвано дёрнулась - словно подтверждая его слова. Маркус выругался вполголоса, закрыл файлы и отключил интерфейс. В мастерской осталась только тишина, гул неоновых вывесок за окном и навязчивое чувство, что времени у них становится всё меньше. Утро в базе начиналось, как будто ничего не случилось. Воздух был густ от запаха масла, озона и нагретого металла. В углу гудел генератор, кто-то проверял оружие, кто-то латал броню. Только внутренняя тишина чувствовалась странно плотной - будто все ждали, когда что-то треснет. Мейн вышел из своей комнаты с тем же уверенным видом, что всегда. В руках - кружка с кофе, на лице - ухмылка. Металлические протезы на плечах чуть скрипнули, когда он остановился посреди зала. — Так, народ! Новая цель. Короткое задание. Проверим снарягу, не расслабляться! — сказал он громко, будто голосом хотел заглушить вчерашнее. Но никто не спешил откликаться с привычной бодростью. Пилар и Ребекка стояли у стены, переглядываясь и перешёптываясь. У Ребекки даже привычная дерзкая улыбка куда-то пропала. Дорио, стоявшая чуть поодаль, молча наблюдала за Мейном, как за человеком, которого в любой момент может выбросить за грань. Киви быстро пролистала данные в имплантах, что-то тихо пробормотала - и избегала встречаться с ним взглядом. Люси стояла рядом с Маркусом. Её глаза - настороженные, внимательные. Она не говорила ни слова, но Маркус чувствовал, как напряжён её взгляд. Мейн заметил его, шагнул ближе, хлопнул по плечу тяжёлой, холодной металлической рукой. — Спасибо за диагностику, чум. Ничего страшного, просто перегруз. Я знаю, где мой предел. Маркус выдержал паузу, взглянув прямо в глаза, где за отражением неона дрожало что-то тревожное. — Главное - не перепутай его с точкой невозврата — ответил спокойно, но с тяжёлым акцентом на каждом слове. Мейн усмехнулся, будто не услышал предупреждения. — Ты слишком серьёзен, технарь. Я в порядке. Он развернулся, направляясь к складу, где гремело оружие и собиралась команда. Когда остальные начали расходиться, напряжение в воздухе не ослабло. Пилар тихо пробурчал Ребекке: — Он реально думает, что всё под контролем? — Может, и думает. Но я видела, как у него глаза дёргались, когда он кофе наливал — ответила она шёпотом, бросая взгляд на Дорио. Та, не отвлекаясь от сборки автомата, тихо сказала: — Не провоцируйте. Просто держите дистанцию. Маркус шёл к выходу, чувствуя, как воздух будто давит, вязкий от скрытой тревоги. Люси догнала его, ступая бесшумно, как тень. — Он не вечен — произнесла она негромко, глядя вперёд — Мы оба это понимаем. Маркус молча кивнул, не сразу находя слова. Они вышли из помещения - на улицу, где неон отражался в лужах после ночного дождя. Город мерцал тысячами огней, равнодушный к тому, что внутри одной из его башен кто-то медленно теряет контроль над собой. Маркус посмотрел на Люси, потом снова на этот свет. — Да. Но попробую хотя бы задержать неизбежное — тихо ответил он. Люси не сказала ничего. Просто стояла рядом. И в этом молчании было больше понимания, чем могли выразить любые слова.