Часть 1

✦Под сенью древнего дерева✦

В Натлане, как и всегда, царила неумолимая жара, словно сама земля дышала огнём древних вулканов, что дремали под холмистыми равнинами. Солнце висело в зените, беспощадно заливая золотистым светом всё вокруг: от ярких цветов, расцветающих в трещинах раскалённой почвы, до причудливых растений с листьями, похожими на языки пламени, которые танцевали под лёгким, но горячим ветром, несущим пыльцу и ароматы тропических плодов. Воздух был густым, пропитанным запахом жжёной земли, далёкого дыма от костров племён и лёгкой серой от вулканических испарений. В отдалении слышался ритмичный гул барабанов — эхо повседневной жизни воинственных жителей Натлана, где каждый день был испытанием силы и воли. Птицы с ярким оперением, напоминающим вспышки элементальной энергии, кричали где-то высоко в небе, а под ногами иногда пробегали маленькие заврианы, шурша чешуёй по сухой траве. Путешественник, известный как Итэр, нашёл временное убежище в тени огромного дерева с раскидистой кроной. Это было древнее растение, корни которого уходили глубоко в землю, питаясь скрытыми подземными реками, а листья, широкие и глянцевые, словно щит, отражали палящие лучи, создавая под собой островок относительной прохлады. Дерево стояло на краю небольшого оазиса, где ручеёк с кристально чистой водой журчал, пробиваясь сквозь камни. Вода была холодной, почти ледяной, контрастируя с окружающей жарой, и Итэр, опустившись на колени, зачерпнул её ладонями, плеснув на лицо, чтобы освежиться. Капли скатились по его коже, испаряясь почти мгновенно, но принеся миг облегчения. Он лёг на мягкий ковёр из опавших листьев и мха, привалившись спиной к стволу, чья кора была шершавой и тёплой, как нагретый камень. Его тело, привыкшее к бесконечным странствиям через семь регионов Тейвата — от ветреных равнин Мондштадта до снежных пиков Снежной, — ныло от усталости. В Натлане жара добавляла свою долю испытаний: пот пропитывал одежду, а каждый вдох казался тяжёлым, как в кузнице. Итэр позволил себе закрыть глаза, пережидая пик полуденного зноя. Он дремал, гранича между бодрствованием и сном, слушая, как ветер шелестит в листве, а где-то вдали кричат экзотические птицы. В мыслях мелькали воспоминания: о потерянной сестре, о битвах с Архонтами, о друзьях, оставшихся в других регионах. Натлан... Здесь всё горит, даже души людей, — подумал он, чувствуя, как сон подкрадывается ближе. Внезапно его чуткий слух, отточенный годами приключений и битв — от уклонения от стрел в лесах Сумеру до дуэлей с духами в Инадзуме, — уловил лёгкие, почти невесомые шаги. Они приближались уверенно, но с какой-то грациозной осторожностью — не как шаги воина, рвущегося в бой, а как поступь того, кто знает эти земли лучше, чем свою ладонь. Шаги были мягкими, приглушёнными, словно ступали по ковру из листьев, и сопровождались лёгким шелестом одежды и тихим позвякиванием амулетов. Итэр, не желая выдавать себя сразу, приоткрыл всего один глаз, прячась за ресницами, и затаил дыхание. В поле зрения появилась фигура — стройная, с длинными розовыми волосами, развевающимися на ветру, как шёлковый шарф в танце. Это была Ситлали, шаманка из племени Повелителей Ночного Ветра, известная своей мощью и непредсказуемым нравом. Её фиолетовые глаза искрились, отражая солнечный свет, а на лице играла лёгкая улыбка редкое зрелище для той, кого соплеменники уважительно и с долей страха звали Бабушкой Ицтли. Несмотря на свой молодой вид, она несла в себе древнюю мудрость, и её татуировки, напоминающие ночное небо с мерцающими созвездиями, слегка светились даже днём, реагируя на её эмоции. Одежда Ситлали в тёмно-фиолетовых и чёрных тонах, подчёркивала её связь с мистикой. Одежда колыхались на ветру, создавая иллюзию, будто она парит над землёй. Казалось, она была в отличном настроении: плечи расслаблены, шаг лёгок, а в руках она держала какую-то потрёпанную книгу вероятно, древний том с ритуалами или пророчествами, которые она так любила изучать. Книга была старой, с потрёпанной обложкой, испещрённой рунами, и от неё веяло лёгким ароматом пыли и трав. Ситлали подошла ближе, не замечая или игнорируя то, что Итэр наблюдает за ней. Она огляделась по сторонам, словно проверяя, нет ли посторонних, её глаза пробежались по оазису по журчащему ручью, по тенистым кустам, где прятались мелкие существа. Удовлетворившись, она с лёгким взмахом руки призвала свою знаменитую подушку мягкое, пушистое облако из крио-энергии, которое материализовалось из воздуха с тихим потрескиванием льда. Подушка парила в воздухе, как верный спутник, излучая прохладу, которая распространялась вокруг, охлаждая воздух на несколько градусов. Не спрашивая разрешения а зачем, если она шаманка, привыкшая к тому, что мир подчиняется её воле? Она опустилась рядом с Итэром, устроившись на подушке с грацией кошки. Книга раскрылась на коленях, и она погрузилась в чтение, перелистывая страницы с тихим шелестом. Итэр затаил дыхание, притворяясь спящим: он знал, что Ситлали может вспылить по мелочам например, если почувствует, что её пространство нарушено, и лучше не тревожить её в такой момент. Что она здесь делает? — подумал он. — Натлан полон опасностей, а она ищет уединения под тем же деревом, что и я... Совпадение или судьба? Аромат её присутствия лёгкий, с нотками цветов, озона от крио-магии и лёгкой сладости от плодов, которые она, видимо, ела недавно, смешался с запахом земли и листьев, создавая атмосферу уюта посреди жары. Прошло немного времени может, полчаса, а может, и час; в Натлане время текло иначе, подчинённое ритму солнца и теней, где минуты растягивались от жары. Итэр чувствовал, как дыхание Ситлали становится ровнее, страницы перестают шелестеть, а книга медленно скользит с её колен. Могущественная и ужасная шаманка, способная призывать ледяные бури и читать мысли, мирно уснула, облокотившись на его плечо. Её голова склонилась, розовые пряди волос коснулись его руки, а тело расслабилось, доверчиво прижавшись. В этот момент она казалась не грозной шаманкой, а просто девушкой, уставшей от бремени своей роли. Итэр улыбнулся про себя: он знал о её вспыльчивом характере, о том, как она может разразиться гневом по пустяку, и будить её сейчас было бы равносильно вызову на дуэль с элементальной бурей. Лучше не рисковать, подумал он, чувствуя тепло её тела сквозь ткань одежды. Осторожно, чтобы не потревожить сон, он немного изменил позу: сдвинулся чуть ближе, обвил рукой её талию в лёгком, защитном объятии. Это было не просто удобство в глубине души Итэр ощущал странную связь с этой шаманкой, которая, несмотря на свою эгоистичность и капризы, скрывала заботливую натуру. Её дыхание, ровное и спокойное, убаюкивало, как колыбельная, и он, позволив себе расслабиться, закрыл глаза. Вслед за ней он отправился в царство снов, где жара Натлана отступала, а мир наполнялся звёздным светом и лёгким морозом отражением их обоих. Дерево над ними шелестело листвой, словно одобряя этот редкий момент покоя в вихре приключений Тейвата.

✦Сон Путешественника✦

Но сон не был обычным. Внезапно для себя Итэр осознал, что шагает сквозь пылающую жаром саванну Натлана, где воздух дрожал от зноя, а земля под ногами казалась раскалённой лавой, покрытой ковром из сухой, потрескивающей травы. Солнце, огромное и безжалостное, висело в небе, как глаз древнего бога, заливая всё вокруг ослепительным золотым светом. Вокруг расстилались бесконечные просторы: холмы, усеянные яркими цветами, напоминающими пламя, и далёкие силуэты вулканов, извергающих клубы дыма, который смешивался с ароматом жжёной земли и диких трав. Где-то в отдалении слышался рёв экзотических зверей возможно мифических существ, рождённых из легенд племён Натлана, а иногда эхо барабанов, пульсирующее в ритме сердца. Итэр чувствовал, как пот стекает по его спине, а сердце бьётся в ритме надвигающейся битвы. В руках он сжимал свой верный меч, мерцающий элементальной энергией анемо-вихри вились вокруг клинка, готовые к удару. Его шаги были уверенными, словно он шёл по предначертанному пути героя из древних сказаний. Цель была ясна: сразиться со злым драконом и спасти прекрасную принцессу Ситлали, заточённую в высокой башне. Это внезапное осознание ударило его, как порыв ветра. Ещё мгновение назад он мирно лежал в тени огромного дерева, обнимая спящую Ситлали, чувствуя тепло её тела и лёгкий холодок от её крио-ауры. А теперь? Теперь он мчался на битву с чудовищем. Быстро проанализировав ситуацию, Итэр понял: да, это всего лишь сон. Необычный, яркий, почти осязаемый не те размытые видения, к которым он привык в своих странствиях по Тейвату. Обычно его сны были полны воспоминаний о потерянной сестре, о звёздных небесах или о битвах с Архонтами, но этот... этот казался слишком живым, слишком пропитанным магией Натлана. Возможно, влияние Ситлали? Её шаманские ритуалы и их связь с помогли проникнуть в мои мысли, — подумал он, чувствуя лёгкий озноб. — Или это их общий сон? Но разбираться с этим можно позже сейчас сон манил его вперёд, и сопротивляться было бессмысленно. Решив подчиниться логике сновидения, Итэр ускорил шаг, чувствуя, как адреналин разливается по венам. В конце концов, даже во сне он оставался Путешественником тем, кто всегда шёл навстречу приключениям. Вдали, на вершине скалистого утёса, возвышалась башня древняя, увитая плющом и украшенная рунами. А перед ней, расправив огромные крылья, покрытые чешуёй, сверкающей, как обсидиан, ждал дракон. Это было чудовище из легенд: тело длиной в десятки метров, глаза горели красным пламенем, а из пасти вырывались клубы дыма и искр. Рёв дракона эхом разнёсся по саванне, сотрясая землю, и Итэр почувствовал, как ветер от его крыльев хлещет по лицу. За спиной дракона, из окна башни, высунулась Ситлали её розовые волосы развевались, фиолетовые глаза сияли от восторга, а на лице играла озорная улыбка. Она махала ему рукой, приветствуя своего спасителя. Битва с драконом оказалась не долгой, но эпичной. Итэр увернулся от первого удара хвоста, который расколол землю, как молния, и контратаковал, призывая элементальную силу: вспышки анемо-энергии смешались с его мечом, создавая вихрь, что оттолкнул чудовище. Дракон изрыгнул пламя стену огня, которая опалила траву вокруг, но Итэр прыгнул в сторону, используя порыв ветра, чтобы взмыть в воздух. Итэр приземлившись на спину ящера, вонзив клинок в уязвимое место между чешуйками. Зверь взревел в агонии, пытаясь стряхнуть его, но Итэр держался крепко, нанося удар за ударом. Энергия текла через него, усиливая атаки, и наконец, с финальным взмахом, дракон пал его тело рухнуло на землю с грохотом, поднимая облако пыли и дыма. Саванна затихла, словно аплодируя победителю. Итэр стоял, тяжело дыша, с мечом в руке, чувствуя триумф, смешанный с лёгким недоумением: Слишком легко для такого монстра. Сон, точно сон. — Окончательно решил Итэр Как только дракон был повержен, башня задрожала, и Ситлали, не раздумывая, выскочила из окна не спустилась по лестнице, а именно прыгнула, словно это было самым естественным делом. Она падала грациозно, как перо на ветру, и приземлилась прямо в руки Путешественника, обхватив его за шею. Её крио-энергия слегка покалывала кожу, создавая приятный контраст с жарой саванны. Ситлали выглядела как настоящая принцесса из сказки: в лёгком платье с элементами натланской вышивки, украшенном звёздами и перьями, но с той же вспыльчивой искрой в глазах. — О мой герой, тебе очень идёт твоя новая причёска! — воскликнула она, улыбаясь и проводя пальцами по его волосам. Её голос был игривым, с ноткой искреннего восхищения, и Итэр почувствовал, как тепло разливается в груди. — Всё ради тебя, моя прекрасная принцесса, — ответил он, удивлённый таким заявлением, но не подавая вида. В реальности он бы, наверное, смутился или пошутил, но во сне слова лились легко, как в старой балладе. Он осторожно поставил её на землю, но Ситлали явно была недовольна её брови сдвинулись, а губы надулись в капризной гримасе. Итэр провёл рукой по своим волосам и к своему удивлению обнаружил, что привычной косы нет: длинные золотистые пряди свободно падали на плечи, развеваясь на ветру, как у героя из эпических легенд. Интересный штрих от подсознания, — подумал он, размышляя, почему сон решил изменить его облик. Может, это отражение того, как Ситлали видит его — более свободным, менее скованным сомнениями? — И что же желает сердце моей леди? — уважительно поклонившись, произнёс Итэр, входя в роль рыцаря. Он склонился в шутливом реверансе, но с искренним блеском в глазах, наслаждаясь этим абсурдным, но приятным сновидением. — Мой рыцарь должен отнести меня в моё королевство на руках! Поэтому бери меня на руки и неси! — топнув ножкой с ноткой угрозы, приказала Ситлали, всё ещё обижаясь за то, что её поставили на землю. Её голос звенел, как колокольчик, но в нём сквозила та знакомая шаманская властность смесь каприза и силы. Она скрестила руки на груди, ожидая повиновения, и Итэр не смог удержаться от улыбки. — Как прикажешь, моя принцесса. Но по пути расскажи, что ты видела в той башне? — спросил он, поднимая её на руки. Она была лёгкой, как облако, но тёплой и живой. — О, там были звёздные карты и древние ритуалы... Но скучно без тебя. А теперь — вперёд! — ответила она, прижимаясь ближе. Подняв принцессу на руки, Итэр отправился в путь. Саванна расстилалась перед ними, превращаясь в сказочный ландшафт: цветы расцветали под его шагами, небо темнело, усыпанное звёздами даже днём, а вдали виднелись очертания королевства — величественного замка из обсидиана и льда, где, наверное, ждали новые приключения. Ситлали прижалась к его груди, бормоча что-то о звёздных картах и ритуалах, и Итэр почувствовал, как сон углубляется, обещая ещё больше чудес. Если это всего лишь сон, то почему он кажется таким реальным? — мелькнула мысль, но он отогнал её, наслаждаясь моментом. В конце концов, в Тейвате сны иногда переплетаются с реальностью, особенно когда рядом такая шаманка, как Ситлали.

✦Возвращение в реальность✦

Так же внезапно, как и уснул, Итэр проснулся, ощущая, как реальность Натлана возвращается к нему в полной мере: жара, хоть и начавшая спадать с приближением вечера, всё ещё обволакивала тело, словно тяжёлое одеяло из раскалённого воздуха. Солнце клонилось к горизонту, окрашивая небо в оттенки оранжевого и фиолетового, напоминающие о вулканах и ночных ветрах этого региона цвета, которые всегда казались Итэру символом вечной борьбы в Натлане. Листья огромного дерева над ними шелестели тихо, как шепот древних духов, а где-то вдали эхом разносились крики экзотических птиц и далёкий гул барабанов из ближайшего поселения, где, наверное, уже готовились к вечерним ритуалам. Итэр моргнул, адаптируясь к свету, и первым делом бросил взгляд на девушку, лежащую рядом с ним. Ситлали, шаманка Повелителей Ночного Ветра, всё ещё покоилась на своей крио-подушке мягком, пушистом облаке энергии, которое парило чуть над землёй, излучая лёгкий холодок, контрастирующий с окружающей жарой. Её розовые волосы разметались по подушке, фиолетовые глаза были плотно закрыты, а дыхание ровное и спокойное, словно она решила продлить этот момент покоя в мире, полном ритуалов и битв. Но Итэр знал её достаточно хорошо: под этой внешней безмятежностью скрывалась вспыльчивая натура, готовая вспыхнуть по любому поводу от неправильно истолкованного знамения до случайного вторжения в её личное пространство. Ситлали тоже проснулась он почувствовал это по лёгкому изменению в её ауре, по тому, как крио-энергия вокруг неё слегка усилилась, создавая крошечные искры льда в воздухе, которые таяли, оставляя после себя лёгкий туман. Однако, в отличие от Итэра, она явно не планировала ни открывать глаза, ни тем более вставать. Она просто лежала, притворяясь спящей, возможно, наслаждаясь остатками сна или просто из упрямства это было так на неё похоже. Итэр улыбнулся про себя, вспоминая только что пережитое сновидение: пылающая саванна, искажённая сюрреалистичными элементами, злой дракон, принцесса в башне... Всё это теперь обрело смысл. Аккуратно приподнявшись, чтобы не потревожить её, он наклонился ближе и смог разглядеть книгу, которую она читала перед тем, как уснуть. Том лежал раскрытым на земле рядом с подушкой — потрёпанный, с обложкой, украшенной изображением рыцаря в доспехах и дракона, изрыгающего пламя. Заголовок гласил что-то вроде "Легенда о Храбром Рыцаре и Пленённой Принцессе" классическая сказка, такие истории встречались кажется во всех виденных им мирах наверное это была очередная загадка вселенной. Страницы были испещрены иллюстрациями: башня, дракон, спасение... Всё совпадало с тем, что он только что пережил во сне. Теперь все детали этой головоломки сошлись в его разуме, как кусочки мозаики, формируя ясную картину. Итэр, с его опытом путешествий по многим регионам, знал о магии снов и подсознания особенно в Натлане, где шаманы вроде Ситлали обладали способностью влиять на реальность через ритуалы. Она своей силой случайно затащила его в свой сон, возможно, из-за близости, или потому что её мысли о книге переплелись с её магией, создав этот общий сонный мир. Это объясняло сюрреализм: искажённые пейзажи, меняющиеся формы, абсурдные элементы всё это было отражением её воображения, смешанного с его собственными воспоминаниями. Интересно, часто ли она видит такие сны? — подумал Итэр, чувствуя лёгкое тепло в груди от этой неожиданной близости. — Или это из-за меня? Может, её магия реагирует на мою ауру... В конце концов, я Путешественник из другого мира. Улыбнувшись шире, он решил, что это отличная возможность для небольшой игры лёгкого, игривого поддразнивания, которое могло бы разрядить атмосферу и, возможно, раскрыть больше о её скрытой, заботливой стороне. В конце концов, Ситлали, несмотря на свою эгоистичность и капризы, иногда показывала уязвимость, особенно в моменты покоя, как сейчас. Чтобы усилить эффект, Итэр решил добавить немного театральности. Он быстро распустил свою привычную косу золотистые волосы рассыпались по плечам, свободно развеваясь на ветру, делая его облик более раскованным, как у героя из той самой сказки. Волосы были длинными, слегка волнистыми от жары, и теперь они падали на лицо, придавая ему вид романтического странника из легенд. Если сон был её, то пусть увидит отголосок в реальности, — подумал он с лукавой улыбкой. Итэр начал вставать, осторожно отстраняясь. Он ожидал, когда его "принцесса" соизволит открыть глаза, и долго ждать не пришлось: потеряв уютное плечо, на которое она опиралась, Ситлали начала шевелиться. Её крио-подушка мягко опустилась на землю, рассеиваясь в лёгком тумане энергии, и шаманка села, потягиваясь с ленивой грацией. Жара потихоньку спадала вечерний бриз Натлана принёс облегчение, неся с собой ароматы цветущих растений и далёкого дыма от костров. Солнце теперь золотило всё вокруг мягким светом, отбрасывая длинные тени от дерева и холмов. Открыв глаза, Ситлали принялась удивлённо рассматривать Итэра и его необычную причёску. Её фиолетовые зрачки расширились от любопытства, а на лице мелькнула смесь удивления и лёгкого румянца редкое зрелище для той, кто обычно держалась с королевским достоинством. Она моргнула, пытаясь осмыслить изменения: без косы Итэр выглядел необычно и это, видимо, напомнило ей о чём-то из сна. — Решил сменить причёску, Итэр? — задала она волнующий её вопрос, голос шаманки звучал с лёгкой хрипотцой после сна, но в нём сквозила искренняя заинтересованность, смешанная с её привычной ноткой сарказма. Она наклонила голову, разглядывая его волосы, и её татуировки на коже слегка засветились — возможно, от подсознательного всплеска магии. — Ты выглядишь... иначе. Как будто только что из битвы с ветром. Или из сна? Итэр усмехнулся, наслаждаясь её реакцией. Он встал полностью, отряхивая листья с одежды, и ответил с лёгким поклоном, подражая рыцарю из сказки: — Решил проверить, может быть, так будет проще переносить жару этого места. — Его глаза искрились от забавы, и он добавил, намекая на сон: — А вас принести домой, моя принцесса? Ситлали замерла на миг, её щёки порозовели сильнее — румянец выдал её истинные эмоции, несмотря на попытку сохранить серьёзное выражение лица. Она была явно смущена, но в то же время заинтригована: сон, видимо, ещё свеж в её памяти, и слова Итэра резонировали с ним. — Что? Принцесса? Ты... откуда ты знаешь про это? — пробормотала она, вставая и подходя ближе, её крио-энергия создала лёгкий морозный вихрь вокруг них, охлаждая воздух. — Если ты подсматривал в мою книгу... или в мои мысли... Я же говорила, не лезь в мои дела! Итэр рассмеялся тихо, поднимая руки в шутливом жесте капитуляции. — Ничего такого! Просто... интуиция Путешественника. А насчёт нести — это серьёзно. Твой дом не так далеко, а вечер уже близко. Позволь рыцарю исполнить долг. Ситлали фыркнула, скрестив руки, но в её глазах мелькнула улыбка. — Раз ты предлагаешь, тогда бери меня на руки и неси. Но если уронишь заморожу на месте! — серьёзно ответила она, стараясь звучать властно, как великая шаманка, но в голосе проскользнула нотка кокетства. Её глаза блеснули, и она топнула ножкой для вида, вызвав лёгкий всплеск крио-энергии, который охладил воздух вокруг. — Слушаюсь, великая шаманка, — сохраняя улыбку на лице, произнёс путешественник, входя в роль с лёгкостью. Он чувствовал, как эта игра сближает их, раскрывая стороны, которые обычно скрывались за масками его вечного странника и её гордой провидицы. Ситлали быстро спрятала книгу, сунув её в складки своей одежды, и бросила быстрый взгляд на Итэра, явно надеясь, что он не видел, что она читала. Её движения были поспешными, почти неловкими редкость для той, кто всегда держалась с достоинством. Но Итэр, конечно, заметил, и это только усилило его улыбку: он решил не выдавать себя сразу, оставив это для будущих шуток. Подняв девушку на руки она была лёгкой, но её крио-аура создавала приятный холодок, контрастирующий с остатками жары, Итэр отправился к её дому. Путь лежал через холмистые равнины Натлана: они шли мимо цветущих полей, где растения с яркими лепестками, напоминающими пламя, колыхались на ветру; мимо ручьёв с кристальной водой, где иногда мелькали звери, любопытно поглядывающие на пару; мимо древних руин, которые Ситлали иногда комментировала шёпотом, делясь знаниями о ритуалах предков. По дороге она прижалась ближе. — Знаешь, в той книге... то есть, в легендах Натлана, рыцари всегда побеждают драконов, — внезапно сказала Ситлали, глядя на него снизу вверх. — Но в реальности драконы это не обычные монстры. Ты бы справился с настоящим? — С тобой рядом? Конечно. — ответил с улыбкой Итэр. Они поговорили о его приключениях, и Ситлали поделилась стыдливой историей об одном ритуале, когда она чуть не заморозила целое племя из-за ошибки. Это была редкая откровенность, и Итэр почувствовал, как воздух между ними наполнялся лёгкостью моментом, который мог стать началом чего-то большего в их странной, но крепнущей связи.

✦Ужин с шаманкой✦

Дом Ситлали, уединённая хижина в отдалении от поселения Повелителей Ночного Ветра, маячил впереди: скромный, но пропитанный магией, с крышей, украшенной символами глаз и перьев. Когда они подошли, солнце уже садилось, окрашивая всё в мягкий сумеречный свет. Вокруг расстилались холмы, усеянные яркими цветами, чьи лепестки светились в сумерках, как миниатюрные звёзды, а воздух был наполнен ароматом тропических плодов, смешанным с лёгким озоном от магии, которая витала вокруг дома. Итэр осторожно опустил Ситлали на землю у порога, чувствуя, как её тело, лёгкое и тёплое, скользит из его объятий. Он уже было собирался попрощаться вечерние тени удлинялись, и ему предстоял путь обратно к своему временному пристанищу в Натлане, где он мог бы обдумать сегодняшний день, полный неожиданных открытий и сближения с этой загадочной шаманкой. Но Ситлали внезапно его остановила, её рука, украшенная натланскими татуировками, напоминающими ночное небо с мерцающими звёздами, мягко, но настойчиво схватила его за рукав. Её фиолетовые глаза, обычно полные уверенности и лёгкой вспыльчивости, теперь смотрели на него с непривычной уязвимостью, а щёки слегка порозовели признак смущения, который она пыталась скрыть за маской привычного каприза. — Останься. Пожалуйста, — внезапно для себя произнесла она, слова вырвались тихо, почти шёпотом, и сразу же она отвела взгляд, начиная ещё сильнее смущаться от своего предложения. Это было так не похоже на неё — могущественную шаманку, привыкшую отдавать приказы, а не просить о компании. Она нервно переступила с ноги на ногу, её розовые волосы слегка колыхнулись на вечернем бризе, и она быстро добавила, пытаясь вернуть себе контроль над ситуацией. — Мне нечем ужинать, а из-за того, что ты так долго меня нёс, я уже не успею купить еды, поэтому ты должен приготовить мне ужин. И... не вздумай отказываться, иначе я обижусь по-настоящему! — Улыбнувшись от гениальной идеи сказала Ситлали. Итэр замер, сильно удивившись от такого предложения. Он знал Ситлали как независимую и эгоистичную, но в глубине души всегда подозревал, что под этой оболочкой скрывается кто-то, кто ценит близость, пусть и не признаётся в этом. Её слова вызвали в нём смесь тепла и любопытства это был шанс узнать её лучше, за пределами шаманских ритуалов и битв. — Как скажешь, — ответил он с мягкой улыбкой, его золотистые волосы, всё ещё распущенные после той шутливой перемены, падали на плечи, делая его облик более расслабленным. Он не стал спорить или подшучивать — понял, что момент хрупкий, и просто кивнул, входя в дом следом за ней. — Но предупреждаю, я не шеф-повар из Ли Юэ. Что у тебя есть в запасах? Внутри хижины царила атмосфера таинственности: стены были увешаны древними артефактами и сушёными травами, излучающими лёгкий аромат, напоминающий о ритуалах. Крио-энергия Ситлали пропитывала воздух, создавая прохладные уголки посреди натланской жары, а в углу парила её знаменитая подушка верный спутник для отдыха. Итэр провёл быстрый поиск по полкам и шкафам, осматривая скромные запасы шаманки. К его удивлению и лёгкому разочарованию у Ситлали действительно не было ничего съестного: только бутылки с алкоголем для видений или расслабления после шаманских практик. Типично для неё больше думает об алкоголе, чем о еде, — подумал он с улыбкой. Придётся готовить только за счёт своих запасов, а их сейчас при Итэре практически не было основные припасы он оставил в своём временном доме в ближайшем поселении, но в походном ранце нашлось немного: несколько свежих овощей, собранных по пути морковь, картофель, местные натланские корнеплоды с острым вкусом, травы для приправы и базовый бульон в сушёном виде. Из этого можно было сварить овощное рагу простое, но вкусное и достаточно полезное блюдо, которое он освоил во время странствий по Тейвату, адаптируя рецепты из разных регионов. Оно напоминало о тепле домашнего очага, даже в таком далёком месте, как Натлан. Итэр закатал рукава и принялся за дело на маленькой кухне хижины: разжёг огонь в очаге, где пламя танцевало, отбрасывая тени на стены, нарезал овощи аккуратными кусочками, добавил специи смесь натланских перцев для остроты и трав из Сумеру для аромата, которые он всегда носил с собой. Вода в котелке забурлила, распространяя пар, смешанный с запахом земли и пряностей. Пока рагу тушилось, Итэр заметил, что Ситлали устроилась на диване в гостиной мягком, обитом тканью с натланскими узорами, и лёжа читает книжку. Название ему разглядеть не удалось: обложка была потрёпанной, с изображением чего-то мистического возможно, сборник легенд или роман о приключениях шаманов. Она перелистывала страницы с сосредоточенным видом, но иногда бросала взгляды в сторону кухни, её ноздри слегка трепетали от нарастающего аромата. — Что ты там варишь? Пахнет... не как шаманское зелье, — крикнула она из гостиной, не отрываясь от книги. — Овощное рагу по рецепту из моих странствий. Добавил натланских перцев — должно быть остро, как твои бури, — ответил Итэр, помешивая котелок. — А ты что читаешь? Ещё одну сказку о принцессах? Ситлали фыркнула, но с улыбкой. — Не твоё дело, рыцарь. Но если хочешь, могу рассказать о жутком ритуале. Только не пугайся. Аромат горячего рагу наконец-то стал невыносимо соблазнительным — смесь овощного бульона и специй заставил Ситлали отложить своё чтиво. Она грациозно поднялась, её одежда в тёмно-фиолетовых тонах шелестнула, и направилась на кухню, где Итэр, закончив с приготовлением ужина, уже накрыл на стол: простые глиняные тарелки, ложки из дерева, чтобы создать уютную атмосферу. — Недурно, можешь считать, что я простила тебе твою медлительность, — сев за стол, сказала Ситлали, её голос звучал с притворной строгостью, но в глазах мелькнула искра одобрения. Она взяла ложку и попробовала рагу, её лицо на миг расслабилось от удовольствия — блюдо получилось сытным, с балансом вкусов: острота перцев, сладость овощей и лёгкая кислинка от трав. — Всё, что пожелает моя принцесса, — поклонившись с шутливой галантностью, произнёс Итэр, подмигивая ей. Он сел напротив, наслаждаясь моментом — это был редкий вечер покоя в их мире, полном опасностей и тайн. На секунду Ситлали остановилась, её ложка замерла в воздухе, и она бросила на путешественника свой оценивающий взгляд пронизывающий, как звёздный свет, явно занимаясь анализом его поведения. Её шаманские инстинкты подсказывали, что здесь что-то не так: почему он снова упоминает принцессу? Воспоминания о сне всплыли, вызывая новый румянец. — Если я узнаю, что ты читал мои мысли, я... — грозно начала свою речь она, её голос поднялся, а крио-энергия вокруг слегка усилилась, создавая лёгкий иней на столе. Но, начав смущаться сильнее, она остановилась, отводя взгляд. — Я... Я придумаю для тебя страшную кару, — покраснев до корней розовых волос, закончила Ситлали, пытаясь звучать устрашающе, но вышло скорее мило и неловко. Итэр, многозначительно промолчав — он не хотел раскрывать все карты сразу, оставляя интригу, просто улыбнулся и сел за стол, присоединяясь к ужину. Они ели в уютной тишине, прерываемой редкими комментариями. — Не ожидала, что Путешественник умеет готовить даже лучше, чем сражаться. — она похвалила вкус. Итэр поделился историей о похожем блюде из Ли Юэ, где он ел его с друзьями после битвы. Аромат рагу смешивался с вечерними запахами Натлана, входящими через открытое окно — свежий ветер, несущий нотки дыма от далёких костров. Ужин прошёл в теплой атмосфере, и когда тарелки опустели, Итэр почувствовал, что этот вечер укрепил их связь.

✦Королевство снов✦

Внезапно, как это часто бывает в лабиринтах сновидений, где время и пространство изгибаются по прихоти подсознания, словно река, меняющая русло под влиянием ветра, Итэр очнулся от краткого забытья не в реальности Натлана, а в этом искажённом царстве грёз, где саванна всё ещё пульсировала под ногами, словно живое существо, а небо над головой то сжималось в крошечный купол, то расширялось до бесконечности, усыпанной звёздами, которые падали вверх, как дождь из перевёрнутого мира. Воздух был густым, пропитанным ароматом диких трав и далёкого дыма, но с примесью чего-то нереального сладкого, как нектар из звёздных цветов, которые расцветали только в снах. Итэр почувствовал лёгкое головокружение, его тело вибрировало от элементальной энергии, и он обнаружил себя преклонившим колено перед принцессой Ситлали, как и подобает её верному рыцарю из древних легенд фигура его была облачена в сияющие доспехи, сотканные из переплетающихся потоков анемо-энергии и крио-искр, которые искрились, как фейерверк в ночном небе. Доспехи были лёгкими, почти невесомыми, но прочными, с узорами в виде вихрей и снежинок, отражающими их общую связь. Ситлали возвышалась на троне, который то таял, превращаясь в облако розового тумана, то затвердевал в форму огромного цветка с лепестками из льда и пламени. Её платье, украшенное натланскими мотивами перьями экзотических птиц, глазами духов и звёздными картами, меняло цвета с каждым вздохом: от фиолетового к золотому, от чёрного к алому, отражая капризы её настроения. Фиолетовые глаза шаманки сияли с королевским достоинством, но в глубине их таилась озорная искра, а розовые волосы вились вокруг, как живые змеи из света, шепчущие древние заклинания. Вокруг них расстилался сюрреалистический ландшафт: холмы, покрытые травой, которая пела тихие мелодии, когда по ней ступали; деревья с листьями в форме глаз, моргающих и наблюдающих за каждым движением; и далёкие вулканы, извергающие не лаву, а реки из воспоминаний фрагменты битв, путешествий и встреч, плывущие по воздуху как призрачные видения, иногда показывающие лица друзей Итэра из других регионов Тейвата. — О, мой верный рыцарь, ты вернулся из приключения? — произнесла Ситлали, её голос эхом разнёсся по саванне, но эхо это повторялось не просто словами, а образами: каждый слог материализовывался в воздухе как миниатюрные иллюзии рыцари, драконы, цветы, танцующие в вихре. Она наклонилась вперёд, её трон слегка покачнулся, и вокруг неё закружились три сферы света: одна с изображением акулы в волнах, вторая с алым цветком, третья — туманная, без формы, символизирующая неизвестность. — Но чтобы доказать свою преданность и получить право просить мою руку и сердце, ты должен совершить три великих подвига для меня. Это не просто испытания — это отражения твоей души, смешанные с моими желаниями. Готов ли ты, Итэр? — Торжественно объявила Ситлали. Итэр, всё ещё держась на одном колене, почувствовал прилив удивления: это задание напоминало сказки из его странствий по Тейвату — легенды о героях из Мондштадта или Ли Юэ, но с натланским колоритом, пропитанным духом племён и элементов. Во сне всё возможно, — подумал он, ощущая, как его доспехи вибрируют в такт его мыслям, меняя форму. — Но почему именно эти подвиги? Похоже на отсылку к старым историям, но искажённую её воображением. Может, это её способ проверить меня? Он поднял голову, встречаясь с её взглядом, и ответил с лёгкой улыбкой. — Конечно, моя принцесса. Для тебя я пройду через огонь и лёд. Расскажи, что за подвиги ждут меня? — Уверенным голосом ответил Итэр — Первое, ты должен победить жуткую госпожу акул Муалани, что смеет тревожить мой покой своими волнами и штормами. Она страж морей грёз, и её сила в воде, но твоя в ветре. Используй это мудро! — Начала Ситлали, и первая сфера света вспыхнула ярче, показывая образы бурных волн и акулы с гидро-энергией. — Второй твой подвиг это найти аленький цветочек, скрытый в самых далёких уголках этого мира. Он цветёт только там, где сны встречаются с реальностью, и его лепестки хранят секреты звёзд. А третьим твоим подвигом станет пойди туда не знаю куда, принеси то не знаю что задание, которое проверит не только твою силу, но и хитрость. — Закончила свою речь Ситлали, и сферы света взорвались фейерверком искр, осыпаясь на землю и превращаясь в тропинки, ведущие в разные направления. Её тон был величественным, но в нём сквозила нотка игривости та самая капризная шаманка, которая в реальности могла вспылить по мелочам, здесь превращала испытания в забавную игру. — Как будет угодно моей принцессе, — ответил он, удивлённый таким заявлением, но входя в роль с лёгкостью. Он поднялся, и земля под ним задрожала, формируя путь вперёд тропинку из светящихся камней, ведущую к первому испытанию. Первым его заданием стала победа над Муалани, госпожой акул, и сон, верный своей сюрреалистической природе, превратил эту битву не в жестокую схватку, а в соревнование по скоростному плаванию через океан грёз. Саванна внезапно расступилась, земля превратилась в бурлящую воду не обычную, а искрящуюся, с волнами, которые пели песни о древних морях Натлана Муалани появилась как гигантская акула с человеческим обликом её тело переливалось чешуёй из воды и света, глаза горели гидро-энергией, а вокруг неё кружили миниатюрные вихри, создающие течения. — Ха, рыцарь ветра в моих водах? Это будет забавно! — рассмеялась она, её голос булькал, как пузыри. В реальности Итэр никогда не мог бы сравниться с ней в скорости на воде — Муалани, известная как мастер плавания в Натлане, была непобедима в своей стихии. Но сейчас они были не в реальности, а во сне, где правила диктовало подсознание Ситлали, смешанное с желаниями Итэра. — Давай посмотрим, кто быстрее твои волны или мой ветер! — крикнул Итэр, ныряя в волны. Его тело преобразилось: руки стали плавниками из ветра, ноги хвостом, ускоряющим движение. Соревнование было эпичным: они мчались через подводные лабиринты из кораллов, которые меняли форму, как живые; мимо подводных вулканов, извергающих пузыри с воспоминаниями о битвах в Натлане; через течения, где время замедлялось или ускорялось. Итэр, используя свою анемо-силу, создал воздушные потоки под водой, которые подтолкнули его вперёд, и в финальном рывке обогнал Муалани, коснувшись финишного барьера огромной жемчужины, сияющей на горизонте. Акула рассмеялась, превратившись в облако тумана, и исчезла, оставив после себя трофей медальон в форме акулы, символизирующий победу. — Ты победил, герой! Но помни, вода и ветер союзники, эхом донеслись её слова. Итэр вынырнул на поверхность, чувствуя триумф, смешанный с лёгким недоумением. Сон делает невозможное возможным. Интересно, что Ситлали думает о Муалани в реальности? Может, это её способ показать уважение к подруге? Вторым подвигом был поиск аленького цветочка задания, которое, казалось, могло затянуться на целую вечность в этом бесконечном мире грёз, где направления путались, а ландшафты менялись с каждым шагом: холмы превращались в горы из облаков, реки текли вверх, а цветы шептали подсказки, но часто лгали, превращаясь в иллюзии. Итэр бродил по саванне, которая теперь напоминала лабиринт из зеркал, отражающих альтернативные версии самого себя один Итэр сражался с Архонтами, другой искал сестру под звёздами, третий обнимал Ситлали в реальности. Время растягивалось: минуты казались часами, а часы мгновениями. Он взбирался на холмы, где трава пела баллады о потерянных сокровищах, спускался в долины, заполненные туманом из снов, где призраки прошлых приключений шептали: Ищи там, где ничего нет. В одной дополнительной сцене он встретил призрака своей сестры — Люмин, которая появилась как мираж: Брат, цветок — в твоём сердце. Но чтобы найти его, отпусти прошлое. Это тронуло Итэра, и он продолжил поиск с новой решимостью. Как вдруг, на небольшом холмике, который материализовался из ниоткуда — словно сон решил сжалиться или подшутить, — оказался искомый цветок: аленький, сияющий, с лепестками, которые пульсировали, как сердце, и стеблем, усыпанным звёздной пылью. Он сорвал его осторожно, и цветок запел тихую мелодию — песню о любви и подвигах, эхом разнёсшуюся по грёзам. Слишком просто? — подумал Итэр. — Или это намёк от Ситлали, что в её мире чудеса всегда под рукой? Может, она хочет сказать, что я уже нашёл 'цветок' в ней? Теперь Итэр возвращался к принцессе, уже зная, что он принесёт ей в качестве третьего подвига — загадочного "того не знаю чего" из "того не знаю куда". В его руках сиял кристалл, материализовавшийся из его воспоминаний: прозрачный артефакт, запечатлевший фрагменты его путешествий по разным мирам. Кристалл переливался цветами элементов, и при касании оживал, показывая сцены: битвы с богами, встречи с друзьями. По пути он добавил сцену: кристалл показал совместные моменты с Ситлали — их первую встречу, общий сон под деревом, намекая, что неизвестное это их будущее. Подойдя к башне принцессы которая теперь парила в воздухе, вращаясь медленно, как планета, Итэр увидел, как Ситлали снова прыгнула к нему в объятья из окна. Её падение было замедленным, грациозным, как в воде, и она приземлилась в его руки, обвив шею, её крио-энергия покалывала кожу, создавая искры, которые превращались в миниатюрные снежинки-сердечки. — Я уже знаю, как мой храбрый рыцарь справился с первыми двумя подвигами — твои победы эхом разнеслись по моему королевству, — повиснув на шее Итэра, спросила Ситлали, её голос был игривым, но с ноткой любопытства, а глаза сияли, меняя оттенки. Она провела пальцами по его волосам, и пальцы эти удлинялись, обвиваясь ласково. — Но третье... Что ты принёс мне из неизвестности? Покажи, и если это достойно, то... возможно, я скажу да. — закончила Ситлали Итэр, удовлетворённо улыбаясь триумф разливался по венам, как элементальная сила, — показал Ситлали кристалл, который пульсировал в его ладони, отбрасывая радужные блики на её лицо. — Я принёс тебе то, что ты не знаешь, из места, про которое ты не знаешь, — улыбаясь, ответил Итэр, его голос эхом отразился в кристалле, оживив на миг одну из сцен. — Это мои воспоминания о мирах за пределами твоего королевства — истории, которые ты ещё не слышала, места, которые ты ещё не видела. Но главное — в нём наши будущие приключения, шаманка. Теперь я требую твоей руки, — продолжил он, входя в роль полностью, чувствуя, как сон углубляется, обещая кульминацию. Вместо ответа Ситлали, её щёки порозовели румянец распространился, превращаясь в сияние, как у звезды, наклонилась ближе и поцеловала Итэра. Поцелуй был сюрреалистичным: их губы соприкоснулись, и мир вокруг взорвался каскадом образов цветы расцветали из воздуха, звёзды падали в объятия, а элементы сплетались в танце: крио и анемо создавали вихрь снега и ветра, который кружил вокруг них, унося в новые глубины сна. Итэр почувствовал тепло её тела, смешанное с холодом магии, и в этот момент сон стал почти реальностью — отражением их скрытых желаний, где шаманка и путешественник находили гармонию в хаосе грёз. Саванна затихла, аплодируя им дождём из лепестков, и Если это сон, то пусть он длится вечно. Но где-то в глубине он знал, что утро Натлана приближается, и это приключение лишь начало чего-то большего в их совместном пути. В дополнительной сцене сон завершился фейерверком.

✦Утро над Натланом✦

Проснувшись от первых лучей натланского солнца, которые пробивались сквозь узкие щели в ставнях хижины, окрашивая комнату в мягкие оттенки золотого и розового цвета рассвета над вулканическими равнинами, где небо казалось полотном, расписанным рукой Архонта, Итэр обнаружил себя в объятиях Ситлали. Её руки были обвиты вокруг его талии, а голова покоилась на его груди, розовые волосы разметались по подушке, как шёлковый водопад, а дыхание было ровным и спокойным, словно она всё ещё блуждала в царстве грёз. Но Итэр, с его отточенным чутьём путешественника, заметил лёгкое напряжение в её мышцах и едва уловимое дрожание ресниц шаманка продолжала делать вид, что спит, притворяясь безмятежной, чтобы продлить этот момент близости или просто из упрямства, которое было так характерно для неё. Воздух в комнате был пропитан ароматом ночных цветов, которые Ситлали собирала для своих ритуалов, смешанным с лёгким озоном от её крио-магии, которая даже во сне создавала крошечные искры льда на простынях. За окном уже слышался утренний гул Натлана: далёкие крики экзотических птиц с ярким оперением, ритмичные удары барабанов из соседнего поселения и лёгкий шелест ветра, несущего пыльцу с цветущих холмов. Итэр улыбнулся про себя, чувствуя тепло её тела сквозь тонкую ткань одежды — это был редкий момент уязвимости для той, кого соплеменники с ужасом звали Бабушкой Ицтли, могущественной шаманкой, способной призывать бури. После такого сна она, наверное, тоже вспоминает поцелуй, — подумал он, вспоминая сюрреалистические подвиги и кульминацию в грёзах. — Интересно, сколько она будет притворяться? Может, это её способ сказать, что хочет продолжения. Коварно улыбнувшись — его глаза искрились от забавы, а в душе разливалось приятное тепло от этой неожиданной близости, Итэр аккуратно, с предельной осторожностью, чтобы не потревожить её сон, выскользнул из постели. Его движения были плавными, как у воина, привыкшего жить в опасных приключениях по Тейвату: он медленно отодвинул её руку, заменяя своё плечо подушкой, и бесшумно встал на ноги. Пол в хижине был прохладным под босыми ступнями деревянные доски, покрытые коврами с натланскими узорами, изображающими ночное небо и духов ветра. Он оглянулся на Ситлали: она слегка пошевелилась, но глаза оставались закрытыми, а губы чуть изогнулись в еле заметной улыбке возможно, она уже проснулась и наслаждалась игрой. Решив продолжить эту лёгкую интригу, Итэр тихо направился на кухню — маленькое помещение, примыкающее к спальне, где очаг ещё тлел от вчерашнего ужина, а полки были уставлены глиняными горшками, сушёными травами и артефактами, которые шаманка использовала для зелий и ритуалов. Здесь витал аромат специй Натлана: острых перцев, сладких плодов кенепа и лёгкой горечи местных корнеплодов. Итэр, привыкший готовить в походных условиях будь то на костре в Мондштадте или в импровизированной кухне Ли Юэ, решил приготовить завтрак, чтобы удивить её и, возможно, намекнуть на вчерашние события. Он разжёг огонь в очаге, добавив дров из стопки у стены, и вода в котелке забурлила, распространяя пар. Из своих скудных запасов и того, что нашёл в хижине несколько свежих овощей, яиц от местных птиц и трав для заварки адаптируя рецепт под натланские реалии, он сварил что-то вроде ароматного отвара, напоминающего кофе, из обжаренных зёрен местных растений, он приготовил простое, но аппетитное блюдо: омлет с овощами, приправленный специями, свежий хлеб, испечённый на сковороде, и чашку горячего напитка, который бодрил, как утренний бриз. Закончив с завтраком поднос в руках дымился, а Итэр чувствовал лёгкое волнение, как перед новой битвой, но на этот раз романтической, он подошёл к постели, на которой ещё лежала Ситлали. Она явно не была заинтересована в раннем подъёме: её тело расслабленно раскинулось под одеялом, а фиолетовые глаза были плотно закрыты, но ноздри слегка трепетали от запаха. Запах свежего кофе бодрящего отвара с нотками шоколада и специй явно пробудил в ней интерес: она приоткрыла один глаз, потом второй, и села, потягиваясь с грацией кошки. Её татуировки на коже слегка засветились от утреннего света, а розовые волосы растрепались, придавая ей вид не грозной шаманки, а просто девушки, только что проснувшейся от сладких снов. Увидев Итэра с подносом, она замерла, её фиолетовые зрачки расширились от удивления. — Думаю, завтрак можно засчитать за первый подвиг? — не скрывая улыбки, произнёс Итэр, ставя поднос на край постели. Его голос был игривым, с намёком на вчерашний сон — подвиги рыцаря, дракон, цветок и загадочный кристалл. Он стоял рядом, скрестив руки на груди, наслаждаясь её реакцией. — Ведь в сказках рыцари не только сражаются, но и ухаживают за принцессами. Удивлённая подобным раскладом, Ситлали несколько секунд сидела с широко открытыми глазами, моргая, словно пытаясь осмыслить, не сон ли это продолжается. Её щёки постепенно розовели от смущения румянец распространился от щёк к ушам, контрастируя с её обычно бледной кожей, и она нервно заправила прядь волос за ухо. В её голове, видимо, промелькнули воспоминания о грёзах: поцелуй, объятия, признания. — ТЫ. Ты залазил в мои сны, — после замешательства ответила Ситлали, её голос сначала был тихим, но быстро набрал силу, с ноткой обвинения и вспыльчивости. Она вскочила с постели, её глаза сверкнули, как звёзды в бурю, и она толкнула Итэра на кровать, свалив его и сев на него верхом, прижимая руки к матрасу. — Я предупреждала тебя так не делать! Как ты посмел? Это магия, не для чужаков! — добавила шаманка, стараясь звучать грозно, но в её тоне сквозила смесь гнева и смущения, а близость их тел только усилила румянец. Её крио-аура покалывала кожу Итэра, создавая приятный холодок в контрасте с утренней теплотой. Итэр, не сопротивляясь сначала он наслаждался этой игрой, чувствуя, как адреналин от её близости разливается по венам, сделал быстрый кувырок, используя свою ловкость путешественника, чтобы перевернуться так, чтобы Ситлали оказалась под ним. Теперь он нависал над ней, опираясь на руки по бокам от её головы, их лица были всего в нескольких сантиметрах друг от друга. — Не я залазил в твои сны, а ты сама меня призывала, — произнёс он, его голос был низким, с лёгкой хрипотцой от волнения, глаза искрились от забавы. — Твоя книга, твои ритуалы... Или просто желание? И я помню про обещанные тобой кары, вот только сомневаюсь, что они будут страшными. Ведь в сне ты была такой... нежной, — усмехаясь, добавил Итэр, наклоняясь ближе, чувствуя аромат её волос смесь ночных цветов и озона. Окончательно покраснев от смущения её щёки горели, как закатное солнце Натлана, а сердце билось учащённо, выдавая внутренний хаос, Ситлали закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Она молчала несколько секунд, борясь с эмоциями: вспыльчивость боролась с уязвимостью, эгоистичность — с растущей привязанностью. Но внезапно открыв глаза — они сияли решимостью, с примесью озорства, — она схватила Итэра за воротник его рубашки и, притянув его к себе с неожиданной силой, поцеловала в губы. Поцелуй был импульсивным, страстным: её губы были мягкими, но настойчивыми, с лёгким холодком от крио-магии, который контрастировал с теплом его тела. В этот момент мир вокруг словно замер завтрак остывал на подносе, утренний свет лился в комнату, а где-то вдали эхом разносились звуки пробуждающегося Натлана. Итэр ответил на поцелуй, чувствуя, как это мгновение стирает границы между сном и реальностью, между шаманкой и путешественником. Когда они наконец оторвались друг от друга, тяжело дыша, Это... не кара. Но если расскажешь кому-то тогда точно придумаю что-то страшное. А теперь... ешь свой завтрак, рыцарь, пока я не передумала. — Прошептала Ситлали Итэр рассмеялся тихо, обнимая её крепче, и день в Натлане обещал быть полным новых приключений — не только в битвах, но и в сердцах. Они съели завтрак вместе, шутя о снах и планах.