Часть 1. Собрание Хашира.

      Веки Кейла распахнулись. Тусклый свет, пробивающийся сквозь занавески, мягко падал на него, заставляя неохотно проснуться и увидеть... незнакомую комнату.              Он заморгал, растерянный, приподнявшись на локтях.       Последнее, что он помнил было теплая постель в его вилле, когда он старался уложить трех неугомонных детей спать. Но теперь он обнаружил себя на матрасе, на полу в незнакомой ему комнате, которая казалась слишком тесной в окружении скудной мебели, лишенной той роскоши, что окружала его как первенца графа, а далее и герцога. Здесь не было ничего лишнего, что указывало бы на хоть какую-то подсказку или догадку где он находиться.       Он провёл рукой по лицу, стряхивая остатки сна, и взглянул на ладони. Те же бледные, тонкие пальцы, но кожа чуть грубее, с лёгкими мозолями. Что-то было не так. Опустив голову, он увидел, как тёмная чёлка упала ему на глаза, обрамляя лицо. Исчез тот кроваво-красный цвет, волосы стали темными, как ночь после дождя, напоминаля чешую Раона.       Черные волосы. Теперь Кэйл знал точно, он не в своём доме. И не в своём теле. А возможно, и не в своём мире. Прекрасно. Просто чудесно. Проснуться, и вместо детей и чашки лимонного чая с жуткой улыбкой старика, увидеть лишь пустую комнату.       — Хаа... — Кэйл вздохнул, а стоит ли ему назвать себя Кэйлом, если он в чужом теле? Не опять а снова. — «Стоит найти зеркало, осмотреть себя и обстановку.» — Думает он, медленно поднимаясь с места.       Поместье оказалось просторным, но безжизненным, словно хозяин давно перестал здесь жить, оставив только стены и холод. Ну, или приходил только чтобы отоспаться, как это делал когда-то Ким Рок Су.       Зеркала не нашлось, зато взгляд зацепился за календарь с датой 1912 года. Это ни королевство Роан, ни привычная цивилизация.       Одежда тоже другая, явно Япония. Весь его гардероб был из хаори и странной униформы, что вызвало у него подозрения. Последним вбивающим гвоздём стало особое хаори, стоящее чуть подальше от других. Это не был просто хаори, с одной стороны бордовая, а с другой, узорчатый зелено-жёлтый. Если хорошо приглядеться, то можно увидеть что это две разные хаори, зашитые вместе.       — ... — Комната погрузилась в тишину. — Клянусь, когда вернусь, я первым делом уничтожу все твои храмы. — Пробормотал он, почти лениво, но с таким выражением, будто это действительно пункт в его расписании. — Ты, чертов ублюдок...       Томиоке не дали толком закончить полу-ворчание, полу-угрозы, когда в его окно начала стучать ворона. Та была старой, мелко дрожа всем своим маленьким телом. Кэйлу, или точнее Гию Томиоке, ничего не оставалось, кроме как открыть окно и впустить её.       — Канзабуро, — Шепчет Гию, когда птица уселась на подоконник. Палец машинально почесал её голову, и та довольно прижалась к руке. — Что-то случилось?       — Собрание! Кар! — С запинкой каркает ворона, взмахивая крылья. — Сегодня в час..! Глава Ояката-сама зовёт!       Томиока бросил взгляд на солнце, оно стояло уже почти в зените. Если быстро просчитать направление и вспомнить простые уроки выживания ещё с апакалипсиса, то у него осталось не так много до часа.       — В час? Прекрасно, — Произнёс он спокойно, не выражая никакого негатива, хотя мысленно отметил, что если бы ворона задержалась ещё чуть-чуть, он бы просто не успел.       С одной стороны, плохая память Канзабуро могла подвести в любой момент. С другой, если бы не это запоздалое сообщение, он бы, пожалуй, не узнал о собрании вовсе.       — «Старая ворона, что и говорить, заслужил отдых,» — С равнодушной мягкостью подумал Кэйл. — «Прошлый владелец тела, видно, любил эту ворону, раз не мог с ней прощаться или попросить заменит её на более молодую.»       Он переоделся, заменив простую накидку на тёмную униформу и то самое хаори. Ворона забралась на плечо, шумно каркнула и взлетела, когда он вышел за порог. Дом Хаширы Воды стоял высоко в горах, рядом с деревушкой. Воздух здесь был чистый, прохладный, и пах смолой. Кэйлу понравилась эта тишина, хоть что-то напоминало покой. Настораживало только отсутствие голосов в голове.       Следуя за Канзабуро, он подметил лёгкость тела, не считая усталости в мышцах, что говорит о постоянном напряжении тела и что организм привык к этому. Нагружать себя сейчас было бы то же самое, что делать сальто назад с только-только зажившими ранами. То есть, делать ситуацию хуже.       Ему достаточно просто идти, а когда же дорога вывела его к лесу, он всё-таки позволил себе ускориться, активировав Силу Ветра. Лодыжки окутал невидимый поток, шаги стали невесомыми, и деревья вокруг размылись в зелёную полосу.       Основной путь до более большой деревни был завершен. Вскоре впереди показались стены особняка Ояката-самы, где ворона и скрылась. Каменный забор тянулся ровной линией, скрывая всё, что находилось за ним. Дом выглядел просто, почти аскетично, если бы Кэйл не знал какие сильные люди сейчас находятся внутри.              И ему теперь придется столкнуться с ними.       Сделав глубокий вдох безысходности, он медленно вошёл в здание. Запах старого дерева и аромат благовоний, которыми очищали двор, смешивались с летним горячим потоком ветра. Солнечный свет, пробивающийся через ветви, падал на пространство заднего двора и сада, где обычно проходили собрания Хашира.       Когда черноволосый появился, взгляды почти всех присутствующих обратились к нему. Некотрые промолчали, кто-то охнул, а кто-то вообще не удерживал свою реакцию. Их понять можно, не каждый день они видели Томиоку, — этого высокомеренного и по большей части молчаливого парня, — в таком виде. Волосы рассыпались по плечам, небрежно касаясь воротника хаори.       Растрепанные пряди делали его моложе и... странно уязвимее..?       — Томиока-кун, ты решил сменить стиль?       — А это тебе идёт даже больше, чем конский хвост!       — ... — Тёмноволосый не подал вида, но на секунду он действительно замер, поняв что от привычки держать длинные волосы распущенными, не заметил или не обратил внимание, чем сразу же вызвал заинтересованность, а возможно и подозрения.       Под пристальным взглядом голубых глаз Мицури первой опустила взгляд, будто боясь, что подумают, что она слишком пристально смотрит, щеки покраснели, как всегда бывает у неё при смущении. Узуи скривил губы в усмешке, бормоча о том, что кто-то похоже не выспался. Кочо, как всегда, лишь мягко улыбнулась, но даже в её глазах мелькнуло что-то вроде любопытства. Токито оставался всё таким же, лишь слегка моргнув, прежде чем забыть о чем думал минуту назад.       Молчание нарушил звук шагов, один из бригады в чёрной униформе, с закрытым лицом, вывел мальчика, со связанными за спиной руками. Камадо Танджиро. Главный герой этого мира, сейчас лежал на земле перед всеми, а чужая рука не давала толком взглянуть на кого-то, приземляя его лицом вниз. Парень выглядел растерянным и испуганным: пыль, царапины, запекшаяся кровь на щеке после вчерашней охоты на демонов. Его глаза метались, пытаясь осознать, где он находится и кто эти люди перед ним.       — Облом, — Первым заговорил Узуи, лениво разглядывая пленника. — Слышал, этот охотник путешествует с демоном. Я ожидал увидеть кого-то яркого. — Он фыркнул, театрально откинув волосы назад. — А тут — обычный парень. Даже скучный.       — И теперь, мы будем его судить! — С горячим блеском в глазах провозгласил Ренгоку очевидную вещь, скрестив руки.       Мицури лишь слегка нахмурилась. В её взгляде читалось беспокойство, будто она не могла смириться с мыслью, что этот мальчик может быть преступником, скрывающим демона.       — Кто... кто это люди?.. — Тихо выдавил из себя Танджиро, обводя их растерянным взглядом и чуть поднимая голову.       — Не раскрывай рот когда вздумается, придурок! Кто сейчас по твоему перед тобой? — Тот, кто принёс его, сразу же опустил голову Танджиро, крича на него предупреждения. — Ты в присутствии Хашира!       — Это штаб охотников на демонов. И скоро тебя ждёт суд, Камадо Танджиро-кун. — Прояснила Шинобу. — Прежде чем мы начнем суд, расскажи нам о преступлении, которые ты сов- — Наверное, ей действительно было жаль мальчишку, или она хотела услышать его оправдания и только потом принимать решения, да вот только её перебили двое Хашир, Столп Пламени и Звука.       — Нарушения очевидны! — Ренгоку хоть и был оптимистичным, всё же придерживался правил, так как в случае разгуливания демона прямо под их носом, тем более прикрываемый одним их охотников, было рискованно и смертельно опасно для мирных жителей. — Путешествует с демоном, вот и всё! Правила просты, его ждёт смерть!       — Верно, — Отозвался Узуи, блеснув серьгой. — Нечего тратить время.       — Забудьте, что мы будем делать с Томиокой? — Игуру остоновил их дискусию, переводя тему с дуэта брата и сестры на Хаширу Воды. — Судя по словам Кочо, Томиока тоже нарушил правила отряда. — Хашира Змеи устроился на толстой ветке дерева, смотря на остальных сверху вниз. — Тебе есть что сказать, Томиока?       Все взгляды тут же устремились на упомянутого. Тот стоял в сторонке от остальных Хаширо, даже не глядя на них. Его взгляд был устремлён на Танджиро, брови чуть нахмурины в задумчивости. В мыслях он уже жалел что вообще пришёл на собрание, кто знал, что это будет та самая первая встреча главного героя с Хаширами? Тем более, его обвиняют в действиях прошлого владельца тела, хотя сам Кэйл ничего не делал...       — Томиока-кун, — Произнесла Кочо чуть мягче, чем обычно, не слыша ответа. — Тебе есть что сказать в своё оправдание?       Он молчал. Ветер едва шевельнул его распущенные волосы. Тишина затянулась настолько, что даже насекомые, казалось, перестали стрекотать. И вот тут стало понятно то , что раньше было сложно заметить.       С каких пор от Томиоки начало пахнуть так... Свежо? То есть, раньше не было никакого запаха, абсолютного ничего. Но сейчас? Сейчас от него пахло природой. Чем-то вроде дерева, мягким течением реки, запах приятного огня у костра и как если прогуливаешься после дождя.       Это... Странно, что они так на этом обострили внимание, но им действительно было что подметить в изменениях их коллеги.       Хоть выражение лица Гию было нечитаемым, было видно что он пристально смотрел на небольшие раны и царапины на лице мальчика, которого прозвали Камадо. Неужели он беспокоиться о нём? Промелькнула мысль в голове Мицури, и та перевела взгляд с одного парня на другого.       Затем, прежде чем Шинобу начала бы раздражаться, Томиока вдруг вздохнул. Не так сильно, но в тишине ожидания даже такой звук казался громче для обостренных ушей Хашира, что кто-то дёрнулся, вылезая из своих мыслей. И вновь они смотрят на него...       — «Я даже не могу дышать в их присутствии?» — Думал Гию, искоса посмотрев на остальных и считая их непонятный интерес к его персоне настороженностью или даже неприязнью. — Этот мальчик... — Ладно, пора уже вмешаться, посчитал он, передвигаясь ближе к связанному парню. — Два года назад его дом был уничтожен демоном. Единственной выжившей оказалась сестра. Да, она демон, но она не нападает на людей.       Он начинает защищать Танджиро, так как считает, что раз прошлый владелец его нынешнего тела взял на себя ответственность за парня, то он не может так просто бросить начатое дело. К тому же, Гию был единственный в каком-то смысле союзником для Танджиро в данный момент. Если Томиока не поможет, то главному герою действительно могут отрубить голову, как и его сестре-демону, а это плохо повлияет на будущий сюжет и всё закончится плохо.       Гию не хочется работать вдвойне, если его действия и слова всё испортят. Уж лучше он сейчас поможет, а после оставить всю работу на остальных. Разве не идеально?       — Глупости, — Бросил Игуру. — Демон, который не нападает?       — Я видел их, — Продолжил Томиока, что по сути не было ложью. Кэйл видел эту сцену в экране телефона в первом мире, по сути он говорил правду. — Видел собственными глазами. Она защищала брата, не пыталась причинить вред.       — И ты решил проверить это, нарушив прямой приказ? — Хашира Звука покачал головой, скептически приподняв бровь при вопросе.       — Если бы я не проверил, — Тихо ответил Томиока, — Сейчас перед вами лежали бы два трупа, а не мальчик с сестрой.       .             .       .       Несколько мгновений никто не говорил.       — Что за чушь? — Появился тот, кто разрушил эту тишину. Санеми подошёл к ним, держа в одной руке деревянный ящик, а в другой схватившись за рукоять катаны в ножнах на поясе. — Когда это было видно, что демон не вредит людям? — Но вскоре он вынул своё оружие и, не колеблясь, воткнул лезвие в бок ящика. Послышался приглушенный крик изнутри.       — Довольно, — Почти устало Гию прикрыл глаза, на мгновение вслушиваясь в мычания девочки-демона, от которого ему стало не по себе. — Она не нападёт.       — Не нападёт?.. — Синандзугара усмехнулся, глаза его были расширенными, почти дикими, когда дело касалось демонов. — Ты с ума сошёл.       — Нет, — Спокойно ответил Томиока, решая воспользоваться более простой тактикой, чем спорить и доказывать. — Просто я не хочу, чтобы кто-то убивал детей.       Слова прозвучали так просто, будто он говорил о чём-то бытовом, но на секунду даже ветер стих. Ему стоит поблагодарить свою Доминирующую Ауру, ведь она всё упростила, добавив вес его словам. Сила была выпущена лишь на немного, но достаточно, чтобы заставить всех задуматься дважды, и возможно, испытать легкую угрозу с его стороны.       В глазах Узуи мелькнуло что-то вроде удивления, было невозможно распознать почему по его спине пробежались мурашки. Ренгоку чуть приподнял голову, тоже уловив непонятную атмосферу. Кочо с интересом всматривалась в Гию, ведь раньше от него не исходило ни тени подобных эмоций.       — Ха, — Санеми хмыкнул, он не стал спорить дальше, а просто вытащил клинок из ящика и провёл лезвием по своей руке, оставляя глубокий порез. — Посмотрим, что скажет твой демон, когда почувствует запах крови.       Хашира Ветра кинул ящик в тень крыльца. Оттуда донёсся тихий скрип, и крышка чуть приоткрылась. Танджиро дёрнулся, но Игуру спрыгнул с ветки и, молниеносно схватил его, прижав к земле. Локоть упирался в спину парня с такой силой, что дышать ему явно стало тяжелее. Танджиро задыхался, отчаянно пытаясь поднять голову и брыкаться.       — Перестань, Игуру, — Теперь Хаширо Воды реально угрожал, хоть и старался делать это наиболее спокойно и в характере настоящего Гию Томиока, хватая чужую руку. — Ты слишком давишь. — «Не ломай ему дыхание. У него итак челюсть сломана... Эх, что за дети, волнуются о других, когда самим нужен уход и лечение.» — Думает Гию, качая головой.       Игуру, оттолкнув чужую руку, всё же отстранился, будто ему стало не по себе. Танджиро сразу поднялся, стоило его отпустить, и посмотрел на ящик, откуда показалась знакомая тень. Незуко, осторожно вышедшая наружу, остановилась, уставившись на кровь, стекающую по руке Санеми. Её зрачки сузились, дыхание стало прерывистым, а из прикрытых бамбуком губ капали слюни. Несколько мучительных секунд длились как вечность, а потом...       А потом она отвернулась. Просто отвела взгляд, даже не приближаясь к манящему запаху крови.       — Вот и ответ, — Послышался мягкий голос, прозвучавший со стороны здания. Все повернулись, увидев как две беловолосые девочки осторожно поддерживали человека в кимоно, их отца. Хашира одновременно склонились, вставая на одно колено. Даже Санеми замолчал.       — Сегодня чудесная погода, — Улыбнулся мужчина. — Рад видеть вас, мои дети.       С каких пор Томиока его ребенок? И почему он говорит прям как Бог Смерти?... Гию преследует дежавю.       — Я получил письмо от Саконджи Урокодаки. Открой, пожалуйста. — Просит лидер охотников, глядя в сторону одной из своих дочерей, и пока та доставала и показывала письмо остальным, продолжил. — Бывший Хаширо поручился за этих двоих. Если Незуко нападёт на человека, он, Камадо и Томиока вскроют себе животы.       Танджиро, не ожидавший что всё приведёт к этому, поднял глаза на Томиоку. Тот не шевелился, но выражение его лица смягчилось и прошлая аура исчезла вовсе. Он выглядел спокойным... но каким-то усталым. Неужели из-за его желания спасти сестру, Томиока пошёл на такое? Он рискует своей жизнью ради незнакомых ему людей, готов простить и помочь...       — «Томиока-сан действительно добрый человек.» — Танджиро мысленно кивнул, — «Даже сейчас он защищал меня и мою сестру от других Хашира...»       И этот человек, который скорее спрыгнул бы с окна чем признал что он хороший, почувствовал себя слабым. Перед глазами всё плыло, начало темнеть и клонить в сон. Такой желанный, так и манящий своим спокойствием и мертвенной тишиной.       — Томиока? — Услышал он голос Кочо, как сквозь воду. — Томиока-кун, всё в порядке?..       Но он уже не мог ответить. Шатаясь, Гию упал на бок, вовсе потеряв сознание.       — Томиока! — На собрании случился переполох, стоило одному из Хашир упасть на каменистую землю сада, и, так и не подняться в следующие несколько секунд.       — ...Что с ним? — Синандзугара недоверчиво нахмурился, пока Кочо опускалась на колени рядом, осторожно проверяя дыхание, игнорируя крутящего вокруг Узуи с лицом полным недоумением, а также других встревоженных ребят.       — Пульс есть, — Слова успокоили многих, но оставался вопрос. Что с ним действительно случилось? — Видимо, переутомление. Он сегодня выглядел по-особенному не в себе.       — Хм. Неудивительно, бедное дитя берёт больше задании чем другие, — Гёмей сложил руки вместе. — Томиока редко отдыхает...       — Или просто не умеет, — Добавил тихо Игуру, глядя на его неподвижное тело. Он не знал испытывает ли беспокойство за одного из Хашира, или чувствет раздражение, что Томиока не умеет даже заботиться о себе, что там говорить о других. Всегда на миссиях, либо еще где, с остальными толком не общается, не проводит время, если это вне собраний. О нём по сути никто ничего не знает, разве что Мастер.       Хашира Воды и так был бледным, с темными волосами вовсе создавая контраст, от чего выглядел болезненным. Сегодня он вел себя странно, и его взгляд будто... Ну, они не знают, что случилось с Томиокой, но это явно что-то плохое, раз он упал в обморок, не зависимо от причины.       — Внешних ран нет, но стоит осмотреть его. — Шинобу позвала двух Какуши, чтобы те подняли Томиока и отнесли в особняк бабочек. Небольшой медицинский осмотр на скрытые травмы или ушибы точно не помешает, особенно когда их пациент не будет не может сопротивляться.

°°°

      — О, ты здесь! — Радостно воскликнул кто-то, о ком Кэйл думал последние несколько часов, точнее проклинал всем, чем только можно. Бог Смерти сидел за огромным столом, в руках у него была чашка чая и тарелка с печеньем. — Как ты себя чувствуешь, моё дитя? — Мягко спросил он, придвигая тарелку поближе к собиседнику. — Хочешь печенье?..       — Во-первых, я не твой ребёнок. — пробормотал Кэйл устало опуская голову на руку, чувствуя как стареет по секундам. Где его обещанная бездельная жизнь? Он ведь справился с чертовой Белой Звездой, прошел все исыптания, в конце концов запечатал Бога Отчаяния! Разве так трудно дать ему то, о чем он просит? — Во-вторых, что вообще происходит? Почему я в теле Томиоки Гию?       — Видишь ли... — Бог Смерти слегка поморщился, нервничая еще больше чем обычно. — Одна Богиня очень тобой заинтересовалась... — Начал он осторожно, — Ну в общем я решил отправить тебя сюда, чтобы спрятать тебя от... Неё.       — Богиня? — Кэйл приподнял бровь, не зная что лучше: знать ему эту информацию, или нет. Что-то чуйка ему подсказывала, что не стоит... — Надеюсь, ты не про очередного бога, подобного Богу Отчаяния?       — Хуже, — Тихо ответил Смерть, облокачиваясь на стол. — Богиня Любви.       — ...Хаа. — Кэйл провёл рукой по лицу, смотря на печенья, теперь уже не кажущиеся такими вкусными как секунду назад. — Я остановил войну, хотел просто жить спокойно, но без моих прав меня кинули куда-то, а теперь за мной бегает какая-то влюблённая богиня?       — Ну, она не влюблена, — Уточнил Смерть. — Скорее... очарована. Твоей душой. Твоим характером. Твоим- —       — Перестань, пока я не сбежал из этого измерения сам, — Оборвал его Кэйл, всё-таки протягивая руку за печеньями. — Значит, ты решил спрятать меня в тело другого человека? — Между предложениями он жевал, запивая песчаные закуски ароматным чаем.       — В свободное тело, — Снова поправил Бог Смерти. Ему так нравиться это делать? — Томиока Гию этой версии мира покончил с собой. Его душа растворилась, так как на перерождение не хватило сил, оставив только оболочку. Я не крал жизнь, я... Ну, одолжил тебе новую.       — Одолжил? Без контракта, без предупреждения, без моего согласия? Тем более, твои слова не меняют ничего в моём предложении, факт остаётся фактом. — Кэйл пожал плечами, уже меняясь в лице. На губах появилась улыбка, что странно походила на знаменитую мошенническую улыбку Кэйла. — Тебе придется заплатить за моральный, и возможно будущие физические ущербы.       — Да, я понял... — Бог сглотнул, хотя ему этого делать не обязательно. — Как насчёт переместить одного из твоих детей? Раона? Уверен с ним тебе будет куда легче в новом мире.       — Это не компенсация. — Длинноволосый отрезал, приподнимая пальцы, пересчитывая всё что хотел бы для удобства в мире демонов. — Это, безмерное количество денег. Как я понял, мои древние силы всё еще со мной, но постарайся что-то сделать с ними. — Иметь свои древние силы в другом мире хорошо для подстраховки, но что будет если их увидит кто-то из охотников или Хашира? Его же на месте казнят, посчитав за демона.       — Я... Ладно. — Смерть сдалась, уступая своему ребенку, даже если за это ему придется придумать как скрыть или изменить внешние параметры древних сил. — Теперь просыпайся, моё дитя.       — Ты не сказал где Рао- — Щелчок пальцев, и мир вокруг начал меркнуть, теряя очертания. Кэйл почувствовал, как под ногами исчезает пол, и пространство снова растворяется во тьме. — Ублюдок! — Последнее он успевает выкрикнуть.