Кофе. Без сахара.

Утро в “Red Line” начиналось одинаково. Тишина, отражения в стеклянных стенах, звук каблуков и запах дорогого кофе. И Ким Сынмин — тот, кто держал весь этаж в страхе одной только паузой между словами. Он не повышал голос. Никогда. Но стоило ему поднять взгляд — даже самые уверенные замирали. Сегодня в его кабинете появился новый человек. Ян Чонин. 24. Новый секретарь. Слишком молодой, слишком вежливый, слишком… живой для этого офиса. Сынмин мельком посмотрел на него поверх экрана ноутбука. Чонин стоял у двери, в руках — планшет и чашка кофе. — Ваш кофе, мистер Ким. Без сахара. — Вы уже знаете, как я пью? — голос Сынмина прозвучал почти лениво, но в нём скользнуло что-то стальное. — Я прочитал прошлые заказы. И… решил, что привычки вы не меняете. Молчание. Сынмин слегка усмехнулся. (Он не ожидал, что кто-то осмелится говорить с ним так спокойно.) — В следующий раз, мистер Ян, — тихо сказал он, — не решайте за меня. — Учту, — коротко кивнул Чонин. — Но, кажется, я не ошибся. — Не ошиблись. Но всё равно — не решайте. (Взгляд Сынмина задержался на его руках. Уверенные, но лёгкие. Странное ощущение — будто этот мальчишка не боится.) День прошёл, как обычно: совещания, документы, звонки. Но когда все уже ушли, Сынмин всё ещё сидел в кабинете. За стеклом — ночь и огни города. На столе — стопка отчётов и тот самый кофе, который уже остыл. Он думал, что Чонин давно ушёл. Пока не услышал тихий стук. — Мистер Ким? — осторожный голос за дверью. — Я заметил, вы не выключили свет. — Вы следите за мной, мистер Ян? — За безопасностью офиса, — чуть усмехнулся Чонин. — Но, возможно, и за вами тоже. Сынмин поднял глаза. В полумраке свет от лампы падал на его лицо — тень на скуле, лёгкий блеск глаз. — Смелое заявление. — Просто честность. (Что-то в нём раздражало. И одновременно — притягивало, как чёртова искра к бензину.) — Уходите домой, мистер Ян. — А вы? — У меня нет дома. Есть офис. Тишина. Чонин чуть прищурился. — Звучит как диагноз, мистер Ким. — Возможно, — Сынмин наконец позволил себе улыбнуться. — Но пока это работает. Он посмотрел на него ещё раз — чуть дольше, чем нужно. И впервые за долгое время почувствовал, что кто-то нарушает его идеальную тишину. Когда дверь за Чонином закрылась, Сынмин провёл рукой по лицу. — Чёрт… — выдохнул он. — Только этого мне не хватало. (Первый день — и уже хаос. Чёртов мальчишка с кофе и глазами, которые слишком многое видят.)