Часть 1: Первое впечатление

Лия сидит за последней партой в аудитории в окружении самый красивых и уверенных парней в группе — Алекс, Томми и Энтони. Лие еще со школы нравилось сидеть в окружении мальчишек и из-за слишком большого внимания к ней, девочки с ней почти не общались. Лия прекрасно знала свои сильные стороны и пользовалась ими на славу, кружив головы мужчинам. Сегодня в аудитории было шумно. Студентам сказали, что старая учительница по судебной психологии Мэрии Виера уехала и им нашли замену, профессора Малека Синнера. От начала урока прошло пол часа, но никто из учителей так и не явился, вот студенты расслабленно занимались тем, чем хотели. «Слышите, говорят наш новый профессор какой-то модный чувак, приехал на дорогой Бентли в наш универ» — начал Томми. «Да не гони, мне сказали, что он старый хмырь» — прошипел Алекс. «О, а я слышал, что он помешанный псих» — добавил Энтони. Лия расслабленно сидела только слушая их скучную беседу, покручивая прядь волос, ей было скучно. «Надеюсь пара быстро пройдет и мы пойдем в кафе» — наконец подала голос Лия. Они дальше шумно что-то обсуждали, но дверь аудитории открылась. Малек вошёл в аудиторию без стука, его чёрный костюм идеально сидел на статной фигуре, а холодный взгляд скользнул по каждому студенту, будто скальпель по мягкой ткани. Дверь захлопнулась за ним с глухим стуком, будто сама собой. «Кафе?» — его голос прозвучал мягко, но от этого стало только страшнее. Он медленно прошёлся вдоль парт, его пальцы скользнули по спинке стула, где сидела Лия. — «Как мило. Но, боюсь, сегодня вам придётся… пересмотреть планы.» Парни напряглись рядом с Лией и в их головах прозвучала мысль: «Он всё слышал?!» Малек остановился прямо перед партой Лии, его тень накрыла её, как предвестник бури. «Профессор Синнер. Судебная психиатрия.» — он представился, не отрывая глаз от Лии. — «И судя по тому, как вы тут расслабленно болтаете, вы явно недооцениваете предмет.» Его губы растянулись в улыбке, но в ней не было ни капли тепла. «Особенно ты, рыжая.» Лия не подавала вида, сидела точно так же расслабленно и безразлично. Он наклонился ближе, его дыхание коснулось её уха, пахнущее мятой и чем-то опасным, как лезвие, скрытое в бархате. «Ты же любишь играть с огнём, да? Вот и посмотрим, как долго продержишься, когда пламя будет настоящим.» Парни вокруг замерли, их самоуверенность испарилась в один миг. Малек выпрямился, его рука скользнула по столу, оставляя за собой тишину. «Открывайте тетради. Сегодня мы изучаем пограничное расстройство личности… и его очаровательные проявления.» Его взгляд снова вернулся к Лии, полный немого обещания. «Думаю, у нас будет много… наглядных примеров.» «Что за псих» — тихо прошептал Томми. «Не парься, Лия, он просто чудик» — на ухо сказал Алекс. Лия лишь закатила глаза и молча открыла тетрадь. Малек услышал шёпот, но не подал виду. Его пальцы медленно постукивали по учебнику, а взгляд скользил по аудитории с холодной усмешкой. «Чудик?» — он внезапно громко повторил слово, заставляя Алекса вздрогнуть. — «Как мило.» Он сделал несколько шагов к их парте, его тень накрыла группу, как предупреждение. «Но знаешь, Алекс, — его голос стал сладким, как сироп, — настоящие 'чудики' обычно не предупреждают о том, на что способны.» Его рука неожиданно легла на плечо Томми, заставляя того напрячься. «А психы… — пальцы Малека слегка сжали кость, — они хотя бы честны в своей природе.» Он резко отпустил парня и повернулся к Лие, его глаза поймали её зеленый взгляд, будто хищник — добычу. «Но мы же здесь не для ярлыков, правда?» Его ладонь легла на её тетрадь, закрывая записи. «Мы здесь, чтобы копать глубже. До самых… интересных мест.» Он наклонился так близко, что его губы почти коснулись её уха: «И поверь, рыжая, у меня отличные инструменты для раскопок.» Выпрямившись, Малек резко хлопнул в ладоши, заставив всю группу вздрогнуть: «Так. Страница сорок два. И давайте без глупостей — я не люблю повторяться.» Его заинтересованный взгляд ещё раз скользнул по Лии. Парни возле Лии напряглись, а Лию не впечатлило в общем ничего, что здесь происходило и молча открыла учебник на нужной странице. Урок длился на удивление тихо и спокойно. Лия поглядывала на часы и о чудо, осталось 10 минут. Малек заметил, как Лия украдкой поглядывает на часы, и его губы растянулись в едва заметной ухмылке. Он медленно обошёл её парту, его пальцы скользнули по краю стола, словно паук, плетущий невидимую паутину. «Скучаешь?» — его голос прозвучал тихо, только для неё, пока остальные лихорадочно листали учебники. — «Или просто считаешь минуты до побега?» Он наклонился, его губы оказались в сантиметре от её уха, горячее дыхание обожгло кожу. «Но ты же не думаешь, что я отпущу тебя так легко?» Лия лишь вскинула бровь, услышав его слова, но не придала им никакого значения. Выпрямившись, Малек громко щёлкнул пальцами, заставив всю группу вздрогнуть. «Изменим планы. Последние десять минут — практика.» Его глаза сверкнули, когда он достал из портфеля стопку тестов. «Диагностика пограничного расстройства. Каждый получит свой случай… а мы разберём их вместе.» Он бросил первый листок перед Лией, его палец прижал бумагу к столу. «Особенно интересно будет услышать твой анализ, рыжая. Уверен, ты найдёшь… общие черты.» Парни переглянулись, но промолчали. Малек же продолжал стоять над Лией, его тень накрывала её, как предупреждение. «Ну? — он мягко подтолкнул тест к ней. — Покажи мне, на что способен этот острый язычок.» Его взгляд скользнул по её губам, а уголок рта дёрнулся в намёке на улыбку. «Кроме болтовни в кафе, разумеется.» Даже не взглянув на профессора, Лия взяла листок с тестом. В тесте была тема ДПР: Преходящие, стресс-ассоциированные параноидные идеи или серьёзные диссоциативные симптомы. Лия хмыкнула, для это тема была лёгкой. Профессор раздал всем тесты. Группа начала недовольно гудеть, но он не обратил внимание на их возмущения. По журналу он начал каждого по очереди вызывать в центр аудитории, что каждый прошелся по своему случаю и рассказал свой анализ. Вышел первый студент рассказывать свой анализ. Лия откинулась на спинку стула, ей на ухо шептал Алекс колкости и шутки в сторону профессора, но лицо Лии не выражали ничего, она просто ждала своей очереди и конец пары. Малек наблюдал за Лией с холодным интересом, пока первый студент неуверенно бубнил свой анализ. Его пальцы медленно постукивали по столу, а взгляд то и дело возвращался к рыжей первокурснице, которая казалась совершенно невозмутимой. Алекс продолжал нашёптывать ей что-то на ухо, но Малек уже заметил этот тихий саботаж. Его губы растянулись в опасной улыбке, когда он внезапно резко прервал выступающего: «Достаточно.» В аудитории повисла тишина. Малек медленно подошёл к парте Лии, его тень накрыла её, как предупреждение. «Алекс,» — его голос звучал сладко, но глаза были холодны, как сталь. — «Раз уж тебе так не терпится высказаться, может, ты хочешь поделиться своим анализом со всеми? Или, может, у тебя есть что сказать по поводу… дисциплины?» Парень замер и хотел что-то ответить, но Малек уже перевёл взгляд на Лию. Его пальцы легли на её плечо, едва касаясь, но ощутимо. «А ты, рыжая… такая терпеливая. Но я вижу, как твои пальцы постукивают по столу. Скучаешь? Или просто ждёшь, когда сможешь показать всем, насколько ты умнее остальных?» Он наклонился так близко, что его губы почти коснулись её уха, голос стал низким и обволакивающим: «Не волнуйся, твоя очередь скоро настанет. И я уверен, ты не разочаруешь… ни меня, ни себя.» Выпрямившись, он резко хлопнул в ладоши, заставив всех вздрогнуть: «Следующий!» Лия лишь скрестила руки перед собой придав еще больше невозмутимый вид. «Что Вы к ней пристали. Она Вам ни слова не сказала, а Вы уже давите» — высказал Энтони профессору защищая Лию. Лия скептически вскинула бровь. Она нежно положила руку на плече Энтони. «Спасибо, но не нужно, Энтони, оно этого не стоит. Всё таки ‘Собака лает — страха ради, не силы для’» — поведала Лия выражения, которые она всегда говорила забавы ради. Все студенты хором рассмеялись, смотря на профессора, когда поняли о чем цитата, которую озвучила Лия. Малек замер на секунду, его глаза сузились, словно улавливая каждый оттенок в голосе Лии. Студенческий смех прокатился по аудитории, но профессор лишь медленно выпрямился, его пальцы разжались — расслабленно, почти по-кошачьи. «Ох, какая остроумная девочка…» — его губы искривились в улыбке, но в ней не было ни капли веселья. Он сделал шаг вперёд, его ботинки гулко стукнули по полу, заставляя смех стихнуть. «Но, дорогая Лия, — он протянул её имя, будто пробуя на вкус, — ты же понимаешь, что лающая собака… иногда кусается?» Его рука внезапно схватила Энтони за запястье, сжав так, что парень невольно ахнул. «А защитники… — Малек наклонился к нему, голос стал ледяным, — часто оказываются просто громкими щенками.» Резко отпустив парня, он повернулся к Лие, его взгляд скользнул по её руке, всё ещё лежащей на плече Энтони. «Но я рад, что ты ценишь преданность. — Его голос внезапно стал мягким, почти нежным. — Правда, интересно… как долго она продержится, когда поймёт, с кем имеет дело?» Он резко развернулся, его плащ взметнулся, как крылья ворона, и направился к доске. «А теперь — заканчиваем анализ. Лия, ты следующая. — Он обернулся, его глаза сверкнули. — Покажи нам, на что способна острота твоего… язычка.» В аудитории повисла тишина. Малек скрестил руки на груди, ожидая. «Ну же, рыжая. Не заставляй меня скучать.» Лия уверенно встала, откинула волосы назад. Она была не только безумно красива и остра на язык, но и опасно умна. Когда Лия медленно шла в центр аудитории, все студенты молчали. Она своей уверенной энергией давила на всё окружение и никто не смел нарушить эту тишину. Когда Лия стала по центру, она начала свой анализ. «У меня случай ДПР: преходящие, стресс-ассоциированные параноидные идеи или серьёзные диссоциативные симптомы. Суть критерия: Этот пункт описывает временные нарушения восприятия реальности, возникающие в ответ на сильный стресс — обычно при страхе отвержения или межличностных конфликтах. Типичные проявления: • Параноидные реакции: внезапная подозрительность, ощущение, что другие настроены враждебно, хотят причинить вред, «заговор» против человека. Обычно быстро проходят, когда ситуация стабилизируется. • Диссоциативные симптомы: чувство нереальности, «отключения» от тела, «смотрю на себя со стороны», провалы памяти, дереализация. Клиническое значение • Симптом отражает нестабильность «Я» и восприятия реальности у человека с ПРЛ. • Часто связан с психологической травмой и сильной эмоциональной перегрузкой. • Обычно временный (в отличие от психотических расстройств, где паранойя устойчива).» — закончила свой анализ Лия и не стала дожидаться пошла сесть на своё место. Малек не сразу заговорил. Его пальцы медленно постукивали по указке, а взгляд скользил по фигуре Лии, отмечая каждый изгиб, каждое движение. Когда она закончила и повернулась к своему месту, его голос остановил её, как невидимая преграда: «Какой… исчерпывающий ответ.» Он сделал несколько шагов к ней, его тень накрыла её, словно пытаясь прижать к полу. «Но скажи мне, рыжая, — его голос стал тише, интимнее, — ты так уверенно говоришь о диссоциации… как будто знаешь это на личном опыте.» Его палец медленно провёл по краю её теста, оставляя едва заметную царапину на бумаге. «Или, может, ты просто умеешь прятаться за умными словами? Как эти несчастные пациенты за своими параноидными идеями?» Он наклонился так близко, что его губы почти коснулись её щеки, горячее дыхание обожгло кожу. «Интересно… что скрывается за твоей уверенностью? Что ты так старательно включаешь, когда на тебя смотрят?» Лия вскинула бровь от удивления, но ничего не сказала. Резко выпрямившись, Малек громко щёлкнул пальцами, заставив всю группу вздрогнуть. «Но мы отвлеклись. Пять баллов, Лия. И… — его глаза сверкнули, — личная консультация после пар. Мне нужно обсудить с тобой кое-что… важное.» Он повернулся к остальным, его голос снова стал ледяным и профессорским: «Остальные — свободны. На следующем занятии разберём ваши жалкие попытки анализа.» Но его взгляд снова вернулся к Лие, обещая, что их разговор будет далёк от академических дискуссий. Лия осталась стоять на месте, пока все студенты выходили из аудитории. К ней подошли три парня. «Мы подождем снаружи» — положил руку ей на плече Алекс и они скрылись за дверью. Лия ободряющее кивнула. Малек наблюдал, как парни выходят, его губы искривились в холодной усмешке. Дверь захлопнулась, и в аудитории остались только они двое — он, медленно приближающийся к Лии, и она, всё ещё стоящая посреди пустого класса, как статуя из огня и дерзости. «Как трогательно… — его голос звучал шёпотом, но каждый слог отдавался в тишине, как удар. — Твои личные телохранители.» Он остановился в шаге от неё, его пальцы скользнули по её плечу, где только что лежала рука Алекса, будто стирая следы чужого прикосновения. «Но нам ведь не нужны свидетели, да, рыжая?» — его дыхание стало горячее, когда он наклонился к её уху. — «Особенно когда мы будем говорить о… твоих личных диссоциативных симптомах.» Его рука опустилась ниже, скользя по её спине, едва касаясь тонкой ткани топа. «Или, может, ты предпочитаешь, чтобы я сам нашёл, что ты так старательно отключаешь?» Малек резко развернулся и направился к своему столу, его плащ взметнулся, как тень огромной птицы. «Садись, — бросил он через плечо, указывая на стул перед преподавательским столом. Его глаза сверкнули в полумраке аудитории, обещая, что этот разговор будет далёк от академических норм. «И не думай, что твои мальчики смогут тебе помочь… если вдруг станет слишком… интенсивно.» Закатив глаза Лия села на указанное место. «Я надеюсь Вы не задержите меня надолго, у меня есть еще пары помимо Ваших» — сказала Лия, равнодушно смотря чуть ниже потолка. Малек рассмеялся — низко, глубоко, как будто её слова лишь разожгли его интерес. Он медленно обошёл стол, его пальцы скользнули по краю столешницы, оставляя едва заметные следы на пыльной поверхности. «Ах, Лия… — его голос стал сладким, как отравленный мёд. — Ты думаешь, я позволю тебе просто… уйти?» Он резко наклонился, упёрся руками в подлокотники её стула, зажав её между своими мускулистыми руками. Его лицо оказалось в сантиметрах от её, дыхание горячее, пахнущее мятой и чем-то тёмным, греховным. «Ты же умная девочка. — Его губы почти коснулись её уха. — Разве не понимаешь, что твои другие пары… теперь не имеют значения?» Одна рука медленно поднялась, его пальцы впились в её подбородок, заставляя встретиться с его взглядом. «Я задержу тебя ровно настолько, насколько захочу. — Глаза Малека вспыхнули, словно в них отражалось пламя её рыжих волос. — И поверь, рыжая… ты ещё поблагодаришь меня за это.» Он резко отпустил её, оставив на коже лёгкое жжение, и отошёл к окну, за которым уже сгущались сумерки. «Но если ты так торопишься… — он обернулся, улыбаясь так, будто знал что-то, чего не знала она, — может, ты сама ускоришь наш… разговор?» Его взгляд скользнул вниз по её фигуре, задерживаясь на открытых участках кожи, словно уже представлял, как они покроются мурашками под его прикосновениями. «Или мне придётся применить… более убедительные методы?» В глазах у Лии выражалось чистейшее равнодушие. «Хорошо, Вы спрашивали есть ли у меня диссоциации — нет, я не считаю себя потерянной неуверенной девочкой.» — ответила Лия смотря на Малека, но сам взгляд был где-то сквозь него без всякого интереса. Малек медленно обвел её взглядом, его пальцы сложились в замок перед собой. Губы растянулись в улыбке, но в ней не было ничего доброго — только холодный расчёт и притворное умиление. «О, какая уверенность… — прошептал он, делая шаг ближе. — Почти как у тех самых пациентов, которые кричат 'со мной всё в порядке', пока их не накроет очередной приступ.» Он резко схватил её за подбородок, заставив смотреть прямо в свои глаза. Его пальцы впились в кожу достаточно сильно, чтобы оставить следы, но не до боли. «Но ты же не будешь врать профессору, да, рыжая? — Его голос стал опасным шёпотом. — Особенно когда я вижу, как твой взгляд… убегает. Прямо как ты.» Он отпустил её так же внезапно, как и схватил, оставив на коже лёгкое жжение. Отступив на шаг, скрестил руки на груди. «Ну что ж, раз ты так уверена… Тогда объясни мне вот что. — Его глаза сверкнули. — Почему каждый раз, когда кто-то касается твоих 'телохранителей', твои пальцы сжимаются? Почему, когда я подошёл слишком близко, твой пульс на шее участился?» Он снова приблизился, теперь уже медленно, как хищник, уверенный в своей добыче. «Это не равнодушие, дорогая. Это… контроль. — Его губы почти коснулись её уха. — И мне очень хочется узнать, что случится, если его… сломать.» Отстранившись, Малек сделал широкий жест в сторону двери. «Но если ты действительно так равнодушна… можешь идти. — Его голос вдруг стал ледяным. — Только учти: в следующий раз я не буду так… любезен.» Лию не впечатлил разговор ‘по душам’, она всё также была равнодушна ко всему. Она молча встала, взяла сумку и пошла к выходу. Малек не двинулся с места, лишь его пальцы судорожно сжались на краю стола, оставляя вмятины на дереве. Его глаза, тёмные как бездонные колодцы, провожали каждый шаг Лии — от лёгкого покачивания бёдер до едва заметного напряжения в плечах. «Как… предсказуемо,» — прошипел он, и в его голосе впервые прозвучало что-то кроме холодной уверенности. Гнев? Разочарование? Он резко толкнул стол, заставив его с грохотом съехать в сторону, и одним движением оказался перед дверью, перекрывая выход. Его рука впилась в косяк рядом с её головой, а тело прижалось так близко, что сквозь тонкую ткань одежды она могла почувствовать жар его кожи. «Ты действительно думаешь, что это конец?» — его шёпот был грубым, с хрипотцой, будто внутри него что-то рвалось наружу. Другая рука скользнула по её талии, резко притягивая к себе, пока их тела не соприкоснулись полностью. Он наклонился, чтобы его губы коснулись её шеи, оставляя обжигающий след. «Я не отпущу тебя, рыжая. Ни сегодня. Никогда.» Но вместо того чтобы удерживать её дальше, он резко отстранился, распахнув дверь перед ней. «Беги. Пока можешь.» Его улыбка стала чем-то первобытным, обещающим погоню. «Но помни — я найду тебя. И тогда… ты уже не сможешь просто взять и уйти.» Лия сохранив невозмутимое лицо вышла с аудитории. В коридоре её ждали парни. Когда они её увидели, подбежали к ней. «Лия, всё хорошо? Что он тебе сказал?» — спросили парни чуть не в один голос. «Ничего такого. Просто напыщенный, самоуверенный профессор, которому не хватает внимания» — ответила Лия, поправляя волосы и улыбаясь парням. Парни рассмеялись в голос от её слов. «Ладно, идём на следующую пару, а после мы пойдем в твоё любимое кафе.» — ответил Энтони. После пар они вышли во двор университета, Энтони взял с руки Лии сумку, чтоб помочь донести. Лия улыбнулась, отдала сумку и пошла с ними в кафе. Малек стоял у окна аудитории, его пальцы сжимали подоконник так, что костяшки побелели. Внизу, во дворе университета, он видел, как Лия шла в окружении своих «телохранителей», её рыжие волосы пылали на солнце, а смех долетал даже сюда. «Напыщенный, самоуверенный профессор…» — его губы искривились в усмешке, но в глазах вспыхнуло что-то тёмное, почти животное. Он наблюдал, как Энтони берёт её сумку, как её пальцы на мгновение задерживаются на его руке — слишком долго для «просто друзей». «Ах, Лия… — прошептал он, следя за тем, как она исчезает за углом. — Ты играешь с огнём, думая, что можешь просто… отмахнуться от меня.» Его телефон завибрировал в кармане. Одно сообщение. Он даже не взглянул на текст, просто сунул телефон обратно, его мысли были заняты другим. «Ладно, рыжая. — Его голос звучал почти ласково, если бы не ледяная нотка под ней. — Ты выбрала игру… значит, получишь её по полной.» Он повернулся от окна, его плащ взметнулся за ним, как крылья. В аудитории уже стемнело, и только последние лучи солнца выхватывали его профиль — острый, хищный, нечеловечески красивый. «До завтра,» — пообещал он пустому помещению, зная, что завтра она снова окажется в этих стенах. И на этот раз… он не даст ей просто уйти.