Глава 9. Предупреждение

Моя дорогая Оливия! Я рада, что ты продолжаешь делать успехи по учебе и радуешь меня отсутствием жалоб от преподавателей и министерства. Продолжай в том же духе! Но старайся не реагировать на выходки МакАдама, не позволяй ему себя провоцировать. МакГонагалл мне все рассказала.  Еще она рассказала, что ты знаешь о Рудольфусе. Это правда, он был мужем твоей матери, но с тобой это никак не связано.

Люблю тебя!

P.S. Кстати, если повезет, к апрелю я вернусь домой. 

До следующего письма! 

Твоя Нарцисса. 

  Дочитав письмо, которое уже стало традицией после отъезда Нарциссы, Оливия надела голубые джинсы, серый джемпер и отправилась в больничное крыло навестить свою подругу Алисию. Большинство её друзей отправились на экскурсию в дом приведений в Хогсмид, а Алисия все ещё лечилась в госпитале.  - Привет! Я принесла тебе водолазку, брюки и еще пару вещей, - бодро сказала светловолосая, обращая внимание на больничную ночнушку подруги.   - Привет, Лив! Спасибо, очень кстати! А ты можешь…, - оступилась Алисия Торне и глубоко вздохнула.  - Да, я заберу твои грязные вещи, - улыбнуласьЛестрейндж. - Ну как ты? - Ну, - девочка пожала плечами, - вроде ничего. А ты почему не на экскурсии? Мне Алекс сказал, что в Хогсмиде открыли новый дом? - Да, с привидениями, - вздохнула подруга. - Не знаю, мне не захотелось туда идти, да и вчера я сильно устала. Поэтому лучше останусь в школе, - улыбнулась она.  Алисия понимающе кивнула.  На самом деле, Оливия хотела пойти с друзьями, но дабы не подвергаться соблазнам о проделках, решила остаться.  Некоторое время подруги ещё разговаривали о том о сем, но потом мадам Помфри попросила Оливию выйти, так как для Алисии нужно было провести некие процедуры, а они не очень приятные, да и зловонные зелья говорили об этом.  - Скажите, мадам, сколько она здесь пробудет? - задала вопрос слизеринка уже у выхода.  - Сегодня только второй день, милочка, - слегка хрипловатым голосом ответила Помфри. - Но в целом к середине недели надеюсь ее отпустить, - улыбнулась пожилая женщина. Она очень давно работает в Хогвартсе, но, не смотря на возраст, не теряет хватки.  Девушка покинула больничное крыло и вернулась в гостиную. Сдав одежду подруги в прачечную, Оливия решила прогуляться. Погода хоть и была слегка морозной, раннее солнышко радовало. Слизеринка надела поверх своего джемпера плащ, на ноги сапоги и вышла на улицу. Яркое солнце слепило глаза, остатки снега хрустели под ногами, а местами уже проглядывалась зелёная трава. Она прогулялась до черного озера, где заметила профессора Грейнджер. Учитель сидела на берегу с книгой, погруженная в чтение. Оливия аккуратно приблизилась, но не слишком, и окликнула её, та обернулась. - Здравствуйте, Оливия, - сказала Гермиона, улыбнулась и встала на ноги. - Здравствуйте, профессор! - улыбнулась Оливия и бодро подошла к женщине.  - Почему ты одна?  - А, все ушли в Хогсмид, а я не хочу. Решила прогуляться здесь. Мне нравится это место, - ответила ученица и обвела рукой озеро.  - Понимаю, - усмехнулась старшая ведьма, - в юности тоже любила проводить время здесь.  Две ведьмы прогуливались вдоль берега, мило общаясь.  - Профессор, почему вы согласились приглядеть за мной? Да и зачем? - задала вопрос Оливия.  Гермиона немного смутилась.  - Мы с твоей тетей довольно давно знакомы, - робко улыбнулась ведьма.  - Вы знали мою маму? - девушка оступилась. - Я понимаю, что была война и все такое, просто подумала, что… - Да, - неожиданно ответила Гермиона. - Да, знала, мы пересекались. После её смерти я помогала Нарциссе с тобой, поэтому мы знакомы, можно сказать, с пеленок.  - Здорово, - ответила слизеринка, - я не помню этого.  Она пожала плечами.  - Ты была совсем маленькой, - ответила Грейнджер.  -Директор мне рассказала о Рудольфусе Лестрейндже. Но если мама вышла за него замуж из-за чистоты крови, почему тогда я полукровка? – спросила младшая ведьма. -Не все браки происходят по любви, Оливия. Их брак был, как бы, по расчету. Как традиция чистокровных семей. Рудольфус с тобой никак не связан, он не твой отец.  -А кто? -Я не тот человек, который вправе рассказать об этом. Попробуй спросить у Цисси. Они уже обошли весь берег озера и направились назад в замок, продолжая вести оживленную беседу. Оливия спрашивала о своей матери, о Драко, о войне и вообще о том, как её преподаватель училась. А Грейнджер обдумывала каждый ответ, чтобы не ляпнуть лишнего. Вернувшись в школу, слизеринка занялась своим любимым делом – рисованием. На этот раз она нарисовала профессора Грейнджер, после чего направилась в Большой зал, где было ещё несколько учеников - старшекурсники Джастин и Дерег с Гриффиндора, Арабелла и Жаклин с Когтеврана, известная нам Джейн Фейн и ещё трое первогодок из Пуффендуя, но их имен Оливия не знала. Слизеринка заняла свободный стол и принялась писать письмо брату Драко, который снова отправился в путешествие со Скорпиусом, и в этот раз оказался в Испании, и Андромеде, с которой несколько месяцев не общались.   

Привет, Меда! Как твои дела? У меня всё хорошо и у Тедди тоже. Мы неплохо ладим. Сейчас он и другие ученики на экскурсии, а я пишу тебе! Напиши мне ответ, пожалуйста, я скучаю по тебе.

Оливия.

  Когда девушка почти дописала письмо для Драко, кто-то его поджег. Пергамент сгорел прямо на глазах Оливии, не оставив никаких следов ничего после себя. Она подняла глаза и увидела перед собой вернувшегося МакАдама и его «банду».  - Снова ты? - огрызнулась Оливия.  - «Снова ты», - передразнил ее МакАдам. - Ой, что это мы тут делаем? Какая жалость, твое письмецо сгорело, даже пепла не осталось. А какое интересное у тебя перо, - ехидничал Лиам.  Его друзья - Скот и Освальд хихикали за спиной Лиама. Эту картину заметили другие ученики, а Джейн напряглась и оказалась ближе к выходу из Большого зала, чтобы если что - позвать кого-нибудь на помощь.  - Отстаньте от неё, - сказал кто-то с Когтеврана. Оливия это поняла по виднеющейся мантии, но не видела лица. - Ха-ха-ха, - Лиам рассмеялся, запрокинув голову назад.  Он был высоким парнем и очень худым (для своего роста), поэтому некоторые его движения и жесты выглядели неприятно и страшно.  - Парни, - сказал Лиам, размяв кисти рук, и его друзья схватили рядом стоявших учеников и отвели их в сторону, чтобы те не мешали.  Оливия старалась держать самообладание и не поддаваться на провокации этого придурка, но злость в её крови закипала.  - Знаешь, что, Лестрейндж? Мне так нравится смотреть, как ты бесишься, - юноша подошел ближе и ухватил Оливию за горло. - И тебя никто не сможет защитить, не так ли? Даже твоя мать! Какая жалось… Она сдохла! Оливия не выдержала. Никто не смеет говорить плохо о её матери. Когда Лиам договорил, почувствовал острую боль в районе паха и согнулся.  Она достала свою палочку и направила на троих пуффендуйцев, Джейн Фейн и девочка с Когтеврана выбежали из Большого зала, зовя на помощь.  Начался своего рода батл. Оливия и Лиам кидали вдруг друга разные заклинания, яркие вспышки разных цветов летали по залу. - Петрификус Тоталус! - крикнула Оливия.  - Остолбеней! - взревел Лиам и сразу устранил Оливию.  В этот момент в Большой зал ворвались Гермиона Грейнджер, Минерва МакГонагалл и Ханна Аббот. Они увидели, как слизеринка полетела в стену, ударившись спиной и затылком, и упала вниз. Тяжело дыша, выронив свою палочку, она поднялась на трясущиеся ноги. - Ты сука, Лестрейндж! Такая же, как и твоя мать! - крикнул МакАдам, не обращая внимания на окружающих, поднял палочку, открыл рот, но ничего не успел сказать.  - Не смей трогать мою мать! - не поднимая палочки с пола, закричала Оливия. Ее голос стал громче обычного, как будто та применила заклинание Сонорус. А вся посуда и окна, все, что было в зале из стекла и фарфора, взорвались, и осколки полетели в Лиама. Его декан - Ханна Аббот - успела наложить защитные чары, чтобы осколки никого не поранили.  Гермиона была в шоке от увиденного, но все же подошла к Оливии, как и её подруга Джейн. Профессор Аббот помогла МакАдаму подняться. - Ты пожалеешь об этом, Лестрейндж! Инкарцеро! - рявкнул юноша. - Релашио! - быстро сообразила Джейн Фейн.  - Угомонись! - ответила Аббот, сдерживая Лиама.  - Мистер МакАдам! Вашу палочку. Живо! - твердо сказала МакГонагалл и Лиам повиновался. - Мисс Грейнджер? Гермиона повернулась к Оливии и попросила её палочку.  - Ну же, Оливия? - шепотом сказала старшая, и блондинка, подняв палочку с пола, отдала её Грейнджер.  - Профессор Грейнджер, профессор Аббот, будьте так добры проводить учеников в свои гостиные. Мисс Лестрейндж, мистер МакАдам - вы под арестом до особого распоряжения. Все это время вы будете без своих палочек, кроме занятий. Завтра в 12 часов дня состоитсякомиссия, - сказала директриса, развернулась на каблуках и пошагала к выходу из зала.  - Фейн, Буш, Джейксон, Салливан, следуйте за мной, - сказала Ханна и, не отпуская брыкающегося Лиама, направилась в гостиную Пуффендуя.  - Джастин, будьте так добры, проводить студентов Когтеврана и Гриффиндора в свои башни, - дав поручение старосте Гриффиндора Джастину Уорлоку (правнук Селистины Уорлок), профессор заклинаний вместе со слизеринкой вышли. Спустившись в подземелье, Оливия посмотрела на Гермиону и осмелилась заговорить.  - Профессор Грейнджер? - спросила она.  - Не сейчас Оливия, - отрезала старшая ведьма.  - Я не… - Ради Бога, Оливия! Не сейчас, - ответила Гермиона, уставившись на светловолосую. - Ты хоть понимаешь, что вы натворили? Ты знаешь, что означает комиссия?  Девушка отрицательно покачала головой.  - Собираются все учителя, директор и представитель от Министерства магии. На комиссии решается вопрос об исключении учеников! - сказала Гермиона, и глаза Оливии наполнились страхом.