19. Шкатулка

      Чуя безумно гордился тем доверием, которым его одарил босс. И пусть многое пришло уже после предательства Дазая, Накахара ценил каждый благовольный жест в свою сторону. Служить верно организации и та, ответит тебе взаимностью. Он и воспринимать Мафию стал как семью, где урод — это Дазай и подобные ему предатели. Остальные младшие чины как неразумные дети, за которых они, исполнители, были в ответе. И даже Верлена он терпел с его «братишкой». Такая философия работала. И Чую всё устраивало.       Сегодня босс ему и Коё доверил важное — уборку в личных архивах. Чуя с Озаки перебирали бумаги с клиники, старые черновики, которые откладывались в сторону, как и рисунки Элис. Кто знал, на что способна способность человека, что руководил железной рукой.       — Как любопытно, — проронила Коё, доставая из дальнего угла книжного шкафа шкатулку. Обычная деревянная, которая тут же лишилась крышки при неловкой попытке смахнуть пыль. — Дазай?       Чуя, который до этого спокойно разбирал ящик, что достали ранее, тут же отвлёкся и повернулся на девушку.       — Дазай?       — Да, это его водительские права, — Озаки ностальгически улыбнулась и достала пластиковую карту. — Подарили, а он ими так и не воспользовался. Ни разу.       Чуя уловил нотки тоски и заскрипел зубами. Этот предатель до сих пор особо вспоминался в организации. Легенда. Быстро вспыхнувший гений. И ушедший на покой безумно рано. Накахара поднялся с пола и заглянул в шкатулку. Помимо прав внутри нашёлся катетер с тупой канюлей, таблетка чая с жасмином, сломанный скальпель, какой-то цветок в ламинированной бумаге, сплющенная пуля и билетик игрового центра. Того самого, где они пятнадцатилетними пацанами впервые оказались соперниками.       Чуя хорошо помнил этот день. Сперва его привели к боссу, потом заставили работать с Дазаем… И дурацкий спор в игровом центре, после которого вся жизнь Чуи стала рушиться. Но в тот момент они были обычными подростками, что через игру выясняли отношения.       «Он помнил? Для него это стало важно?» — Чуя прикоснулся пальцами к бледной бумаге билетика. Не верилось, что демон-вундеркинд мог испытывать хоть какие-то нормальные чувства, но вот они, доказательства. Мотнув головой, Накахара сбросил наваждение и обхватил коробочку ладонями.       — Я отнесу это боссу. Пусть он решает, как поступить с вещами предателя.       Коё без сомнений во взгляде тут же отпустила предмет и отвернулась к шкафу, собираясь дальше прибираться.       — Возможно, он был тут оставлен не случайно. Кто знает, что у него в голове.       Кого именно подразумевала сестрица Чуя решил не уточнять и пошёл в кабинет Мори. И босс, и его бывший подопечный были теми ещё тёмными лошадками с мутными мыслями. Уже одно то, как именно они заманили его в Порт, говорило об недостижимости понимания их планов.       — Босс, мы нашли вещи Дазая. Что прикажете с ними делать?       В кабинете был один лишь Мори. Элис отсутствовала. Небо заливалось последними лучами солнца. Яркое оранжевое полотно с красными прослойками. Мужчина за столом поднял голову, отрываясь от чтения бумаг. Чуя подошёл к нему и показал шкатулку, которую в пути накрыл сломанной крышкой.       — Чуя-кун, что там?       — Мусор Дазая, который он забыл выкинуть. — Чуя прозвучал немного грубо и кашлянул в кулак. — Тут его водительские права.       Мори посмотрел внутрь деревянной коробочки и кивнул. Взгляд не изменился, оставаясь острым и оценочным.       — Это не мусор. Оставь.       Чуя вздрогнул и поклонился перед уходом. Весь путь до архива он мучился вопросом, почему же этот хлам остался в кабинете босса.       «Почему? Почему?.. Почему?»       Рука замерла над ручкой двери архива. Чуя усмехнулся и покачал головой.       «Коллекция Дазая».       Для Мори это не было мусором. Это было бесценной коллекцией Дазая. Его внутреннего мира и потаённых эмоций. Очередной экспонат на полке кунсткамеры босса. Выцветший билетик, сломанный скальпель… Это не просто предметы, а что-то важное для бывшего напарника, а ныне предателя Дазая. И Чуя только что самолично передал это в коллекцию Мори.       Внутри неприятно кольнуло, но Чуя отбросил чувство вины с дверью, что ударилась об стенку и вызвал недовольный взгляд Коё. Накахара прошёл мимо, садясь у коробки и принимаясь убираться дальше. Пусть коллега думает, что он раздражён и устал, но так и не прознаёт об истинных чувствах, что бушевали внутри. Чуя завидовал безделушкам Дазая, что явно заняли особое место в душе босса. А ему никогда не удастся этого добиться. Не важно, насколько он будет верен. Он лишь удачное приобретение, а не заслуживающий внимание экспонат, каким был Дазай.       И это безумно злило.