Цена высоты

Ледовый дворец опустел к восьми вечера. Белые лампы под потолком ещё гудели, отражаясь светом в идеально ровной глади льда. Коридоры затихли, двери раздевалок закрылись, и даже звук сушилок в ботиночных комнатах казался далёким. Дина вышла на лёд, чувствуя, как холод поднимается по конькам выше, чем обычно. Пустой каток всегда ощущался иначе — будто лед становился живым, слушал каждое движение. Она глубоко вдохнула, привыкая к тишине. — Ну что, не передумала? — раздался знакомый голос. Илья Малинин лениво выехал из тени, уже в коньках, держа руки в карманах худи. Волосы взъерошены, на лице — фирменная насмешливая полуулыбка. — А ты что, надеялся, что я сбегу? — Дина вскинула бровь. — Да, — невозмутимо ответил он. — Был шанс процентов… ну, семьдесят. — Очень смешно. — Я стараюсь. Он скользнул вперёд, будто лёд сам подталкивал его. Остановился рядом, слегка наклонив голову, изучая её, как тренер перед важным элементом. — Значит так, Миреева. Сегодня никаких драм, слёз, разрушений мирового порядка? — Ты слишком много о себе думаешь, — буркнула она. — Я вообще-то спасаю твою спортивную карьеру, между прочим, — с самым серьёзным видом сказал он и щёлкнул пальцами. — Ладно. Пойдём. *** Разминка Первые пятнадцать минут прошли почти спокойно. Почти. Илья поправлял каждое движение: — Корпус выше. — Руки собери. — Ты опять съезжаешь. — Центр, Дина, центр держи, а не мысли о том, как меня придушить. На последней фразе она закатила глаза. — Если бы я захотела тебя придушить, я бы… — Ооо, — ухмыльнулся он. — Так ты уже продумала план? — Замолчи и показывай заход, Малинин. Он лишь рассмеялся, мягко и солнечно, как всегда, и прыгнул идеальный 4А — лёгкий, летящий, будто его тело было создано для воздуха. Дина смотрела, не мигая. — Твоя очередь, — сказал он, скользя мимо. Она сглотнула. То, что днём получилось случайно, сейчас казалось чем-то огромным. Но она заехала. Собрала корпус. Почувствовала скорость. Прыгнула. Воздух прожёг лёгкие. 1,5… 2,5… 3,5… попытка на 4… Падение. Жёсткое, громкое. Спина пронзила боль. Илья тут же подъехал. — Ты жива? — Жива. — Жаль. Был шанс завершить тренировку по неотложке. Дина стукнула его рукой в колено. — Ай! — Перестань ехидничать. — Ладно, — он улыбнулся мягче. — Поднимайся. Ты реально почти докрутила. Нужно чуть раньше собирать ось и не терять плечо. Он протянул ей руку, и она, стараясь не показывать сму щения, взяла её. Тепло от его ладони прожгло перчатку. *** Второй подход — Давай ещё раз, — сказал он, отъезжая назад. — Но не вздумай бояться высоты. Прыгай, или хочешь чтобы я смотивировал? — Ты? — Например, я. Я вообще универсальный мотиватор. Дина заехала на скорость, чувствуя, как в груди поднимается раздражение… и азарт. Он смотрел на неё, стоя у бортика, с очень раздражающе уверенным видом. Прыжок. Обороты. Падение снова — но мягче. Илья одобрительно кивнул. — Уже лучше. Ты поняла, что можешь? — Поняла, что хочу тебя ударить. — Отличный показатель прогресса! *** Третий заход Дина стояла на дальней стороне катка, дыша глубоко. Мышцы гудели. Лёд холодил носки. Внутри — бешеный пульс. — Миреева, — крикнул Илья, — только попробуй сделать половинчатый заход, и я заставлю тебя потом ещё вращения отрабатывать! Она развернулась к нему: — Ты вообще тренер или палач? — Сегодня — оба. И вот она снова разгоняется. Скорость — выше, чем когда-либо. Воздух — хлёсткий. Мышцы — в тонусе. Прыжок. 1… 2… 3 оборота… попытка на 4… Падение, но в этот раз — на ноге, через шаг, почти удержала. Тишина. Илья почти не дышал. — Ты это видела? — сама Дина прошептала. — Я это видел, — серьёзно ответил он. — Ты… ты сейчас реально была в миллиметрах от чистого 4А. У неё закружилась голова — от адреналина, усталости и ощущения, что она может реально перепрыгнуть свой предел. — Илья… — начала она тихо. — Да? — Думаешь… получится? — Если ты будешь продолжать так же — да. Ты и сама это чувствуешь. Он прищурился, наклоняя голову. — И не смей думать, что я скажу тренерам «да», пока ты не сделаешь хотя бы один заход без падения. Моё разрешение ещё нужно заслужить. Дина фыркнула, но уголок губ предательски дрогнул. — Малинин, я согласилась на это только от скуки… — бросила она, закатывая глаза, но голос выдавал лёгкое волнение. Илья лениво закатил свои глаза в ответ и улыбнулся — ярко, дерзко. — Просто признайся, что тебе нравится со мной тренироваться. Дина отвернулась, чтобы он не увидел, как сильно покраснели её щёки. И заехала на следующий заход. *** Дина сделала ещё один заход, но снова сорвалась на третьем обороте. Конёк скользнул по льду, она приземлилась на колено и выругалась сквозь стиснутые зубы. Илья зацепился руками за бортик, наклонился вперёд и громко сказал так, чтобы точно достало: — Ну что, Миреева, может, ты сегодня просто решила изображать декоративную подушку? Много падаешь, мягко выглядишь — эстетика на уровне. Она резко подняла голову. — О да, спасибо за экспертное мнение. А ты сегодня изображаешь кого? Ходячую самооценку размера XXL? Илья расплылся в улыбке, той самой — дерзкой, солнечной и чуть вызывающей. — Главное, что у меня она есть. А у тебя — прыжок. Ну, иногда. Раз в эпоху. Он скрестил руки. — Давай, покажи уже хоть раз, что умеешь. — Специально для тебя, — процедила она, разворачиваясь. Она отъехала на дальнюю сторону катка. Сарказм внутри превратился в огонь. "Так. Он хочет колкости? Будет ему." Дина глубоко вдохнула. Плечи собрала. Корпус — вперёд. Скорость — растёт, растёт, растёт… Илья смотрел, не отрываясь. *** Прыжок Заход был безупречно резким. Она чувствовала, как тело словно само знает всё: рука назад, лёд под лезвием поскрипывает, воздух натягивается вокруг неё как струна. Прыжок. 1 оборот. 2 оборота. 3,5… 4 оборот — она держит, держит, держит ось… Приземление. На одной ноге. На секунду — идеальный баланс. Чистый, настоящий четверной аксель. А через долю мгновения — будто нож вонзился в бедро. Та самая боль. Та самая, которая осталась после падения на ЧР. Та, о которой она молчала всем. Нога дрогнула, вышибая воздух из лёгких. Она шагнула, словно удержалась… и только потом вернулась в выезд. Она улыбнулась. Победно. Дерзко. С вызовом. Но рука невольно легла на бедро — быстро, почти незаметно. Почти. Илья буквально подпрыгнул на месте. — Ты сейчас… Ты реально… Ты его прыгнула?! Он подкатил к ней так быстро, что едва не столкнулся. — Миреева, ты понимаешь, что это было ЧИСТО?! Это… Это был 4А!! Настоящий!! Да ты— Он оборвал себя. Лицо Дины на мгновение дрогнуло. Не от гордости — от боли, прожигающей бедро до самой кости. Она заставила себя выпрямиться. — Ну? — с вызовом сказала она, скрывая дыхание. — Заслужила твоё разрешение? Илья прищурился. — Заслужила. Более чем. Он улыбнулся… но его взгляд стал цепким, внимательным. — Только объясни мне одну вещь. Он посмотрел вниз — на её руку, которая всё ещё едва заметно сжимала бедро. — Почему ты кривишься? Дина вздрогнула, резко отдёрнула руку. — В смысле? Я? Кривлюсь? — Ты думаешь, я не вижу? — Я просто… выдохнула. Нормально всё. Она сделала шаг назад, стараясь поставить ногу ровно, но слабая дрожь прошла по бедру, словно молотом ударило внутри. Она почти не моргнула — удержала выражение лица идеально. Но Илья не купился. — Дина. Голос стал низким и серьёзным. — Что с ногой? — Ничего. — Ты врёшь. Она отвела взгляд. — Малинин, — сказала спокойно, но жёстко, — не порть момент, а? Я только что прыгнула 4А. Радуйся. Он медленно выдохнул. — Я рад. Но я не идиот. И не слепой. Она улыбнулась — хрупко, но уверенно. — Вот и хорошо. Тогда давай просто продолжим. — Ты не сможешь продолжить, если… — Смогу. Она встретила его взгляд прямо. — Илья. Я сказала, что всё нормально. Мгновение. Он смотрел на неё долго. Слишком долго. И только затем тихо сказал: — Ладно. Пока верю. Но если я ещё раз увижу, что ты прихрамываешь — ты мне сама всё расскажешь. Дина ухмыльнулась: — С каких это пор ты командуешь мной? Илья усмехнулся в ответ: — С тех пор, как ты решила прыгать самый опасный прыжок в мире рядом со мной. Он развернулся, отъехал назад. — Давай, Миреева. Покажи ещё раз. Если сможешь. Её сердце болезненно дернулось — но не от травмы. От того, что он увидел слишком много. И всё равно — она заехала на следующий прыжок. Потому что признаться — хуже, чем упасть.