Часть 1. Глава 4. Проверка на прочность.

Над ранами смеется только тот,

Кто не бывал еще ни разу ранен.

@Уильям Шекспир

Девушка проснулась от настойчивого писка будильника, нагло вторгавшегося в утреннюю тишину. Открыв глаза, она увидела рядом Вадима, мирно спящего и, казалось, абсолютно невосприимчивого к этой раздражающей какофонии. Вспомнив события минувшей ночи, губы ее тронула хитрая улыбка. Она нежно коснулась щеки бывшего мужа кончиками пальцев, ощущая легкую щетину и тепло его кожи. Воспоминания об их жаркой близости, о его сильных руках и страстных поцелуях, грели ее изнутри, заставляя кровь быстрее бежать по венам. Исполненная решимости и азарта, она направилась в комнату Вадима. Не церемонясь, она распахнула дверь, застав Уварова с сигаретой в зубах, стоящим у распахнутого окна. Комната была пропитана едким табачным дымом, но Лера, казалось, не замечала этого. В ее душе бушевал пожар, гораздо более сильный и обжигающий. – Вадим Юрьевич, как вам не стыдно? Вы же спортсмен! – с притворным укором произнесла Жарская, лукаво усмехнувшись. – Я смотрю, у тебя прекрасное настроение, – заметил Вадим, затушив сигарету в пепельнице. Он оценивающе оглядел ее, заметив огонек в ее глазах и дерзкую усмешку на губах. – У меня для тебя кое-что интересное, – интригующе промурлыкала девушка, медленно и грациозно приближаясь к брюнету, словно хищница, подкрадывающаяся к своей добыче. – И что же это? – игриво поинтересовался физрук, не в силах сопротивляться ее чарам. Он сжал ее бедра, притягивая ближе, ощущая тепло ее тела. – Вульф специально подослал к нам Мальцеву, – начала она свой рассказ, томно приподняв бровь. Ее взгляд был полон вызова и предвкушения. – Он говорит, что ты совсем распоясался, – с нарочитой обидой произнесла она, надув пухлые губки, словно капризный ребенок. Этот жест, как нельзя лучше, подчеркивал ее женственность и пробуждал в нем желание защищать и оберегать ее. – Ты больше не его верная собачка, – с ехидством добавила Лера, скользнув кончиком указательного пальца по его губам, словно проверяя их на вкус. Ее прикосновение было легким и дразнящим, словно перышко. – За языком следи, – резко оборвал ее Вадим, мгновенно вспыхнув. Он схватил девушку за запястье, крепко сжав его. В его голосе прозвучала угроза, но в глазах промелькнул огонек опасной заинтересованности. Ему нравилась ее дерзость, ее способность бросать ему вызов. – А что, правда глаза колет? – с вызовом произнесла блондинка, кокетливо склонив голову набок, демонстрируя изящную линию шеи. Ее игра захватывала все больше, и она чувствовала, как их противостояние разгорается с новой силой. После Жарская в подробностях пересказала все, что услышала на записи, предоставленной Петром. С каждым словом глаза Вадима становились все темнее и мрачнее, словно грозовое небо перед бурей. Он сжимал мышцы лица, поджимал губы, а его руки все сильнее сжимали талию бывшей жены, словно боясь ее отпустить, словно она могла ускользнуть от него в любой момент. – Я убью его, – со сталью в голосе произнес Уваров, резко развернувшись в сторону двери. Ярость клокотала в нем, требуя немедленного выхода. – Подожди, Вадь, – нежно прошептала блондинка, мягко коснувшись его руки. Она чувствовала его гнев, ощущала исходящую от него волну энергии, и понимала, что импульсивные действия только навредят. – Это будет слишком просто, – соблазнительно промурлыкала она, скользнув взглядом по его лицу. Она знала, как завести его, как манипулировать им. – Мы же можем немного поиздеваться над стариком, – добавила она, подойдя вплотную к Вадиму и положив руки ему на плечи, слегка массируя напряженные мышцы. Ее движения были плавными и расслабляющими, но в них чувствовалась скрытая сила. Поняв коварный намек девушки, в глазах которой задорно плясали чертики, Уваров расслабленно опустил напряженные плечи и довольно улыбнулся, предвкушая изысканную, изощренную месть. В это время руки блондинки смело забрались под толстовку мужчины, нежно поглаживая его грудь и пресс, вызывая мурашки по коже. Ее прикосновения становились все более смелыми и откровенными, дразня его, распаляя его страсть. Она знала, что он хочет ее, и наслаждалась своей властью над ним. Прижав ее к себе, Вадим с жадностью накрыл ее губы своими, впиваясь в них, словно пытаясь утолить мучительную жажду. Их тела сплелись в страстном объятии, забыв обо всем на свете – о мести, о ненависти, об интригах. Игра началась, и она обещала быть захватывающей. Горела не только месть, но и неистовая страсть, которая вновь вспыхнула между ними с невероятной силой, заслоняя все остальное и превращая их в безумных любовников, готовых на все ради друг друга. Ей нравилось ощущение его власти, но она знала, что в этой игре она не позволит ему победить. Вадим, словно почувствовав на себе ее пристальный взгляд, нежно улыбнулся, приоткрыв сонные глаза. – Я, конечно, понимаю, что я красивый и чертовски обаятельный мужчина, но не пялься так откровенно, – промурлыкал он, игриво коснувшись рукой ее талии и притягивая ближе. Он медленно провел ладонью вверх по ее телу, дразня ее своими прикосновениями, остановившись на щеке блондинки. Его взгляд, полный тепла и похоти, словно обжигал ее кожу. – Как думаешь, Вульф уже видел погром в своем кабинете? – игриво произнесла девушка, проведя рукой по его широкой груди и крепким плечам, наслаждаясь тем, как его тело напрягается от ее прикосновений. Словно по команде, дверь в кабинет владельца "Ингрид" резко распахнулась, с оглушительным стуком ударившись о стену. В помещение с победным видом вошла целующаяся пара. Сбросив со стола все папки с важными документами, небрежно раскидав их по полу, Вадим одним стремительным движением усадил девушку прямо на стол. Она кокетливо взглянула на него снизу вверх, оценивая его силу и напор. Но, грациозно увернувшись от его намерения притянуть ее к себе, она легко спрыгнула на другую сторону стола, провоцируя его на дальнейшие действия. – Поиграем в догонялки? – игриво произнес Уваров, принимая ее правила игры и азартно сверкнув глазами. Он любил ее за эту непредсказуемость. – А ты попробуй поймать, – прошептала девушка с вызовом, медленно расстегивая верхние пуговицы своей блузки, приоткрывая вид на кружевное белье. Дразнящий намек, который заставил его задохнуться от желания. Мужчина, словно хищник, увидевший свою добычу, мгновенно двинулся в ее сторону, жадно охватывая взглядом каждую часть ее тела, словно запоминая все ее изгибы и линии. Он мысленно раздевал ее, представляя ее обнаженной в своих объятиях. – Не так-то просто, – промурлыкала девушка, ускользнув из его рук и скинув надоевшие туфли. Теперь, на босу ногу, она чувствовала себя еще более свободной и уверенной в себе. Игра набирала обороты, и она наслаждалась каждой минутой этого опасного танца. – Думаю, он уже принял пару бутылочек успокоительного, чтобы хоть как-то унять дрожь в коленках, – прокомментировал брюнет, самодовольно усмехнувшись, от чего Лера залилась звонким, заразительным смехом. Звук ее смеха эхом пронесся по комнате, наполняя ее легкостью и беззаботностью. – Уроки начнутся через час, – напомнила она, прерывая их игривое настроение, и, грациозно поднявшись с кровати, потянулась, демонстрируя свои изящные формы. Не стесняясь своей наготы, она медленно и соблазнительно прошла в сторону двери ванной комнаты, покачивая бедрами и бросая на Вадима игривый взгляд через плечо. Ее кожа, словно шелк, манила его прикоснуться к ней. В воздухе оставался тонкий, дурманящий шлейф ее любимых духов, смешанный с ароматом утреннего кофе, – пьянящий коктейль, который действовал на него безотказно. Она знала, что он смотрит ей вслед, и это только добавляло уверенности в себе. Лера была уверена, что сегодня день обещает быть насыщенным и интересным. За завтраком не произошло ничего примечательного – обыденные разговоры о повседневной жизни и шалостях школьников. Сегодня в расписании Леры стоял второй урок у седьмого класса, и предчувствие подсказывало ей, что он обещает быть весьма интересным. В класс блондинка вошла уверенной походкой, плавно покачивая бедрами, привлекая внимание учеников и вызывая легкий шепот в рядах. – Здравствуйте, класс! – улыбчиво произнесла она, разложив необходимые для урока пособия на учительском столе. Ее взгляд скользнул по лицам учеников, оценивая их настроение. Класс вяло поприветствовал девушку в ответ, но на лицах двух сорванцов, Дениса и Артема, она заметила самодовольные ухмылки. Эти двое определенно что-то натворили, и Лера это чувствовала. Заметив подозрительные остатки мыла на школьной доске, она усмехнулась про себя, предвкушая занимательную воспитательную беседу. – Денис и Артем, встаньте, пожалуйста, – строго произнесла она, внимательно оглядывая класс. Взгляд ее был твердым и решительным. Парни, почуяв неладное, молча поднялись, потупив взоры. – Мне кажется, в этом классе сегодня как-то особенно грязно, – произнесла она, нарочито медленно осматривая помещение и делая вид, что не замечает мыла на доске. В классе повисла напряженная тишина. – А давайте вы сегодня уберетесь в классе? – предложила девушка с невинной улыбкой, наблюдая за реакцией провинившихся. – Для этого уборщица есть, – дерзко ответил Денис, словно считал себя вправе говорить все, что вздумается. Он, очевидно, чувствовал себя главным в этой школе, прикрываясь влиянием своей бабушки, которая занимала должность заместителя директора по хозяйственной части. Однако, Лера не собиралась терпеть подобное хамство. – Людям нужно помогать, – мягко, но настойчиво ответила Жарская, демонстрируя своим тоном, что не потерпит дальнейших возражений. – А убираться вы будете… с помощью зубных щеток! – радостно провозгласила девушка, наслаждаясь произведенным эффектом. На лицах парней отразилось крайнее изумление и недовольство. – И знаете что? Чтобы вам не было скучно, я приглашу Галину Васильевну, и она прочитает вам устав школы, пункт за пунктом, – добавила она, ее глаза хитро блеснули. – А еще раз такое повторится, будете мыть пол зубочистками! – грозно выкрикнула учительница английского. Последующие уроки протекли на удивление мирно. Лишь во время занятия с десятым классом, когда ученики увлеченно выполняли самостоятельную работу, ее телефон завибрировал. На экране высветилось сообщение от Морозова. "Войтевич мертв," – гласила лаконичная SMS. Сердце на мгновение замерло, но быстро взяв себя в руки, девушка быстро напечатала ответ: "Вадим в курсе?" Понимая, что дальнейшие вопросы по переписке крайне нежелательны, пришлось дать десятиклассникам дополнительное задание, чтобы под благовидным предлогом выйти из класса и перезвонить Петру. – Ты уверен? – сразу же выпалила девушка, едва услышав знакомый голос в трубке. Ей было необходимо удостовериться в правдивости информации. – Я сам видел его обгоревшее тело, – бесстрастно ответил Петр Алексеевич, не вдаваясь в подробности. – Скажи Вадиму, это не мои обязанности, – отрезала она ледяным тоном, не желая нести ответственность за произошедшее. Сбросив звонок, она несколько секунд стояла, глядя в пустоту, пытаясь собраться с мыслями. Вернувшись в класс, блондинка, с невозмутимым видом, продолжила урок, как будто ничего не случилось. Она умело скрывала свои истинные чувства и эмоции, надевая маску безразличия. Ее совершенно не интересовала смерть Константина Викторовича. Она нисколько не сожалела о его трагической кончине, считая, что он заслужил такой исход событий. В конце концов, стольких детей он измучил своими бесчеловечными опытами, превратив их жизни в кошмар. Его смерть была для нее своего рода справедливостью, возмездием за содеянное зло. На уроке с одиннадцатым классом Лера узнала, что в их коллективе пополнение – Олег Трофимов. Новенький, судя по оживленным разговорам, уже успел влиться в класс и даже обзавестись приятелями. А вот их собственные "тимуровцы", как мысленно называла их Лера, явно чувствовали себя не в своей тарелке. Рома одиноко куковал на задней парте. Даша и Андрей, неразлучная парочка, сидели на второй парте второго ряда, но между ними чувствовалась какая-то напряженность. Вика Кузнецова расположилась рядом с новеньким, пытаясь с ним заговорить, но с каким-то натянутым энтузиазмом. Максима вообще не было на уроке. "Что-то вынюхивает, наверное," – подумала Лера. На удивление, в классе не было ни привычных перешептываний, ни обмена взглядами между участниками группы. Это означало одно: в компании разлад. Такая ситуация была на руку Ингрид. По крайней мере, в ближайшие пару дней никто из них не будет рыскать по подземелью в поисках приключений, что давало Лере небольшую передышку и возможность сосредоточиться на своих планах. Ей было интересно, что стало причиной разлада, и как она сможет использовать эту ситуацию в своих целях. В конце урока Лера заметила, как их "тимуровцы" напряженно переглядывались, а потом пулей вылетели из кабинета. Пока блондинка неспешно собирала свои вещи, в кабинет заглянул Уваров. Его лицо было серьезным. – Уже слышала про Войтевича? – тихо спросил он, бесцеремонно усевшись на первую парту, словно хозяин кабинета. – Слышала. И что? Это ко мне как-то относится? – напряженно произнесла Лера, насторожившись. Она не любила, когда Вадим внезапно появлялся в ее жизни с подобными вопросами. – Конечно. Он же наш сотрудник, как ни крути, – пояснил физрук, стараясь говорить как можно тише, чтобы не привлекать внимания. – Что-то он не больно-то обо мне переживал все это время, – с колкостью парировала Жарская, намекая на то, что Войтевич не был ей другом. – Морозов облажался, – буркнул Уваров, проигнорировав ее замечание. – Он даже не удосужился проверить, мертв он или нет, – с раздражением добавил бывший спортсмен. В его голосе сквозило неподдельное недовольство. – В смысле? – переспросила девушка, искренне удивившись словам брюнета. – Сначала он увидел его обгоревшее тело, а потом, когда приехал забрать его, тела уже не было, – пояснил Уваров, засунув руки в карманы брюк и опустив голову. Усмехнувшись, девушка подошла к брюнету и, обхватив его лицо ладонями, приподняла его голову, заставляя смотреть ей в глаза. – Ты там вправь ему мозги. Он вроде тебя слушается, – прошептала Лера, игриво проведя пальчиком по его щеке. Вадим, шутливо закатив глаза, положил руки на ее талию, притягивая ближе. Через час Лера в компании Галины Васильевны и Марии с довольным видом направлялась в кабинет, где их уже ждали провинившиеся школьники. Она предвкушала их реакцию. – Уже не терпится начать уборку? – с ехидной ухмылкой произнесла девушка, эффектно распахнув дверь в кабинет. Денис и Артем, как и ожидалось, сидели на парте, о чем-то оживленно перешептываясь и всем своим видом показывая, что не собираются ничего делать. – Слезли с парты, быстро! – рявкнула завхоз, нарушив тишину своим командирским голосом. Парни, привыкшие к строгости, тут же послушно спрыгнули на пол. – Так, мальчики, сейчас Маша выдаст вам все необходимые инструменты для уборки, и вы можете приступать, – радостно провозгласила Лера, стараясь говорить как можно более приветливо. – А Галина Васильевна любезно согласилась проконтролировать этот сложный процесс и напомнить вам о правилах внутреннего распорядка школы, – с многозначительной улыбкой дополнила Валерия Николаевна, намекая на то, что у парней не будет возможности отлынивать от работы. – Они у меня его наизусть выучат! – грозно произнесла Галина Васильевна, отвесив внуку, Денису, ощутимый подзатыльник. – Эй, бабуль, бить детей нельзя! – возмущенно произнес тот, потирая затылок и скрестив руки на груди. Его друг, Артем, не смог сдержать смех, наблюдая за этой комичной сценой. – Тебе еще добавить? – угрожающе произнесла завхоз, наклонившись к внуку. Тот тут же умолк, поняв, что с бабушкой лучше не спорить. – Так, мальчики, выбирайте себе щетки и тряпки, – сказала Мария, протягивая несколько старых зубных щеток и тряпочек для уборки пыли. Вид этих "инструментов" вызвал у парней очередную волну возмущения, но они благоразумно промолчали. – Вы только убирайтесь тщательнее, – назидательно дала наставление Жарская, стараясь скрыть улыбку. – Чтобы потом перемывать не пришлось, – ехидно добавила она, и, удовлетворенно кивнув, вместе с Галиной Васильевной и Валерией Николаевной удалилась из кабинета, оставив парней в полном недоумении и с твердым намерением отомстить за такое унижение. Сейчас Лера была полна решимости разыскать Шевцова или Назарову и вытянуть из них хоть какую-то информацию о Войтевиче. Интуиция, редко ее подводившая, подсказывала, что к его таинственной смерти причастны именно агенты Князя. Она чувствовала эту связь нутром. Зайдя на кухню, девушка застала своих друзей, Владимира Шевцова и Веру Назарову, мирно беседующих за небольшим столиком, уставленным чашками с недопитым чаем и остатками печенья. Атмосфера царила уютная и расслабленная, совсем не соответствующая ее напряженному настроению. – Вот вы где, а я вас уже обыскалась, – облегченно произнесла Жарская, приближаясь к ним. – А ты нас искала? – с легкой иронией уточнил Володя, приподняв бровь. – Конечно. Мне тут птичка на хвосте принесла, что Войтевич, оказывается, сгорел, – тихо произнесла девушка, опускаясь на стул рядом с ними и понижая голос, чтобы не привлекать лишнего внимания. – Это… получилось случайно, – виновато оправдался Шевцов, избегая ее взгляда. – Так даже лучше, – успокоила его блондинка, пожав плечами и потянувшись к аппетитной булочке, лежавшей на тарелке в центре стола. Она была голодна, и сладкое могло немного снять напряжение. – Что, Вульф уже успел потрепать тебе нервишки? – усмехнулась Вера, положив голову на сложенные на столе руки и с любопытством наблюдая за реакцией подруги. – Пока нет, только Уваров и Морозов, – ответила Лера, жуя сладкую выпечку и нахмурив брови. Она не любила, когда ее дергают по пустякам. – Как это вообще произошло? Рассказывайте, – спросила она, уставившись на друзей и приготовившись выслушать их версию событий. – Мы решили выманить его из подземелья, чтобы допросить, – начала свой рассказ Назарова, сделав глоток остывшего чая. Затем девушка узнала, что они устроили Войтевичу засаду в старой часовне, где, в ходе ожесточенной драки, вспыхнул пожар. Все произошло быстро и неожиданно. – Так что этот старикан оказался не таким уж и старым, – подытожил повар Шевцов, бросив взгляд на Веру, словно ища у нее подтверждения своим словам. Тем временем, в комнате, где обычно собирались ученики одиннадцатого класса, разгорался настоящий спор. Напряжение висело в воздухе, готовое взорваться в любой момент. – Я вам говорю, нужно еще раз обыскать ее комнату! – выпалил Максим, горячо жестикулируя. Его глаза горели решимостью, но в них проглядывало отчаяние. – А толку-то? Что мы там найдем? – возразила Дарья, повысив голос. Ее терпение, казалось, лопнуло. – Ребята, да прекратите вы уже! – измученно произнесла Вика Кузнецова, схватившись руками за голову. Она выглядела так, словно готова была расплакаться. – Мы каждый день ссоримся из-за Ингрид, я просто устала от этого, – добавила Вика, потерев переносицу, словно пытаясь унять головную боль. – А может, просто поищем на нее какую-нибудь инфу в интернете? – неуверенно предложил до этого молчавший Рома, чувствуя себя не в своей тарелке. – Точно, там же вся ее биография записана, как на ладони, – съязвил Максим, бросив на него испепеляющий взгляд, полный сарказма. Рома, стушевавшись под этим взглядом, тут же замолчал. – Давайте хотя бы попробуем, – выдохнула Вика, уставшим движением вбивая в поисковую строку браузера ФИО молодой учительницы. Ее пальцы нервно барабанили по клавиатуре, словно от скорости набора зависел исход всего дела. – Ничего себе… Она, оказывается, до этого уже была знакома с Петром Алексеевичем! – удивленно воскликнула Кузнецова, округлив глаза. После ее слов вся оставшаяся компания, словно по команде, дружно склонилась над ее ноутбуком, пытаясь разглядеть, что же там такого интересного, – кроме Максима, естественно. Он и так знал всё, что там написано. – Тогда она точно заодно с Ингрид! – с уверенностью произнес Андрей Авдеев, скрестив руки на груди. – Макс, ты даже не хочешь взглянуть? – позвала его Даша, надеясь, что он проявит хоть какой-то интерес. – Я и так знаю, что там, – буркнул он в ответ, отворачиваясь и засунув руки в карманы джинсов. – В смысле?! – почти одновременно воскликнули друзья парня, ошеломленные его словами. В их голосах звучало недоумение и обида. – Да там особо и рассказывать нечего, – небрежно отмахнулся Морозов, пытаясь скрыть неловкость за показным равнодушием. Его слова прозвучали холодно и отстраненно, как будто речь шла о совершенно незначительном событии. Похоже, сейчас назревал еще один конфликт, предчувствие которого сгущалось в воздухе, словно грозовая туча. Напряжение росло с каждой секундой, и было очевидно, что избежать ссоры уже не удастся. Вечер в кабинете Вульфа выдался тягостным. Жарская, вместе с хмурым Вадимом, была вынуждена выслушивать лекцию о "неприемлемости служебных романов". Вульф, казалось, наслаждался своей ролью моралиста, пока в комнату тихо не вошла Мальцева. - Полина теперь будет помогать с бумагами, - объявил старик, и в его глазах промелькнула зловещая искорка. Блондинка казалась напуганной мышкой, вжавшейся в стену, - опущенная голова, взгляда с Лерой избегала. Жарская, с плохо скрываемым презрением, откинулась на спинку своего стула. - И ей вы доверите секретные документы? - голос Леры был напитан ядом, словно в него плеснули серной кислоты. Взгляд, которым она окинула Мальцеву, словно хотел испепелить её на месте. - Полина - ценный кадр, прекрасный специалист, - парировал Владлен Петрович, словно репетировал заранее заготовленную фразу. - Да уж, о её "прекрасных" талантах мы все тут только и говорим, - язвительно произнесла Лера, вызывающе вскинув подбородок. В её глазах читалось нескрываемое презрение. "Учительница английского," - с иронией подумала она о себе, - "ничего не поделаешь, маскарад продолжается". Вульф уже открыл рот, чтобы ответить, но его прервал короткий стук в дверь. - Не помешаю? - в дверном проеме возник Морозов. Его взгляд скользнул по Мальцевой и Лере, словно оценивая обстановку. - Входи, Петр- ответил Вульф, не скрывая раздражения от прерванного разговора. Мальцева поспешно села на краешек стула рядом со своим боссом, стараясь казаться незаметной. - Я принес результаты, Владлен Петрович. Отобрал наиболее подходящие варианты, - Морозов протянул Вульфу папку, садясь при этом так близко к Лере, что она почувствовала запах его одеколона. Жарская кивнула в знак приветствия, изобразив легкую улыбку. - Наиболее перспективным мне кажется Олег Трофимов, - констатировал Вульф, передавая папку Уварову. - Полностью с вами согласен, Владлен Петрович. Спортсмен, звезд с неба не хватает, еле тянет на тройки, искать его никто не станет. Плюс ко всему, семейные проблемы. Идеальная кандидатура, - ответил Уваров, листая страницы и ухмыляясь. - Подготовьте всё необходимое. Действуйте быстро, - отдал приказ старик, его глаза блеснули недобрым огнем. - С превеликим удовольствием, - съязвила Лера, глядя Морозову прямо в глаза. Ей было до тошноты противно слушать их циничные разговоры. Ей было до боли жаль этого парня, Трофимова, - такого молодого, наивного, не подозревающего о том, что ему уготовили. Она мечтала о том дне, когда сможет, наконец, предъявить Вульфу все собранные улики и отправить его за решетку. А еще лучше... в голове Леры промелькнула безумная мысль... пустить пулю в лоб этому монстру, не дожидаясь справедливого суда. "Но нет, - одернула она себя, - Нужно действовать по закону. Хотя..." сомнение снова закралось в её душу. В голове Леры вспыхнула яркая вспышка прошлого, болезненное воспоминание. Это было давным-давно, но слова деда звучали так, будто он произнес их только что. -Дедуль, расскажи мне уже правду! — крикнула она тогда, юная блондинка, ворвавшись в кабинет деда вслед за ним, задыхаясь от нетерпения и предчувствия. Дед, строгий мужчина в неизменном костюме, повернулся к окну, скрывая лицо. -Ты уверена, что готова услышать? — его голос звучал непривычно тихо, с нотками глубокой печали. Девушка молча села за большой письменный стол, сжав кулаки, в предвкушении рассказа, который, она чувствовала, изменит её жизнь навсегда. Седовласый мужчина медленно повернулся. Его глаза, обычно такие проницательные, теперь были полны горечи. -Твоя мать не пропала без вести пятнадцать лет назад, Лера — начал он, и каждое слово эхом отдавалось в тишине кабинета. -Её убили — произнес он с такой болью, что Лера содрогнулась, словно её пронзило электрическим разрядом. -Как? Почему? За что? — вопросы вырвались из неё потоком, хаотичные и отчаянные. Дед тяжело выдохнул, словно сбрасывая с себя огромный груз. -Во всем виновата компания "Ингрид" — ответил он, и это название прозвучало как приговор. -Ингрид... Я слышала про неё от Вадима — шокированно прошептала Жарская, чувствуя, как мир вокруг нее пошатнулся. Голос деда резко повысился, в нем зазвучала тревога и гнев. -Вадим с ними связан?!-крикнул он, сверкнув недобрым взглядом. -Нет, нет! Он просто говорил, что ему предлагали там работу — поспешно оправдывалась Лера, пытаясь успокоить деда и саму себя. -Ты не должна с ним общаться, Лера — отрезал старик, его тон не допускал возражений. -Но почему? — слеза скользнула по щеке Леры, она не могла унять нарастающую панику. Дед подошел ближе, его глаза смотрели сквозь неё, словно видя далекое прошлое. -Над твоей матерью ставили страшные опыты. Она обладала уникальными способностями: гипнозом и даром убеждения. "Ингрид" хотела использовать её. Использовать, а потом...— он запнулся. Руки Леры задрожали, она не могла поверить в услышанное, ее мозг отказывался принимать такую чудовищную реальность. -А потом её устранили. Как ненужного свидетеля. Как отработанный материал— закончил он, и эти слова звучали окончательно, беспощадно. -Мне удалось чудом спрятать тебя. Для "Ингрид" ты мертва, понимаешь? Мертва! — добавил дед, и в его голосе слышалась мольба. -Я не могу позволить им забрать и тебя, Лера — с болью произнес он, и по его щеке, сухой и морщинистой, скатилась одинокая слеза. -Твою маму я не смог уберечь...-прошептал он. Молча, с трудом сдерживая рыдания, Жарская подошла к деду и крепко обняла его, уткнувшись в родное, пахнущее старостью и бедой плечо. -Я отомщу за нас , дедуль— прошептала она, и это было не обещание, а клятва, выкованная из боли и ярости. С того дня жизнь девушки изменилась. Под маской обычной студентки скрывалась жажда мести. Она сблизилась с Вадимом, используя его связи и знания об "Ингрид". Затем прошла изнурительную стажировку в этой же зловещей компании, словно волк, проникающий в овечью шкуру. Часы, дни, месяцы уходили на тренировки: она училась стрелять из любого оружия, драться, выживать. Её талант и упорство позволили ей успешно пройти отбор в "Ингрид". Однако, чтобы не выдать себя и не подвергнуть опасности, блондинке приходится тщательно скрывать свое истинное происхождение и настоящую фамилию, жить под чужим именем, пряча свою боль и ярость глубоко внутри. Она – бомба замедленного действия, готовая взорваться в самом сердце врага. Водоворот болезненных воспоминаний схлынул, отпустив Леру из цепких объятий прошлого. Её вернуло в реальность легкое прикосновение к руке. - Лер, с тобой всё в порядке? - в голосе Морозова сквозила неприкрытая тревога, когда он осторожно коснулся её ладони. Жарская мотнула головой, словно стряхивая наваждение, и посмотрела на Петра. Он смотрел на неё с беспокойством, его взгляд проникал прямо в душу, словно пытался разгадать ее состояние. - Да, все нормально, просто задумалась, - небрежно отмахнулась она, стараясь скрыть смятение. - Мы можем идти? - обратилась Лера к Вульфу, стараясь говорить ровно и уверенно. Получив короткий кивок в ответ, Жарская медленно поднялась со своего стула, потянувшись, чтобы скрыть напряжение в мышцах, и направилась к двери. Морозов неотступно последовал за ней, словно преданный пёс, готовый выполнить любой приказ. Уваров нахмурился, явно недовольный такой преданностью. - Ну, ты посмотри, как эти шавки за ней бегают, - процедил Вульф, с силой ударив кулаком по столешнице, отправляя в пляс лежащие на ней бумаги. Он говорил это Мальцевой, но его взгляд был прикован к удаляющейся фигуре Леры. Ярость и раздражение, смешанные с чем-то, похожим на зависть, вспыхнули в его глазах. В коридоре на Леру обрушился шквал вопросов, словно плотина прорвалась. - Как ты себя чувствуешь? Может, тебе стоит отдохнуть? - Морозов перегородил ей дорогу, схватив за плечо. Его забота казалась чрезмерной, даже навязчивой. Уваров, остановившись чуть поодаль, явно был не в восторге от такой настойчивости. Его лицо выражало смесь нетерпения и раздражения. - Ты какая-то бледная, - заметил Вадим, его голос звучал с искренним беспокойством. Он, как бывший муж, знал ее лучше, чем кто-либо, и чувствовал, когда она надевает маску. - Всё хорошо, мальчики, - ответила Жарская, натянув на лицо дежурную улыбку, словно надевая тяжелую маску, скрывающую её истинные чувства. "Все хорошо," - повторила она про себя, как мантру, - "Я в порядке. Я должна быть в порядке." - Пойдемте, не будем терять времени, подготовим всё необходимое, - добавила она, резко разворачиваясь в сторону лаборатории. Ее движения были резкими и энергичными, как будто она пыталась сбежать от навязчивых вопросов и тревожных взглядов. Нужно как-то спасти этого парня. Она не даст ему умереть.