Тот самый первый разговор

      Сегодня 15 марта 2008 года. Ровно год прошёл с того момента, когда Эдик заговорил с Кайлом на улице у курилки.

***

      — Здрасьте? — прохрипел Карлов, как только выдохнул дым.       Кайл Дмитриевич не отвечал, только молча вытащил сигарету и сразу стал зажигать её. Выглядел так, словно пришёл быстро трахнуться и после съебать. Очень раздражённый... Странно, что он прибегнул к курению только на второй месяц работы. Или умело скрывал, что он курильщик. Неужели довела бумажная работа или он же сам?       — Вы чё, оказывается курите? — после этого Эдик стал затягиваться, паля своего начальника.       Кайл, рыжий питерский пижон, курил гейский камел, которые известны своим очень мягким вкусом. "Ни разу не стереотипно".       — Вы чё не отвечаете?       Кайл затянулся и выдохнул, спрятав взгляд в пол.       — Кайл Дмитриевич, с вами что-то не так, хммм? — лыбился Карлов, сделав шаг ближе к нему. — Вас от затяжки так сильно разнесло, хммм?       — Завали ебло.       "Опа... Вот и твои настоящие краски" удивился Карлов, не переставая улыбаться.       — Ладно-ладно, понял я... — промямлил Карлов, снова затянувшись и так же быстро выдохнул. — Всё таки трудно браться за новую должность в новом месте, наверняка вы ужасно устали... — голос после курения просел до шёлкового тембра. — Может, вы тогда со мной посоветуетесь, ведь я тут достаточно давно работаю?       — Просто дай, кх-кх, блять, в тишине постоять, — Кайл затем прокашлялся, схватившись за колени. — По-человечески, кх-кхм, отъебись!       Раздражённый взгляд, светящиеся зеленью глаза... Красивое зрелище. Почему он так красив? Оказывается, он не такой равнодушный, каким он кажется в стенах офиса.       — Понял-принял, — Эдик затушил и кинул бычок. — Дашь потом стрельнуть? Впервые такие сигареты вижу.       Кайл Дмитриевич молча вытащил пачку камела и протянул несчастную тоненькую сигаретку.       — Спасибо, насяльника! — пискляво протянул тот, хохотнув.       — Теперь реально помолчи.       Эдик достал из своей пачки зажигалку и принялся раскуривать вместе с начальником. От сигареты пахло слабым табаком. А на вкус... Дёшево и сердито. Нет тонкой мягкости или прошибаемой жёсткости. Просто табак, что на губе оставила терпкий химозный поцелуй. Хотя с большими пальцами немного трудно сбивать сажу. "Неплохо" — заключил ум Эдика, рассматривая тлеющую сигарету между своих пальцев.       Кайл смотрел на улицу. Держал сигарету между средним и указательным, всё ещё ни разу "не стереотипно", как баба, и с его достаточно аккуратным телом... Хоть и не на грани "женственности"!.. Нельзя не повозмущаться, почему он не поддаётся мужским чарам. Почему он, с такой изящностью, не ломается, и имеет наглость вести себя очень стерильно на работе. А оказывается, он такой же гадкий мужик вне стен учереждения. Да и... Слишком красивый для мужика, слишком уродлив, чтобы называться девкой. Ужасная ошибка его еврейских предков, что породили на свет такую леденящую красоту.       Кайл докурил сигарету, поморщился, плюнул в мусорку со шмыганием носа, после с отвращением понюхал свои пальцы. Собрался уходить.       — Спасибо, — прошептал Кайл почти рядом с ухом, осторожно похлопав Карлова по плечу. — Пожалуйста, не задерживайтесь.       Его словно током прошибло, но вид пытался не подавать. Негоже так стыдиться. Эдик поплыл, как в первый раз затяжки, что пришлось снег ко лбу приложить, чтобы не рухнуть на ноги.