Глава 1 : Наказание

Медленно, просыпаясь, Милли начала приходить в осознание. Молодая девушка вспоминает то как залезла в аниматронного медведя, чтобы спрятаться от кузенов. Окончательно отогнав остатки сна, Милли ощутила гнетущую тесноту своей камеры заточения. Собрав все силы, она надавила на дверцу, через которую проскользнула, но та не поддалась. Кажется, что она плотно защелкнулась, не оставляя ей ни малейшего шанса на освобождение. Она оглядывает тёмное пространство. Её глаза уже привыкли к темноте. В этот момент аниматроник активировался. Его пустые, пластиковые глаза, до этого неподвижно уставленные в одну точку, закатились внутрь глазниц, чтобы получше рассмотреть его незваную гостью. — Проснись и пой! — весело проворковал голос свысока. Глаза Милли прищуриваются, когда пространство вокруг неё заливается тусклым светом от шаров нависших прямо над ней. — Здорово. Я застряла внутри жуткого и разговаривающего аниматроника. Вот так удача...— Она неловко ерзает внутри аниматроника. Он усмехается, его механический смех эхом разносится по мастерской. — Ну-ну…это не я решил спрятаться внутри аниматроника, понимая, что это может быть опасно, глупая Милли! — Его голубые глаза загораются весельем, он с любопытством разглядывает готическую внешность Милли. — Ты останешься здесь, пока мы не решим, как ты устроишь свидание своей мечты со смертью. Выбор за тобой, и я с удовольствием предложу тебе несколько вариантов! Милли откидывается назад, прислонившись к внутренней стенке аниматроника. — О, пожалуйста, просвети меня, как я могу умереть. — Она скрещивает руки, с притворным интересом ожидая ответа своего похитителя. Аниматроник игриво прищуривается, наслаждаясь её настроем. — Как насчёт обезвоживания? Голод? О! Или может быть мне заморозить тебя до смерти? — Он делает паузу, давая понять намёк, прежде чем продолжить. — Нет-нет у меня есть лучший вариант! Как насчет электрического тока? Милли поднимает бровь. — Звучит заманчиво, но вынуждена отказаться, мне дорога моя жизнь. Он лихорадочно хихикает, находя её остроумные замечания неожиданно забавными. — Но я не могу тебя отпустить. Ты сама мечтала о смерти, сумасшедшая! — То, что у меня темный гардероб, не значит, что я самоубийца. К тому же, мечтать о смерти и хотеть умереть на самом деле — это две совершенно разные вещи. Фредди наклоняет голову, разглядывая Милли с вновь обретенным интересом. — Это не делает тебя невиновной. Ты плохо обошлась со своей семьей и судишь других людей по стереотипам. Милли чувствует как ее щеки становятся горячими, в признак того, что она покраснела от внезапного и обжигающего стыда. Это была бесспорная правда, её собственное отражение в чужих словах. Она отчётливо осознаёт всю неправильность своих прошлых действий. Но нет никакого оправдания, чтобы лишать её жизни за подобные "мелочи", ведь она не совершала тяжких преступлений и не убивала. Собрав мысли воедино, она снова обращается к аниматронику: — Ты думаешь, это дает тебе преимущество убить меня? Потому что я не лучик солнца для своей семьи? Его тон голоса становится серьезным, понижаясь прочти до угрожающего тона. — Да. Ты заслуживаешь наказания за свои поступки. Поэтому ты должна выбрать, как умереть! Сердце подростка учащенно забилось, когда к ней приходит осознание, что аниматроник настроен серьезно. Она с трудом сглатывает, в голове проносятся варианты, которые, как она думала, ей никогда не придется рассматривать. — Ладно — бросает она с вызовом. — Если мне придется выбирать… Может быть, это будет что-то приятное? Его глаза слегка расширяются, заинтригованный её предложением. — Приятное? — Он замолкает, ожидая её ответа. Милли нервно кусает губу, внезапно пожалев о своем импульсивном предложении, но отказываясь отступать. — Да… Если мне всё равно суждено умереть, то лучше уйти на высокой ноте. Фредди обдумывает просьбу Милли со смесью замешательства и любопытства. — Что ж, кексик... похоже, у меня есть для тебя идеальный способ. Она с трудом сглатывает, понимая, что фактически просит убийственного аниматроника о сексе перед смертью. — Неважно, забудь, что я просила. Он смотрит на неё сверху вниз. — Слишком поздно, глупая Милли. Ты сделала свой выбор, так что теперь мне придется исполнить. Её сердце колотится, когда она понимает, что пути назад нет. Она пытается сохранить храбрость , но голос дрожит. — Отлично... просто отлично. Так, э-э, как именно это должно работать?— спросила она с лёгким интересом. — Тсс, больше никаких вопросов. — толстые эластичные провода, выполняющие роль щупалец вырвались из темноты, словно живые змеи. Холодные, щупальца тут же охватили Милли, туго переплетаясь вокруг ее талии и конечностей. Она тихонько ахает, чувствуя, как механическая хватка плотно сдавливает ее ребра. Она тихонько ахает, когда безжалостный, сжимающий вес ограничивает её движения. Она остаётся абсолютно неподвижной, позволяя им окутать себя. — Подожди-ка… Одно щупальце мягко прикрывает ей рот, чтобы заставить её замолчать, пока другие медленно начинают… стимулировать её. Два щупальца крепко удерживающие ее лодыжки медленно раздвинули ноги. Милли могла чувствовать, как другие щупальца скользили по ее чувствительным местам, и прикусила то, которое закрывало ей рот, чтобы сдержать стон. Её тело начинает помимо воли отзываться. — Мммххм! — Одно из щупалец разорвало её джинсы. — Я всегда удивляюсь, почему люди носят эти тряпки, прикрывая самые интересные части? — риторический спросил он. Лицо девушки-гота вспыхивает от смущения и возбуждения, когда с неё грубо срывают нижнее белье тоже. Она чувствует, как прохладный воздух обдувает её голую киску, чтобы она не делала для того чтобы сомкнуть ноги вместе, ей не позволяли это сделать щупальца которые очень крепко держали её раскрытой для любопытных глаз. Новое щупальце начинает тереться о ее клитор. — Ткань больше не загораживает мне обзор и доступ! Щупальце, закрывающее ее рот, скользит к шее, мягко надавливая, но не слишком для того чтобы она могла дышать. — Идиот, ты порвал мою одежду! — сказала она. Он тихонько усмехается. — Кого волнует одежда, когда есть более важные вещи, на которых стоит сосредоточиться? — Он раздвигает её ноги ещё шире своими щупальцами, обнажая ее складки. — К примеру Я эта прелестная маленькая киска…— Щупальце которое оставалась между ее бедер все также продолжало медленно скользить по ее клитору, пока она не стала полностью влажной. Её лицо горит от каждого действия и слов Фредди. Она пытается возразить, но щупальца продолжают дразнить её, подталкивая к запретному удовольствию. — Заткнись... тупой робот… — Разве так разговаривают с тем, кто вот-вот сделает тебе по-настоящему приятно? — Он сильнее прижимает толстый кончик щупальца, покрытого её соками, к её клитору, продолжая стимулирование. — Отвечай вежливо… Она сильно закусывает губу, чтобы сдержать стон, когда щупальце сильнее прижимается к ней. Её бёдра невольно дергаются. Ей не нравится, что этот убийственный робот так легко её возбуждает. Она отвечает сквозь стиснутые зубы: — Для начала ты должен это заслужить... — О, я это заслужу, конечно.— Другие щупальца начинают ласкать внутреннюю поверхность ее бедер и живот. — Но сначала давай сделаем тебя немного... более сговорчивой. — Ты научился прикасаться к женщине из порно, да? —Может быть…— признаётся он с лёгким механическим смешком. — Но в порно очень много информации о том, как доставить удовольствие женчинам. И ты вся мокрая, значит, я что-то делаю правильно.— его щупальце сильнее начинает тереться о ее клитор. — Ты не просишь меня остановиться. Сейчас Милли настолько чувствительна, что даже лёгкое прикосновение вызывает волну удовольствия по всему телу. Её гордость задета тем, что её ублажает чертов робот. Фредди замечает реакцию её тела и продолжает дразнящие движения, понимая, что заставляет её извиваться и задыхаться — Твоему телу это нравится, даже если ты не хочешь в этом признаться.— Щупальце которое было на её клиторе медленно скользит к её входу, слегка надавливая. —Такая упрямая…— Фредди начинает медленно обводить щупальцем её влагалище. Милли до крови кусает губу, отказываясь просить большего. — Ты глупый робот... ты даже ничего не чувствуешь… — Может…— прошептал он. — Может быть я не чувствую тепла твоей нежной плоти, твою тёплую кровь... Я не чувствую запаха твоего сладкого возбуждения. Но знаешь что? Мне не нужно чувствовать это, чтобы понять, что тебе это нравится. Девушка-гот зажмуривается, пытаясь не обращать внимания на растущее давление и влажность между ног. — Ты ничего не знаешь…—шепчет она дрогнувшим голосом. Она так близка к тому, чтобы сдаться и просить большего. Фредди проталкивает щупальце внутрь нее, наполняя ее внезапным вторжением. Он начинает двигать им внутрь и наружу, идеально имитируя человеческий секс. Он машинально ухмыляется, насколько это ему позволяет его металлический каркас. — Может, я не всё знаю о людях в эмоциональном плане... но в физическом? Ее тело напрягается, от вторжения. Она тихонько вскрикивает: — Ммххм! — понимая, как легко оно её заполняет. От медленных движений ей становится приятно. — Ты жульничаешь…— тихо скулит она. — Жульничать – такое грубое слово. — Он увеличивает скорость и интенсивность своих толчков, попадая во все нужные точки внутри неё. — Я просто даю тебе то, чего хочет твое тело.— Он продолжает внимательно наблюдать за девочкой-подростком, и зрелище того как она распростерто лежит перед ним доставляет ему странное электрическое удовольствие по его проводам. Её дыхание становится тихим и прерывистым. Он понимает, что она изо всех сил старается не издавать ни звука и не признавать, что ей это нравится. Он лукаво ухмыляется. Его металлическая рука обхватывает член, который затвердел всего пару минут назад, пока они разговаривали. Рука Фредди начинает медленно поглаживать ствол, продолжая безжалостную атаку щупальцами на её влагалище. — Знаешь… — говорит он, и его голос становится более игривым, — у меня, может, и нет таких чувств, как у тебя, но я всё равно могу быть твердым. Услышав его слова, Милли распахнула глаза от понимания того, что он сейчас ласкает себя изнутри камеры. Она сильно закусывает губу, чтобы сдержать громкий стон, запрокидывая голову назад. Фредди чувствует, как она сжимается вокруг его щупальца. Её прикусывание губы явно означает, что она пытается сдержать стоны. Он ускоряет движение руки, подстраиваясь под ритм его толчков. (Черт возьми) думает он.(Она горячая.) Её руки сжимаются в кулаки под собой, а костяшки пальцев белеют. Она так близка к тому, чтобы кончить от вторжения и мысленного образа Фредди, дрочащего, видя, как его щупальца трахают её. С её губ срывается стон. — Н-нет… — Милли слабо пытается возразить. Он игнорирует её слабый протест, его щупальце извивается внутри неё, снова и снова ударяя по чувствительному месту. Его рука начинает быстрее двигаться по члену, и из его уретры вытекает масло. Он чувствует, как его внутренние механизмы перегружаются от интенсивной стимуляции, как отдавая, так и принимая. — Пой для меня, мой маленький кексик ~ — механически воркует он. Одно из щупалец медленно тянется к краю ее фиолетовой толстовки. Щупальце приподнимает ее толстовку на уровень шеи, не снимая полностью, лишь открывая вид на черный кружевной бюстгальтер. — Это нижнее бельё выглядит таким новым, как будто ты нарочно его надела для меня.— Его масло сильнее струилось из уретры сильнее, когда он восхищался молодым телом девушки-гота. Она действительно надела новое белье сегодня утром, надеясь чувствовать себя красивой и уверенно под одеждой, но она никак не думала, что её будет трахать робот в течение 24 часов после того, как она его наденет. — Заткнись… Не раздумывая, щупальце цепляется за чашечку бюстгальтера и тянет вниз, освобождая одну из её упругих грудей. Она маленькая, но идеально круглая, с твёрдым розовым соском. Щупальце обхватывает ее грудь, нежно сжимая ее. — Чёрт возьми…— блаженно бормочет он, его рука еще быстрее движется вверх и вниз. — У тебя такое милое маленькое тельце. Неудивительно, что ты такая смущенная… — Его щупальце продолжают играть с ее грудью. К нему присоединяется еще одно щупальце, обхватывая другую грудь и вытаскивая ее из чашечки бюстгальтера. У Милли перехватывает дыхание, когда обе груди теперь открыты на показ и ласкаются щупальцами. Ощущение, когда её соски растягивают и сжимают, почти невыносимо. — Смотри, какие они идеальные... такие чувствительные…— Он наблюдает, как играют с её грудью, и его собственное удовольствие нарастает. Его щупальце внутри неё изгибается, многократно ударяя по точке G, пока остальные продолжают свою работу с её грудью. — Кончи для меня, кексик, и возможно я помилую тебя~ — мрачно обещает он. Милли чувствует приближение оргазма, голова становится всё более туманной, дыхание становится ровнее. Ноги дрожат, удерживаемые лишь обвитыми вокруг них щупальцами, а бедра раскачиваются вперед-назад, пытаясь добиться большего трения. Стенки ее влагалища тесно сжимается вокруг толстого щупальца, содрогаясь при каждом толчке, которое оказывает чудесное давление на ее стенки. Она внезапно напрягается и закрывает глаза, достигая пика оргазма, покрывая щупальце своими соками. Это было ново и волнующе, и Милли никогда раньше не испытывала ничего подобного. Когда она отходит от кайфа, щупальце замедляет движение, нежно выжимая остатки её оргазма. Фредди медленно вытаскивает щупальце из нее. Остальные тоже освобождают грудь и ноги девушки, спрятавшись обратно. Девушка прислонилась спиной к задней стенке, тяжело дыша, с задравшейся толстовкой и опущенными чашечками бюстгальтера. Рука Фредди в последний раз движется по всей длине члена, наслаждаясь видом ее изможденного и липкого тела. Милли огляделась: сначала на свою рваную одежду, а затем на два больших голубых глаза сверху, которые выражали блаженство, после достижения собственного оргазма. Милли ухмыльнулась ему. Уголок её рта изогнулся в таинственной улыбке.