Бешеный профессор

На Рождество семья Снейпов была приглашена в гости к Молли и Артуру Уизли, где собрались почти все дети и внуки, кроме Чарли и Перси, пообещавших приехать позже. Дети быстро поели и разбежались играть по бывшим комнатам уже повзрослевших детей Молли и Артура. Тем временем взрослые не спешили вставать из-за стола, обсуждая накопившиеся за месяцы новости. — Эмма, смелая ты, однако, решиться на ребёнка почти в сорок лет, — обратилась к подруге Гермиона. — Сама в шоке. — ответила Эмма. — Интересно, кто у вас на этот раз будет? — Трелони предсказала мальчика. С Лили в прошлый раз не ошиблась. Когда родится, проверим её способности снова. — А можно и раньше узнать. — Как? — удивилась Эмма. — Помнишь, я рассказывала тебе про УЗИ? Аппарат, который помогает увидеть внутренние органы. С его помощью можно определить пол ребёнка и проверить, всё ли в порядке со здоровьем, — предложила Гермиона. — Пожалуй, можно, — согласилась Эмма. — Узнаем, Северус? — обратилась она к мужу. — А может обратимся к целителям Святого Мунго? Они, тоже, наверняка, умеют это делать. — А мне интересно предложение Гермионы. — Тогда сходи. Зачем спрашивала? на лице Эммы появилась лёгкая обида. Но она как обычно быстро исчезла. — Мы согласны, — ответила волшебница. — Отлично. Я договорюсь с маминой знакомой. Она сделает тебе УЗИ без всех этих документов, которых у тебя, понятно, нет. — А когда можно будет поехать? — Примерно на пятом месяце. У тебя сейчас какой? — Второй. — Значит, договорюсь к апрелю. Внезапно с лестницы на первый этаж кубарем покатились Лили и Роза, завёрнутые в один и тот же клетчатый оранжевый плед. Первым их заметил Рон. — Девочки, что случилось?! — выкрикнул взволнованный отец Розы. — Она не хотела отдать мне это одеяло, — пожаловалась Лили. — А вдруг она его испортит? — парировала Роза. — Это же твой плед? Мы были в твоей комнате. Рон выхватил «яблоко раздора» из-под лежащих на полу девочек. — Да, мой. Уже испортили, — заметил он, показывая на порванный край пледа. — Прости, — тихо извинилась Роза. — Ничего страшного. Сами-то хоть целы? Обе девочки кивнули, виновато опустив головы. Рон быстро восстановил порванный край парой взмахов палочки. Всё это время Эмма стояла рядом молча. Покачав головой, она поправила растрёпанные волосы дочери и отпустила её обратно играть. — Удивляюсь твоему спокойствию, — сказала Гермиона, когда подруга вернулась за стол. — А, это пустяк, — отмахнулась Эмма. — Она же в октябре чуть не утонула в озере. — Да… Роза рассказывала, — кивнула Гермиона. — Ужас… В начале следующего семестра Эмма и Северус, как и планировали, поделились с преподавателями новостью о скором пополнении в их семье и о том, что защиту от Тёмных искусств снова будет вести Северус Снейп. В ответ они получили искренние поздравления и пожелания здоровья Эмме и будущему ребёнку. А профессор Бёрк про себя решила, что если этот ребёнок будет, как Лили, она, не задумываясь, уволится. В середине января, после урока по защите от Тёмных искусств у первокурсников, к Эмме подошла Лили. — Профессор Снейп, вы же два задания нам задали? — обратилась девочка к матери. — Вообще-то три. Вон, на доске они написаны, — ответила Эмма. — Ты хорошо видишь? Может быть, тебе стоит садиться поближе? — Нет. Видимо, пропустила. — Хорошо. Чем от тебя пахнет? Запах какой-то неприятный. — Это духи, которые мне Роза на Рождество подарила. Тебе же они тогда понравились? — с недоумением ответила Лили. — Да? Видимо, вкусы меняются — и довольно быстро, — удивлённо произнесла Эмма. — Ладно, иди. Какой следующий урок? — Трансфигурация. Девочка выбежала из класса, надевая на ходу рюкзак. Чуть позже Эмма поняла, почему ей не нравятся новые духи дочери. У неё снова появилась непереносимость к запахам. Благо, зельеварение она больше не ведёт. Вечером, в своей комнате, Эмма попросила Лили хотя бы ближайший месяц не пользоваться этими духами — особенно когда планирует приходить к ней, что девочка делает регулярно. Постепенно, к концу февраля, эта непереносимость исчезла, но появились перепады настроения. Утром, выйдя из ванной, Северус обнаружил Эмму, плачущую возле туалетного столика. — Что случилось? — заботливо спросил он, подойдя ближе. — Смотри, — указала Эмма на седой длинный волос, снятый с расчёски. — Я старею… — Мне тогда вообще надо разрыдаться, — попытался пошутить Снейп. Эмма не унималась. — Да, печально. Что ж, будем стареть вместе — не так будет страшно, — сказал Северус и прижал к себе плачущую на стуле супругу. Эмма постепенно успокоилась и постаралась себя приободрить: — Что ж, я всё ещё красивая и привлекательная. Да? — Вот именно, — поддержал Северус. Супруги нежно поцеловались и разошлись по кабинетам. В этот день первым уроком у Лили были Заклинания. В начале занятия, когда профессор Вейн объясняла тему, Лили судорожно перебирала предметы в своём рюкзаке. — Ты что ищешь? — спросил сидящий рядом Скорпиус. — Палочку, — раздражённо ответила девочка. В этот момент с передней парты к ним обернулась Роза: — Лили, дай мою палочку. Ты же вчера положила её к себе в рюкзак, когда мы в снежки играли? — Точно! Сейчас… Мне бы свою найти, — не отрываясь от поисков, пробормотала Лили. — Нашла! Она подняла вверх обе палочки, чем привлекла внимание преподавателя. — Мисс Снейп, у вас какой-то вопрос? — обратилась Ромильда к ученице. — Нет, — тут же ответила девочка и быстро опустила руку, передав Розе её палочку. — Профессор Вейн, объясните, пожалуйста, заклинание ещё раз. Я немного не поняла, — обратилась к преподавателю Роза. — Да, конечно. Кто тоже не понял — следите и слушайте. На перемене к Лили подошёл один из второкурсников со Слизерина. — Лили, почему твоя мама стала такой бешеной? — возмущённо обратился он. — Я всего два раза опоздал, а она уже баллы с факультета снимает. Спросить ничего нельзя! Даже профессор Бёрк так не делает. — Потому что нечего опаздывать! Кому это понравится? — не растерялась Лили. — Кто бы говорил! Сама постоянно опаздываешь, — отозвалась её однокурсница Грейси. — Только профессор Снейп на тебя не кричит. Любит свою дочку. А вообще она и правда странно себя ведёт. Мне вчера четверокурсники тоже жаловались: сказали, стала какой-то неадекватной. — Да сами вы чокнутые, — отрезала Лили и ушла от них подальше. Вскоре жалобы на Эмму дошли и до профессора Бёрк, которая молчать не стала. — Профессор Снейп! Угомоните свою жену, — возмущённо заявила Венди, влетая в директорский кабинет. — Она скоро весь мой факультет без баллов оставит! — Профессор Бёрк, успокойтесь. В чём именно вы считаете поведение Эммы непедагогичным? Возможно, она снимает баллы справедливо? — спокойно поинтересовался Северус. — Не думаю, что стоит снимать баллы за однократное опоздание или шум на перемене возле кабинета. Даже я, при всей своей строгости, так не делаю. Только после второго опоздания или если мешают на уроке. — Согласен… В этом она перегибает. Спасибо, что сообщили. Я поговорю с ней. Можете идти. Профессор Бёрк удалилась из кабинета под уверенный стук своих каблуков. К себе в кабинет рассвирепевшую жену Северус вызывать не стал, а оставил разговор на вечер — после ужина. — А на тебя студенты жалуются? — иронично заметил он, лёжа рядом с Эммой вечером перед сном. — Да? И что же я сделала? — удивлённо спросила волшебница. — Говорят, ты баллы со Слизерина по пустякам снимаешь: за однократные опоздания, за шум в коридоре… Что с тобой? — Я не знаю… Наверное, устала. — Может быть, тебе стоит попить успокаивающее зелье? — предложил Северус. — Спроси у мадам Помфри. — Хорошо, спрошу. Северус нежно погладил её грудь и несколько раз поцеловал открытую область чуть выше, добравшись до шеи. — Давай не сейчас. Я очень хочу спать, — мягко ответила Эмма на его намёк. — Понимаю. Спокойной ночи! — Спокойной ночи. Успокаивающее зелье действительно спасло Слизерин от дальнейших потерь в марте. К Эмме вернулось спокойствие, но студенты всё равно старались не опаздывать на её занятия и вести себя как можно тише в коридоре возле её кабинета.