Часть 1

Умирать в варёнках, кожанке и неоновом свитере под синтезаторов похоронный марш... Как в том клубе, где тот англичанин подарил мне похоронный мой наряд, Горю я в лихорадке, видимо, настолько горяча. Maman, я в муках умираю молодой И скоро я вступлю в небесный город золотой. Включите VHS-кассету, пока я буду умирать, Ведь, сгорая будто в Аду, это будет выручать. Привезите шубу с норки и накройте меня ей, И может быть, в Раю я когда-то стану твоей. Да, калечит меня вирус, Да, навеки я больна, Но я всё ещё до смерти Интердевочка твоя Заживо гнию сейчас я от вечера до утра, Рассыпаюсь от последствий жизни яркого огня, Ну, а перестройка идёт, а товарищ Горбачёв Говорил: "Моя dear baby, беру с собой на курорт". В мексиканских сериалах живёт вечная любовь, А в реальности — чума, смерть, разбитые сердца, Но под ритм клубных песен Мираж и Модерг Толкинг, Говорящих этой ночью будем мы на веселе, Но нет и в этих песнях правды, ибо вместо танцпола Передо мной только стена палаты и моя кровать, Ибо на этой неделе я уже не могу встать, А могу лишь тёмными ночами о ритме синтезаторов мечтать. Но Минздрав СССР кричит не быть такой как я, Ибо также всё закончится болью и чумой века, Которая заберёт, отняв прошлого человека Из неоновых клубов — в больницы кровать. Запомните дети — без гондонов не спать!