Встреча в Лондоне

Ноябрь совсем не радовал жителей туманного Альбиона. Погода была мерзкая: постоянные дожди и сильный промозглый ветер. В общем, ничего не отвлекало Малфоя от мрачных мыслей. После возвращения на родину, они с Грейнджер пересеклись лишь раз на общем собрании относительно их задания, где, как и было обещано, им выразили благодарность в словесном, физическом и денежном эквиваленте, хотя оба героя вечера утверждали, что все лавры должны достаться Алексею, ведь без него они бы точно ничего не смогли сделать. Гермиона одарила Драко лишь несколькими улыбками, но, как мужчине показалось, очень тёплыми. Они не поговорили и не выяснили отношения. Вроде бы это должно было радовать. Ведь он так и хотел, свидание на один раз, но на душе было почему-то паршиво. И вот прошло уже две недели, как будущий лорд снова в своем поместье. Ему надоело ждать, что хандра пройдет сама, и он решил действовать. В конце концов он же заканчивал не какой-нибудь Пуффендуй, чтобы робеть перед женщиной. Самый сложный вопрос: где теперь живёт мисс Грейнджер. Единственный, кто может помочь Драко с этим и не полезть при этом с кулаками, был Скорпиус. Малфой уже отправил ему письмо с просьбой приехать. Когда же сын пересёк порог отчего дома, мужчина заволновался, хотя и искренне рад был видеть своего отпрыска, просто разговор предстоял интересный. Скорпиус, как обычно, завалился с ногами на диван, позволяя папе с достоинством расположиться в кресле. Малфой-старший, в отличии от сына, все ещё старался держать марку аристократа в любой ситуации, даже с семьёй, отчего их отношения со стороны могли показаться холодными. На самом деле, они очень любили друг друга, понимая, что ближе по крови больше никого нет. - Сын, у меня к тебе просьба, - Драко решил начать с дела, а затем, если получится, перейти к бытовым разговорам, так будет честнее. - Весь внимание, - Скорпиус пригласительно махнул рукой. Малфой встал, походил по комнате и отвернулся к окну, он не хотел, чтобы юноша видел его лицо. - Мне нужно узнать, где живёт мисс Грейнджер. Поможешь? - на последней фразе он все же повернул голову посмотреть на реакцию сына. - Да, без проблем, сейчас чиркану адрес, - Скорпиус подошёл к столу и почти записал на бумажке то, что просил отец, но остановился на пол-слове, - какой-то ты странный. Зачем тебе это нужно? Этого-то Драко и боялся, но врать сыну он не собирался: - Я... Мне нужно найти ее, чтобы поговорить. - Ты ее чем-то обидел? - лицо Малфоя-младшего приняло самый суровый вид. - Нет, надеюсь, что нет, - затороторил волшебник, потом остановился, глубоко вздохнул, снова уставившись в окно, продолжил, - я и сам толком не могу понять, зачем хочу встретиться с мисс Грейнджер. - Папа, она тебе что, симпатична? - лицо парня выражало крайнее недоуменее и тревогу. Не поворачиваясь к нему, Драко опёрся на подоконник руками и опустил голову. - Ты наверное меня возненавидишь, но я ничего не смог с собой поделать. Место твоей мамы навсегда занято в моем сердце, никто не может вытеснить ее оттуда. Но мы недавно работали вместе с Гермионой, и я снова почувствовал себя живым. Прости, сынок, наверное, я не должен тебе все это говорить..... Скорпиус перебил отца: - Не надо оправдываться, ты взрослый человек. Мисс Грейнджер тоже теперь свободная женщина. Она очень хорошая, Роуз так на нее похожа, что я тебя в целом понимаю. Если ты себя похоронишь раньше времени, маму этим не вернёшь, так что... Будь счастлив, - он дописал адрес и вручил Драко бумажку. В порыве нежных чувств, они обнялись. И хоть больше они ни о чем в это утро не поговорили, оба ощущали невероятное единение.

***

Гермиона с момента возвращения с задания недостатка в делах не испытывала. Она встретилась по разу с детьми, да и работы накопилось в ее отсутствие столько, что страшно было подумать, кто это все разгребал бы, если бы ее в России убили, например. Но вечерами перед сном женщина прокручивала в голове прикосновения Малфоя к ее коже, и эти места тут же покрывались мурашками. Она чувствовала себя глупой влюбленной школьницей, хоть и крайне занятой. Искать со слизеринцем встречи Грейнджер не стала из принципа. И хоть душа и тело ныли в нетерпении, она знала, если мужчина действительно захочет, если ему тоже это будет нужно, он сам найдет ее. Свой первый выходной за две недели Гермиона со свойственной ей энергией проводила в уборке. Эту квартиру она сняла себе, ещё когда только вступила в должность Министра. Она находилась рядом с работой, что позволяло при сильных задержках спать не на диване в кабинете. Волшебница сразу притащила сюда свою новенькую современную маггловскую колонку, которую ей подарила Роуз за победу в выборах. И сегодня бывший министр включила ее на полную, поставив самую энергичную музыку своего детства и юности и предварительно заглушив квартиру, чтобы не мешать соседям. Пританцовывая с тряпкой, Гермиона не сразу услышала звонок в дверь. Волшебница подумала, что недостаточно хорошо выставила чары, и уже приготовилась извиняться. Когда она открыла дверь, то застыла в удивлении и смущении. Вот уж кому она не хотела показываться в коротких домашних шортах с пятном, застиранной майке без лифчика и пучком на голове, так это Малфою. Он стоял как всегда с гордой осанкой и надменным лицом, в черной мантии в натянутым капюшоном по самый подбородок. - Привет, можно войти? - голос звучал тепло. - Привет, заходи, конечно, не ожидала тебя увидеть. Честно говоря, я вообще никого не ждала, - Грейнджер с трудом выдержала на себе взгляд свинцовых изучающих глаз, - раздевайся проходи на кухню. Она побежала немного прикрыть беспорядок, вызванный уборкой, и быстро поставила чайник. Кухонька была совсем крохотной, в ней вмещались маленький столик, плита и холодильник, хотя последними двумя маггловским приборами Гермиона почти не пользовалась. Женщина украдкой взглянула на Драко, который в своей черной водолазке был почти так же сексуален, как и раздетый. Они сели за стол, касаясь друг друга ногами, не то, чтобы они сильно хотели, но и пространство совершенно не позволяло держать расстояние. - Чем обязана такому гостю? - начала Грейнджер не выдержав молчания. - А ты не догадываешься? - без тени улыбки спросил Малфой. - Нет, - Гермиона напряжённо сдвинула брови, вспоминая, что могло произойти, кроме всего случившегося. - Я не могу перестать думать о тебе, - продолжил Драко, не отрывая взгляда от женщины. Грейнджер облегчённо выдохнула, войны не будет, потом обрадовалась, но формулировка при этом как-то задела ее. - То есть тебе хотелось бы? - спросила волшебница. - Чего? - Перестать думать обо мне! Слизеринец смотрел на нее с непониманием, он и так переступил через себя, придя сюда, и последнее на что он рассчитывал, так это на раздражение: - С чего вдруг такие выводы? - Ну, ты явно не хотел, чтобы тебя увидели. Весь в черном, капюшон до колен! - Гриффиндорка сама удивлялась тому, как разошлась, но остановиться уже не могла. - Что? Ты на улице-то была вообще?! - Драко тоже начал распаляться, - там в твоих маечке и шортиках не походишь! - И все-же к женщинам, о которых думают, не стесняются приходить, не боятся, что их увидят! Малфой ударил ладонями по столу и резко встал: - Хорошо! Завтра я приду по другому! Он быстрыми шагами вышел из квартиры и трансгрессировал прямо у выхода из подъезда. Гермиона пребывала в шоке от самой себя: "Вот, дура! Теперь он вернётся домой, осознает, какая ты истеричка и точно завтра не придет". - Что же я наделала? - спросила она вслух у пустой квартиры и позволила рыданиям вырваться наружу.

***

Хлопнув со всей злостью дверями своего кабинета, Драко остервенело рылся в огромном старинном шкафу. Как ни странно, реакция Грейнджер на его визит не только не потушила пыл слизеринца, а наоборот раззадорила его, хотя он особо и не понял, в чем была причина. В конце концов, волшебник нашел ту коробку, которую искал, аккуратно вложил ее в пальто. И решив, что до завтра ждать будет очень сложно, налил себе огневиски и лег на диван, медленно потягивая из стакана. Допивая третью порцию до Малфоя стали доходить причины поведения гриффиндорки: она подумала, что он стесняется контактов с магглорожденной (слово "грязнокровка" Драко теперь не употреблял даже в мыслях). И эти выводы нельзя назвать абсурдными, Люциус и Нарцисса будут в бешенстве, если узнают. Точнее, когда узнают. Но для самого Драко это уже не имело значения, прошли те времена, когда отцовское слово было непререкаемым законом, слишком много ошибок совершили родители. Скорпиус поддержал его, а это самое главное. На остальных людей плевать в принципе. Ну, а лицо Уизли и Поттера, когда и до них дойдет информация, Драко хотел бы увидеть лично.

***

Гермиона, естественно, не спала всю ночь, металась по постели до пяти утра, пока не встала и не начала готовиться к свиданию. Так ей хотелось думать, что это будет свидание. Уборку она вчера закончила с трудом, и чуть не сожгла чайник, пока стояла и смотрела в спину, уходящему мужчине. Во сколько он сегодня придёт, ровно как и настроение, в котором он будет - были для гриффиндорки загадкой. Грейнджер приняла ванну, уложила волосы в нормальный презентабельный пучок. Выкопала из закромов коротенький зелёный халатик, подарок от другого слизеринца, которому что-то нужно было от министра. Странная взятка, конечно. И решила не пренебрегать утренним кофе, всё-таки в ее возрасте бессонные ночи по любому поводу не проходят бесследно. И, как только Гермиона поставила турку на огонь, раздался звонок в дверь. Наспех отключив плиту, женщина бросилась к дверям, тщетно стараясь не бежать. В этот раз Малфой был в своем идеальном сером пальто, и капли стекали с его волос и одежды. В руке у него была небольшая коробка. Мужчина молча вошёл, обвел взглядом с головы до ног прекрасную женщину в зелёном халате. Грейнджер высушила его чарами, подошла максимальном близко и, встав на цыпочки, дотянулась губами до его губ. Такое приветствие сорвало внутренний стоп-кран Малфоя. Он уронил коробку, и не разрывая поцелуй, снял с себя пальто, подхватил Гермиону на руки и понес в спальню, где бережно положил на кровать. В руках Драко гриффиндорка чувствовала себя очень хрупкой, настолько нежным было каждое прикосновение. Он позволил ей самой снять с него рубашку, этот процесс был отдельным видом удовольствия для обоих. После этого мужчина полностью взял контроль над телом Грейнджер, что не вызвало никаких возражений с ее стороны. И только лишь сполна насладившись друг другом, они уснули, в то время как остальной город окончательно пробудился ото сна.

***

Гермиона первая открыла глаза, но желания шевелиться совсем не было, настолько приятным было ощущать кожей мужчину рядом с ней. И не просто мужчину, а самого Малфоя. От этой мысли стало невероятно смешно, сказал бы ей кто-то лет в шестнадцать, что Гриффиндор со Слизерином будут сотрудничать подобным образом, волшебница покрутила бы пальцем у виска. Женщина почувствовала движение крепкой руки у себя под талией и губы Драко, почти касаясь ее уха, прошептали: - Добрый день, мисс Грейнджер. Надеюсь, ты хорошо выспалась. Не дав ей ответить, Малфой перевернул Грейнджер на спину, устроился сверху и нежно поцеловал. Он никак не мог отделаться от ощущения нереальности момента. Наверное, это слишком долго происходило только в снах. - Хочешь кофе? - спросила волшебница, когда они смогли оторваться друг от друга. - Да, спасибо, - мурлыкнул в ответ Драко. Они встали с постели и натянули одежду. Слизеринец не стал надевать рубашку и остался лишь в брюках, что в совокупности с нетипично растрёпанными волосами давало поразительный эффект. Гермиона действительно любовалась бывшим врагом, ей льстило внимание такого красивого мужчины. От ее прически не осталось и следа, но глянув на себя в зеркало, женщина решила, что счастливые глаза делают ее более прекрасной, чем уложенные волосы. Путь на кухню вел через коридор и мимо входной двери, где лежала забытая будущим лордом коробка. И пока Грейнджер, подпевая и пританцовывая, готовила завтрак, Драко взял коробку, положил ее на стол, обнял женщину сзади и сказал: - У меня для тебя подарок, - он аккуратно взял волшебницу за руку и подвёл к столу, - Открой. Удивлённая Гермиона, немного помедлив открыла коробку. Внутри на черной бархатной подушке лежало ожерелье: платиновое или серебряное с вкраплениями бриллиантов на цепочке и большим зелёным изумрудом посередине. Малфой, не сказав ни слова, надел украшение на шею гриффиндорки, которой отлично подходил ее зелёный образ. - Драко, - начала Грейнджер немного испуганно, - не стоило. Это, наверное, очень дорого. - Мне лично это не стоило ни цента. Это фамильная драгоценность, - ответил мужчина беззастенчиво. - О, нет, я не могу его принять, - она потянулась, чтобы снять украшение, но руки слизеринца остановили ее. - Оно твое, ты можешь его носить, продать или выбросить. Как хочешь. - Ты понимаешь, что сейчас должен чувствовать весь род Малфоев за твоей спиной? Ты осознаешь, кому вручаешь реликвию такой семьи, как твоя? Драко широко улыбнулся, сдерживая смех: - И ты это говоришь мне? Человеку, который рос на понятиях чистоты крови? - он подвёл Гермиону к небольшому зеркалу в коридоре, - Ты в нем прекраснее любой аристократки. Малфой властно провел ладонью по оголенной, словно провод под напряжением, шее Грейнджер. Ей даже показалось, что ещё чуть-чуть и он схватит ее за горло. Эмоциональная смесь страха и возбуждения вызвала волну мурашек, женщина сглотнула и взглянула в серые глаза любовника, а он лишь улыбнулся и невербально выключил огонь под туркой, которая опасно булькала. - Ты научился новым фокусам? - Гермиона постаралась собрать мысли и голос в кучу. - Да, после возвращения решил тренироваться без палочки. Такой навык, оказывается, крайне полезен. Они сели за стол, Грейнджер по старинке, с помощью палочки, разлила кофе по кружкам и подала горячую, едва не подгоревшую яичницу. - Ну, как тебе завтрак, Карл? - женщина невинно взглянула на партнёра, едва сдерживая улыбку. Малфой взглянул на нее изподлобья, хищно улыбнувшись, наклонился к самому уху волшебницы и произнес: - Назови меня так ещё раз, и ты ещё долго не сможешь сидеть, - Драко вернулся в обычное положение, любуясь произведенным эффектом на пунцовом лице Грейнджер. - Ты давно здесь живёшь? - спросил слизеринец как ни в чем не бывало. - Да... Я сняла эту квартиру, когда только стала министром. Рядом с работой. Кстати, а как ты узнал, где я живу? - Спросил у Скорпиуса. - Что?! - Гермиона мгновенно вышла из себя, - Он же расскажет Роуз! Как ты мог?! - Во-первых, я просил сына ничего не говорить своей девушке, и у меня нет оснований не доверять его слову. Во-вторых, я очень, - Малфой подчеркнул это слово, - не люблю, когда на меня повышают голос не по делу. И в-третьих, ты меня стесняешься? Грейнджер не хотела выяснять отношения, точнее статус их пары. Ей было бы комфортно просто встречаться без, так называемых, обязательств. Они уже очень взрослые люди, и классической семьи с общими детьми и прочим, у них не будет. А если до пенсии они не расстанутся, то там можно будет подумать и о совместном проживании. Но как сказать об этом Малфою, который вручил ей фамильное ожерелье, она не знала. - Нет, точнее не совсем. Детям непросто дался наш развод с Рональдом, хоть они уже взрослые и самостоятельные. Отец для них - большой авторитет. И вряд ли они захотят видеть кого-либо на его месте. Драко положил сверху на руку волшебницы свою, и неожиданно тепло сказал: - Я понимаю, не переживай. Я тоже боялся реакции Скорпиуса, но он меня поддержал, как видишь. Ты сама скажешь ей, когда будет готова. "Если буду готова", - мысленно поправила его Гермиона.