꧁༺☾ ЕГО ТЕНИ (1) ☽༻꧂

На следующий день я лежала пластом. Неподъёмная усталость, накопившаяся за двое суток, вдавила меня в матрас, и мысль о том, что нужно встать,казалась кощунственной. Благо, начались выходные. Сквозь сонную муть в голове зрела мысль: они хотят загадку? Получат. Я послала Тьму к месту бывшего разрыва - не просто проверить, а оставить там кое-что. Не улику, нет. Намёк. Зерно, которое они будут рассматривать под микроскопом своих подозрений. Пусть кормят своё любопытство, пока я восстанавливаю силы. Но будет ли в этой игре участвовать Нанами-сан? Сомневаюсь. Судя по рассказам Юджи, этот человек живёт по расписанию, где каждая минута учтена. Прагматик до мозга костей. Какое ему дело до загадочной новенькой, когда есть отчёты, миссии и сверхурочные? В его уравнении я - не более чем статистическая погрешность. Я отбросила одеяло. Хватит на это утро мозгового штурма, впереди ещё уроки. Моя социальная батарейка, и без того не слишком ёмкая, была полностью истощена этими двумя днями. Тело и разум требовали одного - абсолютного покоя. Всю следующую неделю я старалась вести себя как тень. Посещала занятия, отвечала, когда спрашивали, и растворялась в коридорах, едва окончится урок. Яга-сан всё ещё наблюдал - я чувствовала его тяжёлый, оценивающий взгляд, будто бы его куклы передавали ему каждую мою эмоцию. А Годжо... Годжо-сенсей не сводил с меня своих странных глаз. Его внимание было физическим и давящим, мне казалось он иногда даже не моргал проходя по коридору и встречая мой ответный взгляд. Паранойя стала моей спутницей. Мне чудился его смех за каждой дверью, белые волосы мелькали в толпе, а в самой безмятежной тишине я ощущала ледяное прикосновение его бесконечности. Стыдно признаться, даже в туалете я ловила себя на мысли, что стены, кажется, смотрят. Но к концу недели, благодаря ежедневным медитациям и железной дисциплине, мне удалось выстроить новые, более прочные внутренние барьеры. Давление не исчезло, но я научилась распределять его вес, подобно первоклашкам на родине , они учатся нести тяжёлый рюкзак в первые дни, так и я училась справляться с грузом и привыкать к новой жизни. Душевное равновесие, хрупкое и зыбкое, понемногу наконец возвращалось ко мне. Взглянув в зеркало, я увидела замученную девушку. Под голубыми глазами залегли тени мешков, а кожа была суше чем пустыня Сахара. Я провела рукой по лицу и тяжко вздохнула. В теле не было ни намека на энергию. Не порядок, нужно исправлять. Приняв душ и натерев мочалкой тело до скрипа, я вышла из душевой. Что может быть приятнее чистоты? Только медитация на природе. После недели напряжённого ожидания и попыток слиться со стенами, моя душа наконец-то взмолилась о тишине. Схожу сегодня, пожалуй, в тот лесок, где медитировала по приезду. Хорошее и тихое местечко. Я как раз вышла из душа, вытирая полотенцем влажные волосы, когда дверь в мою комнату с треском распахнулась. - Лиса-чан! Ты не поверишь! - в помещение ворвалась запыхавшаяся Нобара. Её щёки пылали, а глаза сияли таким азартом, будто она только что сорвала джекпот в казино. - Что случилось? - спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё сжалось. Её энергия, колючая и стремительная заполнила комнату. - Мы возвращались с парнями из магазина, и нам навстречу шли Яга-сан и Годжо-сенсей, а за ними наш хмурый Нанами! - И? - я продолжила вытирать волосы, делая вид, что меня это занимает не больше, чем погода за окном. - Они спорили о чём-то! И все втроём уставились в какую-то старую, потрёпанную бумажку. Но вид у них был, скажу тебе, - она снизила голос до конспиративного шёпота, - не просто озадаченный. Они выглядели так, будто им подкинули загадку Сфинкса. Годжо-сенсей даже не ухмылялся! Ну, я подумала… Может, ты в курсе?.. - она уставилась на меня, в её взгляде читалось возбуждённое любопытство, смешанное с надеждой на какую-нибудь пикантную сплетню. «Конечно, знаю. Это моё им послание, которое с утра Тьма оставила по моей просьбе.», - пронеслось у меня в голове, пока на моём лице расцветала самая невинная и ничего не понимающая улыбка. Внутренним взором я вновь увидела тот клочок старой, состаренной бумаги, который мы с Тьмой подготовили. Стихи, выведенные моей рукой, но будто бы дошедшие из другой эпохи: Я - первородное теченье, И глаз твоих я отреченье. В каждом омуте живу, И крики душ веков несу. Я - та, что слышит всё и вся, Но предали, увы, меня. Скажи мне, Странник: кто же я? И не узнал ли ты себя? И самый главный, невидимый для них штрих - лёгкий, почти неуловимый отпечаток кошачьей лапки в углу листа, который мог сойти за пятно грязи.Подпись Тьмы, так я про себя не называю. - Я? - рассмеялась я, отбрасывая полотенце. - Нобара, с чего бы? Я всю неделю стараюсь быть тише воды, ниже травы. Наверное, какую-то старую магическую записку нашли. В этом техникуме, я думаю, каждый уголок ими усыпан. Я отвернулась, чтобы спрятать довольный блеск в глазах. Игра продолжалась. И теперь у пытливых умов магов техникума была новая головоломка, разгадка которой лежала прямо перед ними. А я… а я собиралась на медитацию. Воздух в лесу был густым и сладким, как мёд. Я устроилась на своём привычном месте, прислонившись спиной к шершавой коре старого кедра, и закрыла глаза. Я сегодня я пришла сюда не только за тишиной. «Тьма, дай мне глаза», — мысленно приказала я. Внутри меня что-то шевельнулось — тёплое, живое и послушное. Воздух передо мной задрожал, и из него, словно капля чёрных чернил в воде, материализовалась Тьма. Она потянулась, выгнув спину в плавной дуге, и её бездонные сапфировые глаза уставились на меня. «Иди к тому месту. Посмотри на них. Но будь тенью», — мысленно направила я приказ. С довольным мурлыканием, прозвучавшим лишь в моём сознании, Тьма развернулась и бесшумно растворилась в лесной чаще, оставив после себя лишь лёгкую рябь в реальности. Я погрузилась в медитацию, позволив сознанию течь вслед за нею. И вот, словно на экране, передо мной возникла знакомая картина. Три фигуры стояли у восточной стены, там, где неделю назад зиял разрыв. Двое магов высокого ранга техникума и «Сильнейший» . Картина была столь же комичной, сколь и красноречивой. Яга-сан стоял, скрестив мощные руки. Его лицо было непроницаемой маской, но мелкое подрагивание пальцев выдавало нервозность. Он водил пальцем по стиху и беззвучно шевелил губами, повторяя строчки. Он искал скрытые смыслы, магические коды, намёки на клановые техники - всё, что можно было разложить по полочкам и классифицировать. Годжо-сенсей, напротив, казалось, наслаждался происходящим. Он расхаживал туда-сюда, приложив палец к подбородку. Кажется, в его голове уже работали все шестерёнки, запуская анализ и выявляя причинно следственную связь. - «Я в каждом омуте живу…» - нараспев продекламировал он, останавливаясь и глядя на Нанами-сана. - Нанами, это же про тебя! Ты - ходячий омут рабочего графика! - его ухмылка была ослепительной, но глаза под повязкой не улыбались. Они сканировали каждую травинку, каждую песчинку, ища аномалию, искажение или «глаз», которому сулили «отреченье». Нанами-сан не отреагировал на выпад непутёвого сенсея, наверное уже привык. Он стоял чуть поодаль, засунув руки в карманы костюма и его лицо выражало вежливую, но стойкую безучастность. -Мне нужно быть на совещании через двадцать минут, - его голос, ровный и усталый, прозвучал в моём сознании через уши Тьмы. - Я не понимаю, зачем вы меня здесь держите. Это чья-то неудачная шутка. - Шутка? - фальшиво-возмущённо воскликнул Годжо-сан. - Это же поэзия! Искусство! Может, это признание тебе в любви, а ты тут бесчувственной железякой стоишь! Нанами-сан лишь фуркнул и обратил свой взор к директору. - Хм… «Странник», - задумчиво произнёс Яга, игнорируя клоунаду. - Очень… поэтично и странно. Это тот, кто что-то ищет. Сатору…? - Я!? - возмутилось ходячее бедствие, всплеснув руками. - Разве я похож на пожилого старика с тростью, который что-то потерял?! - Похож, - коротко вставил директор, не глядя на него. - На того, кто не может найти мозги. - Директор!? Как это понимать!? Нанами на эту перепалку лишь снова вздохнул и посмотрел на свои часы. Именно тогда я поняла - его просто заставили быть здесь. Яга-сан, со своим чувством долга, притащил его как ещё один аналитический ресурс. А Годжо… Годжо-сан просто получал удовольствие от того, что выдернул прагматика из его идеально распланированного мира в эту абсурдную ситуацию. Тьма, притаившаяся в тени старой сосны, наблюдала. Я чувствовала её тихое, довольное мурлыканье. Они были так близко к разгадке, но смотрели совсем не туда. Они искали угрозу, технику, проклятие. Они не видели, что ответ - в самой сути человека. Яга-сан тяжко вздохнул, отвлекаясь от бумажки. - Здесь нет остаточной энергии. Ни следов заклинания, ничего. Как будто это… возникло из ниоткуда. Прошла неделя, почему именно сейчас? Подозрительно. «Я и не надеялась, что записку найдут сразу...»,- пронеслось у меня в голове. - Может, дело не в самом месте, а в стихе? - вновь заговорил директор, и в его голосе впервые прозвучала тень неуверенности. - Он же очевидно на что-то указывает. «Я первородное теченье» - первородная энергия. «Глаз твоих я отреченье» - зеркало? «В каждом омуте живу, И крики душ веков несу» - намёк на древность души? «Я - та, что слышит всё и вся, Но предали, увы, меня» - предательство и наблюдение. «Скажи мне, Странник: кто же я? И не узнал ли ты себя?» Сильные структуры… «Странник» - Сатору. Я думаю, это обращение к нам с Нанами, но и отдельно к тебе. «Как же вы ошибаетесь...Этот стих обращение к любому, кто его прочтет. Странник и есть человек, который что то ищет. Все люди что-то ищут. Кто-то покой, кто-то любовь, кто-то тепло, а кто то вообще знания. Само понятие Тьмы извратили и сделали ее злодейкой, хотя она всего лишь зеркало, которое отражает уже то, что есть в человеке.Она само понятие «здесь и сейчас», она состояние. Отвернувшись от Тьмы как от стихии, люди предают себя и отворачиваются от самих себя, от своей истинной сути,ведь так страшно заглянуть в это зеркало.» Нанами-сан, до этого молча изучавший горизонт, медленно перевёл взгляд на Ягу-сана. - Хотите сказать, что строфы «Я - первородное теченье, И глаз твоих я отреченье» - обращены к вам? - его голос был сухим, как осенняя листва. - А ко мне: «В каждом омуте живу, И крики душ веков несу»? Остальное - Годжо? - Да, - коротко кивнул Яга-сан, его брови были грозно сдвинуты. - Ого! - Годжо радостно подбоченился, его лицо озарила ослепительная, самодовольная улыбка. - В мою честь стихи пишут! Как мило и романтично! Целый стих для меня! Нанами, ты точно не ревнуешь? А то вдруг эта фанатка окажется очень красивой и способной… Он подмигнул в пустоту, его ухмылка стала ещё шире. Яга-сан лишь тяжело вздохнул, а Нанами посмотрел на Годжо-сенсея так, будто тот был самым безнадёжным браком в его жизни. Я медленно открыла глаза в своём лесу. На моих губах играла беззвучная, но довольная улыбка. Они делили стих, как шкуру неубитого зверя, приписывая его строчки друг другу, не понимая, что он описывал одно-единственное целое. Пусть ищут. Пока они разгадывают этот ребус, я буду на шаг впереди. И может они наконец догадаются о его истинном смысле? Надо же...Как раз волосы подсохли после душа. Все идёт очень хорошо. Улыбнувшись самой себе и ясному небу над головой я веселой походкой проследовала из леса к общежитию.