Я иду искать

      Пока Кира из космопорта добирается до Космовета, уже наступает вечер. Дома её встречает радостная Алиса и тут же бросается её обнимать. - Ох, Змейка моя, как я рада тебя видеть! - Мама! Ты правда в порядке? - В порядке. Хорошо наконец-то быть дома. - А Аш? - Аш тоже в порядке. - Он тебя спас? - Он меня спас.       Они обнимаются ещё. Дочка уже совсем взрослая и не очень тактильная, поэтому Кира наслаждается такими моментами, когда её колючая Змейка раскрывается и подпускает её к себе. Алиса усаживает её в гостиной на диван, приносит плед и предлагает чай, так несвойственно себе суетится. Кира смеётся и тянет её сесть рядом. Алиса рассказывает ей немного про Академию и друзей. Но Игорь до сих пор не появился, хотя уже поздно. - Алиса, а где папа? - Он две недели назад улетел в экспедицию с Зелёным. - Подожди, он оставил тебя одну?! - Мам, ну я уже не маленькая, и я с Вертером. И Аш ещё. - Что Аш ещё? - Ты только не ругайся. Я у него жила несколько дней. Пока они с полковником Шведовым за тобой не улетели. - То есть как жила? - В гостевой комнате. У него большой дом, он живёт один. И он очень вкусно готовит. Обещал меня научить. Ты только, пожалуйста, ничего такого не думай. Он просто мне помог. С медиками, ну и с тобой. Никогда бы не подумала, что скажу такое, но он хороший. И кстати, у нас девчонки его вообще монахом называют. Шаолиньским.       Кира вспоминает ощущение его напряженного члена, прижатого к её животу во время их недавнего крышесносного поцелуя и едва не усмехается. До монаха Ашу очень далеко. - Маам, слушай, а что на самом деле не так с моей кровью? Я признаю, я сглупила и не послушала вас, но медики за мной потом рысью бегали и Аш чуть в обморок не грохнулся, когда результаты увидел. - Я бы хотела поговорить с тобой об этом, когда твой отец будет дома, хорошо? - Угу. - А что за номер в заметках? - Это тебе позавчера звонили из адвокатской конторы. И на прошлой неделе тоже. У нас какие-то проблемы? - Змейка, и об этом я бы тоже хотела поговорить с тобой вместе с папой.       Алиса не выдерживает и взрывается. - Может быть уже хватит? Мама, мне больше не семь лет. Ты уже год как вернулась, а всё не можешь привыкнуть. Не надо ходить вокруг меня на цыпочках. Получается, вы всю жизнь мне врёте? Сначала про кровь, потом папа десять лет не рассказывал, где ты, и что ты сама выбрала остаться в прошлом. А теперь что? - Алиса, это всё очень непросто. - Все просто, если говорить правду, мама. Я что, какой-то папин секретный эксперимент? - Что ты, нет конечно! - Тогда что? - Алиса, я даю тебе честное слово, что всё тебе расскажу. Но я обещала твоему папе, что если... когда мы решим рассказать тебе правду, мы сделаем это вместе. Ты можешь немного подождать? Пожалуйста? Алиса явно всё ещё злится, но молча кивает. - Пойдём спать, Змейка, уже поздно.

***

Брифинг у Шабаева проходит быстро. Они проясняют некоторые спорные моменты в отчётах Киры и Шведова, обсуждают ситуацию с предательством Романова и меры по сокращению рисков - пытаются понять, где тот ещё успел наследить. Кире дают два месяца увольнительной, для восстановления. Ни об Аше, ни о Весельчаке У вопросов ей не задают. И его самого на брифинге тоже нет.       Кира покидает Академию со смешанными чувствами. Она чувствует, что вымотана и психологически нестабильна - её кошмары опять вернулись, ей однозначно требуется отдых, но два месяца грядущего безделья почти пугают её. Их молчание по поводу Весельчака У тоже настораживает. Она хочет зайти к Ашу в корпус физической подготовки, но в последний момент отказывается от этой идеи. Она сейчас не доверяет самой себе рядом с ним. Их поцелуй разжёг в ней пожар, на который она и не думала, что ещё способна. Она отчаянно, до дрожи в коленках, хочет его, но не пытается ли она в нём просто спрятаться от реальности?       Спустя целый год после возвращения ощущение, что её жизнь медленно, но верно рушится, всё ещё не покидает её. Она весь этот год пыталась справиться, снова найти стержень, баланс, смысл. Она, чёрт возьми, этого задания в поле добивалась только, чтобы снова почувствовать себя собой. И каким кошмаром всё обернулось. Если бы не Вес... Аш. И теперь Игорь, как назло, улетел и своим отсутствием подвесил все текущие проблемы. Без него процесс развода, который они начали оформлять ещё полгода назад, не продвигается. Она не может понять, стоит ли говорить Алисе правду о её рождении, не сломает ли она этим своей девочке жизнь. Всё это катастрофически несправедливо по отношению к Весу... к Ашу. В итоге ей просто хочется с громкими криками бегать кругами, что определённо не является здоровым решением.

***

Несколько дней спустя Алиса забегает в ванну, Кира стоит спиной к двери в одном белье и наносит на кожу лосьон. - Маам? - голос Алисы дрожит. - Что такое? - Кира встревоженно поворачивается. - Что это? - Она показывает на пятна слегка розоватой новой кожи, ярко выделяющиеся на фоне ровного загара, который остался с августовского отпуска. - Змейка, всё в порядке. - Это регенератор? Так много... Мама. - Не пугайся так, детка. Большинство следов были просто ссадинами и царапинами. - Для ссадин и царапин не нужен регенератор. - Змейка, была пара травм посерьёзней, проще было вылечить всё разом. - Аш сказал мне, что я спасла тебе жизнь. Потому что рассказала ему вовремя. - Он прав. Я не могу тебе всего рассказать, но я попала в плен. У вас ещё не было этого курса, но скажу тебе честно, реальность может быть намного более жестокой. Я бы хотела, чтобы ты учла это при распределении на специальность. - Я пойду на Стратегию боевых, выслежу тех, кто сделал это с тобой, и поймаю их. - Ты не сможешь, милая. Аш уже убил их всех. - Так даже лучше. - Алиса... - Что? Я слушала курсы по этике, гуманности, изучала правила обращения с преступниками, но если я что-то и вынесла из наших межвременных приключений, то это то, что в бою либо ты, либо тебя. Гуманности и реверансам тут не место. - Говоришь прямо как Аш. Он вас этому на курсе учит? - Нет, он учит нас, как подставить вторую щеку, уйти от удара и врезать противнику по почкам. Но философия похожа.

***

      Когда Аш показывает кульбит с переворотом, его футболка немного задирается, и Алиса видит длинную голубоватую полосу на его коже. После занятия она остаётся и ждёт, пока все кадеты направляются в сторону раздевалки. - У вас есть вопросы, кадет Селезнёва? Он стал с ней чуть более формален после возвращения, и это, непонятно почему, её обижает. - Да. Она подходит и тянется к подолу его футболки. Аш быстро фиксирует её руку и отходит на шаг. - Алиса, что это было? - Я видела у тебя пятно на боку. Это после регенератора? Ты был ранен? - Да. Но сейчас уже всё в порядке. На будущее - лучше спроси, вместо того, чтобы хватать собеседника за одежду. - Покажи. - Зачем? - Пока не знаю. Сколько у тебя всего было шрамов? - Много, уже не помню, я обычно их сразу сводил. - А тот на лице почему не стал? - Алиса, это не твоего ума дело.       След от регенератора у него голубой, шрам на лице был синий. Интересно.

***

      Вечером Алиса залезает в инфонет и ищет информацию о ксеносах с синей и голубой кровью. Таковых не много, по крайней мере с достаточно хорошо изученной физиологией. В двух случаях синий цвет даёт соединение кобальта, в четырёх случаях - медь. В её крови была медь, но она точно не синяя. И Аш явно нашёл там что-то ещё. Он листал планшет и открывал разные всплывающие окна с детальными анализами. И только потом замолчал и побледнел. Значит, не только сама медь его так шокировала. И он знал, что искать. В голове всплывают версии, одна другой фантастичней.       В раздумьях она цепляется взглядом за фотографию родителей, что уже целую вечность стоит у неё на столе. Маме на ней лет двадцать, наверное, может чуть больше. Папа тоже выглядит очень молодо. У него ещё короткие волосы, длинный прямой нос с горбинкой. Алиса знает, что больше похожа на маму, но сейчас она не может найти в себе ни одной папиной черты. Даже уши у них разные. У неё другой нос, лоб у неё тоже не мамин, и точно не папин. Что это может значить? Что её удочерили? Но документов об этом нет. Это ведь не подделать? Хотя её анализы и медицинские документы папа как-то подменял?       Она ужасно спит этой ночью, в голове полный сумбур. Кошмары перемежаются какими-то нудными сновидениями, когда она куда-то бесконечно идет. Просыпается она абсолютно разбитой. А с утра опять боёвка.       Сегодня Аш ставит их перед зеркалом отрабатывать нижние подсечки. Она как обычно смотрит на его движения, а потом на себя, чтобы проверить, правильно ли она всё делает, пока взгляд не падает на его лицо. На него - на себя, на него - на себя. У них при напряжении одинаково формируются морщинки между одинаковых бровей. Лоб очень похож, нос тоже, хотя его немного крупнее. Её будто током ударяет. Как она могла раньше этого не замечать! В голове проносятся все случаи, когда он уклонялся от ответов на её вопросы про маму, как тот, другой Весельчак У бросал на маму взгляды украдкой, лазанья эта чёртова, сделанная с любовью... Но ведь этого не может быть...       Она замирает на месте посреди упражнения, Аш тут же хмурится. - Кадет Селезнёва, что такое?       Алиса ловит его озадаченный взгляд, испуганно мотает головой и тут же выбегает из зала. - Продолжаем заниматься, - бросает он и быстро выходит за ней следом. Но её и след простыл.