Отголосок

***

      — ... но это нельзя оставлять без внимания, сэр.       Эдвин, едва спавший в последнее время, и изрядно постаревший на вид, потер переносицу пальцами, а после надел очки обратно на их место.       — Спасибо, Кристофер, я этим займусь, - ответил он своему техническому помощнику и кивком головы указал на дверь.       Мужчина вышел, тяжело вздохнув, и закрыл за собой дверь. Эдвин выждал пару секунд, когда звук шагов помощника удалится достаточно, а после зарычал, взявшись за волосы. "Конечно я знаю, что необходимо пересмотреть пожарную безопасность, я что, кретин по вашему?.." - пробубнил Эдвин себе под нос, а после поднялся и подошел к окну, смотря на свой дом в отдалении на холме. Рабочий день был почти на исходе, а потому Мюррей решил уйти пораньше. Если он позволяет своим рабочим уходить пораньше, то почему он сам не может уйти пораньше?       Предупредив секретаршу, что его рабочий день окончен, Эдвин нажал пару кнопок на своём компьютере, и один из шкафов отъехал в сторону, открывая потайной проход. Зайдя в комнату, Мюррей осмотрел камеры наблюдения, которые отныне были везде и в каждой части фабрики, убедился, что ничего подозрительного нет, и прошел в следующее помещение. Здесь он изначально хотел обустроить свою личную мастерскую, где сам будет работать над ему интересными проектами, но, поскольку со свадьбой с Фионой и рождением сына было необходимо построить новый дом, да ещё и желательно поближе к фабрике, этому помещению нашлось новое применение.       Войдя в лифт, Эдвин спустился ниже, к монорельсу, и сел в почти игрушечную, но просторную ракету, которая на этом монорельсе и стояла.       — Добрый день, Мюррей! - раздался голос Фионы от Миссис Хэлпфул, которая задорно раскачивалась из стороны в сторону, продолжая агитировать новости, - На данный момент акции фирмы.. Падают.. - перед каждыми данными, которые могли бы быть разнообразными, выдерживалась маленькая пауза.       — Когда нибудь у меня все же получится создать такого голосового помощника, который будет неотличим от человека.. - вслух подумал Эдвин и продолжил слушать агитацию Хэлпфул, пока ракета запустилась и уверенно потащила Мюррея к его дому по подземному "метро".       — Новых инцидентов с вашего последнего визита.. Нет.. Вам домой звонили... 2.. Раза..       Фиона настояла, озвучивая фразы, что бы кукла вежливо обращалась с Эдвином, как со своим боссом, хотя сам он не хотел слушать официальные словечки от голоса Фионы.       Серьезно задумавшись над тем, как продолжить разработку М1, Эдвин и не заметил, как монорельс уже докатился до второй станции - "Дом". Он бы и не заметил этого, если бы не характерный стук об отбойник, оповещавший о окончании пути. Тихо выругавшись, Мюррей поднялся из ракеты, и вошел в новый лифт. Приятная музыка обвила его уши, и наконец то Эдвин смог расслабиться и улыбнуться.       — Папа! Папа приехал! - раздался задорный детский голос, когда лифт уже почти приехал на первый этаж дома.       Эдвин посмеялся и, выйдя из лифта, крепко обнял Дэвида, своего сына, а после, потрепав того по голове, взял его за руку и пошел вслед за ним.       — Ну, боец, рассказывай, что сегодня нового произошло? - с ухмылкой обратился счастливый отец к сыну, - И где же мама?       — Мама на кухне, а сегодня..       Мальчик держал свою любимую игрушку - белого полосатого тигра, с разными глазами: один зеленый, другой - голубой. Он вечно таскался с ним, куда бы мальчик не шел, и постоянно вел себя так, словно игрушка - это его живой, настоящий друг.       С кухни разносился приятнейший запах пирога. От такого запаха у Эдвина само собой поднялось настроение и появилось вдохновение. После приятнейшего ужина, как обычно, Мюррей заперся в своей комнате, и принялся за работу над своим шедевром, пускай пока и недвижимым.

***

      — Блять, Фиона, нет! - Эдвин ударил по столу обеими руками, игнорируя ревущую сирену пожарной тревоги, - Ты. Не. Пойдёшь. Туда!       Он прокрикивал слова, ставя ударение на каждом. Отпускать Фиону на нижние этажи, на которых сейчас бушевал пожар, было нельзя.       — Но я чувствую, что нужна им! - отнекивалась Фиона и сделала еще шаг к двери, - Они там точно погибнут все до единого!       — Но.. Но милая! Ты можешь погибнуть!.. - в голосе мужчины слышались нотки отчаяния. Он знал, что жена упорная, и если решила что либо сделать - она это сделает, не смотря ни на что. Почти.       Фыркнув и цокнув языком, Фиона выбежала из кабинета, а Мюррей - вслед за ней. Выбежав в ту же дверь, он посмотрел налево, куда убежала его жена, и откуда бежали остальные люди. Снова прорычав ругательства, он крепко сжал сына за руку и побежал с остальными..

***

      — Ну же, ну же, ну же! - Эдвин топал ногой, кусая ногти и следя за теми, кто выбегал из горящей фабрики, - Фиона, где ты?!       Дэвид плакал рядом, крепко держа отца за штанину его брюк, и сам Эдвин едва сдерживался, что бы не заплакать. Пожарные приехали быстро, но толку... Пожар начался на нижних этажах, там, где Мюррей соорудил мусоросжигатель. Кристофер подошел, и уже было начал язвить: "А я говорил, что это была плоха..", однако увидел лишь двоих из семьи и замер на полуслове.       — Эд, только не говори, что она... - Кристофер положил руку на плечо другу и стал так же пристально смотреть за всеми выходами из фабрики.       Сирена давно сломалась, а может, расплавилась, а потому треск огня, треск металла и дерева раздавались как никогда громче, однако ещё громче оказался...       Взрыв.       Волна была такой силы, что следящих за происходящим слегка откинуло. Дэвид замолчал, в ужасе смотря на пламя, которое стало сильнее. Кристофер дрожал, его зубы стучали друг о друга, и он перевел взгляд на своего друга. Эдвин не выражал никаких эмоций. Его лицо застыло в гримасе ужаса, а по его щеке начала катиться слеза.              Эдвин ревел не хуже своего сына, которого крепко обнимал. Все боялись подойти к ним, и продолжали стоять вокруг, не зная, куда смотреть - то ли на пожар, то ли скорбящего отца. Пожарные смогли потушить огонь лишь под утро, с первыми лучами солнца. Дэвида Мюррей давно отправил в дом, а сам остался, ожидая чуда. Пожарные начали вытаскивать трупы и раскладывать их на земле, что бы позже укрыть и отправить в морг. Сонный, с мешками под глазами Эдвин оживился и побежал к месту складирования. Он с ужасом осматривал каждый труп, надеясь, что среди них нет Фионы, и сейчас она выйдет вместе с пожарными, помогая им тащить кого нибудь.       Но вот вынесли труп женщины. Она была черная, обуглившаяся, ее кожа слезла от жара, открывая кости, однако половина лица ещё была на месте. Похоже, она до последнего не сдавалась, в ее оставшемся глазе читалась уверенность. Мюррей почти слышал ее слова: "Ничего, выберемся!". Пожарные не стали оттаскивать его от трупа и, с тяжелым вздохом, пошли дальше разгребать завалы.       Вдовец вернулся домой, убитый горем, и невероятно уставший на вид. Дэвид выбежал встречать отца, надеясь увидеть его рядом с мамой, однако увидел лишь его одного. Последний лучик надежды ребенка погас, и он снова собрался плакать.       Эдвин, уже без эмоций, обнял ребенка и похлопал того по спине..

***

      В мастерской застыл запах плавленого металла. Мужчина всё паял и паял схемы, провода, проверял работоспособность гигантского компьютера и злился, когда вновь и вновь у него ничего не получалось. Ему хотелось бросить эту затею, и наконец вернуться к своим прямым обязанностям директора, однако лежащий рядом кулон, который Фиона всегда носила на своей шее, постоянно напоминал о том, зачем он сейчас работает здесь.       Наконец машина начала тихо гудеть, показывая, что работает. Лампочки засверкали, и, выждав пару секунд, Эдвин удостоверился, что они работают правильно. "А в последний раз они заискрили и лопнули..." - кивнул и подумал про себя Эдвин и вытер пот со лба.       — Па-ап?.. - раздался детский голосок со стороны двери.       Мюррей вскрикнул, потому что не ожидал, что к нему зайдут. И только потом вспомнил, что, после смерти жены, дома оставлять Дэвида он перестал, и тяжело вздохнул.       — Да, Дэвид?       — Здесь страшно... - мальчик поёжился, крепче обняв игрушку белого тигра.       Эдвин кивнул, и уже было собрался повернуться обратно к своим делам, однако понял, к чему клонит его сын.       — Ох, прости... Это место, - он провел рукой вокруг, - Не доделано. А что тебя конкретно напугало?       — Эти зверушки... - мальчик дрожащей рукой указал куда то в сторону главной сцены.       Маскоты, которых потребовали Фазбер Энтертеймент. "А я говорил, что такие дизайны детей напугают... Но кто меня будет там слушать, конечно...". Вздохнув своим мыслям, Эдвин отошел от стола и встал на колено перед Дэвидом.       — Они тоже незавершенные... Знаешь что, на Фабрике полно мест для детей, так что обратись к Кристоферу, он пойдёт с тобой, хорошо?       Едва дождавшись кивка от своего сына, Эдвин похлопал его по плечу и направил к двери, поворачиваясь обратно к машине. "Сколько уже прошло, 4 месяца с пожара, который забрал мою жену?"       — Я тебе обещал, что закончу с М1, и я его однозначно завершу... - уверенно сказал Мюррей, сжав ладонь в кулак, после чего обратил внимание на проигрыватель, который писал всё происходящее. Цокнув языком, он нажал на кнопку "Остановить", и оглядел мастерскую.       Кое что притянуло его взляд: сидящий на столе слегка модифицированный эндоскелет. В его грудь была встроена металлическая коробка, глаза из себя представляли нагревательный элемент и немного проводки. Челюсть была снята, что бы самого Эдвина не пугала его морда. Эдвин и забыл, зачем взял один образец и забрал его сюда. Может, для примерки костюмов, а может для чего либо еще.       Он уже собирался уйти, но остановился в дверях. Вновь зарычав, Мюррей повернулся на каблуках и зашагал обратно к проигрывателю, нажал запись и повернулся к машине.       — Я тебя закончу!

***

      Эдвин в ярости кидал в стену инструменты. Он кричал, яростно топал, ломая таким образом свою подошву. Он проклинал этот мир, это место, эту машину, которая никаким образом не хотела работать.       Опустошенный, он опустился в не самый удобный стул, который здесь стоял. Сняв очки, Мюррей потер переносицу, а после поднял глаза к потолку, на котором гудели пара одиноких лампочек. Через время, более менее успокоившись, Эдвин кинул взгляд на машину, которая так упорно отказывалась работать. Тяжело вздохнув, он медленно поднялся со стула, опираясь на стол, и в сотый, наверное, раз за сегодня, подошел к выключателю. Прозвучал щелчок, и машина загудела. Эдвин подтянул стул поближе и сел рядом с регулятором. Поворот туда, поворот сюда. Этот регулятор должен был быть регулятором громкости голоса, но он уже не был уверен, так ли это. И вдруг прозвучал голос, который заставил Эдвина замереть. По его спине прошли мурашки, ведь он отчетливо знал этот голос. По его щеке пробежала слеза, и он ошарашено смотрел на "глаза" машины, которые были представлены экранами.       — Эд..вин?... Это... Ты?...