Поэт и ангел

Небо затянуло серыми тучами, Начал капать моросящий дождь, Листья люди сгребали мокрыми кучами, Во дворе качалась рябины гроздь. Асфальт покрывался мокрыми пятнами, Становилось сильно холоднее, Жизнь становилась клочками непонятными. В мокром мире, все бледнее. На улице было очень тоскливо, Ему жить совсем не хотелось. На стене зеркало висело криво, Ровно ему не виселось. Он не радовался ничему, Жил изо дня в день. И не менялось ничего, но почему? Быть может, это всего лишь лень? Апатия стала постепенно постоянной, Не находил он радости нигде, И жизнь ему казалось жутко странной, Но вроде и нигде, и везде Его жизнь совсем бесполезна, В ней нет и нотки счастья. Вот наступила бы скорей весна, А то сменяется несчастьем несчастье. У него нет сил на дела, Нет радости в жизни этой. И хоть бы чья рука, его вела Во тьме непроглядной той. Осенняя хандра его накрыла, Не хотелось вообще ничего. Его накрыла тень крыла, Он приоткрыл свои глаза, но не увидел ничего. Хотел он сделать шаг вперед, Шаг в пустоту, Не знал он, что за ним грядет. Он засмотрелся на природы красоту, Нога его над пропастью висела, Он не решался сделать этот шаг. Где-то птичка что-то тихо напела. Он самый страшный, сам свой враг. Он рукой держался за проем окна, И вот почти свершилось дело, И в этом не совсем его вина, Что лежало б на земле бездыханное тело. Он знал, что может не решиться, На этот поступок сильный и слабый. Что в нашем мире вообще твориться? Что этот поступок представляют как сильный. И так и стоял он, Размышляя о жизни своей, Которую поставил сам сейчас на кон, Природа уже плакала над душой, но чьей. Нет пока никакой души, Не умер еще этот человек, Он сам свою душу крушит, Это продолжается весь его век, Почти что с самого рождения, Роется он в души глубинах, Слагая молчаливые стихотворения. Птицы полетели в небо в клинах. Капли в воздухе стремительно мелькали. Он собирался навсегда покинуть дом, Но ноги его вперед не шагали, И так он и стоял в проеме окна Под дождем постепенно намокая, Мучила его ужасная вина, От того что его душа и тело ничего не понимая, Ни делали ничего совсем. Страдал он от жизни бездействия, Не было для разговора тем. И не хотелось совершать никакие действия. Страдал он от жизни бесполезной, Не видел он здесь смысла никакого, И он сделал взмах рукой небрежной, Уж точно он не ожидал такого, Он пошатнулся, и вниз полетел. Стоял ведь он на крае окна шатком. Ангел с небес на это смотрел, Много чего он видел на своём веку не кратком. Не мог он терпеть этого дальше, Душа его терпела многое. Он понял, что не может жить как раньше, Его такие смерти слишком трогают. И ринулся с небес он вниз, Спасать этого человека. Он зацепился крылом за карниз, Так делал он впервые среди своего века. Человек летел вниз, маша руками, Барахтался он в воздухе, испуг глотая, В один момент он повернулся вверх ногами, По коже пробежала из мурашек стая, И он закрыл свои глаза. Теперь он видел только тьму, Душа его на куски разбивалась, как стеклянная ваза. Теперь хотелось больше, жить ему. Внезапно он остановился, Глаза пока не открывал, Во что-то мягкое и теплое вонзился. Быть может он уж в рай попал? Ничего не произошло пока, Все капал дождик также. Коснулась щеки его чья-то рука, Ему это показалось странным тоже. Он не слышал громкого дождя стука. Он медленно глаза открыл, И осмотрелся по сторонам. Увидел он и прям застыл, И то что он увидел странным было бы и вам. И он меж этажей висел, И сзади прижималось что-то, Он обернулся и обомлел. Это оказалось не что-то, а кто-то, Сначала он увидел белое крыло. Потом поднял глаза повыше, Его лицо так и застыло. Он как будто стоял на крае крыши. Пред его лицом оказалось другое лицо. Ты кто? спросил он. И с губ его не сорвалось нехорошее словцо. Я тот, кто родился под деревьями крон. Я ангел хранитель твой. Пришёл я сюда спасти тебя. И образумить твой жизненный крой. Я делаю это сильно любя. Он на мгновенье замолчал, И чрез тишину дождя шум послышался. Он речь свою пламенную продолжал, Лучше ты меня не ослушайся, Я твою жизнь берегу, Пытаюсь спасти от уныния и боли, Я впереди тебя бегу. Делаю все по собственной воле, Я знаю, у меня не все получается Но часто, я стараюсь. И я считаю молодец тот, кто старается. Сейчас я мурашками покрываюсь. Человек его молча слушал. И вот сейчас, ты жив из-за меня. Дождь по асфальту тихо стучал. Надеюсь не винишь ты меня. За то, что не дал я тебе умереть. Может ты и хотел бы, но Не суждено тебе пока что, омертветь. Может тебе и все равно, Но я не могу смотреть, как ты чахнешь И умираешь от тоски. Несмотря ни на что ты приятно пахнешь, Я знаю ты пишешь новые строки, У себя в своей голове, Пиши ж их на бумагу, Позволь разлиться им, словно Неве, Позволь своему голосу разлить влагу. Написание разных стихов, Сделает тебя счастливее гораздо, И ты по своей природе таков, Что грустить тебе не нужно часто, Тебе лишь нужно радоваться жизни, Тому, что ты жив до сих пор. Я знаю ты можешь зубы стисни. Иди вперёд, и жизнь твоя возьмёт аккорд мажор. Может ты и хотел умереть, Но это не конец страданий. Умереть хотеть, Это уже ложь подсознаний. Я не готов отпустить тебя пока, Отдать твою душу кому-то, Слишком она широкая, глубокая. Не могу я расстаться с ней почему-то. Он медленно к окну полетел, Держа на руках человека. Все это время, он ему в глаза смотрел. Он делал это в первый раз в течение века. Он аккуратно опустил, человека на пол. Полетел на небеса за окно. Он чувствовал, будто его насадили на кол. Кровь в его жилах бурлила, как свежее вино. Он встал прошелся. Интересно, что произошло? Как же образом он здесь нашелся? Может его посетил НЛО? Он понял вот что. Его апатия куда-то делась. И интересно это сделал кто? Или она сама развелась? Он встал у окна, И начал писать, писать. У него исчезла не только апатия, но и вина Он стал творить. Буквы складывались в строчки, Строчики в строфы. Он все над и расставил точки, Сначала получалось не очень, тут не катастрофа И вам желаю я начать. То что давно вам хотелось. Может читать или писать, Чтобы ваша душа грелась.