Часть 3. Новое проишествие

Дома Олег первым делом покормил пса. Затем, открыв холодильник, принялся задумчиво изучать его содержимое. Разогревать обед, оставленный мамой, неохота. Горячее он еще успеет съесть, когда приедут с работы родители. Поэтому Олег бросил в тостер два куска черного хлеба. Затем, когда они поджарились, положил на них по холодной котлете и, запивая апельсиновым соком пополам с минералкой, быстро умял. После этого, прихватив с собой в комнату два банана, уселся за уроки. Он заканчивал второй пример по алгебре, когда из передней послышался сигнал домофона. Вульф с лаем кинулся к двери. — Кто там? — нажав кнопку связи, спросил Олег. — Открывай скорее! — раздался в ответ взволнованный голос Тани. Вскоре Таня уже вбежала в переднюю. Вид у нее был испуганный. — Что случилось? — спросил Олег. — Опять… звонили, — тяжело переводя дух, ответила девочка и в изнеможении опустилась на сиденье под вешалкой. — Кто? — не сводил с нее глаз Олег. — Те самые… Или тот самый, — тихо проговорила Таня. — Или… та самая… Откуда я знаю? — Опять смех? — решил уточнить Олег. — Хуже. — Почему хуже? — Потому, что теперь я знаю, это не просто так. Таня поднялась на ноги и, повесив на крючок куртку, прошла в гостиную. Вульф тут же устроился рядом с ней на диване. Обычно он в таких случаях клал голову Тане на колени и засыпал. Но сейчас он внимательно и удивленно смотрел на нее. Ему явно передалось волнение девочки. — Видишь, и он что-то чувствует, — еще сильнее перепугалась Таня. — Ты лучше расскажи, что случилось, — попросил Олег. — Я уже говорила. — Ничего ты не говорила, кроме того, что тебе звонили, — покачал головой мальчик. — А тебе мало? — с таким возмущением поглядела на него Таня, будто бы это он все подстроил. — Мне не мало, мне непонятно, — постарался как можно спокойнее ответить Олег. — Расскажи-ка мне все по порядку. — Сейчас попробую, — ответила девочка. — Значит, позвонили… — Нет, — перебил Олег. — Рассказывай с того момента, как в квартиру вошла. Таня согласно кивнула. — Я вхожу, а мама на кухне пьет кофе. Я ее расспросила о тете Вере. — Кстати, как она? — поинтересовался Олег. — Выздоравливает, — отозвалась Таня. — Она даже сегодня собиралась к себе в галерею. У нее какое-то срочное дело. В общем, мама меня покормила обедом, а потом ушла на работу. Тут эти звонки снова и начались. — Сразу? — внимательно поглядел Олег на Таню. — Минут через десять. — И что? — Два раза молчали и клали трубку. А на третий опять этот мерзкий хохот раздался. Таня зябко поежилась и умолкла. — И больше ничего? — не сводил с нее глаз Олег. — Если бы… — прошептала Таня. — Мне сказали: «Жди ночи». Я такого жуткого голоса никогда не слышала. — А после этого больше не звонили? — спросил Олег. — Нет, — тихо отозвалась Таня, — хотя вообще-то не знаю, — тут же уточнила она. — Мне стало так страшно одной… И я сразу к тебе пошла. — Ясно, — кивнул Олег. Тут раздались гудки домофона. Это пришли Женька, Темыч и Катя. Не успели они оказаться в гостиной, как домофон ожил вновь. На сей раз явился Пашков. — Ну? — окинул он взглядом окружающих. — Какие новости? — Плохие, — с грустью отозвалась Таня. — Рассказывайте, — потребовал Лешка. Таня хотела начать, но Олег жестом остановил ее. — Машка и Васька придут, тогда и расскажешь. Не по десять же раз повторять. Девочки дожидаться себя не заставили. Пять минут спустя они внеслись в переднюю, одна — распространяя вокруг себя аромат духов от Кензо в сочетании с табачным запахом, а другая — что-то дожёвывая на ходу. Едва оказавшись в гостиной, Машка выпихнула из кресла Темыча и села туда сама. Мальчик, пробормотав под нос, что, мол, ходят тут всякие, принес себе стул из кухни. То же самое сделал и Лешка. Василиса устроилась на подлокотнике дивана. Через три минуты, когда главная новость прошедшего часа была поведана, Женька уже носился по комнате, размахивая руками. — Слушай, не мельтеши! — немедленно запротестовала Катя. — В глазах рябит. — А мне, зато, думается на ходу лучше. — Отстань от него, — повернулся Олег к Кате. — Лучше Таньку послушай. Таня в подробностях повторила все, что уже знал Олег. — Паршиво, — первой откликнулась Моя Длина. — Хотя пока не смертельно. — Это мы еще посмотрим, смертельно или нет, — сурово проговорил Темыч. — Все-таки они ночью тоже смеялись. А это что-нибудь, да значит. — Пока, может, просто пугают, — сказала Моя Длина. — Обычно именно с такого и начинается. — Что начинается? — испуганно поглядела на нее Таня. — Разборки, — с бывалым видом произнесла Школьникова. — Или наезды. — Какие разборки? Какие наезды? — покрутил пальцем возле виска Олег. — По-твоему, Танька бандитка какая-нибудь? — Она-то не бандитка, — и на сей раз не смутилась Школьникова. — Но тот, кто пугает, мог об этом не знать. — Зачем же тогда пугает? — логично заметил Женька. — Ну, может, Танька должна кому-нибудь деньги, — предположила Моя Длина. — Я? — возмутилась Таня. — Ну ведь не я же, — невозмутимо откликнулась Школьникова. — Звонят-то не мне. — Вы, братцы, спятили? — заметив, что на Тане уже лица нет, вмешалась Катя. — Кому Танька могла задолжать? — Мое дело выдвинуть версию, — по-прежнему хранила невозмутимость Школьникова. — А вы уж соображайте. — Машка права, — поглядел на Мою Длину влюбленными глазами Пашков. — Чтобы в таком деле разобраться, нужно все версии отработать. — Ну, и что же ты в Машкиной версии собираешься отрабатывать? — напустилась на него Катя. — Ума палата! — указав на Пашкова пальцем, захохотал Женька. — По-твоему, Танька и впрямь кому-то должна крупную сумму? — Думаете Пашков идиот? — обиделся Лешка. — Ага! Значит, я идиотка? — угрожающе потрясла в воздухе увесистым кулаком Моя Длина. — Вполне возможно, — спокойно пожала плечами Василиса. — Если предлагаешь такие идеи. — Никто не идиот! — поспешил разрядить обстановку Пашков. — Деньги могла задолжать, например, не Танька, а ее родители или тетя Вера! — Тогда бы и требовали вернуть деньги, — возразил Олег. — А они просто пугают. — Это как раз ничего не значит, — с бывалым видом изрекла Моя Длина. — Может, у этих бандитов такая примочка. Сперва смеются. Потом говорят: «Жди ночи». А если и после этого долг не вернут, начинается большая разборка. Таня побледнела сильнее прежнего. — Тетя Вера точно никому ничего не должна, — тихо отозвалась девочка. — У нее вообще дела очень хорошо в последнее время идут. — А потом, — громко добавил Олег, — тогда бы и пугали тетю Веру. — Не скажи, — была хорошо наслышана о подобных делах Моя Длина. — Детей ведь своих у Веры Андреевны нет. Зато есть любимая племянница. Вот они вроде и намекают: не отдашь деньги, украдем Таньку. — Туманно они в таком случае намекают, — сказала Катя. — Это для нас туманно, — снова вмещалась Моя Длина. — А для того, кто задолжал, нормально. Танька пугается. Рассказывает родителям. Родители — тете Вере. А та уж должна соображать, что ей дороже племянница или… — Оставь моих родственников в покое! — с негодованием воскликнула Таня. — Они никому ничего не должны. — Так они тебе и скажут, если должны, — пожала плечами Моя Длина. — Слушай, — внимательно поглядел Олег на Таню. — А у твоих родителей и впрямь каких-нибудь неприятностей за последнее время не было? — Наоборот, — возразила девочка. — Они оба весь этот месяц такие веселые. — Вот и довеселились, — проворчал Темыч. — Заткнись! — шикнула на него Катя. — Я своих предков хорошо знаю, — продолжала Таня. — Они даже мелкие неудачи скрывать не умеют. У них все по лицам видно. — А, кстати, пока тебя, Танька, не было, телефон не звонил? — поинтересовался Олег. — В том-то и дело, что нет, — покачала головой девочка. — А с чего это ты так уверена? — не понял Женька. — Мама сказала, — отозвалась Таня. — Я прихожу и спрашиваю, не звонил ли папа из командировки. А мама мне говорит: «За три часа, что я дома, вообще ни единого звонка». — Получается, что эти звонки адресованы именно Тане, — задумчиво проговорила Катя. — И позвонили не сразу после ухода ее мамы, — вспомнилось Олегу. — Словно нарочно выждали, чтобы в квартире уж точно никого, кроме Таньки, не было! — с таким воодушевлением выкрикнул Женька, будто бы речь шла о чем-то очень приятном. — Но ведь ночью-то звонили, когда она не одна была, — возразила Василиса. — Никитка-то не родители, — покачал головой Олег. — Его могут в расчёт не брать. — Думаете, за мной кто-то следит? — спросила Таня. — Естественно! — сильней прежнего оживился Женька. — Действительно, четко, — спохватился Пашков. — Прошлой ночью словно бы знали, что Таня без взрослых. И теперь… — Может, совпадения? — с надеждой произнесла Таня. — Как же, как же, — взглянул на нее исподлобья Темыч. — У меня сердце сразу почуяло… — Сердце твое, в данном случае, ни при чем, — перебила Катя. — И во всех других случаях тоже. Темыч от обиды запыхтел, как закипающий чайник. Однако Олег спешно вмешался, чтобы предотвратить конфликт. — Таня, постарайся вспомнить, раньше у вас в квартире таких звонков не было? Девочка задумалась. Затем медленно проговорила: — Может, кто-нибудь и молчал когда-то в трубку. Но чтобы столько раз подряд. Да еще ночью. А потом еще этот хохот… и это… сегодня… — «Жди ночи», — напомнил Олег. — Вот именно, — кивнула Таня. — Нет. Ничего подобного раньше у нас не случалось. В комнате воцарилось молчание. Всем восьмерым было ясно: над Таней нависла опасность. Но откуда она может исходить? И как помочь девочке? Этого пока не понимал ни один из сидевших в гостиной. — Ума не приложу, с чего начинать? — наконец, медленно произнес Олег. — Знаю! — вдруг выкрикнул Женька и с такой силой треснул кулаком по журнальному столику, что лежавшие на нем газеты и книги подпрыгнули. — Осторожнее! Мало ты мне тут всего поломал! — Вечно тебя волнует всякая ерунда. Вы лучше послушайте. У меня идея. — Редчайший случай! — произнесла нараспев Катя. — В Женькиной голове возникла идея. — Да ладно тебе издеваться, — миролюбиво ответил тот. — Теперь я знаю: Таньке угрожает преступник! — Очень свежая мысль! — фыркнула Катя. — Пока ты, Женечка, этого не сказал, мы думали, что Тане звонит кто-нибудь очень добренький и хороший. — Сперва дослушай, потом говори, — продолжал Женька. — Я думаю, это мстит кто-нибудь из наших бывших, так сказать, клиентов. — Что-о? — разом повернулись к Женьке друзья. — Что слышали! Сколько мы преступлений раскрыли? — Хватает! — откликнулся с таким видом Пашков, будто он все и раскрыл. — Вот именно! — Женька вскочил на ноги и, в два прыжка достигнув Пашкова, с силою хлопнул его по плечу. Лешка сморщился от боли, но промолчал. — Не понимаю, куда ты клонишь? — уставился Темыч на Женьку. — А ты подумай, — отвечал тот. — Кто-то из бывших преступников отмотал срок и теперь мстит нам за то, что его обезвредили. — Почему бы и нет? — понравилась Женькина версия Пашкову. — Теоретически вполне допустимо, — кивнул Олег. — Ну! — был очень горд собою Женька. — Бежим к Владимиру Ивановичу! Таньку надо спасать. А то ее, чего доброго… Вернее, недоброго… — и он провел ребром ладони по горлу. — Чего расселись? Говорю же, пошли! Женька первым бросился в переднюю и уже натягивал куртку. — Вернись! — крикнул ему Олег. — Зачем? — не дошло до Женьки, но он все же послушался. — Потому что преступники мстили бы не только Тане, но и остальным тоже, — объяснил Олег. — Значит, они тут ни при чем. И нечего зря тревожить Владимира Ивановича. — А может, это только начало, — возразила Василиса. — Сначала Таню напугают, потом за следующего возьмутся. Скажут, например, что если не сделать то-то и то-то, Тане крышка. С помощью страха можно неплохо управлять людьми. — Мысль хорошая, но всё равно за уши притянуто, — покачал головой Олег. — Я даже затрудняюсь сказать, кто из наших «клиентов» мог бы до такого додуматься. — Кто же тогда Таньке звонит? — Женька жаждал деятельности. — Пока у меня даже догадок нет, — честно признался Олег. — Но после сегодняшней ночи они у нас будут! — вдруг уверенно произнес Лешка. — Я знаю способ, как выяснить, кто ей звонит. Моя Длина кинула на него исполненный скептицизма взгляд. — Куда уж тебе, ребенок. Тут явно серьезное дело готовится. —За всякое серьезное дело следует браться последовательно, — важно изрек Лешка. — Тебе, Таня, сказали «жди ночи»? — Ну да. — Вот мы и подождем, — сказал Пашков и умолк. — И ничего хорошего не дождемся, — проворчал Темыч. — Как знать, — снова заговорил Лешка. — Лучше рассказывай, что придумал! — уже совершенно извелся от неизвестности Женька. — Чего ходить вокруг да около! — Я не хожу, а именно рассказываю, — был очень доволен всеобщим вниманием Пашков. — Нет, не рассказываешь! — заспорил Женька. — Потому что ты его все время перебиваешь, — вмешался Олег. — Вот именно, — кивнул Лешка. — Тут дело, значит, такое. — Гиблое дело, — не видел выхода из ситуации Темыч. — Теперь этот мешает, — вздохнула Катя. — Умолкни, микроспора! — поддержала Моя Длина. — Кто?! — Кто слышал, — презрительно отмахнулась Моя Длина. Коротко стриженные русые волосы встали на голове у мальчика дыбом. — А ну, повтори, — грозно произнес он. — Микроспора, — спокойно бросила Школьникова. — Ты… ты… ты… — никак не приходило Темычу в голову подходящего выражения для Моей Длины. — Ну, я. И что дальше? — смотрела на него сверху вниз Школьникова. — Знаете что, хватит! — пресек дальнейшее развитие конфликта Олег. Темыч демонстративно отвернулся от Моей Длины. — Говори, Пашков, а то сил уже нет! — снова поторопил Женька. — В общем, я предлагаю Тане поставить определитель номера, — отозвался Пашков. — И это все? — разочарованно протянули остальные. — А что вам еще надо? — удивился такой реакции Лешка. — Ну, мне казалось, ты что-нибудь интересное придумал! — вырвалось у непосредственного Женьки. — Интересное начнется потом, — заверил Пашков. — Когда мы номер этого гада определим. — А ведь действительно, — первой оценила Таня предложение Пашкова. — Пожалуй, самый прямой путь к разгадке, — согласился Олег. — Как нам раньше-то в головы не пришло? — Потому что у меня самый аналитический ум из нас всех, — никогда не страдал ложной скромностью Пашков. — Ставим Таньке определитель. Ей ночью звонят. На определителе высвечивается номер. По номеру выясняем адрес… — Замогильно, ребенок! — искренне восхитилась Моя Длина. Лешка немедленно расплылся в счастливой улыбке. — Пашков свое дело знает! — продолжал он. — Раз знаешь, тогда скажи, каким образом собираешься адрес по номеру телефона выяснить, — не спешил восхищаться Темыч. — А справочная на что? — отозвался Лешка. — У меня все продумано. — Выяснить как раз ничего не стоит, — сказал Олег. — У моего предка в компьютере есть полный список адресов и телефонов по Москве. — Тогда считайте, что мы уже завтра узнаем, кто этот тип, — заверил Лешка. — Или, типша, — сказала Катя. — А может, и много типов и типш. — Смех больше похож на мужской, — тихо произнесла Таня. — Это вообще может быть целая банда, — в который раз уже повторила Школьникова. — Теперь, Машка, нет смысла гадать, — чувствовал себя на высоте положения Пашков. — Потерпим до завтра. А там уж начнем настоящее расследование.