Часть 4: Сверхспособности

Восемь лет спустя Фия прикоснулась пальчиками к земле и прикрыла глаза, она чувствовала себя правильно в подобные момент. Когда тело покрывает приятное тепло и спокойствие. Это… Это было похоже на мамины объятия, которые не ограничивались длинной рук и временем. Словно лес каждой своей частичкой желал слиться с ней. Он дышал с ней в унисон, тянулся к ней своими тонкими ветвистыми пальцами, покрытыми отпечатками многовековой мудрости. Это ощущение… Она с самого раннего детства поняла, что немногие понимают о чем именно девочка им говорит. Тётя Кири и отец с интересом вслушивались в каждое слово маленькой на’ви, в то время как мама и брат лишь с тревогой впитывали каждой слово. Они воспринимали это как опасность. И… Фия поняла, что не хочет больше тревожить их. Именно поэтому, в последнее время, она всегда предпочитала много времени проводить наедине с собой. И пускай все думают, что её беспокоят лишь всякие мелочи, связанные с подростковой адаптацией к взрослому миру. Девочка выдохнула и расслабилась погружаясь, пучину мероздания. Вот уже она бежит по лесной опушке, чувствует запах сырой свежей земли, видит перед собой громадный мир. Он громадный. Необъятный. Такой, что и за всю жизнь никак не получится обхватить его многообразие ни взглядом, ни мыслью. А вот уже она парит над деревьями, ощущая на щеках порывы тёплого ветра и многочисленные запахи живой цветущей зелени. Она ветвилась по склонам гор, плелась меж парящих скал, сдерживая те от неминуемой гибели где-то выше. Бесконечный баланс. Вот это было. И даже тогда, когда хищник выбирает свою жертву,  в его мыслях нет ни корысти, ни жажды наживы, ни ненависти. Он лишь пытается выжить. И нет ничего более чистого и первобытного, чем погоня. Охота – есть средство поддержания баланса. Ни больше, ни меньше. Мир… Он был столь совершенен и чист, что любое отклонение от этого порядка сразу бросался в глаза.  А сейчас… Это чувство. Оно было так близко. Она не могла в полной мере описать его словами, словно каждая дверь, была открыта для неё. Словно каждое растение, кустик, деревце и животное готово было принять её сознание в свои распростёртые объятия. Фия чувствовала себя столь всемогущей и вездесущей в подобные моменты, что это безграничное ощущение пьянило её разум. Она видела Шуо, довольно разгуливающего неподалёку от Кану, видела огни поседения с высоты птичьего полёта и… Видела брата, что подобно подбитому и раненому хищнику бродил по лесу в поисках неё. О, нет… Похоже, она задержалась здесь настолько, насколько не следовало! Но… Пожалуй, у неё есть ещё немного времени до того момента, как он всё-таки найдет её и успеет сойти сума. Эта мысль вызвала лёгкую бескорыстную улыбку на губах девочки. Отважный и наивный, но такой любимый и заботливый брат. Дыхание замедлилось и девочка оступилась, рухнув в темноту. Тело её перестало быть осязаемым, а ощущение времени совершенно безвозвратно покинуло девочку. Она мысленно представила будто бы движется вперед, и через пару мгновений перед глазами замигала одинокая гаснущая лампа. Такие ей ни раз доводилось видеть у Норма, забавного учёного, который всегда угощал её сладостями. Он наделся, что так сможет прокормить маленькую на’ви? Или может быть он хотел отблагодарит её за что-то? Фия не знала, но точно понимала, что ученый не желает ей зла. Она шагнула вперед, чувствуя влагу под ногами. Всё вокруг было сырым, а запах гниющего металла лишь усиливался по мере того, как на’ви продвигалась вперед. Интересно… Куда же привели её сознание пути Великой Матери на этот раз? Это место было до безумия странным и необычным. Все вокруг казалось заброшенным, гнилым и настолько старым, что… Хм, должно быть это место забросили ещё до того, как сама Фия родилась. Но что же ей нужно узнать? Может быть Эйва желает, чтобы девочка встретила здесь кого-то или узнала что-то новое? Она взглянула на гнилую бумагу, провела по ней пальцами и нахмурилась. Все буквы давно растеклись и размещались, а сам материал некогда содержащий какую-то, должно быть, весьма полезную информацию, теперь едва ли можно было ощущать кожей кончиков пальцев. Он походил на что-то липкое и гадкое. Листы склеились между собой, пропахли сыростью и покрылись плесенью. До чего же гладко это выглядело, но девочка прищурилась, рассмотрев кое-что необычное. — Обратная сторона… Шторм. — Она испеклась того, насколько громко прозвучал её голос в тишине и отпрянула, обтерев ладошки об себя. Может ли здесь быть кто-то ещё? Что если её услышали? Обычно, все кого Фия видела в утробе Великой Матери воспринимали девочку либо как наваждение или мираж, либо не воспринимали вовсе. Они просто двигались по запрограммированному сценарию, подобно куклам, которые её подруга Эмилия так сильно любила. Она без конца придумывала всякие сюжеты, двигая тряпичные изделия так, как ей заблагорассудится, пока Фия лишь молчаливо наблюдала за этим, мило улыбаясь и хихикая время от времени. Это напоминало ей о том, что она видела здесь, оттого и выглядело весьма забавно. Внезапно чувство тревоги завибрировало внутри и девочка опасливо огляделась, когда поняла, что снова оказалась в лесу. Она была на том самом месте, где ранее прилегла отдохнуть. В это время её пальцы, словно ведомые чужой мыслью сами плели венок из цветок, разбирая тонкие стебельки в причудливом темпе. Странно… И когда это она успела насобирать столько цветов? — Фия, не молчи, ладно? Ты обиделась? Это из-за Сае? Слышал вы поссорились утром.. Или это всё же из-за того, что я не сходил с тобой к Шуо? Прости, я должен был с отцом на патруле, но завтра мы обязательно… Что такое? Девочка вздохнула, спокойно посмотрев на брата, который уже места себе не находил. А он откуда здесь взялся? И почему она ничего не помнит? Что-то уж совсем странное… Атану же увидел торчащие стебли в руках младенец сестры и широко улыбнулся. — Хочешь помогу? Я, конечно, не мастер, но кое что умею. Девочка снова вздохнула, а потом протянула брату свою «недоподелку». Она внимательно смотрела, как брат заправил торчащие стебельки, выправив цветочки наружу. Он также закольцевал два конца и с улыбкой положил их на голову сестры. Та, в свою очередь, внезапно широко улыбнулась и потянулась к волосам четырёхпалыми ручками. Она перевела взгляд на брата и горячо обняла, крепко сжимая руками его шею. Радость. Чистая и искренняя. На’ви так понравилось, что он здесь с ней, что она никак не могла перестать улыбаться. Душа Атану всегда была столь же теплой и светлой, как и его имя. Именно поэтому девочку с самого детства нельзя было оторвать от брата. — Нравится? — Парень присел на колени, поглаживая хрупкую детскую спину. — Очень, — мягкие голос прозвучал в лесной чаще, вызывая у старшего брата ещё более яркую улыбку. — И я не обиделась, просто Сае снова начала спрашивать у меня всякие глупости про мальчиков. А ещё там так шумно, что у меня голова начинает болеть, а тут… — Девочка кивнула змееволку, который остановился чуть поодаль них, она запомнила тепло его души. Это он бежал меж тех деревьев, которые она видела в своём «сне» несколько минут назад. А до этого… Что же она видела? Кажется… В носу всё ещё стоял запах сырости, но девочка решила не концентрироваться на этом ощущение. — Тут я чувствую себя спокойно. Атану взглянул на хищника, пытаясь не выдать колющего беспокойства, которое буйствовало внутри него каждый раз, когда сестра вела себя так. Он уже множество раз рассказывал об этом отцу, но тот… Его словно не удивляло подобное. А мама… Атану не хотел лишний раз её беспокоить, ибо она имела дурную привычку нервничать сверх нормы.  — Ладно, но… Можешь брать меня с собой, когда идёшь в лес? Мне тоже тут нравится и… Я мог бы быть где-нибудь неподалёку, чтобы приглядывать за тобой… — Фия задумчиво вильнула хвостом, поджала губы, а после кивнула, улыбнувшись встревоженному лицу Атану. — Хорошо. А насчёт Сае… Хочешь я скажу ей, чтобы она не приставала к тебе? — Она всё равно тебя не послушает, — Девочка с улыбкой взяла его за руку и они пошли в сторону поселения, — давай поторопимся? Дядя Ло’ак сказал, что утроит настоящий праздник с монстрами для меня! — И как он это назвал? Или ты забыла название? — Фия широко улыбнулась, когда брат пощекотал её бока и сморщила носик. Ну и что, что она забыла название? Какая разница?! Главное успеть вовремя! Однако… Что-то не давало ей покоя. Она… Никак не могла припомнить как брат здесь очутился и эта мысль вынудила девушку остановиться и замереть Это ощущение… Наваждение. Точно ли он здесь? Когда они встретились? Где заканчивается навь и начинаясь явь?