Часть 1: Ужасы

Маленькая на’ви тихо пискнула и боязливо прижалась к руке друга, беспорядочно хлопая своими большущими глазами, которые словно светлячки поблёскивали в кромешной тьме. Мог ли кто-то испугаться её саму? И… Испугалась ли бы она сама, если бы встретила здесь кого-то? Однозначно. — Ты слышал? — Ага, — мальчик отрывисто закивал, а после вообще зажмурился и едва сдержал всхлип, который сам собой расцвёл в его груди. — Зачем мы вообще сюда пришли?.. Надо было остаться дома! Это всё ты!.. ААА!

***

Камун поспешил за удаляющимся кончиком хвоста кузины и едва не разбил лоб о большущую корягу, которая мозолила глаз каждому второму жителю поселения. То были останки какого-то старого и уже местами гнилого дерева, которое, судя по рассказам, пало жертвой пожара почти десяток лет тому назад. Но… Мальчику в его девятилетнем возрасте совсем не нравилось слушать истории о тех  страшных событиях, поэтому он всегда старалась так или иначе скрылся от сплетен и сказок, коими её всё время хотели снабдить все, кому не лень. Ну а сейчас ему вообще было не до этого, ибо Сае ни с того, ни с сего вбила себе в голову мысль, что ей срочно нужно найти брата. Эх, если она потеряется, то о семейной поездке с бабушкой и дедушкой можно даже не мечтать! Лучше просто забыть об этом и даже не открывать рот! Да! Именно так и никак иначе! Но… Куда же всё-таки несет эту заразу? Она что совсем из ума выжила? Сейчас самое время развернуться и побежать обратно, пока никто не заметил их пропажи! — Сае! Стой! Куда ты идёшь? Мы ведь так потеряемся, понимаешь? Надо взять кого-нибудь… А лучше просто сказать взрослым и всё! Например… Ну! Например… — Например?.. — Девочка со стоическим спокойствием на лице развернулась, чуть скривила губки, вздёрнув надбровную дугу. — Мама и папа вернутся только завтра, а дядя Те’ай не разрешит нам и носу в лес сунуть. Помнишь ведь, как он чуть было живьём нас не съел, когда мы пошли за грибами?! Камун с досадой скрестил руки на груди, а потом с раздражением взъерошил свои сильно вьющиеся волосы. Конечно, он мог бы предложить отцу пойти с ними на поиски приключений, но… Какая-то призрачная тень интуиции подсказывала мальчику, что ему не стоит прямо сейчас вламываться в шатёр к родителям. Они, наверное, как всегда чем-нибудь заняты. Последняя его такая затея закончилась весьма плохо, ибо отец явно планировал сделать с мамой что-то до жути странное. И в тот момент, когда он понял, что его планам не суждено сбыться из-за крайне взбудораженного сына, он чуть было не загорелся от ярости. И, конечно, уже после того, как пугающая всех вокруг кровавая пелена сошла с его глаз, он понял, что ошибся по крупному, сильно обидев своего довольно таки ранимого ребёнка. Но… У них в семье только мама отличалась умением правильно вести диалоги, поэтому ситуация быстро сошла на нет, когда мальчик просто убежал. А потом… Всем почему-то было неловко даже вспоминать об этом. Почему? Мальчик и сам не до конца понимал, но чувство недосказанности преследовало его до сих пор. Ну а теперь Камун просто перестал делиться с отцом своими великими приключениями, хотя до этого часто предпочитал проводить с ним время за ненавязчивым разговорами об этом. Был ли он опечален этим факто? Да. Но сделать ничего не мог, ибо слова, сказанные с горяча до сих пор пульсировали у него висках. Неужели он и правда в каждой бочке затычка? Неужели… Он действительно настолько невежественный, что доставляет всем неудобства? — Ты чего притих? — Сае прищурилась и сжала губы в явном непонимании, ведь для неё самокопание было чем-то крайне странным и непонятным. Зачем занимается самокритикой, если Эйва созвала её такой красивой и идеальной во всех отношениях? Что за глупость… — Опять всякую херню в голове крутишь? — Не ругайся! А то вдруг кто-нибудь услышит и расскажет тете Атейе… Только представь!  — Она уже почти смирилась с тем, что я сквернословлю. Помяни моё слово, через пару лет она вообще рукой махнёт! — Девочка довольно ухмыльнулась своему остроумию, а после собрала буйные кудри на голове  маленький хвостик и туго-туго завязала их. — Мама и сама не чиста на язык, так что пускай не удивляется. От осинки, как говорят, не родятся апельсинки. — Апельсинки? Осинки? Это что такое? — Сае деловитым шагом направилась глубже в лес, чуть покачивая бёдрами на взрослый манер. Она не редко видела, как молодые девушки в Меткайина так делают, собирая десятки взглядов вокруг. И… Признаться, ей тоже хотелось, чтобы все вокруг замечали и хвалили её красоту. Со стороны это, правда признаться, выглядело крайне комично, но в свои десять девочка этого ещё не осознавала. Ей казалось, что она выглядит сверх того, что можно назвать простым словом «привлекательно». — Понятия не имею, так как-то сказал дядя Нетейам, когда узнал, что я выбила тебе зуб.  — Когда это было? Я не… Ты слышала? Что это было? — Мальчик замер и обернулся, ведь готов был поклясться, что что-то рядом с ним зашелестело. Но… Позади него были лишь одинокие кусты, которые осторожно покачивались на ветру. — Мне кажется, что там что-то есть? — Где? — Маленькая на’ви тихо пискнула и боязливо прижалась к руке друга, беспорядочно хлопая своими большущими глазами, которые словно  светлячки поблёскивали в кромешной тьме. — Ты тоже это сейчас услышал? — Ага, — мальчик отрывисто закивал, а после вообще зажмурился и едва сдержал всхлип, который сам собой расцвёл в его груди. — Зачем мы вообще сюда пришли?.. Надо было остаться дома! Это всё ты!.. АА! Те кусты пошевелись! Пошевелись! — Какие! — Сае поспешно встала за спину кузена и приподнялась на цыпочках. — Те, которые вот эти? — ВОН ТЕ!  — ТЕ? — НЕТ! ВО-О-О-ОН ТЕ? ТЫ ЧТО НЕ ВИДИШЬ?! — Да не кричи ты! Надоел! — Она отпрянула от него и всплеснула руками, боязливо оглядываясь по сторонам, так, будто на неё со всех сторон вот-вот должны были кинуться голодные змееволки. До чего же гадко они выглядят! Хороши, что у них на рифах таких нет… — Хочешь, чтобы нас тут на куски порвали, идиот?! То же мне! Раскричался, как девчонка! Это наверное просто… Ветер! Или вообще ящерица! Девочка оглянулась, когда поняла, что её болтливый напарник куда-то исчез. Её спина похолодела от ужаса, руки затряслись, зрачки расширились, а дыхание стихло и участилось. Она сделала маленький шажок вперёд, прижала уши к голове, а потом снова дернула ими, когда кусты снова зашуршали. О, нет! Что же теперь делать? Бежать? Но как же Камун? Как она может его оставить? А что если его уже съели и теперь настала его очередь? Тогда… Может ей следует всё-таки убежать? Но что она тогда скажет тёте Рее? Как она вообще будет смотреть ей в глаза после того!.. Сае всхлипнула и потеряла глаза, готовясь вот-вот разреветься. И как так вообще вышло? Что если этого болтливого придурка уже съели? Как ей смотреть тётушке Рее в глаза? Она ведь старшая и должна была присмотреть за ним… Природа вокруг пугала обилием звуков. Всё круг шуршало. Лес бурлил и свистел жизнью, пробуждая в маленькой на’ви дикий, первородный ужас. Неужели злые демоны пришли сюда по их душу? Неужели им не выбраться отсюда живыми? Может быть сказки бабушки То’ран были вовсе не сказками? Но… Что же ей теперь делать? Как лучше поступить? — К-камун… Если это шутка, — она сжала дрожащие губы, положив ладошку на маленький нож, который ей совсем недавно сделал отец. Он, конечно, не думал, что дочь будет готова пустить его в ход так скоро, но… Что только не придумают эти маленькие на’ви для того, чтобы скрасить своё ничего-не-делание. — Выходи, а не то я сама тебя убью, говнюк! Слышишь! Я считаю до!.. До… Ах! Не буду я считать! Выходи говорю! Пока по-хорошему, потому что!.. Уши Сае снова дернулись стоило ей уловить ещё один шорох и тихий ни на что не похожий рык. Девочка взглянула вверх, вытащив нож из ножен своими маленькими дорожащими ручками и сама зарычала, когда кто-то зажал её рот рукой и ловко подвалил на землю. Но Сае не из тех, кто сдастся на волю судьбе, поэтому она ущипнула нападавшего, а потом вывернулась и что есть сил ударила его пяткой в грудь. Нападавший закашлялся и упал на землю, когда девочка поспешила поднять свой выпавший в горячке нож с земли. Следом она прищурилась и выставила его вперёд, готовясь к атаке, но стоило ей сделать шаг вперёд, как рядом раздался крайне недовольный и серьёзный голос. Кажется… Они серьезно влипли!