На корабле

На следующее утро Элизабет одела своё старое платье, которое Влад подарил ей ещё в замке, его как раз принесли из прачечной. И ту самую накидку с капюшоном, в которой провела ночь на замковой стене. Она оделась так, чтобы выглядеть скромнее, как просила Анна, опять же, чтобы не вызывать у торговцев желания повышать цены. Правда у накидки потерялась застёжка, но она взяла небольшую у Влада, с изображением дракона. Анна встретила её у входа в порт тоже в очень скромном наряде, и без украшений, но рядом с ней шёл слуга. На удивлённый взгляд Элизабет, она ответила шёпотом, когда слуга отвернулся: « Я вынуждена была его взять, чтобы не вызвать беспокойство у мужа, он не любит отпускать меня одну. Но я с этим справлюсь.» После чего они подошли к торговцу рыбой, и Анна набрала целую корзину товара, которую с удовольствием вручила слуге, чтобы тот отнёс её в дом. Потом они пошли вдоль набережной. Река по берегам была закрыта белым от снега льдом, и узкая серая полоска воды была замусорена крупными льдинами. Небольшие рыболовные суда ютились в небольшой полынье у гавани, и крупное торговое судно среди них было только одно. Элизабет первый раз так близко видела суда, и от мысли, что сейчас она сможет рассмотреть одно из самых больших очень близко, её сердце начало биться быстрее. Охранник, услышав о том, что они пришли по поводу покупки шерсти, легко пустил их на палубу, и более того, лично провёл их в каюту капитана. Элизабет отметила для себя, что лат на охраннике не было, а на оружии не было никакой геральдики. Но когда они зашли в каюту, то была ошарашена от количества различных вещей украшенных гербами, и титульными изображениями. Шикарное украшенное драгоценными камнями оружие на стенах, щиты и шлемы от лат, шкатулки из позолоченных пластин дерева, - всё это было украшено различными гербами и надписями, при чем - разными. Элизабет подумала, что эти вещи скорее всего были куплены, или подарены во время выгодных торговых сделок, но потом она увидела охранника, который стоял за стулом капитана. На его нагруднике был символ чёрной розы. Она вспомнила, что видела этот нагрудник в своём родном замке, в канун Рождества, на князе Фружине. Но шлем и оружие были без каких-либо знаков. А самого охранника она никогда не видела и не знала в лицо. Нагрудник точно никто ему не продавал и не дарил. Элизабет поняла, что сейчас находится в закрытом помещении, с тремя вооружёнными мужчинами, которые скорее всего точно не были обычными торговцами. Желая как-то предупредить Анну, она сильно сжала её руку, но та резко выдернула её, быстро извиняясь: - Ой, какие мы с моей подругой не вежливые, - сказала она, сдергивая с себя и Элизабет капюшоны, одновременно скрывая у неё заколку с драконом. – забыли представится. Я Анна, а это Элизабетта, мы представляем местную торговую палату. Хотим узнать, сколько у Вас ещё осталось шерсти в трюмах. - Меня зовут Одноглазым капитаном, - сказал невысокий человек, выходя из-за стола. – не потому, что у меня один глаз. А потому, что я смотрю в даль у штурвала, всегда прищурившись. Анна кокетливо засмеялась, и Элизабет тоже вежливо улыбнулась. - Я рад, что две столь прекрасные дамы, посетили мой скромный корабль. – продолжил капитан, поцеловав руку сначала Анне, а потом Элизабет. – Мои трюмы всё ещё заполнены отличной шерстью с зелёных холмов Болгарии, и я готов выслушать Ваше предложение. Элизабет вдруг внезапно вспомнила, где она видела знак на маркировке тюков с шестью – эти знаки были на фамильных вещах её невестки, Марии. Она снова попыталась схватить Анну за руку, но та не обратила на это внимания, захваченная азартом выгодной сделки. - Мы готовы выкупить весь Ваш груз шерсти, - сказала она, доставая кисет из складок платья. – если Вы сделаете нам небольшую скидку, по сравнению с той ценой, по которой вы продали шерсть вчера. - Документы на заключение сделок у меня есть. – добавила она, показывая бумаги, оказавшиеся у неё в руках. - Честно сказать, я немного расстроен этим предложением. – ответил ей капитан, беря бумаги. – Даже вчерашняя цена была недостаточно высока, чтобы удовлетворить все потребности моей команды, но Городской Совет содрал с меня и судовой, и подорожный налоги. Так что я по сути, оказался в минусе. Может быть мне будет выгоднее продать эту шерсть в посёлках ниже по течению на валенки, там точно никто не будет брать с меня никаких налогов? - В рыболовецких посёлках у Вас не возьмут весь груз, и чтобы продать его, Вам придётся каждые несколько часов искать место, где встать на якорь. – со знанием дела возразила Анна. – Таким образом, вы потратите на ремонт днища больше, чем сумеете заработать. А учитывая погоду, Вы даже из порта сможете выйти не скоро, и команду нужно будет чем-то кормить. - Вы очень умны для простой женщины, - ответил капитан, сев обратно за стол, и рассматривая бумаги, сощурился на один глаз, как бы оправдывая своё прозвище. – Здесь сказано, что Вы являетесь женой члена Купеческой Ганзы, а не просто гильдии, значит Вы вполне можете заплатить настоящую цену за мой товар. И у меня есть вопрос к Вашей спутнице, почему в бумагах о ней не написано ни слова? - Ну кто читает эти занудные бумаги! – фальшиво засмеялась Анна. – В любом случае для Вас это выгодная сделка, особенно если погода скоро станет лучше. А Элизабет просто моя подруга, знатной женщине не стоит ходить по городу одной. В этот момент охранник в латах тоже подошёл к двери, а капитан поднялся из-за стола и сказал, зло прищурившись : - Кто сейчас знает, что Вы находитесь здесь? И сколько Ваш муж готов доплатить за Вашу жизнь? В каюте повисла тяжёлая тишина. Элизабет пыталась придумать, что можно сделать, но смогла лишь приказать себе успокоиться и не дышать слишком громко. Она не опустила голову, но и не стала поднимать глаза. - Нисколько, - тихо сказала Элизабет. – Даже если Вы убьете нас, о нахождении Анны скоро узнают, из-за слуги, которого она отправила домой, а Ваш корабль не сможет сегодня покинуть порт, и к вечеру уже будет сожжен. Одноглазый капитан снова вышел из-за стола, и Элизабет увидела, насколько у него кривые ноги. Раскачивающейся походкой он подошёл к ней, и чуть наклонившись, заглянул ей в глаза. - А Вы тоже не простая женщина? – спросил он. - Княгиня Элизабетта, жена Влада Цепеша, кровавого лорда. – ответила она так же тихо, не шелохнувшись. – Посмотрите на заколку моей накидки, Вы увидите Гербового Дракона. Капитан резко сорвал застёжку с её накидки, бросил на стол, а после начал ходить из стороны в сторону. - Значит две женщины выкручивают мне руки, пока я заперт в этом Богом забытом порту! – крикнул он, потрясая руками. - Я понимаю Вас, - сказала Анна, поправляя причёску. – Вы много дней провели на судне, в дали от родных и женщин, и вот Вы в городе, где вроде можно нормально поесть, да только везде эти чёртовы бумаги! - она незаметно подошла к столу, взяла заколку и снова прикрепила её на накидку Элизабет. – Вы не против, что эта вещь лучше смотрится на Элизабет? Капитан ничего не ответил, но перестал ходить по каюте. Элизабет прикрыла рукой заколку, и решила сказать то, что поняла : - Мы не сможем купить эту шерсть за настоящую цену, т. к. она не принадлежит Вам. Если я смогла это понять по печатям на тюках, то скоро кто-то из торговой палаты это тоже заметит. Капитан снова приблизился к Элизабет, пытаясь заглянуть ей в глаза и напугать, но она упрямо смотрела в пол, как полагается воспитанной знатной даме и тихо продолжала : - Капитан, Вы опытный человек, и Вы знаете к чему это приведёт. Слухи в простонародье разлетаются очень быстро. В наших интересах не дать этому случиться. Одноглазый отвернулся от неё, и посмотрел в зарешеченное окно каюты. - Да, Ваш муж наверное тоже не обрадуется, если узнаёт, что Вы были здесь, - сказал он немного ухмыляясь. – да и я больше не смогу заходить в этот порт. Анна осторожно подошла к столу, и расправила бумаги. - Мы можем решить эти проблемы разом, - сказала она. – если Вы подпишите эти документы с указанной в них ценой. После этого я велю докерам сорвать печати со всех тюков до утра. Мне тоже не хотелось бы, чтобы мой муж узнал о том, что я была здесь только в сопровождении моей подруги. Капитан повернулся и пристально посмотрел на неё, всё так же прищурившись, но она продолжала: - Но я не смогу ничего сделать, если Вы не выпустите нас отсюда. Капитан тихо выругался, и подписал бумаги. Потом приказал охранникам отвести женщин на пристань, и освободить трюмы от шерсти.