Откровение

      Утром Драко разбудило редкое осеннее Петербургское солнце. До встречи оставалось ещё часа полтора, Грейнджер так и не объявилась, и Малфой, чтобы хоть как-то уменьшить тревогу, стал очень медленно собираться. Завтракать он не пошел, от одной мысли о еде тошнило, так было всегда при стрессе. В тот год, когда волшебник попал в официальные ряды пожирателей, и без того худой парень, сбросил килограмм десять и был на грани дистрофии. Мужчина потер татуировку на левой руке. Она больше не болела физически, но жгла огнем душу при каждом взгляде. Что он только не делал, чтобы убрать метку, прибегал даже к весьма болезненному маггловскому сведению, но Волан-де-морт был слишком хорошим колдуном. Отвлекаясь на неприятные мысли о прошлом, чтобы просто не думать о возможном страшном настоящем, Малфой трансгрессировал в Казань, куда было условлено в прошлый раз. Он прибыл чуть раньше, вдруг все решится быстрее, но Гермиона опаздывала. Драко вспомнил инструкцию и стал считать время задержки волшебницы. К неожиданно сильной для самого мужчины радости, Грейнджер опоздала всего на пять минут. Малфой еле сдержался, чтобы не заключить ее в объятия, но вовремя остановился, помятуя о данном себе обещании. - Привет, извини, я опоздала. Вчерашний день выдался крайне нервным, никак с утра не могла взять себя в руки, - оправдалась Гермиона. - Что произошло? Ты не ответила на мое сообщение. Я уже думал, что с тобой что-то случилось! - слишком резким тоном спросил Малфой. Несколько секунд женщина удивлённо поморгала глазами, давно в свою сторону она не слышала такого повелительного тона, затем заглушила их от посторонних ушей, обменялась с напарников каплями "Гибели воров" и в красках рассказала историю прошедших двух дней. Пара двигалась по набережной, дул пронзительный ветер несмотря на пасмурную погоду. Между бровей блондина залегла хмурая складка. - Мне это очень не нравится. Слишком много случайных совпадений. У меня тоже есть новости, - произнес Драко. И он поделился всем произошедшим, намеренно умалчивая о непредумышленном стриптизе перед помощницей и ее неоднозначной реакции. Гермиона задумалась и через небольшую паузу предложила: - Нам надо найти тихое и безопасное место для обсуждения. Даже если нас не слышат, то прекрасно видят. И кто знает, какой ещё интересной магией обладают русские. Даже Дурмстранг и Шармбатон нас тогда удивили на турнире, а они к нам сильно ближе по магической культуре. Малфой предложил снять номер в отеле под видом влюбленной парочки. Не то, чтобы это был единственный вариант, но нервозность отступила, и хотелось испытать тот трепет, что и в прошлый раз. Без продолжения, естественно.

***

Они выбрали лучшую гостиницу в городе, взяли еды на вынос и две бутылки вина для поддержания легенды. Предусмотрительная Грейнджер немного изменила данные в их паспортах, слишком уж хорошо она была знакома с возможностями поиска по этим сведениям. - Только не забудь сохранить все чеки, Карл, - посоветовала Гермиона, сдерживая издевательскую усмешку, когда они ехали в лифте, - вдруг тебе все таки возместят расходы. Драко одарил женщину острым злобным взглядом исподлобья, от которого у волшебницы пошли мурашки по спине. Ей стало страшно и приятно одновременно. На дверь номера они повесили табличку "Не беспокоить", и, закрывшись, сразу совместными усилиями проверили и обезопасили номер. Сняли свои пальто, повесили в шкаф, вино отправили в холодильник, разложили еду прямо на полу перед кроватью и уселись завтракать. Грейнджер подумала о том, как хорошо, что она все таки надела эти широкие брюки. А Малфой напротив был этим фактом слегка разочарован, хотелось все же посмотреть, как она будет управляться в своих обтягивающих платьях. - Как домовик умер? Этого момента я совсем не понял, - спросил Драко, потягивая крепкий кофе. - Тут два варианта: эльф может намеренно остановить свое сердце, если считает, что предал хозяина или на него могли наложить подобные чары в случае, если эльф подумает о раскрытии их секретов. Подобное сделал Воландеморт с Педигрю. Я больше склоняюсь ко второму, он был готов сотрудничать и не хотел приносить вреда. - Да, интеллект у Педигрю был хуже, чем у любого домовика, - Драко помнил и искренне ненавидел крысу-анимага. - Я нашла визитку на полу в номере, когда поняла, что кто-то туда проник. На, взгляни, - волшебница призвала бумажку из пальто и изящными пальцами подала мужчине. Малфой проверил ее на следы магии - чисто. Лаконичная визитка с именем, номером и адресом. Единственное, что могло быть зацепкой - фамилия владельца. Она показалась волшебнику знакомой. - Надо будет попробовать найти такой адрес в Петербурге. Вдруг повезет, - Драко вернул Грейнджер визитку, предварительно сфотографировав на свой телефон. Гермиона ушла в раздумья, слишком много несостыковок. Она, конечно, не сняла все подозрения со своего помощника, но его поступки пока свидетельствуют о невиновности, а слова наоборот настораживают. Может он просто настолько бесхитростный, что всегда говорит то, что думает. Или наоборот. Да, и помощница ее напарника доверия тоже не вызывала. Женщина встала, сняла с себя блузку, оставшись в одной майке и брюках, налила себе вина и села на место. В ответ на шокированный взгляд слизеринца коротко ответила: - Жарко. Поразмышляв ещё немного, она решила уточнить: - Драко, а ты уверен в честности своей Анастейши? Как-то уж слишком она о тебе заботится. - Да, мне кажется, она просто глупая влюбленная девчонка, - ответил он без тени самолюбования. - Влюбленная? В кого? В тебя? - заливистый смех Гермионы смутил Малфоя. И мужчина рассказал оставшиеся подробности его истории и обиженно спросил: - Так сложно поверить, что в меня можно влюбиться? - Нет, конечно, я не это имела ввиду, - поспешила оправдаться немного смущенная рассказом Грейнджер. Драко тоже налил себе вина и расстегнул пару верхних пуговиц на белой рубашке, было действительно душно. В России как-то слишком хорошо отапливают помещения. - И почему же ты не ответишь ей взаимностью? Моральные принципы? - Гермиону немного зацепила эта тема с ассистенткой. - Нет, конечно! - Драко хищно улыбнулся, радуясь произведенному эффекту. - Она не в твоём вкусе? - Как ты политически грамотно вуалируешь слово "страшненькая". Сразу видно - министр! Нет, она красотка. - Какой же ты! - волшебница слегка ударила Слизеринца по плечу, - ужасное слово! От удара вино из бокала брызнуло на белоснежную рубашку. - Ой! - Грейнджер взяла палочку и, придерживая Малфоя за запястье, произнесла, - Тергео. Женщина была так близко к лицу напарника, что обжигала дыханием кожу на шее. Драко еле сдержался от полного погружения в нарастающее возбуждение и мягко отстранил от себя Гермиону. - Спасибо, - голос мужчины сорвался. А она сделала вид, что не заметила перемены в лице волшебника. - Так все же, что тебя останавливает от служебного романа? - вернулась к разговору Грейнджер. - С кем? - Малфой даже немного поперхнулся. - С твоей помощницей! - Да она же ровесница Скорпиуса! С ней неинтересно даже разговаривать. Вот, ты бы смогла завести интрижку со своим помощником? - Хм, ну, не скажу, чтобы я об этом совсем не думала. Он симпатичный, умный. Возможно, если бы не задание, в котором следует быть осторожнее со всеми людьми, я бы и попробовала. И только когда у Драко глаза чуть не вылезли из орбит от удивления, Гермиона вспомнила, что не поведала напарнику о своем статусе свободной женщины. Сначала она испугалась, хотела все рассказать, но потом решила: "Пусть думает, что я и такой могу быть. Даже интересно, какая будет реакция?" - Грейнджер , я видимо совсем тебя не знаю! Гермиона хитро улыбнулась, подняла бокал, и, попивая вино, они сидели какое-то время в тишине, раздумывая о чем-то своем. Драко задела симпатия напарницы к молодому ассистенту. И, конечно, поразила лёгкость размышления на тему близости не с мужем. Поразила и раззодорила. "Да, нет, они не станет в правду изменять мужу. Это же Грейнджер! Блюститель морали и порядка! Или станет?" Мужчина остановил свои размышления о том, как же хочется проверить женщину на прочность. - То есть тебя стали привлекать безусые юнцы? - невинно спросил Малфой. От формулировки вопроса Гермиона залилась заразительным смехом, это зрелище распалило волшебника ещё больше. "Главное не дотрагиваться до неё", - напомнил себе Драко. Грейнджер почти прошептала, слегка понизив голос: - Ну, у тебя, например, тоже нет усов, - она подмигнула и снова залилась смехом, - нет, я люблю интересных мужчин! Остальное не так важно. - И неужели Уизли такой интересный мужчина? - Да, он был интересным, - мгновенно успокоившись ответила Гриффиндорка, - давай закажем обед? Они позвонили на ресепшн, сделали заказ, и довольно скоро им принесли еду. Для поддержания легенды, Гермиона переоделась из своей одежды в гостиничный халат и лучезарной улыбкой встретила официанта. Паренёк провел заинресованным взглядом по немного растрёпанной женщине, что не ускользнуло от внимания Малфоя, который не показывался, но прекрасно все видел. - Так и не скажешь, что тебе сорок пять. Смотри, как ты сражаешь обслуживающий персонал! - Драко не смог сдержать яда. - Мне уже сорок шесть, дорогой! - Гермиона погладила Слизеринца по щеке. Ей было приятно это замечание. Значит, она все ещё может быть привлекательна. Забавно, что в молодости у нее не было желания нравиться. Напарнице Гарри Поттера было совсем не до девичьих забот, они были поглощены сначала войной, затем восстановлением себя и остальной магической Британии, параллельно семья расширялась. И только недавно герой войны и бывший министр посмотрела на себя как на женщину. Пища поглощалась, вино таяло, разливаясь в крови приятным хмелем. Малфой сверлил серыми тяжёлыми, как свинец, глазами Грейнджер, сидящую напротив. Она определенно стала уверенней и от этого ещё красивее. Но Драко признался себе, что привлекательной она была для него всегда. Условности и вражда делали невозможным для него даже мысль об их отношениях. Тем не менее, он отчётливо помнит ее платье на Святочном балу на четвертом курсе. Как этот идиот Уизли, который тогда не смог даже на танец ее пригласить, умудрился стать мужем Гермионы? Война окончательно разделила их, Драко долго не мог отмыться от позора, и только Астория смогла его утешить и своей любовью и уважением починить сломанный хребет дома Малфоев. Драко был верен своей жене, любил ее, долго оплакивал, но ее давно нет. А плечо Гермионы, немного выглянувшее из халата, было слишком близко. Сама же Грейнджер откинула голову на кровать, сидя на полу, и просто наслаждалась лёгким опьянением. - Кажется мы в тупике, - произнесла волшебница, укладываясь на пол, сидеть сил уже не было, - что будешь делать? - Ты о чём? - Соберись, Малфой. Где будешь ловить контрабандистов? - А, бабка из музея подкинула идею, - слизеринец устроился рядом, - наверное буду сидеть в засаде. И зачем все так усложнять? Им нужны и камень, и домовики,и шпионы! - Не злись, Драко, - женщина слегка погладила мужчину по ноге. От этого в его теле будто бы скопился электрический ток. Пытаясь сдерживаться, Малфой сглотнул. Заинтересованная Гермиона повернула голову в сторону волшебника и почти столкнулась с ним носом. Несколько мгновений они лежали так. Грейнджер бродила взглядом по красивому лицу Малфоя, а его взгляд застыл на ее губах. Предельная близость и вино сделали свое дело, мужчина и женщина соприкоснулись в мягком почти невинном поцелуе. Для Гермионы это была ещё одна грань удовольствия, за которую она вполне могла не заходить, и просто лежать так, дотрагиваясь до партнёра исключительно губами. Такой вид медитации для отключения сознания. Для Драко же поцелуй оказался настолько естественным и желанным, что все договоренности с собой стёрлись в порошок. Он не хотел давить, но его губы становились все настойчивее, пока он не оторвался от женщины, обвел ее взглядом, остановившись ненадолго на открытых ключицах. - Да к чёрту! - произнес Малфой вслух, прижимая к себе Грейнджер. Волшебник накрыл ее тело своим и продолжил прерванный поцелуй, но уже со всей страстью, что таилась внутри. Гермиона легко ответила на эмоции и напор Драко. Она решила отдаться этой увлекающей в никуда волне, а дальше будь что будет. Ей не хватало такого доброго безумия. Слизеринец гладил гриффиндорку по лицу и волосам, медленно продвигаясь ниже. Тем более, что халат пригласительно распахивался от каждого шевеления. Малфой встал, помог партнёрше подняться тоже, и начал расстёгивать рубашку. Грейнджер не хотела никак подталкивать мужчину к действиям, но все же решила помочь ему избавиться от одежды. Слишком соблазнительная была перспектива самой раздеть будущего лорда, да и в отношении наготы пока они были не на равных. Расстегивая пуговицу за пуговицей, женщина исследовала открывавшиеся области тела руками. Ей нравился процесс, и то, что она видела, это был уже не тот худощавый паренёк, он нарастил рельеф, и, конечно, ей нравилась реакция Малфоя на каждое ее прикосновение. Когда с рубашкой было покончено, Драко быстро разобрался с халатом Грейнджер, оставив ее в одних майке и белье, но и майка быстро отправилась на пол. Оценив открывшийся вид, мужчина прижал напарницу к себе и прошептал на ухо, обжигая близким дыханием: - И больше не смей думать об этом русском мальчишке. Он хотела ещё добавить "и Уизли", но решил не припоминать муженька всуе, тем более вряд ли она о нем думает, если возникла такая ситуация. Когда пара переместилась на кровать, закатное солнце накрыло их тела розовой пеленой. Каждый из них с удивлением осознал, что в интимном плане они подходили друг другу безупречно, без слов понимая желания другого. Для Драко это был уже вопрос принципа, чтобы гриффиндорка осталась довольна, пусть знает, что ни один молодой мужчина не сравнится с опытным слизеринцем. А Гермиона наконец в полной мере ощутила свою красоту и страстность без смущения и предрассудков. Когда на небе появилась первая звезда Малфой и Грейнджер лежали обнявшись, что было очень странно, но слишком желанно для обоих. Это было может даже необычнее, чем все, что произошло до. Волшебник перебирал мягкие кудри своей напарницы, а она зафиксировала руку на его груди, ощущая ладонью биение сердца. - Знаешь, с министром у меня ещё не было, - задумчиво сказал Драко, - а почему ты ушла с поста? Гермиона помолчала, раздумывая над ответом, но решила быть честной: - Почти пять лет я работала почище домовых эльфов без выходных и, считай, круглосуточно. Особых успехов в области улучшения жизни людей и магических существ я не добилась. Работа министра - это бесконечные приемы для укрепления связей с очень разными, не всегда приятными людьми. Волшебники тоже не спешат поддержать власти в благих начинаниях, все время жалуясь, не предлагая решений своих же проблем. А приходя домой, я натыкалась на вечно недовольного ущемленного моим карьерным успехом Рональда, который пытался требовать исполнения и домашней работы в том числе. Я пыталась его убедить, поговорить, донести, что мне и так тяжело, нужна поддержка близких. Но он всегда говорил, что я сама выбрала этот пост и легко могла бы изменить ситуацию, покинув министерство. Тогда в один день я написала прошение об отставке и переводе на нынешнюю должность и объявила Рону о разводе. Драко застыл. Мужчина был шокирован информацией о расставании Грейнджер и Уизли. В нем слились множество чувств: радость, злость, но доминировал испуг. Не то, чтобы он успел подумать над качеством их отношений, но правда в том, что он боялся связываться с Гермионой серьезно, представляя реакцию детей, аристократии, да и всех остальных людей в целом. Он выпустил женщину из объятий, сел на кровать и серьезно посмотрел на Грейнджер: - Почему ты не сказала, что вы расстались? - Ну, сначала это не имело отношения к делу. А когда такая информация стала важной, было странно уже об этом говорить, - бесхитростно ответила волшебница. Малфой молчал, его раздражали эта ситуация, разговор, чувство обманутости, гремучая смесь эмоций. И он сказал то, что на самом деле совсем не думал, желая оставить последнее слово за собой: - Для меня это было важно с самого начала. Мне надо проветриться. Он молча оделся и уже в дверях добавил: - Я сразу трансгрессирую в Петербург. Напишу сообщение, как буду в номере. Когда за мужчиной закрылась дверь, Гермиона встала, накинула нижнее белье и майку и налила себе ещё вина. Села на подоконник, попивая из бокала, смотрела на вечерний город. Нет, она не плакала, но грустила, хотя ожидала и такого исхода тоже. Женщине хотелось бы повторения этого вечера, а может и не один раз. Выяснилось, что для неё в Малфое идеально все: острый ум, темперамент, нелюдимость и, конечно, тело и внешность. Они с Рональдом были такие разные. Рон - старый удобный свитер, проверенный временем, но с дырками и вышедший из моды. Драко - дорогое пальто, сшитое на заказ специально под тебя. Но Гермиона была уже давно не девочка и прекрасно знала, в жизни не бывает ничего идеального, по крайней мере долго.