Глава 2

Утро субботы встретило её теплыми солнечными лучами, пробивающимися сквозь шторы. Гермиона позволила себе редкую роскошь — поспать подольше, а потом ещё немного понежиться в мягких подушках.   Заказав обед в номер, она с удовольствием насладилась тишиной и покоем, читая старый том заклинаний и не думая ни о работе, ни о прошлом.   День незаметно перетёк в золотистый вечер и Гермиона решила наконец выбраться из отеля и отправиться на поиски уютного места для ужина.   Пройдя мимо канала, покрытого тонкой коркой молодого льда, она замедлила шаг. За поворотом пряталось небольшое тихое заведение с очаровательной стеклянной террасой, утопающей в мягком свете фонариков.   Присев за столик и сделав заказ, Гермиона медленно потягивала горячий глинтвейн, погружённая в свои мысли.    — Разрешишь присоединиться? — голос подошедшего вывел её из лёгкого транса.   Через секунду, когда зрение сфокусировалось, она поняла, что к ней уже подсаживается кто-то весьма красивый… но, к сожалению, Малфой.   — Я вообще-то ещё ничего не разрешала, — холодно заметила Гермиона, глядя на Малфоя, уже небрежно листавшего меню.   И, чёрт бы его побрал, он выглядел потрясающе.   На нём была тёмно-коричневая кашемировая кофта, из-под которой выглядывала кремовая рубашка, чуть небрежно расстёгнутая у горла. Светлые брюки сидели идеально, подчёркивая высокий рост. На запястье поблёскивали часы с кожаным ремешком и тонкий серебряный браслет.   Казалось, этот человек просто вписался в этот интерьер уютного полумрака. Словно весь мир в тот момент решил подыграть Малфою, выделив его ровно настолько, чтобы раздражать.   Черты лица казались выточенными — резкие скулы, чёткая линия подбородка, правильный изгиб губ. Пепельно-платиновые волосы были чуть взъерошены, ловя свет и поблёскивая, как лёд. Серые глаза смотрели внимательно и с тенью насмешки.   Гермиона поймала себя на мысли, что разглядывает его в упор, и, начиная покрываться румянцем, поспешно отвернулась, уставившись на прохожих за окном.   — Нравится то, что видишь, Грейнджер? — самодовольно протянул Малфой.   Вот же засранец. Стереть бы эту нахальную улыбку с его красивого лица. Так, Гермиона… ты о чём вообще? Это же Малфой. Пусть уверяющий, что изменился, пусть с безупречными рекомендациями на работе — но всё же Малфой.   — Нет, — отрезала она, но по его смеющемуся взгляду поняла, что в эту ложь он точно не поверил.   Малфой прищурился, явно наслаждаясь моментом.   — Знаешь, Грейнджер, тебе стоит поработать над выражением лица, — протянул он лениво, откинувшись на спинку стула. — Оно выдаёт тебя куда сильнее, чем слова.   Да чтоб его, Гермиона — одна из лучших невыразимцев Британии, — ни в коем случае она не могла так легко выдавать свои эмоции. Наверное, это всё глинтвейн и расслабленная атмосфера вечера. Да, так и есть, решила она сама для себя.   Вслух же она всё-таки поинтересовалась:   — И что ты делаешь здесь, в такой чудесный вечер субботы? — прозвучало с немалой долей сарказма, но тему разговора нужно было менять. — Как же все эти ваши приёмы, вечерние чаепития и прочие аристократичные развлечения?- она вывела в воздухе неопределенную фигуру рукой.    — Аристократичные развлечения… — он усмехнулся, глядя на тёмно-красное вино в своём бокале. — Всё это осталось в прошлом вместе с тем, кем я был.   Он сделал небольшой глоток и продолжил:     — Честно говоря, терпеть не могу подобные сборища. Слишком много показного блеска, слишком мало смысла. Здесь хотя бы можно просто… — он замялся, на секунду опуская взгляд, — быть собой. Не ты одна любишь уединение с уютом, а это место одно из моих любимых.    Гермиона чуть закусила нижнюю губу и, слегка наклонив голову на бок, посмотрела на него так, будто видела впервые.   — Ты и правда стал другим, — выдохнула она, как будто принимая новую реальность.   Подошедший официант нарушил момент их молчаливого взаимного оценивания. Перед Гермионой появился дымящийся утиный магре с яблоками, щедро политый густым соусом. Предложив заменить её напиток на красное вино, официант дождался лёгкого кивка и удалился.   Гермиона не стала дожидаться, пока Малфою принесут его заказ, и приступила к своему великолепному ужину. Под пристальным взглядом серых глаз она старалась выглядеть непринуждённо и расслаблено. Но выходило откровенно плохо.   Внутренне ругая себя за сумасбродство… и что это ещё — попытка флиртовать? Да уж, Гермиона…    И тут, словно по щелчку, в мыслях всплыл последний вечер дома — все ужасные слова Рона. Настроение стремительно полетело вниз, заставляя лёгкость и улыбку покинуть лицо.   Малфой, которому как раз подали его блюдо, сразу заметил перемену. Глаза, лишившиеся насмешки, стали серьёзными; руки чуть крепче сжали приборы.   — Прости, если я где-то перегнул. Наверное, всё же не стоило без разрешения нарушать твой вечер, — тихо произнёс он.   Гермиона лишь покачала головой в несогласии.   — Нет… дело абсолютно не в тебе. Да и в целом — не в этом вечере, — невнятно протянула она.   Его взгляд прошёл по ней с изучающей медлительностью. Он отметил напряжённые плечи, потускневшие глаза с намёком на слёзы и то, как нервно она подёргивала ногой под столом.   — Если ты позволишь, я могу выслушать, что тебя так расстроило, — доверительно произнёс Драко и слегка подвинул руку, будто хотел прикоснуться к ней, но в последний момент передумал.   Гермиона, подумав минуту, взвешивая все «за» и «против», решила, что хуже ситуацию уже ничего не сделает. Обречённо вздохнув, она начала издалека рассказывать историю о своей, казалось бы, крепкой и вечной любви.   Когда она дошла до момента «прощального» вечера, эмоции били через край, и одинокая слеза, без разрешения, скатилась по щеке.   — А потом он сказал, что такая, как я, вообще никому не нужна! — голос сорвался. — Подумать только… Я вот сейчас поняла, что он абсолютно прав! Я одна, в другой стране, и никто даже не поинтересовался, что случилось. А ведь только родители знают, что я уехала по работе… — почти задыхаясь на последних словах, всхлипывая, закончила Гермиона.   Весь её рассказ Драко нервно постукивал пальцами по гладкой поверхности деревянного стола. К концу истории он был уже готов отправиться в Лондон и собственными руками придушить идиота Уизли за такое отношение к ней, «с чего вдруг?» пронеслось в голове. Но умом понимал — сейчас Гермионе нужно другое. Нужно вытянуть её из мрачного водоворота мыслей.   — Вставай, Грейнджер, — коротко бросил он, поднимаясь. — Мы уходим.   Оставив на столе достаточно купюр, чтобы покрыть счёт и щедрые чаевые, он помог Гермионе накинуть пальто и, открыв двери, пропустил её вперёд.   Уже на улице, в порыве внезапного решения, Драко взял её за руку, переплетая пальцы с её и уверенно направился к ближайшей точке трансгрессии.

***

  Пребывая в подавленном состоянии из-за тяжёлых мыслей, Гермиона не сразу поняла происходящее вокруг. Она, Малфой, который к её огромному удивлению держит её за руку, и тёмный городской переулок.   — Кхм, Малфой, я, может, и выгляжу как слабая жертва ситуации, но не советую тебе совершать что-то необдуманное, — она  огляделась по сторонам.   — С возвращением, Грейнджер, — усмехнулся Драко. — Я хочу показать тебе одно место. Обещаю, никаких предосудительных действий. Сможешь довериться мне?   В ожидании ответа он слегка сжал её руку. Гермиона на секунду задумалась, а потом кивнула. Янтарно-шоколадные глаза блеснули интересом.   В следующее мгновение вихрь трансгрессии закрутил их, и мир сменился.   Если Страсбург показался ей рождественской открыткой, то это место было самой настоящей сказкой — волшебством в чистом виде, но без капли магии. Узкие домики светились золотым и лавандовым сиянием окон, фасады украшены огромным количеством рождественского декора. Снежинки падали в мягком танце, отражаясь в витринах лавок. Площадь утопала в огнях, а у фонтана стояла высокая ель, усыпанная звёздами и шарами.   Мысли в голове совершенно рассеялись, уступая место восторгу. Гермиона смотрела вокруг, будто ребёнок, впервые попавший в Рождество.   — Драко… это… это удивительно.   Когда она повернулась к нему, то заметила лёгкое удивление в его глазах — и только тогда осознала, что впервые в жизни назвала его по имени.   — Грейнджер, — медленно растягивая буквы, довольно усмехнулся Драко. — Как же мало тебе нужно, чтобы перейти от «Ты бывший пожиратель смерти» до…   — Я была отвлечена…   — Не стесняйся, милая, сегодня я могу быть кем пожелаешь.— тихо произнёс он, чуть склонив голову.   Его серебряные глаза притягивали с пугающей силой. Она почти шагнула в эту бездну — как под гипнозом, — когда громкий, бархатистый смех выдернул её обратно в реальность.   — Придурок, — фыркнула Гермиона, закатывая глаза, но уголки губ всё же дрогнули. — Так, и куда мы пойдём? Здесь столько всего интересного! Ты только посмотри — это же глинтвейн?  — Грейнджер… — теперь уже Драко закатил глаза. — Такими темпами я буду вынужден нести тебя обратно на руках. А я даже не знаю, где ты живёшь.   — О, тебе это понравится! — рассмеялась она. — Я живу у Дракона.   — Это что-то из сказок о принцессах? — приподнял бровь Малфой.   — Это что-то из насмешки судьбы, — ответила Гермиона, с лёгкой улыбкой.   Она ловко маневрировала между людьми, подбираясь к ярким лавкам рождественской ярмарки, что раскинулась по всей площади.   Идя следом, Драко слабо понимал происходящее. Как он вообще здесь оказался — здесь, посреди ярмарки, с Гермионой Грейнджер? Они работают вместе, разговаривают, даже смеются. И вдруг ему показалось, что что-то крохотное, светлое, как огонёк гирлянды, пробралось в его зачерствелое сердце. Потому что сейчас он впервые за долгое время чувствовал… радость?

***

  Её разбудил гулкий удар — это собственное сердце напоминало о себе, пульсируя где-то между висками.   Вчерашний вечер всплывал обрывками: вино, смех, огни, Малфой… Мерлин, Малфой. Гермиона застонала и натянула одеяло на голову.    Точно, вчера она встретила Драко Малфоя в кафе. Дело за малым — вспомнить, как так получилось, что сейчас у неё, судя по всему, чудовищное похмелье.   Они ужинали.   Она расстроилась из-за Рона «пусть катится ко всем чертям» Уизли.   Потом… ярмарка. Да, ярмарка! Яркая, волшебная, пахнущая глинтвейном и корицей. На этом воспоминания обрывались.   — Грейнджер, угомонись, а? — донёсся знакомый голос сбоку. — Сегодня воскресенье. Я даю тебе официальный выходной.   — Малфой!!! — собственный визг больно ударил в висок.   Она резко вскочила с кровати — и с облегчением поняла, что полностью одета. Даже пальто осталось на ней.   — Мерлина ради, женщина! — простонал Драко, зажмурившись. — Мало того, что вчера ты участвовала во всех алкогольных конкурсах и меня туда втянула, так теперь ещё и поспать не даёшь.   — Что ты вообще тут делаешь?! — возмущённо пыхтела Гермиона, пытаясь стянуть его с кровати за руку. — А ну вставай немедленно! Ты должен мне всё объяснить!   — Я должен поспать, — протянул Малфой, не делая ни малейшей попытки подняться. — И желательно, чтобы ты делала то же самое. Мы оба выглядим так, будто нас растоптал гиппогриф.   — Подожди… какие, к драклам, алкогольные конкурсы?! — брови Гермионы от удивления поползли вверх.   Обхватив голову руками, она пыталась соображать, но быстро поняла, что без чего-нибудь антипохмельного дела не будет. Щёлкнув пальцами, Гермиона вызвала эльфа, служившего в отеле, и попросила два антипохмельных зелья.   Эльф исчез, а через мгновение на столике материализовались два флакона со светло-зелёной жидкостью.   — Твоё здоровье, — пробормотала она, скривившись и залпом выпивая снадобье. Второй флакон протянула Малфою.   Пока ожидала эффект, Гермиона пыталась восстановить события вчерашнего вечера.   — Я помню, что ты перенёс нас в какой-то… абсолютно невозможный город. Кстати, какой?   — Кóльмар, — ответил Драко, всё-таки выпив зелье и садясь на кровати. Он потер лицо ладонями и добавил с хрипотцой: — Соседний посёлок.   Гермиона лишь кивнула, продолжая:   — Я помню, что мы заказали тёплое вино на ярмарке… и ещё помню колесо обозрения.   Драко слегка склонил голову, подтверждая её слова.   — Да-а — мечтательно протянул он и уголки его губ стремительно поползли вверх,— то ещё было зрелище! Ты начала ругаться с билетчиком, потому что не проходила по росту.    — Малфой! Не неси чушь, у меня нормальный рост! Как они могли меня не пустить?!   — Ага, именно так ты и кричала, — уже не сдерживая смех, произнёс он. — Только, Грейнджер, это был детский аттракцион!   — Годрик… — прикрыв рукой рот, простонала Гермиона. — Не может быть!…   — Да, а не получив желаемого, ты решила найти взрослые развлечения. И тут на глаза попалось что-то вроде бирпонга. Ну а меткость у тебя, как выяснилось, не очень. Я, кстати, выиграл!— самодовольно подмигнул он.   Гермиона откинулась на спинку мягкого кресла и прикрыла глаза.   — Так, понятно. С меня достаточно! — устало выдохнула она. — Перейдём к основному вопросу: какого чёрта ты спал в моей кровати?!   — О, это история, достойная мыльной оперы! — сказал Драко успокаиваясь. — Когда я понял, что пора заканчивать этот ночной балаган, ты наотрез отказалась говорить, где остановилась.   Я вспомнил твою фразу про Дракона — ну и решил, что отель так и называется. На рецепции любезно согласились назвать твой номер. Вот я и отнёс тебя сюда.   Он пожал плечами.   — А когда собрался уходить, ты начала — почти со слезами, между прочим — просить, чтобы я остался. А я, знаешь ли, и сам был не в лучшей форме.   Он развёл руками, окидывая взглядом комнату.   — И вот… мы здесь.   Гермиона пару раз открыла и закрыла рот, так и не найдя, что сказать. Ещё раз прокрутив в голове всё услышанное, пропустив мимо ушей фразу о слёзных просьбах, она выдохнула:   — Подожди… что значит принёс?   — Ну, к тому моменту, как я нашёл отель, ты уже почти спала, болтаясь на моей руке, — спокойно ответил он, будто это было в порядке вещей. — Мне пришлось тебя нести.   — Господи… как мне теперь смотреть в лица сотрудников? — прошептала Гермиона, заливаясь краской до самых ушей.   — Не переживай, Грейнджер, — улыбнулся Драко во всю, — я сказал, что у нас первая брачная ночь.   — Ты… что?! — её голос взвился. — А ну живо выметайся отсюда, Драко Малфой!   Она решительно схватила его за руку, стянула с кровати и начала буквально выпихивать из номера.   — Ноги твоей, чтобы тут больше не было!   — Ладно, ладно, Грейнджер, уже ухожу, — примирительно поднял руки Малфой, но не удержался от подмигивания. — Может хочешь сегодня повторить?   — Нет! — выкрикнула она и с силой хлопнула дверью у него перед носом.   Оставшись одна, Гермиона уткнулась лбом в ладони.   Мерлин, помоги… и что это вообще было?