/Резкий скачок 2/

Утро в апартаментах Роджерсов начиналось с идиллической, привычной рутины. Стив и Кайла сидели на мягком диване, потягивая ароматный кофе. На большом голографическом экране тихо бубнили утренние новости, но никто не слушал их по-настоящему — это был просто фон для мирного пробуждения. Кайла, прижавшись к плечу мужа, с наслаждением делала глоток, закрыв глаза. Стив что-то тихо говорил ей о планах на день. В воздухе пахло кофе, свежей выпечкой и безмятежностью. Идиллию разрушил звук — быстрые, уверенные детские шаги. Из коридора в гостиную вбежала девочка. Но это была не трёхлетняя Шера. Это была девочка лет семи — высокая, стройная, с длинными золотистыми кудрями, разлетающимися по плечам, и большими, ясными голубыми глазами. На ней была пижама, которая ещё вчера сидела на ней свободно, а теперь едва доходила до щиколоток. — Мама! Папа! Я проголодалась! — звонко объявила она, запрыгивая на диван между ними. Последовала мгновенная реакция. Стив, только что поднесший чашку ко рту, резко дернулся. Глоток кофе пошёл не в то горло. Он подавился, и тёмно-коричневая жидкость фонтаном вырвалась у него изо рта, забрызгав журнальный столик. — КХХ-ГХХ! — прокашлялся он, широко вытаращив глаза на дочь. Кайла, сидевшая рядом, от неожиданности дёрнула рукой. Чашка с горячим кофе выскользнула у неё из пальцев и с громким звоном опрокинулась прямо ей на колени, залив светлые домашние шорты тёмными, обжигающими пятнами. Но ни кашель Стива, ни жгучая боль от кофе не привлекли её внимания. Она, не моргая, смотрела на девочку, которая устроилась между ними и смотрела на них с беззаботным любопытством. — Шера? — наконец выдохнула Кайла, её голос дрогнул. — Я тут, мама, — улыбнулась семилетняя Шера, как ни в чём не бывало. — А что вы на меня так смотрите? И папа, ты весь испачкался. Стив, откашлявшись, смотрел то на свою взрослую дочь, то на жену. Его мозг, привыкший к тактическим схемам и битвам с космическими угрозами, отказывался обрабатывать эту информацию. — Но... как... — был всё, что он смог выдавить из себя. Кайла, наконец, оторвала взгляд от дочери и посмотрела на мокрое пятно на своих шортах, затем снова на Шеру. Она медленно подняла руку и дотронулась до щеки дочери. Кожа была тёплой, живой. Это не был сон. — Кажется, — тихо произнесла Кайла, глядя в шокированные глаза Стива, — наша дочь решила, что детский сад ей больше не интересен. Пора покупать школьную форму. Стив, всё ещё откашливаясь и вытирая пролитый кофе, не мог отвести глаз от дочери. Его ум, привыкший анализировать угрозы и стратегии, теперь лихорадочно пытался осмыслить этот новый, невероятный скачок роста. — Шера... малышка, ты себя хорошо чувствуешь? — наконец спросил он, его голос всё ещё был хриплым. — Ничего не болит? Голова не кружится? Девочка посмотрела на него с лёгким недоумением. —Нет, папа. Всё как всегда. Только пижама стала маловата, — она потянула рукав, демонстрируя, что тот едва доходит до запястья. Кайла, отложив испачканную чашку, пристально изучала дочь. Её взгляд был сосредоточенным, аналитическим. —Ты помнишь, что было вчера? — мягко спросила она. — Что мы делали перед сном? — Конечно, помню! — Шера оживилась. — Мы с тобой читали книгу про динозавров, а папа показывал мне, как работает его щит! А потом я уснула. Она говорила ясно, её речь была абсолютно связной и осмысленной для семилетнего ребёнка. Не было ни тени растерянности или дискомфорта. Стив встретился взглядом с Кайлой. В её зелёных глазах он прочитал ту же смесь облегчения и тревоги. С дочерью было всё в порядке. Она была здорова, счастлива и совершенно не осознавала, что её взросление было чем-то из ряда вон выходящим. В этом и заключалась самая большая загадка. — Хорошо, — Кайла сделала глубокий вдох, принимая ситуацию. Она встала с дивана. — Значит, так. Первым делом — завтрак для растущей девочки. А потом... — она с лёгкой улыбкой посмотрела на Стива, — ...потом нам с тобой, капитан, предстоит самый сложный шопинг в нашей жизни. Нужно успеть купить всё, пока она снова не выросла из новых вещей. Шера радостно захлопала в ладоши и побежала на кухню, её длинные золотистые волосы развевались за ней. Стив, оставшись на диване, провёл рукой по лицу. Он посмотрел на пятно от кофе на столе, на пустую чашку жены, на исчезнувшую в коридоре дочь. Его мир снова перевернулся. Но на этот раз угрозой была не армия захватчиков, а невероятно быстро растущая дочь. И он понял, что это — самая прекрасная и самая пугающая битва в его жизни.

***

Собравшись у выхода — Кайла в свежих джинсах и футболке, Стив, всё ещё выглядевший слегка ошарашенным, и семилетняя Шера в единственном своём платье, которое теперь напоминало короткую тунику, — они решили заглянуть в общую гостиную, чтобы предупредить кого-нибудь о своём отъезде. Там их ждала картина, достойная кисти. Тор и Локи сидели на огромном диване, увлечённо изучая содержимое пластиковых стаканчиков с мороженым. Тор, с важным видом дегустатора, зачерпнул большую ложку фисташкового мороженого и отправил её в рот. Его лицо сначала выразило лёгкое недоумение, а затем озарилось восторгом. — Брат! — прогремел он, хлопая Локи по спине так, что тот чуть не уронил свой стакан. — Это восхитительно! Этот зелёный снег Мидгарда! В нём есть орехи! Это гениальное изобретение смертных! Локи, с присущим ему снобизмом, аккуратно попробовал мороженое кончиком ложки. Он медленно перекатил его во рту, его лицо оставалось невозмутимым, но брови слегка поползли вверх от удивления. — Сносное сочетание текстур, — снисходительно изрёк он, но тут же сделал ещё один, уже более уверенный глоток. — Сладко, жирно... Да, в этом есть определённый шарм. Именно в этот момент они заметили семейство Роджерсов на пороге. Тор, сияя, поднял свою ложку. — Стив! Кайла! Маленькая Шера! Вы должны попробовать это дивное творение! Оно зелёное, как магия Локи, но на вкус куда приятнее! Его взгляд скользнул по Шере, и его улыбка на мгновение сменилась лёгким замешательством. —Хм... Дева воительница, ты, кажется... подросла с нашей последней встречи? Вы, смертные, растёте так быстро? Локи, отложив своё мороженое, устремил на Шеру пристальный, изучающий взгляд. Он заметил её новый рост мгновенно. Его глаза сузились, и в них вспыхнул знакомый огонёк любопытства, смешанный с одобрением. — Так-так, — прошипел он с лёгкой ухмылкой. — Плод невероятного союза продолжает удивлять. Стремительное взросление... Интригующе. Позволяет избежать многих скучных стадий детства. Шера, не смущаясь, подошла ближе и с детской прямотой уставилась на их мороженое. —А можно мне попробовать? — Конечно, юная леди! — Тор с готовностью протянул ей свой стакан. Кайла, наблюдая за сценой, с улыбкой покачала головой. Её дочь просила мороженое у асгардских богов, как у соседей по дому. Это была её норма. — Мы ненадолго в город, — объяснила она, пока Шера осторожно пробовала лакомство. — Нужно срочно купить Шере новую одежду. Она снова... выросла. Локи фыркнул, откидываясь на спинку дивана. —Покупка одежды. Какая утомительная рутина для столь уникального существа. Возможно, ей стоит научиться материализовывать наряды силой мысли. Это куда практичнее. — Спасибо за совет, Локи, — сухо парировал Стив, — но сегодня мы ограничимся более приземлёнными методами. Попрощавшись и пообещав привезти Тору ещё мороженого, они наконец вышли из Башни. Мир за её стенами ждал, и самой большой проблемой дня был не суперзлодей, а поиск одежды для семилетней девочки, которая могла в любой момент снова стать подростком.

***

Стив Роджерс, Капитан Америка, человек, выдержавший схватку с Читаури и вышедший победителем, чувствовал себя так, будто прошел через битву, превосходящую все предыдущие. Эта битва называлась «шопинг с семилетней девочкой и её матерью». Они зашли уже в третий магазин. Стив, некогда грозный суперсолдат, теперь напоминал вьючное животное. На его мощных плечах висело несколько объёмных пакетов, в руках он сжимал ещё пару, а его обычно прямая осанка слегка согнулась под тяжестью джинсов, платьев, блузок и крошечных, невероятно ярких кроссовок. В то время как Кайла с профессиональным видом сортировала стопки одежды, а Шера с восторгом примеряла всё подряд и крутилась перед зеркалом, Стив выполнял функцию мобильной вешалки и живого кошелька. Его первоначальный энтузиазм («Конечно, я пойду с вами!») давно испарился, сменившись тупой, изматывающей усталостью. Он сидел на маленьком бархатном пуфике в углу детского отдела, его взгляд был стеклянным и отсутствующим. Одна рука бессознательно сжимала ручку пакета с пижамами, другая — механически поддерживала сумку с колготками и носками. — Папа, посмотри! — Шера выскочила из примерочной в платье с блёстками и оборочками. — Как я выгляжу? Стив заставил себя сфокусироваться. —Очень... красиво, солнышко, — выдавил он, и его голос прозвучал хрипло от усталости. Кайла, заметив его состояние, с улыбкой подошла и забрала у него из рук несколько пакетов. —Держись, солдат, — прошептала она с лёгкой насмешкой. — Говорят, это испытание проходят не все мужчины. — Я сражался с Красным Черепом, — тихо и с надрывом ответил Стив, глядя на бесконечные ряды одежды. — Это... это страшнее. Он наблюдал, как его дочь, полная энергии, носилась между стеллажами, и в его измученном мозгу мелькнула мысль: её неиссякаемые силы, должно быть, черпались из его собственных. Ещё пара магазинов, и от Капитана Америки останется лишь бледная тень, дремлющая на вешалке. Когда они наконец-то, с триумфом и двумя дополнительными пакетами, вышли из торгового центра, Стив двигался на автопилоте. Он был не солдатом, вернувшимся с поля боя, а вялым, измождённым мужем и отцом, чья единственная цель теперь — дотащить эти проклятые пакеты до машины и навсегда забыть слово «распродажа». Он бросил последний взгляд на сияющее лицо дочери, которая болтала с матерью о своих новых нарядах, и с слабой улыбкой признал своё поражение. Никакая армия не была способна нанести такой урон, как один поход по магазинам с собственным ребёнком.

***

Дверь в общую гостиную Башни Мстителей открылась, пропуская внутрь трёх запылённых шопингом путешественников. За ними волочилась целая гора пакетов, а возглавлял это шествие Стив с абсолютно пустым, вымотанным взглядом, в котором угадывалась тысячелетняя усталость. Идиллическая картина, открывшаяся им, была полной противоположностью их собственному состоянию. Лора Бартон, сидя в кресле-качалке, нежно укачивала на руках своего младшего, а Клинт с громким смехом гонялся по ковру за двумя другими своими отпрысками. Тони, отложив все гаджеты, с невозможной для него нежностью подкладывал подушки под спину Пеппер, сиявшей своим округлившимся животиком на пятом месяце. Ванда и Пьетро что-то с хохотом доказывали Вижну, который парил рядом с видом учёного, впервые столкнувшегося с иррациональным поведением человека. Наташа, развалившись на диване, о чём-то тибо беседовала с Брюсом, изредка вызывая на его сдержанном лице застенчивую улыбку. Шум, гам и атмосфера простого семейного счастья царили в комнате. Но когда в дверном проёме появилась семья Роджерсов, гомон постепенно стих. Первой заметил перемену Пьетро. Его взгляд, скользнув по Стиву с его ношей, тут же упал на Шеру. Он замер на месте, его сверхскоростной мозг на мгновение отказался обрабатывать информацию. —Ничего себе... — выдохнул он. — Опять? За ним замолчали остальные. Все взгляды устремились на девочку, которая с достоинством вошла в гостиную, гордо демонстрируя своё новое платье с блёстками. Но все видели не новую одежду. Они видели, что их трёхлетняя племянница, которую они видели всего несколько часов назад, теперь была девочкой семи лет. В комнате повисло оглушительное, шокированное молчание. Его нарушил Тони, скуляще опускаясь на колени. —Нет! Только не снова! Я только-только перестал бояться, что она сожуёт мой последний прототип, как младенец! А теперь что? Теперь она сможет прочитать инструкцию и осознанно его разобрать! Пеппер легонько шлёпнула его по плечу, но и сама не могла отвести глаз от Шеры. —Но... как? Она же... — слова застряли у неё в горле. Лора ахнула, прижимая к себе своего малыша. —Боже мой, Кайла... Она просто... прекрасна! Наташа оценивающе осмотрела девочку с головы до ног. —Семь лет... Значит, скоро можно будет начинать базовую боевую подготовку, — заметила она с лёгкой ухмылкой. Брюс поправил очки, его научный ум уже анализировал феномен. —Фасцинирующе... Абсолютно стабильные жизненные показатели, несмотря на колоссальный скачок... Ванда с Вижном подошли ближе. Ванда с улыбкой протянула руку, и алая энергия бережно коснулась золотистых волос Шеры, словно проверяя реальность. —Она абсолютно здорова, — прошептала она. — И счастлива. Шера, сияя под всеобщим вниманием, сделала реверанс. —Всем привет! Мне купили новое платье! Стив, наконец-то сгрузив с себя все пакеты, с облегчением рухнул в ближайшее кресло. Он смотрел на свою взрослеющую с невероятной скоростью дочь, на своих друзей, собравшихся вокруг неё, и чувствовал, как усталость от шопинга медленно отступает, сменяясь тёплым, светлым чувством. Да, это было безумием. Но это было их безумие. Их странная, чудесная семья.

***

Мирная вечерняя атмосфера в апартаментах Роджерсов была разорвана резким, тревожным звуком — специальным сигналом связи, зарезервированным для экстренных сообщений из Ваканды. Кайла, только что уложившая Шеру, вздрогнула и потянулась к планшету. На экране загорелось суровое лицо Т'Чаллы. Его обычно спокойные глаза были полны скорби и той невероятной тяжести, которая ложится на плечи наследника в час утраты. — Кайла, — его голос был низким и надтреснутым. — Мой отец... король Т'Чака... пал. Похороны состоятся на рассвете. Ты и Шера... наша семья. Вы должны быть здесь. Слово «пал» прозвучало как выстрел. Кайла замерла, сердце сжалось от боли и шока. Король Т'Чака был для неё не просто могущественным правителем, а мудрым, добрым человеком, который принял её, когда весь мир отвергал. Но сейчас не было времени на горевание. Нужно было действовать. Её разум, закалённый в боях, мгновенно переключился в режим задачи. — Мы вылетим немедленно, — твёрдо сказала она, и связь прервалась. Она повернулась к Шере, которая уже сидела в кроватке, настороженно глядя на мать. Кайла не стала скрывать правду — в их мире не было места для слабости. — Шера, слушай внимательно. Дядя Т'Чалла очень грустит. Его папа, король, ушёл в страну вечной охоты. Мы должны быть рядом с ним. Собирайся, мы улетаем. Девочка, с её не по годам развитым пониманием, кивнула, её лицо стало серьёзным. Кайла двинулась с молниеносной скоростью. За считанные минуты были собраны две небольшие сумки — траурные одежды для себя и дочери, несколько необходимых вещей. Все движения были выверены, быстры и лишены суеты. Она знала, что Стив сегодня в штабе Щ.И.Т.а, проводит целый день тренировок с новобранцами. Прерывать его было нельзя. Быстрыми пальцами она набрала короткое, но исчерпывающее сообщение: «Стив, король Т'Чака мёртв. Мы с Шерой срочно вылетаем в Ваканду на похороны. Всё в порядке. Я на связи. Люблю тебя.» Не дожидаясь ответа, она взяла за руку Шеру, уже одетую в тёмное платье, и сумки. Через приватный выход они вышли к уже ожидавшему их «Когтю Бастет». Вакандский самолёт был запущен и готов к взлёту. Когда они поднялись на борт и дверь закрылась, отсекая шум города, Кайла на мгновение закрыла глаза, позволяя волне горя накрыть себя. Всего на мгновение. Потом она снова открыла их, обняла дочь, прижавшуюся к ней, и устремила взгляд в тёмное небо за иллюминатором. Впереди был долгий перелёт, скорбный обряд и испытание для всей Ваканды. И она, как сестра Т'Чаллы и дочь этого народа по духу, должна была быть сильной.

***

«Коготь Бастет» приземлился в Ваканде на рассвете. Воздух, обычно напоённый жизнью и энергией, сегодня был тяжёлым от скорби. Их встретила сама королева Рамонда. Её осанка была безупречной, словно высеченной из камня, но в её глазах бушевало море боли. — Дочь моя, — тихо сказала она, обнимая Кайлу. Затем её взгляд упал на Шеру, стоявшую рядом. И каменная маска на мгновение дрогнула. Слёзы, с которыми она так отчаянно боролась, навернулись на её глаза. Она присела перед девочкой. —Посмотри на тебя... наша маленькая пантера. Как ты выросла. — Её голос дрогнул. — Как жаль... как жаль, что Т'Чака не увидит этого. Он так любил тебя, малышка. Шера, с серьёзным выражением на лице, обняла королеву. —Не плачь, бабушка. Дедушка король теперь на красивой облачной охоте.

***

Похороны были исполнены древнего достоинства и безутешной печали. Т'Чалла, с лицом, словно вырезанным из базальта, стоял у погребального костра своего отца. Кайла, держа за руку Шеру, стояла среди членов королевской семьи, чувствуя себя частью этого ритуала, частью этой боли. И когда церемония близилась к завершению, когда, казалось, ничто не могло нарушить святость момента, произошло немыслимое. Из толпы старейшин вышел молодой, статный мужчина с вызывающим взглядом. — Я — Эрик Киллмонгер, сын Н'Джобу, брата короля Т'Чаки! — его голос, громкий и наглый, прорезал траурную тишину. — И я требую то, что положено мне по праву крови! Я бросаю вызов Т'Чалле за трон Ваканды! По толпе пронёсся шоковый гул. Рамонда выпрямилась, её глаза вспыхнули гневом. Т'Чалла медленно повернулся к самозванцу, его лицо выражало не только скорбь, но и холодную ярость. По древнему обычаю, вызов был принят. Поединок должен был состояться немедленно, у священного водопада. Кайла, наблюдая за тем, как Эрик с нескрываемой агрессией смотрит на Т'Чаллу, почувствовала древний инстинкт — инстинкт защиты своей стаи. Она не могла вмешаться в ритуальный бой, но она могла быть готова ко всему. Она мягко оттолкнула Шеру за спину Рамонды и сделала шаг вперёд. Воздух вокруг неё дрогнул, и на краю площадки, возле королевы, возникла огромная саблезубая тигрица. Она не рычала, не бросалась в бой. Она просто встала, как живой щит, её зелёные глаза пристально следили за Эриком, обещая мгновенную расправу, если он посмеет нарушить правила честного поединка. И тогда, к всеобщему изумлению, маленькая Шера, видя опасность, исходящую от незнакомца, и пример своей матери, сделала то же самое. Её детское тельце сжалось, и рядом с могучей тигрицей-матерью возник дымчатый саблезубый тигрёнок. Он ощетинился и издал тихое, но отчётливое предупреждающее рычание в сторону Киллмонгера. Два зверя, большая и маленькая, стояли рядом с королевой, олицетворяя древнюю, дикую силу Ваканды, готовую защищать своего законного короля и свою семью. Это зрелище было настолько мощным и символичным, что даже наглый Эрик на секунду отвел взгляд, почувствовав на себе тяжесть этого немого, хищного предупреждения. Вода священного водопада обрушивалась вниз, и её грохот смешивался со звоном сцепляющихся когтей и шипением сбрасываемых вибраниумных костюмов. Поединок был яростным и жестоким. Эрик, движимый годами накопленной ненависти, не знал пощады. Кайла-тигрица стояла недвижимо, как изваяние, но каждый мускул её могучего тела был напряжён. Её зелёные глаза, сузившиеся до щелочек, неотрывно следили за схваткой. Когда Т'Чалла падал, сражённый ударом, из её глотки вырывалось низкое, яростное ворчание. Когда же Эрик поднимал окровавленную руку в знак победы, её тело содрогалось от сдерживаемой ярости. Рядом с ней тигрёнок-Шера, повинуясь инстинкту, прижимался к её ногам, но не от страха, а в готовности следовать за матерью. Его детский рык был слабым, но в нём читалась та же решимость. И тогда случилось немыслимое. Победитель, Эрик Киллмонгер, сбросил шлем и его взгляд, полный торжества и презрения, упал на Рамонду и стоящих рядом с ней зверей. — А это что ещё за ручные зверушки? — он язвительно усмехнулся, делая шаг в их сторону. — Королевский зоопарк? Это было последней каплей. Тигрица-Кайла издала оглушительный рёв, от которого, казалось, задрожала сама скала. Она сделала один мощный, угрожающий шаг вперёд, поставив себя между Эриком и Рамондой с Шерой. В её позе не было ничего от «ручного зверя» — это была древняя хищница, готовая разорвать любого, кто посмеет угрожать её семье. Эрик, несмотря на всю свою наглость, инстинктивно отступил. Он почувствовал исходящую от неё реальную, первобытную опасность, которую не мог нейтрализовать его костюм. — Трону нужен король, — прошипела Кайла, её голос, искажённый звериными связками, был полон ненависти. — Но если ты тронешь королеву или моё дитя, тебе не править и дня. Клянусь духом Бастет. В этот момент Шури, до этого склонившаяся над братом, подняла голову. Её лицо было залито слезами, но в глазах горела решимость. Она встретилась взглядом с Кайлой, и между ними прошло безмолвное понимание. Битва была проиграна, но война ещё не окончена. Эрик, видя, что ситуация может выйти из-под контроля, с презрительной усмешкой повернулся к своим новым подданным, демонстративно повернувшись спиной к разъярённой тигрице. Но он запомнил этот взгляд. Взгляд хищницы, которая только что пообещала ему смерть. Кайла не сдвинулась с места, пока тело Т'Чаллы не унесли. Она стояла, как страж, а у её ног сидел тигрёнок-Шера, учась своему первому суровому уроку о предательстве, власти и долге. Они проиграли эту битву. Но они не сдались. И пока они были вместе, у Ваканды ещё оставалась надежда.

***

План был прост и опасен. Пока Шури и верные ей люди готовили тайный транспорт, Кайла должна была отправить Шеру обратно в Башню Мстителей. Девочка была самым уязвимым звеном, и её безопасность была главным приоритетом. Они пробирались по скрытым туннелям, ведущим к удалённой посадочной платформе, где их уже ждал небольшой малозаметный корабль. Кайла крепко сжимала руку дочери, её слух и обоняние были напряжены до предела, выискивая любую угрозу. И угроза нашла их. В самый последний момент, когда они уже вышли на открытую площадку, из тени шасси возникла мощная фигура в чёрном костюме Пантеры. Эрик Киллмонгер. Его движение было молниеносным. Прежде чем Кайла успела среагировать, он рывком оттащил Шеру от неё, схватив девочку за локоть так сильно, что та вскрикнула от боли и страха. — Куда это мы собрались, кошечка? — его голос был сладок и ядовит. Он прижал Шеру к себе, как живой щит. — Без спроса покидать королевство при новом короле — дурной тон. Кайла застыла на месте, как вкопанная. Вся её звериная сущность рвалась вперёд, чтобы разорвать его, но один неверный шаг — и он мог сломать хрупкую руку дочери. Она видела, как Шера бледнеет, её глаза полны слёз, но она старалась не плакать. — Отпусти её, — голос Кайлы был низким, почти звериным рычанием. — Это между нами. — Ага, конечно, — усмехнулся Эрик. — Выпущу — и ты тут же бросишься на меня. Нет уж. Сиди смирно, тигрица. Пока я не разберусь, что делать с твоим сбежавшим принцем, твой детёныш будет моей гарантией твоего хорошего поведения. Кайла чувствовала, как ярость закипает в ней, но она была в ловушке. Любое движение — и её дочери причинят вред. И тут Шера, дрожа, но собрав всю свою волю, подняла на мать взгляд. Их глаза встретились. И Кайла увидела в дочернем взгляде не просто страх, а понимание и решимость. Маленькая ручка Шеры, которую Эрик держал так грубо, слегка пошевелилась. Её пальцы сжались в кулак, а большой палец прижался к ладони в странном, повторяющемся жесте. Кайла узнала этот жест. Это был сигнал, который Стив и Тони придумали для неё и Шеры на случай крайней опасности. Тихий, незаметный для посторонних призыв о помощи. Шера подавала сигнал. Она не паниковала. Она действовала. Сердце Кайлы сжалось от гордости и страха. Она едва заметно кивнула дочери, давая понять, что сигнал принят. — Хорошо, — Кайла медленно опустилась на колени, складывая руки на затылке в жесте капитуляции, но её взгляд, прикованный к Эрику, был по-прежнему смертельно опасен. — Я не тронусь с места. Ты победил. Но если ты причинишь ей боль, я найду способ стереть тебя в порошок. Даже если мне придется гоняться за тобой до края света. Эрик самодовольно усмехнулся, приняв её покорность за чистую монету. Он не видел тихого сигнала, который продолжала подавать его маленькая заложница. И он не знал, что в этот самый момент крошечный маячок, вшитый в кулон Шеры, активировал экстренный вызов, посылая координаты и сигнал бедствия прямо в Башню Мстителей и на борт корабля Стива, который уже мчался к Ваканде. Буря приближалась, и теперь узурпатор даже не подозревал, что на его голову вот-вот обрушится не просто разъярённая мать, а вся ярость Мстителей.