Глава 11.

Прошло две недели с момента открытия “Серебряной змеи”. Две недели головокружительного счастья, которое Драко никогда прежде не испытывал. Две недели, заполненные Ликой — её смехом, её телом, её танцами, её маленькими привычками, которые он находил всё более очаровательными. Они не проводили вместе каждую ночь — у неё были репетиции, у него встречи, и оба ценили некоторую независимость. Но большую часть времени они стремились быть рядом, как будто пытаясь наверстать годы, проведённые друг без друга. Сегодняшним вечером Драко задерживался в офисе — новый бизнес-проект требовал внимания, и он не мог отложить встречу с партнёрами. Лика должна была вернуться с репетиции только к девяти, так что он надеялся успеть домой до неё, возможно, даже подготовить ужин. Отправив ей сообщение о задержке, он вернулся к документам, но не мог перестать думать о ней. О том, как она выглядела этим утром — волосы растрёпаны после сна, глаза всё ещё сонные, тело тёплое и мягкое в его объятиях. О том, как они занимались любовью под струями душа, её стоны смешивались с шумом воды, её ногти оставляли лёгкие следы на его спине. — Сосредоточься, Малфой, — пробормотал он себе под нос, переводя взгляд на цифры в отчёте. Но это было сложнее, чем когда-либо. Встреча затянулась дольше, чем он ожидал. К тому времени, как Драко вышел из офиса, на улице уже стемнело, а часы показывали почти десять вечера. Он аппарировал домой, рассчитывая увидеть Лику, возможно, с книгой на диване или разбирающую хореографию для новой постановки. Но квартира встретила его тишиной и темнотой. — Лика? — позвал он, зажигая свет заклинанием. Никакого ответа. Драко нахмурился, доставая телефон. Никаких пропущенных звонков или сообщений. Странно — обычно она всегда сообщала, если задерживалась. Он набрал её номер, но телефон пошёл прямо на голосовую почту. Беспокойство начало нарастать. Может, она всё ещё в театре? Но репетиция должна была закончиться часа три назад. Драко отправил ей сообщение — простое “Где ты? Беспокоюсь. Позвони, как только увидишь это”. Затем позвонил в театр, но там уже никого не было. Он пытался не паниковать. Лика была взрослой, независимой женщиной. Возможно, она встретилась с друзьями после репетиции, забыла телефон или он разрядился. Тысяча невинных объяснений. Но мысли о Пьюси не давали покоя. О его угрозах, о его возможном присутствии на открытии клуба. О том, каким опасным он мог быть. Когда часы показали половину одиннадцатого, Драко решил действовать. Он сосредоточился и попытался применить заклинание поиска — сложную магию, которой его научил отец и которая работала только с людьми, к которым испытываешь сильные чувства. К его удивлению, заклинание сработало почти мгновенно, создавая тонкую серебристую нить, протянувшуюся от его палочки куда-то в ночь. Драко почувствовал облегчение — она жива, он может её найти. Не тратя времени, он аппарировал, следуя за магической нитью. Лика чувствовала, как ветер хлещет по лицу, проникая даже сквозь визор шлема. Спидометр показывал сто двадцать километров в час, что было за пределами разрешенного на этой дороге, но ей было наплевать. Ей нужно было это — скорость, риск, ощущение полной свободы, которое приходило только когда она танцевала или мчалась на своем байке. Последние недели были эмоциональными американскими горками. Драко, их отношения, внезапная и пугающая глубина чувств, которую она испытывала к нему — всё это порой казалось слишком интенсивным, слишком быстрым. Сегодня, после особенно выматывающей репетиции, она почувствовала, что ей нужно пространство, время подумать, осознать всё, что происходило. И вместо того, чтобы пойти домой или к Драко, она села на мотоцикл и просто поехала, не заботясь о направлении. Телефон она намеренно оставила дома — не хотела отвлекаться, не хотела объяснять свою потребность в одиночестве. Просто несколько часов для себя, чтобы почувствовать ветер, дорогу, связь с машиной и с собой. Сначала она просто колесила по пригородам Лондона, но потом, словно по наитию, направилась к мото-бару “Полуночный ездок” — месту, где собирались байкеры и любители скорости всех мастей. Она не была там почти год, с тех пор как Адриан запретил ей общаться с “этими отбросами”, как он их называл. Ещё одна свобода, которую она себе возвращала. Бар находился в промышленном районе, в старом складском здании, которое было переоборудовано под клуб. Снаружи уже стояло несколько десятков мотоциклов разных марок и мощности. Лика припарковала свой Ducati рядом и сняла шлем, встряхивая волосами. Внутри было шумно и накурено, несмотря на запреты. Тяжёлый рок гремел из динамиков, бармен разливал пиво и виски, а вокруг барной стойки и столиков толпились мужчины и женщины в коже, джинсе и с множеством татуировок. — Не верю своим глазам! — раздался громкий голос, как только Лика переступила порог. — Лика, мать твою, Грант! К ней уже спешил высокий мужчина с длинной рыжей бородой и полностью татуированными руками — Роб “Громила”, один из её старых друзей-байкеров. — Привет, Роб, — улыбнулась она, позволяя себя обнять. — Давно не виделись. — Где тебя, чёрт возьми, носило? — он отстранился, оглядывая её с головы до ног. — Мы думали, ты умерла или, не дай бог, продала байк! — Ни то, ни другое, — Лика рассмеялась. — Просто… сложный период был. — Этот твой мудак, да? — Роб нахмурился. — Мы слышали кое-что. Ничего хорошего. — Уже в прошлом, — твёрдо сказала она. — Мы расстались. Я… свободна. — Это заслуживает выпивки! — Роб поднял руку, подзывая бармена. — Эй, Джо! Лучший виски для нашей блудной дочери! К ним стали подтягиваться другие байкеры — старые знакомые Лики, которые приветствовали её возвращение громкими возгласами и крепкими объятиями. Она с удивлением обнаружила, как сильно скучала по этой компании, по их грубоватой искренности и безусловному принятию. — Так что, Балерина, — спросил Мик, крепкий чернокожий парень с внушительными мускулами и добрыми глазами. — Теперь ты снова в игре? — Можно и так сказать, — она улыбнулась, делая глоток виски. — Хотя я… встречаю кое-кого. — Оу! — протянула Сэнди, миниатюрная девушка с фиолетовыми волосами и пирсингом в носу. — Расскажи! Он горяч? Он умеет трахаться? У него большой член? — Сэнди! — рассмеялась Лика, чувствуя, как краснеет. — Боже, ты никогда не меняешься. — И ты это любишь, — подмигнула та. — Давай, детали! Мы заслуживаем знать, кто украл сердце нашей Балерины. — Его зовут Драко, — Лика не смогла сдержать улыбку. — Он… другой. Не такой, как я ожидала. — Драко? — Роб поднял бровь. — Что за хрень с таким именем? — Английская аристократия, — пожала плечами Лика. — Но он не сноб, клянусь. Он… потрясающий. И, да, Сэнди, — она понизила голос, — он охренительно хорош в постели. И у него впечатляющий размер. — Я знала! — Сэнди победно вскинула руку. — Посмотри на этот румянец! Наша девочка влюбилась! — Заткнись, — беззлобно отмахнулась Лика, но не могла перестать улыбаться. — Эй, — вдруг сказал Мик, хмурясь и глядя куда-то за её плечо. — Кажется, у нас проблемы. Лика обернулась и почувствовала, как кровь стынет в жилах. У входа в бар стоял Адриан Пьюси, сканируя толпу холодным взглядом. В своём дорогом костюме он выглядел совершенно неуместно среди кожаных курток и татуировок. — Дерьмо, — пробормотала она. — Как он меня нашёл? — Этот мудак преследует тебя? — тихо спросил Роб, его рука инстинктивно двинулась к внутреннему карману куртки, где, Лика знала, он хранил нож. — Не надо, — она положила руку на его предплечье. — Я справлюсь. Просто… будьте рядом, ладно? — Всегда, — серьёзно кивнул Роб, и остальные согласно загудели. Лика сделала глубокий вдох, собираясь с силами, и направилась к Пьюси. Лучше встретить его на своих условиях, чем позволить ему контролировать ситуацию. — Адриан, — холодно сказала она, останавливаясь в нескольких шагах от него. — Что ты здесь делаешь? — Лика, — он улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз. — Какой сюрприз. Я просто проезжал мимо и заметил твой мотоцикл. Решил проверить, действительно ли это ты. — Какое совпадение, — саркастически заметила она. — Ты теперь часто “проезжаешь мимо” мест, где я бываю? — Ты всегда была умной, — его улыбка стала шире, но глаза оставались холодными. — Да, я искал тебя. Хотел поговорить… наедине. — Мне нечего тебе сказать, — твёрдо ответила Лика. — Всё кончено, Адриан. Давно. — А вот здесь ты ошибаешься, — он сделал шаг вперёд, и она инстинктивно отступила. — Между нами никогда не будет кончено. Особенно теперь, когда ты решила так… публично оскорбить меня. — О чём ты говоришь? — Лика нахмурилась, хотя догадывалась, что он имеет в виду. — Малфой, — выплюнул Пьюси, его лицо исказилось от гнева. — Ты позволяешь ему трогать тебя, целовать тебя на виду у всех. Ты, которая принадлежишь мне. — Я никому не принадлежу, — огрызнулась Лика, чувствуя, как внутри закипает гнев. — И уж тем более не тебе. У меня своя жизнь, Адриан. Жизнь без тебя. — Неужели ты думаешь, что он действительно заботится о тебе? — Пьюси усмехнулся. — Малфой? Человек, который меняет женщин как перчатки? Он использует тебя, Лика. Развлекается. И когда ему наскучит, он выбросит тебя, как выбросил всех остальных. — Ты ничего не знаешь о нас, — она старалась, чтобы её голос звучал уверенно, хотя слова Пьюси задели больное место — её собственные страхи и сомнения. — Я знаю его лучше, чем ты, — настаивал Пьюси. — Мы выросли в одних кругах. Малфои не смешиваются с полукровками надолго. Это… развлечение для них. Эксперимент. — Ты ошибаешься, — Лика покачала головой. — Драко не такой. — Он уже сказал тебе, что любит? — Пьюси наклонился ближе, его голос стал почти интимным. — Они всегда это говорят. И всегда лгут. Лика почувствовала, как её уверенность слегка пошатнулась, но быстро взяла себя в руки. Она не позволит Пьюси снова манипулировать собой. — Хватит, Адриан, — твёрдо сказала она. — Я не хочу тебя слушать. Уходи и оставь меня в покое. — Или что? — он усмехнулся. — Натравишь на меня своих друзей-отбросов? — Эти “отбросы”, как ты их называешь, больше семья для меня, чем ты когда-либо был, — она почувствовала, как её гнев усиливается. — И да, они защитят меня, если понадобится. Но я могу и сама о себе позаботиться. Я больше не та напуганная девочка, которой ты когда-то манипулировал. — Сильные слова, — Пьюси сузил глаза. — Но мы оба знаем правду, Лика. Ты слабая. Всегда была и всегда будешь. Без меня ты ничто — просто ещё одна посредственная танцовщица с красивой внешностью. Она почувствовала, как эти слова ударили прямо в старые раны — сомнения, которые он годами культивировал в ней. Но теперь у неё был иммунитет. — Ты больше не можешь причинить мне боль, Адриан, — она покачала головой. — Твои слова ничего не значат. Ты ничего не значишь. Его лицо исказилось от ярости, и он резко схватил её за руку: — Ты пожалеешь об этом, маленькая сучка. Я заставлю тебя пожалеть. — Отпусти её, мудак, — раздался низкий, угрожающий голос Роба позади Лики. Она обернулась и увидела, что все её друзья поднялись и теперь стояли сплочённой группой, готовые вмешаться. Роб выглядел особенно устрашающе, его глаза сузились, а в руке он сжимал пивную бутылку так, словно готов был использовать её как оружие. — Это не ваше дело, — прошипел Пьюси, не отпуская руку Лики. — Всё, что касается нашей девочки — наше дело, — спокойно сказал Мик, скрещивая мускулистые руки на груди. — Теперь отпусти её, пока мы не показали тебе, почему не стоит злить людей, которые знают, как спрятать тело. Пьюси колебался, явно оценивая ситуацию. Он был хорошим дуэлянтом, но в маггловском баре, без возможности использовать магию, и в окружении полудюжины крепких мужчин и нескольких очень злых женщин, его шансы были не очень высоки. — Это не конец, — прошипел он Лике, наконец отпуская её руку. — Мы ещё поговорим. Наедине. — Нет, не поговорим, — твёрдо сказала она. — Убирайся из моей жизни, Адриан. И не возвращайся. Пьюси бросил последний яростный взгляд на неё и её друзей, затем развернулся и вышел из бара, его спина была напряжена от сдерживаемого гнева. Как только дверь за ним закрылась, Лика почувствовала, как колени подгибаются от облегчения и адреналина. Роб подхватил её за локоть, поддерживая: — Ты в порядке, Балерина? — Да, — она слабо улыбнулась. — Спасибо вам. Всем вам. — Нахрен этого ублюдка, — сказала Сэнди, обнимая её за плечи. — Ещё раз появится, и мы ему яйца оторвём. Это вызвало смех и поддерживающие возгласы остальных. Лика позволила себя обнять, чувствуя благодарность за этих людей, которые безоговорочно встали на её сторону. — Тебе нужно выпить, — решительно сказал Мик, ведя её обратно к бару. — Крепкого. А потом мы проводим тебя домой. Или куда захочешь. — Спасибо, но я в порядке, правда, — Лика старалась звучать увереннее, чем чувствовала себя. — Просто… посидим ещё немного, ладно? Я скучала по вам, ребята. — И мы по тебе, детка, — Роб хлопнул её по спине. — Ещё виски для всех! Лика пыталась расслабиться и наслаждаться компанией, но слова Пьюси не выходили из головы. Не то чтобы она им верила — нет, она знала Драко лучше. Видела его настоящего, без масок и притворства. Но старые страхи, посеянные годами психологического насилия, было не так легко заглушить. Она как раз делала второй глоток виски, когда дверь бара снова открылась, и она замерла, ожидая увидеть вернувшегося Пьюси. Но вместо него на пороге стоял Драко — в безупречном костюме, с растрёпанными ветром волосами и выражением облегчения на лице, когда их взгляды встретились. — Это он? — тихо спросила Сэнди, проследив за её взглядом. — Твой аристократ? — Да, — Лика не могла сдержать улыбку, несмотря на смущение и лёгкое чувство вины за то, что заставила его волноваться. — Чёрт, он и правда горячий, — присвистнула Сэнди. — Я бы ему дала. — Даже не думай, — шутливо предупредила Лика, поднимаясь и направляясь к Драко. Его глаза не отрывались от неё, когда она приближалась — в них читалось облегчение, беспокойство и что-то ещё, что заставило её сердце биться быстрее. — Привет, — сказала она, останавливаясь перед ним. — Как ты меня нашёл? — Магия, — просто ответил он, затем оглядел бар, явно чувствуя себя не в своей стихии среди мотоциклистов. — Я беспокоился. Ты не отвечала на звонки. — Оставила телефон дома, — призналась она. — Прости, я не хотела тебя волновать. Просто… мне нужно было подумать. Проветрить голову. Драко внимательно посмотрел на неё, словно пытаясь прочитать что-то в её глазах: — Что-то случилось? Ты… выглядишь напряжённой. Лика колебалась. Часть её хотела рассказать о Пьюси, о его угрозах и попытках манипуляции. Но другая часть опасалась, что Драко может сделать что-то необдуманное, если узнает. — Давай поговорим об этом позже, — наконец сказала она. — Не здесь. Хочу представить тебя друзьям. Драко кивнул, хотя было видно, что его всё ещё беспокоит её состояние: — Конечно. Она взяла его за руку и повела к столику, где сидели её друзья, с интересом наблюдая за ними. — Ребята, это Драко, — представила она. — Драко, это Роб, Мик, Сэнди и остальная банда. — Приятно познакомиться, — Драко кивнул, сохраняя вежливость, хотя Лика могла сказать, что он чувствовал себя не в своей тарелке. — Значит, ты тот парень, который трахает нашу Балерину? — прямо спросила Сэнди, и Лика чуть не подавилась виски. — Сэнди! — она бросила на подругу предостерегающий взгляд. Но Драко, к её удивлению, не смутился. Вместо этого он слегка улыбнулся: — Я предпочитаю думать, что мы трахаем друг друга. Она не из тех, кого “трахают” — она полноправный участник процесса. Это вызвало одобрительные возгласы и смех, и Лика почувствовала, как напряжение внутри неё слегка ослабевает. Даже здесь, в совершенно чуждой ему обстановке, Драко умудрялся находить правильные слова. — Мне нравится этот парень, — объявил Роб, поднимая бутылку пива. — Садись, друг. Выпей с нами. — С удовольствием, — Драко сел рядом с Ликой, их бёдра соприкоснулись под столом. — Если только вы не планировали отрезать мне яйца за то, что я украл вашего друга. — Мы рассмотрим этот вариант, если ты её обидишь, — серьёзно сказал Мик, но затем подмигнул. — Но пока ты в безопасности. — Справедливо, — кивнул Драко, принимая стакан виски от бармена. Следующий час прошёл удивительно приятно. Драко, которого Лика всегда считала довольно замкнутым в новой компании, оказался на удивление адаптивным. Он смеялся над грубыми шутками, рассказывал истории о своих школьных годах, тщательно избегая упоминаний о магии, и даже позволил Сэнди рассмотреть его дорогие запонки, когда та заинтересовалась блеском серебра. Лика наблюдала за ним с растущим чувством тепла в груди. Здесь, среди людей, которые были полной противоположностью его обычного круга общения, Драко оставался собой — уверенным, остроумным, но при этом открытым и искренним. Это заставляло её любить его ещё сильнее. — Твой парень в порядке, — тихо сказал Роб, наклонившись к ней, пока Драко был вовлечён в обсуждение мотоциклов с Миком. — Не как тот мудак. — Да, он… особенный, — согласилась Лика, не в силах сдержать улыбку. — Держись за него, — Роб серьёзно кивнул. — И знай, что мы всегда на твоей стороне. Если этот ублюдок снова появится… — Спасибо, — она сжала его руку. — Я ценю это. Больше, чем ты можешь представить. Когда время подошло к полуночи, Драко мягко предложил: — Может, поедем домой? Мне нужно завтра рано вставать, и я уверен, у тебя тоже репетиция. — Да, ты прав, — Лика кивнула, чувствуя лёгкую усталость после эмоционального вечера и нескольких порций виски. — Ребята, мы, пожалуй, будем прощаться. — Увидимся в следующий раз, Балерина, — Роб обнял её. — И не пропадай на год, хорошо? — Не пропаду, — пообещала она, затем обняла каждого из друзей. Сэнди, обнимая её, прошептала: — Он идеален. Такой горячий, и смотрит на тебя, словно ты — центр вселенной. Я завидую, сучка. Лика рассмеялась, толкая подругу: — Заткнись. — Береги её, аристократ, — сказал Мик, пожимая руку Драко. — Она для нас много значит. — Я знаю, — серьёзно ответил Драко. — И для меня тоже. Выйдя из бара в прохладную ночь, Лика глубоко вдохнула, чувствуя, как голова немного кружится от алкоголя и эмоций. — Они хорошие, — сказал Драко, обнимая её за плечи. — Твои друзья. Необычные, но… настоящие. — Они спасли меня после Адриана, — тихо сказала она. — Во многих смыслах. Дали мне почувствовать, что я не одна. Что я чего-то стою. Драко помрачнел: — Что он сделал? Я видел, как ты напряжена. Он был здесь, верно? Лика вздохнула, понимая, что не сможет скрыть это от него: — Да. Он… выследил меня. Сказал, что между нами ничего не кончено. Что ты… используешь меня. Что ты такой же, как и все чистокровные, для которых полукровки — только временное развлечение. Она почувствовала, как Драко напрягся рядом с ней, его челюсть сжалась: — И ты ему поверила? — Нет, — быстро сказала она, поворачиваясь к нему лицом. — Нет, Драко. Я знаю, кто ты. Знаю, что мы настоящие. Просто… он знает, какие кнопки нажимать. Знает мои страхи. Драко смотрел на неё долгим взглядом, затем медленно кивнул: — Я понимаю. И я не сержусь на тебя. Я зол на него — за то, что он продолжает преследовать тебя, пытаться манипулировать. — Мои друзья защитили меня, — сказала Лика, улыбаясь при воспоминании. — Ты должен был видеть его лицо, когда Роб предложил показать ему, как они умеют прятать тела. Драко рассмеялся, но его глаза оставались серьёзными: — Я рад, что они были с тобой. Но это не решает проблему. Он становится опасным, Лика. Ты не можешь просто игнорировать это. — Я знаю, — она вздохнула. — Но что я могу сделать? Получить охранный ордер? Сомневаюсь, что это его остановит. — Возможно, — Драко осторожно подбирал слова, — тебе стоит подумать о моём предложении. Переехать ко мне. Я не говорю, что это решит все проблемы, но… моя квартира защищена лучшими охранными чарами. И я буду рядом. Лика колебалась. Часть её хотела согласиться — не только из-за безопасности, но и потому, что она действительно хотела быть ближе к нему. Но другая часть всё ещё боялась — не его, а потери своей независимости, свободы, которую она так тяжело отвоевала. Драко, словно читая её мысли, мягко добавил: — Это не значит, что ты теряешь свою свободу. Ты всё ещё можешь приходить и уходить, когда захочешь. Встречаться с друзьями. Ездить на этой твоей смертельной машине, — он кивнул на её мотоцикл. — Просто… будет безопаснее. Для моего спокойствия, если не для твоего. Лика смотрела на него — на его искренние серые глаза, на линию его губ, на морщинку беспокойства между бровями. И вдруг поняла, что её страхи были необоснованными. Драко не был Адрианом. Он не пытался контролировать её, ограничивать. Он предлагал защиту и близость, но не требовал жертв. — Хорошо, — тихо сказала она. — Я перееду. Но при одном условии. — Всё что угодно, — быстро сказал Драко, и она улыбнулась его энтузиазму. — Иногда мне будет нужно пространство. Время для себя. Как сегодня. Ты должен обещать, что не будешь воспринимать это как отвержение или что-то личное. Это просто… как я устроена. — Обещаю, — серьёзно сказал Драко. — Я понимаю, Лика. Действительно понимаю. Сегодня я волновался только потому, что не знал, где ты, и думал о Пьюси. Но если бы ты сказала мне, что тебе нужно время для себя, я бы уважал это. — Тогда да, — она улыбнулась, чувствуя, как тяжесть падает с её плеч. — Я перееду к тебе. Драко просиял, и она не могла не рассмеяться над его радостным выражением лица. Он наклонился и поцеловал её — нежно сначала, затем глубже, его руки обвились вокруг её талии, притягивая ближе. — Я люблю тебя, — прошептал он, когда они оторвались друг от друга. — И я обещаю, что никогда не стану клеткой для тебя. Только убежищем, если оно тебе понадобится. — Я тоже люблю тебя, — она прижалась к его груди, чувствуя, как его сердце бьётся под её щекой. — И верю тебе. Несмотря на всё, что говорит Адриан, я верю тебе. Они стояли так несколько минут, просто держа друг друга, ночь обволакивала их, звёзды сияли над головой. Затем Лика отстранилась с озорной улыбкой: — Знаешь, что было бы действительно горячо? — Что? — Драко поднял бровь, интригованный её тоном. — Ты. На моём мотоцикле. Со мной, — её глаза блестели от возбуждения. — Позволишь мне отвезти тебя домой? Драко посмотрел на Ducati с некоторой опаской, затем обратно на Лику: — Ты уверена, что это безопасно? Ты пила. — Я выпила всего два виски за три часа, — она закатила глаза. — Я в полном порядке. К тому же, — она понизила голос до соблазнительного шёпота, — потом я позволю тебе отвезти меня в спальню. И покатать на чём-то другом. Драко рассмеялся, его глаза потемнели от желания: — Это предложение, от которого я не могу отказаться. Лика подала ему шлем, и он надел его, затем она села на мотоцикл и завела двигатель. Драко сел позади, обхватывая её за талию, его тело прижалось к ней так, что она могла чувствовать его возбуждение даже через слои одежды. — Держись крепче, — предупредила она, выезжая на дорогу. Поездка домой была одновременно волнующей и возбуждающей. Лика чувствовала, как руки Драко крепко держат её, как его дыхание касается её шеи, когда они останавливались на светофорах. Каждый раз, когда она ускорялась, его хватка становилась крепче, его тело прижималось ближе, и она не могла не думать о том, что будет, когда они доберутся домой. К тому времени, как они припарковались возле его дома, они оба были напряжены от желания. Лика едва успела снять шлем, как Драко притянул её к себе для голодного, требовательного поцелуя. — Мерлин, это было горячо, — выдохнул он между поцелуями. — Ты на этом мотоцикле… я едва мог сдерживаться. — Тогда не сдерживайся, — она улыбнулась, прикусывая его нижнюю губу. — Я твоя. Возьми меня. Они едва добрались до квартиры, целуясь в лифте, руки блуждали по телам друг друга, срывая одежду, как только дверь за ними закрылась. — Спальня слишком далеко, — пробормотал Драко, прижимая её к стене в коридоре, его руки уже под её рубашкой, ласкающие грудь. — Хочу тебя здесь. Сейчас. — Да, — выдохнула Лика, запрокидывая голову, когда его губы нашли её шею. — Пожалуйста. Он расстегнул её джинсы и стянул их вместе с трусиками, опускаясь на колени перед ней. Лика ахнула, когда его язык нашёл её клитор, его руки поддерживали её бёдра, не давая упасть от накатывающего удовольствия. — Блядь, Драко, — она вплела пальцы в его волосы, направляя его, показывая, что ей нравится. Он не останавливался, его язык двигался умело, его пальцы скользнули внутрь неё, находя ту точку, которая заставляла её кричать. Лика чувствовала, как оргазм нарастает, быстрее, чем обычно, усиленный адреналином ночи и возбуждением от поездки. — Я сейчас... — выдохнула она, её бёдра двигались навстречу его рту. — Драко, я… Он усилил давление, и она взорвалась, её тело сотрясалось от удовольствия, его имя срывалось с её губ снова и снова. Драко не отстранялся, продлевая её наслаждение, пока она не стала почти умолять о пощаде. Когда он поднялся, его лицо блестело от её влаги, а в глазах было голодное выражение, которое заставляло её сердце биться быстрее. — Повернись, — хрипло приказал он, и она подчинилась, упираясь руками в стену. Драко быстро расстегнул брюки. Он провёл головкой по её влажным складкам, дразня, заставляя её стонать от нетерпения. — Пожалуйста, — прошептала она, выгибая спину. — Чего именно ты хочешь? — его голос был низким, почти угрожающим. — Скажи это. — Хочу, чтобы ты трахнул меня. — прямо сказала она. С рыком удовлетворения Драко вошёл в неё одним мощным толчком, заставив её вскрикнуть от наслаждения. Он не давал ей времени привыкнуть, сразу устанавливая быстрый, почти жестокий ритм, его пальцы впивались в её бёдра, оставляя синяки. — Ты моя, — шептал он, наклонившись к её уху, его дыхание обжигало кожу. — Только моя. — Твоя, — соглашалась она, встречая каждый его толчок. — Только твоя. Это был не нежный секс — это было почти животное спаривание, полное жадности, страсти и необходимости подтвердить их связь. Драко входил в неё так, словно хотел пометить изнутри, заклеймить своим присутствием. И Лике это нравилось — эта первобытная сторона его, эта необузданная страсть, которая так контрастировала с его обычной сдержанностью. — Ещё, — умоляла она, чувствуя приближение второго оргазма. Он подчинился, ускоряясь, одна его рука скользнула вперёд, находя её клитор, круговыми движениями доводя её до края. Лика кончила с криком, её внутренние мышцы сжимались вокруг него, почти болезненно сильно. Драко последовал за ней через несколько толчков, его тело напряглось, его стон был почти животным, когда он изливался глубоко внутри неё. Они оставались соединенными ещё несколько минут, их тела дрожали от остаточных волн удовольствия, их дыхание постепенно выравнивалось. Наконец, Драко осторожно вышел из неё, помогая ей повернуться и опереться на стену. — Это было… — начал он, но не смог найти слов. — Да, — согласилась Лика, её лицо расплылось в довольной улыбке. — Именно. Драко наклонился, нежно целуя её — такой контраст с их недавней яростью: — Я не сделал тебе больно? — Нет, — она покачала головой, обвивая руками его шею. — Это было именно то, что мне было нужно. То, что нам обоим было нужно. Он кивнул, понимая. После эмоционального вечера, после слов Пьюси, им нужно было это — физическое подтверждение их связи, их принадлежности друг другу. — Ванна? — предложил Драко, поднимая её джинсы и помогая ей одеться. — Звучит идеально, — она улыбнулась, чувствуя, как его семя стекает по внутренней стороне бедра. — А потом кровать. И, может быть, второй раунд. Более медленный. — Мне нравится ход твоих мыслей, — он подмигнул, ведя её в ванную. Позже, лёжа в ароматной воде, спиной прижимаясь к его груди, Лика чувствовала удивительное спокойствие. Несмотря на встречу с Пьюси, несмотря на его угрозы и манипуляции, она знала, что сделала правильный выбор. — Я начну паковать вещи завтра, — тихо сказала она, поглаживая его руку, обвившую её талию. — Ничего сложного, у меня не так много вещей. — Я помогу, — Драко поцеловал её в плечо. — И мы можем перевезти твой мотоцикл в гараж. Там есть место. — Ты действительно не против моего байка? — она повернула голову, чтобы видеть его лицо. — Я думаю, это часть тебя, — серьёзно сказал он. — И я люблю все части тебя. Даже те, которые заставляют меня волноваться. Лика улыбнулась, чувствуя, как её сердце наполняется тёплым, пьянящим чувством: — Ты удивительный, знаешь? — Не я, — он покачал головой. — Ты. Ты меняешь меня, Лика. Делаешь лучше. — Мы меняем друг друга, — она закрыла глаза, наслаждаясь теплом воды и его объятий. — И это прекрасно. Они заснули той ночью, тесно прижавшись друг к другу, и впервые Лика чувствовала полную, абсолютную уверенность в своём выборе. Драко не был клеткой — он был безопасным местом, где её крылья могли расправиться ещё шире. И это было именно то, что ей было нужно. Новость о том, что Лика переезжает к Драко, вызвала разные реакции. Родители Драко, особенно Нарцисса, были удивительно поддерживающими — возможно, потому, что видели, насколько счастливым она делала их сына. Друзья Лики из балета были взволнованы и немного завистливы. Мото-друзья пошутили, что Драко должен заплатить им отступные за то, что уводит их девочку. Блейз и Тео помогали с переездом, таская коробки и подшучивая над “домашним” видом Драко. — Никогда не думал, что доживу до этого, — говорил Блейз, расставляя книги Лики на полках. — Драко “я-никогда-не-буду-жить-с-женщиной” Малфой, создающий гнёздышко. — Заткнись, Забини, — беззлобно огрызался Драко, но не мог сдержать улыбку. Их совместная жизнь началась легко и естественно, словно они всегда были вместе. Лика училась готовить его любимые блюда, Драко привыкал к её привычке оставлять мокрые полотенца на кровати. Они находили компромиссы, создавали новые традиции, учились быть не просто любовниками, но и партнёрами. Драко обновил защитные чары на квартире, добавил новые, специфичные для защиты от Пьюси. Лика позволила ему это сделать, понимая, что его беспокойство обосновано, но настояла на том, чтобы продолжать жить нормальной жизнью — ходить на репетиции, встречаться с друзьями, ездить на мотоцикле, когда хотелось. Их физическая близость только усилилась с совместным проживанием. Они исследовали друг друга, открывали новые способы доставить удовольствие, новые грани своей сексуальности. Однажды вечером, когда они лежали в постели после особенно страстного секса, Драко внезапно сказал: — Я хочу показать тебе что-то. Он встал и подошёл к комоду, доставая небольшую бархатную коробочку. Лика напряглась, её сердце пропустило удар — это было слишком похоже на кольцо, а она не была уверена, что готова к такому шагу. Но когда Драко открыл коробочку, внутри оказался не перстень, а маленький серебряный ключ. — Что это? — спросила она, с любопытством и некоторым облегчением. — Ключ от моего сейфа в Гринготтсе, — объяснил Драко, садясь на край кровати. — Я добавил тебя как доверенное лицо. Хотел, чтобы ты знала… всё моё — твоё. Лика смотрела на ключ, не зная, что сказать. Это был огромный жест доверия — давать доступ к своему состоянию, к семейному наследию. — Драко, я… — она покачала головой. — Мне не нужны твои деньги. Я не хочу, чтобы ты думал… — Я знаю, — он перебил её мягко. — Это не о деньгах, Лика. Это о доверии. О том, что я не держу от тебя секретов. О том, что всё, что у меня есть — материальное и нематериальное — я хочу разделить с тобой. Она смотрела на него долгим взглядом, видя искренность в его глазах, и чувствовала, как её сердце наполняется ещё большей любовью. — Спасибо, — тихо сказала она, принимая ключ. — Это… много значит для меня. Драко улыбнулся, явно довольный её реакцией: — Я люблю тебя, Лика. Больше, чем когда-либо думал, что смогу любить. — Я тоже тебя люблю, — она притянула его для поцелуя, нежного и полного чувства. Постепенно их жизни переплетались всё сильнее. Лика познакомила Драко с родителями её коллег по театру, которые заменили ей семью после смерти своих родителей. Драко представил её своим деловым партнёрам как свою спутницу, без стыда или оговорок о её происхождении. О Пьюси не было слышно несколько недель, и Лика начала надеяться, что он наконец сдался и оставил их в покое. Но где-то глубоко внутри она знала, что это затишье перед бурей. И буря не заставила себя ждать. Однажды утром, когда Лика вернулась с ранней репетиции, она обнаружила на кухонном столе конверт, адресованный ей. Странно — он не пришёл с совой или обычной почтой, а словно кто-то доставил его лично...