###

Штрих. Мазок. Линия.       Кисточка витает в воздухе над полотном, опускается в краску, убирая лишнее для тонкости и течёт дальше в ритме, который может мало кто понять. Фиолетовый закрывается чёрным квадратом, а поверх полосы с оттенком металла, который показывается бликами.       Что-то одновременно знакомое и далёкое. Образ в голове, который сам появляется со скуки. Рука лениво лежит на подоконнике дивана, а фоновый шум ведущего с телевизора напротив превратился в кашу из смородины своей монотонностью. Алекз все еще понятия не имеет, как этот ведущий остался на работе, если его речь просто выливается, как из котла.       Подбородок упирается в тот же подлокотник, собирая угол, когда глаза смотрят за управляемым танцем кисточки прямо.        Белый окрашивается мраком из чего-то страшного, закрытого и пугающего. Краски словно пропускают все больше страха с той стороны, откуда реальность не может дотянуться.        Черный заполняет почти все пространство, лишь редко встречая рядом светлые оттенки, чтобы показать малое количество света.        Фиолетовый словно более тёмный, чем должен быть, словно более печальный. Алекз не знает почему ему так кажется, хотя это просто картина, которая так случайно появляется из головы. От появившихся переживаний дергаются перья на голове.       Это просто картина.       А позже кисточка берет другой цвет, абсолютно не тот, который Алекз хотел. И светло-синий разлетается плавной молнией. Он замирает. Каким-то образом этот цвет так гармонично смотрится, а огонь идеально бы подошел к мрачному настроению.       Как светлые ноты, которые вовсе не показывают что-то хорошее, а лишь только добавляют страха. Огонь заполняет пустоту, из которой невозможно выбраться. Черный квадрат обретает свои блики, словно он часть чего-то, что находится по ту сторону прутьев.       Шум голоса превращается в белые блики, став помехами на фоне в ушах, пока синий трескается везде, отливая рассветом на поверхностях, а кисточка дёргается все резче. .Один резкий Угол. .Вторая линия без ровного Края. .Третьи капли от не поставленного Конца.       Глаза, что, кажутся, даже не моргают, настолько сосредоточенно смотря на рисующуюся картину, словно смогут увидеть что-то за той гранью, где она касается воздуха в комнате. Возможно, Алекз прямо сейчас даже не дышит.       Звонок.       Кисточка падает на пол со звонким шумом.       Картина снова стоит достаточно далеко, чтобы быть на некотором расстоянии, хотя раньше она казалась намного ближе. Как если бы во время написания она все приближалась, в желании оказаться ближе.       Алекз поднимает голову, выходя из ступора. Ведущий из телевизора говорит уже что-то о новостях спорта, а телефон рядом на столике играет слишком звонко для синего огня на картине.       Cилуэт напротив становится просто линиями и фигурами вместе со случайно выбранными цветами. Сейчас она молчит. Алекз считает это чертовски странным, что буквально недавно слышал треск огня, но телефон все продолжает звонить, так что он решает отложить эти мысли пока что в сторону.       Продолжая смотреть на картину, он протягивает руку в сторону и ударяется костяшками о край кофейного стеклянного столика. Алекз шипит и поворачивает голову, чтобы взять уже телефон.       Механический голос по ту сторону не радует. Особенно, когда он сообщает о том, что нужно срочно выдвигаться на место, которое было скинуто двумя минутами назад.       Алекз даже не услышал уведомления.       В полной спешке палитра также падает на пол, размазывая некоторые краски на ламинат, отчего частицы огня выходят за рамки. Пытаясь одеться в экипировку, Алекз сшибает два раза дверных косяка, уже почти отбив себе правое плечо, пока крылья разносят мелкие вещи по полу.       Собственная сила – гравитация – такая до жути сложная. Честно, Алекз никогда не любил физику и когда узнал о силе, то сначала обрадовался, что они вообще есть и можно будет попробовать поступить в Лигу героев. Но через минуту понял, что это не левитация. Если при втором случае, это управление предметом в пространстве, то в первом, это изменение пространства вокруг предмета.       Пока все остальные герои-студенты отдыхали и веселились после занятий, Алекз учил учебники. Знаете, не самое лучшее провождение времени, когда есть чем лучше заняться.       Но это дало пользу. Теперь он может рисовать, не вставая с дивана; вероятно, это самая лучшая инвестиция всех этих страданий в изучении отдела физики по гравитации.       И когда бронежилет с пластинами зафиксирован затяжками по всем уязвимым местам, Алекз затягивает на бедре сумку, которая также крепко держится.       Нажав кнопку на пульте, один голос прекращается от выключенного телевизора. Эта тишина начинает звенеть, как после взрыва, поэтому, не желая больше задерживаться, Алекз идет со вздохом ко входной двери.       А краски на полу кажутся такими же не к месту, неприятными, когда синий обжигает до красных пятен, растекаясь волнами огня в темноте.       Сбив ногой край тумбочки, Алекз шипит, а после пары опрокинутых проклятий, резко закрывает за собой дверь, извиняясь за это, потому что ее ремонт обойдётся дорого.       Картина так и остается стоять, где за прутьями с металлическим оттенком пляшет пламя, за ними, может быть, кто-то, стоит в отчаянии и страхе. Краски начинают высыхать, замерзая на своем месте.       Если приглядеться, то можно почти услышать крик. _______________       Управлять гравитацией оказалось очень полезно. В своих мечтах о силе Алекз ставил на первую полочку мысли о полете. Чувствовать ветер, когда быстро разрезаешь пространство, переносясь в другое место; он может не сидеть на месте, а летать. Но мечты оказались не полностью на сцене реальности, а просто… за кулисами.       По понятиям полёта – Алекз мог летать. Но не совсем, чтобы прям полностью. Он научился отключать вокруг себя гравитацию, чтобы быть в невесомости, но это не полёт.       Именно тогда он попросил комитет лиги героев выделить ему крылья. Спустя долгое время, элитры были у него на руках; они блестели, а перья были настоящими после линьки у птиц, надежно зафиксированные на прочной основе.       После получения крыльев Алекзу просто нужно быть научиться использовать свои силы, чтобы парить. Это лучше, чем что-либо другое, потому что хоть и подобие, но полет. Рассчитать насколько нужно уменьшить рядом гравитацию, чтобы не тянуло бешено вниз, но при этом был вес, чтобы не оказаться в нулевой невесомости. В те вечера были популярны на его аккаунте ютуба видео о гравитации планет, их взаимодействие, и, конечно, почему драконы не могут летать в наше время.       От усталости, Алекз сносил чуть ли не больше углов, отчего у него было ощущение, что его сила – это магнетизм к предметам. Особенно к углам. Те явно что-то задумали.       И когда полёт был сладостью каждый раз, когда его вызывали, причина же вызывала ужас. Средняя категория не часто использовалась; Алекз мог бы максимум кого-нибудь вынести из помещения или остановить преступника, – оставить его болтаться в воздухе, как перевёрнутого жука.       Алекз уже спускался, когда мог спокойно перестать использовать часть своей силы – парение не так сильно забирает ресурсы. Подняв голову, он замечает андроида, который молча кивает в окна соседнего здания.       Повернувшись туда, Алекз падает в яму своих чувств, ощущая весь обжигающий холод размазанных каплей по полу его квартиры.       Синее пламя выбивает маленькое окошко, растекаясь волнами огня в темноте. Если приглядеться, то можно почти услышать крик.