Глава 7. Отголоски дома

Лондон был далек от волшебства Хогвартса — магловские сирены выли там, где когда-то ухали совы, Темза напоминала вялую змею под серым небом. Они нашли квартиру в Косом переулке, тесную двухкомнатную квартирку над магазином «Флориш и Блоттс», с облупившимися обоями и камином, извергавшим дым. - Очаровательно, - невозмутимо заявила Мерула в день переезда, поднимая в воздух ящики с книгами и котлами. Но улыбка выдала ее, когда Итан протащил в дверь продавленный диван. Дни Итана ушли на подготовку в качестве мракоборца — изнурительные тренировки в недрах Министерства, поиск следов темных артефактов. Мерула училась у разрушителя проклятий в Гринготтсе, и ее письма из подземелий гоблинов были полны рассказов о древних ловушках и сверкающих сокровищах. Вечера принадлежали им: кулинарные неудачи (о ее пастушьем пироге ходили легенды из-за следов от него), дуэли в крошечной гостиной, от которых подпаливались занавески, ленивое утро, когда она куталась в простыни, пахнущие ее лавандовым шампунем. Конечно, не все было идеально. Споры вспыхивали, как искры: она обвиняла его в безрассудстве на заданиях, его раздражала ее скрытность по поводу семейных призраков. Однажды, после ссоры, в результате которой разбилась ваза, она собрала сумку с волшебной палочкой в руке. - Я не занимаюсь домашней работой, Итан. Это слабость. Он загородил дверь, голос его звучал ровно. - Это не слабость. Дело в нас. Ущербные, сражающиеся, но мы дома. Она уронила сумку, не сдерживая слез. - Будь ты проклят, герой. Они помирились на расколотом полу, извинения вплетались в прикосновения, которые говорили громче заклинаний. Годы складывались, как пергамент: повышение по службе, тихая свадьба в атриуме Министерства с Роуэном в качестве шафера и контрабандой фейерверков из тюльпанов. Джейкоб так и не вернулся, но его тень исчезла, сменившись их собственной — дочерью с ее фиалковыми глазами и его непослушными кудрями. Квартира стала слишком маленькой, и Мерула сменила ее на коттедж в Котсуолдсе, где она ухаживала за садом с травами, а Итан преподавал защиту наивным студентам. Тихими ночами, сидя у камина, она водила пальцем по шраму на его боку — тому, что остался в лесу, поблекшему, но вечному. - Ты спас меня, - шептала она. - И ты спасла меня в ответ. В конце концов, любовь не была заговором или проклятием. Это был ровный свет фонаря в темноте, который вел их домой.