5

— Да ладно тебе, ушиб не такой уж и сильный! Йеджи стоит с вытянутой рукой перед мамой, которая рассматривает травмированный палец. Девушка понимает беспокойство мамы: прошло только два дня, и снова заниматься физкультурой — явно не лучшая идея. Но ей так хочется снова поиграть в волейбол против Хёнджина! — Послушай, что скажет учитель. Если разрешит — значит иди на урок. — Мама вздыхает, возвращаясь к завтраку. Её чёрные волосы собраны высоко на затылке, а на лице — привычная утренняя маска. Йеджи, уже одетая в школьную форму, идёт в свою комнату, чтобы взять школьные вещи, и по дороге кричит: — Спасибо! Медленное, но верное приближение лета даёт о себе знать: теперь к первому уроку девушка идёт не в темноте и даже не в начале рассвета, а в его конце, когда уже почти полностью светло. Сейчас она задумчиво шагает среди частных домов. Джисона она вряд ли встретит, потому что он — большой любитель опаздывать на занятия. Йеджи решает пойти по другому, более долгому пути, свернув на другой улице, потому что времени до урока остаётся ещё многовато, а разнообразие — это всегда хорошо. Она замечает перед собой, на расстоянии метров десяти, чью-то высокую фигуру. Сначала не придаёт этому значения, а когда немного приближается к этому человеку, то понимает, что это Хёнджин. Совершенно точно он: широкие плечи, идеальная осанка, школьные брюки на пару размеров больше, чем должны быть, как, впрочем, и пиджак; тёмные волосы, на затылке собранные в маленький хвостик. Девушке хочется к нему подойти, а потом в голову приходит мысль, что догонять парня будет как-то неловко и создаст впечатление, что она уж слишком горит желанием с ним поболтать. Нет, что за глупости? С каких пор все должны вести себя прохладно и незаинтересованно? В конце концов, этот парень сам к ней подкатывает. И, в любом случае, Йеджи — добродушный человек, и она всё равно рада пообщаться со знакомым по пути на учёбу, даже если бы он ей не нравился. А он нравится, и очень сильно. Йеджи приходится перейти на бег, чтобы догнать Хёнджина. Её юбка развевается при движении. Парень оборачивается, когда слышит стук каблуков об асфальт прямо у себя за спиной, и сильно удивляется, судя по лицу. Поравнявшись с ним, девушка кладёт руку ему на спину, и тот послушно останавливается, чтобы она отдышалась. Только через несколько секунд Йеджи осознаёт это случайное, естественно вырвавшееся из неё прикосновение, и резко отдёргивает руку. — Привет, — в последний раз тяжело вздыхает она, закончив восстанавливать дыхание. Они продолжают медленно идти. — Ты живёшь где-то здесь? — удивлённо спрашивает Хёнджин вместо того, чтобы поздороваться в ответ. Эта встреча кажется неожиданной и для Йеджи, но сейчас она больше сфокусирована на самом Хёнджине, поэтому удивляться будет потом, когда останется одна, и её мозг как следует обработает произошедшее. — Да, в этом квартале… Правда, я обычно не хожу этим путём. Наверное, поэтому мы видим друг друга здесь в первый раз. Ты же не жил здесь раньше, да? — Весь этот поток речи выливается изо рта Йеджи очень легко, и она вовремя прикусывает язык, чтобы их разговор не превратился в монолог влюблённой девочки и чтобы у парня было время на ответ. Хёнджин слегка сводит брови к переносице, смотря себе под ноги, и неуверенно кивает: — Вообще, я прожил последние два года в Нью-Йорке и вернулся только… ты знаешь, когда. — Он улыбается ей, и перед её глазами тут же проносится их первая встреча в самолёте. — Но до этого я тут жил с детства. Может, мы с тобой уже встречались, но не обращали внимания, потому что не были знакомы. Мы наверняка ходили в разные средние школы. А ты? Давно тут живёшь? Йеджи пожимает плечами: — Всю жизнь. Точнее, мы с мамой переехали сюда, когда мне был всего год. Я училась в Шивоне, а ты? — Частная школа? — Хёнджин шутливо кривится. — Я был в обычной. Вы что, богатые? — Да, конечно, богатые. Если бы мы были богатыми, я бы осталась жить в Нью-Йорке. У нас средний достаток, а мама просто всегда желает мне лучшего. — На этих словах девушки выражение лица парня становится сначала каким-то умилённым, а потом он хмурится и кусает нижнюю губу, отводя взгляд. — Кстати, я всё это время думала, что ты летал в Нью-Йорк отдыхать, как и я, а ты говоришь, что жил там. Как это вышло? Хёнджин вздыхает. — У меня там родственники. Йеджи не понимает, почему он мямлит это с таким грустным лицом. Это же круто, когда члены семьи оказываются в самом крупном городе Соединённых штатов, и к ним можно приезжать и даже жить у них на протяжении долгого времени, как было у Хёнджина. Но девушка решает не расспрашивать его насчёт этого и просто кивает. Видимо, чтобы не позволять неловкому молчанию затопить их совместный путь до школы, Хёнджин кивает на ушибленный палец Йеджи: — Ещё болит?  Девушка отрицательно мотает головой. — Порядок. Надеюсь, учитель Чон разрешит мне играть сегодня. — Лучше не надо, — хмурится парень. — Ты же хочешь, чтобы он нормально зажил? Подожди хотя бы до следующей среды. Йеджи ничего не отвечает, но мысленно улыбается этой заботе. Да уж, забота — это громко сказано, ведь это, на деле, всего лишь вежливый совет, но девушка не хочет в данный момент прерывать свой экстаз от общения с хорошим парнем. Оставшуюся дорогу они болтают об учёбе. Йеджи узнаёт, что Хёнджин имеет достаточно высокие баллы по всем предметам, и от этого он становится ещё приятнее в её глазах. Умные, образованные люди — это очень привлекательно для неё. При этом он не какой-нибудь типичный зубрила — напротив, он хорошо выглядит, хорошо пахнет, смешно шутит… Идеал. Эйфория от разговора с парнем быстро сменяется дискомфортом, когда в школьном дворе девушка видит Дэяна, болтающего с одноклассниками, и в тот же момент его взгляд скользит по ним с Хёнджином. Йеджи мелко вздрагивает от неприятного зрительного контакта. — Я пойду, ладно? Там мой друг. — Хёнджин показывает в сторону Дэяна. Девушке остаётся только кивнуть, и парень уходит к одноклассникам, пока Йеджи плетётся вверх по лестнице перед главным входом и заходит в здание. Настроение как рукой сняло. Очередное напоминание, что парень её мечты дружит с её бывшим парнем. И не просто с бывшим парнем, а с тем бывшим парнем, который разбил её. Наверное, Хёнджин просто не знает, что Дэян за человек. За эту мысль Йеджи цепляется, как за спасательный круг. Добивает девушку учитель Чон, который не разрешает ей заниматься физкультурой. Это было ожидаемо, но всё же Йеджи была полна надежд на чудо. Точнее, на ещё одну игру в волейбол против Хёнджина. — Пусть палец заживёт хотя бы до следующей недели. Ты же не хочешь, чтобы всё стало только хуже? Йеджи смиренно кивает и отходит от учителя. Она вздыхает от досады и уже собирается пойти в раздевалку, чтобы поболтать с переодевающейся Юной, как вдруг замечает неподалёку стоящего Хёнджина. Парень смотрит прямо на неё. Вероятно, он слышал разговор. Заметив на себе потерянный взгляд девушки, он приближается к ней. — Палец всё-таки ещё болит? Йеджи жмёт плечами: — Нет, совсем нет. Но учитель настаивает на том, чтобы я подождала, и я не могу ему перечить. — Конечно, — фыркает Хёнджин. — Ему совсем не на руку усугублять ситуацию с травмой ученицы, которую она получила на его же уроке. И вообще, наверное, он прав. Лучше лишний раз подождать, чем потом собирать обломки твоих костей. — Чего? — хихикает Йеджи. — Обломки собирать? — Ага. Открытый перелом, знаешь? — Хёнджин прислоняется боком к стене, насмешливо улыбаясь. — Я не получу открытый перелом, играя в волейбол. — Спорно, — хмыкает парень. — Я — достойный соперник, и мог бы тебе это обеспечить. Хочешь? Девушка поджимает губы и поёживается: — Не, не хочу. Улыбка Хёнджина немного смягчается. — Ладно, я бы этого не сделал. — А я и не верила. Ворот его футболки слегка смещён в одну сторону и показывает ключицу. Парень смотрит в сторону, на толпы учеников, проходящих мимо, и задумчиво кусает губу. Йеджи невольно засматривается. Скользит взглядом вниз, по его рукам. Вспоминает, как легко эти сильные руки обращались с мячом на прошлом уроке… Нет, мысли уже заходят куда-то не туда.

***

Звонок. Хёнджин неловко улыбается девушке и заходит в спортзал. Всё-таки жалко, что она будет сидеть, но это для её же блага. Парень почувствовал бы себя виноватым вдвойне, если бы у Йеджи сегодня усугубилась ситуация с ушибом, виновником которого изначально был он. Игра кажется скучной без неё, но, к счастью для Хёнджина, даже будучи освобождённой, девушка всё равно должна наблюдать за мячом, чтобы он случайно не прилетел ей в лицо, и наверняка не пропустит то, как парень выделывается на подачах. Помимо Йеджи есть ещё одна потеря — Дэян. Он прибаливает. В школу ходить он в состоянии, но физкультурой ему заниматься нерекомендовано. Взгляд Хёнджина мечется к скамейке для освобождённых. Йеджи и Дэян сидят на расстоянии метра друг от друга. Хёнджин думает о том, что было бы классно, если бы эти двое подружились, но потом вспоминает странные отзывы друга об этой девушке. Между ними явно что-то не так. Один из учителей ведёт счёт игры. Играют они до двадцати очков. Команда класса Хёнджина доходит до этой цифры, когда до конца урока остаётся несколько минут. Порадовавшись победе вместе с одноклассниками, парень направляется к скамейке и садится между Дэяном и Йеджи. — Ну ты затащил, — хвалит Дэян Хёнджина. Тот самодовольно улыбается, снимая резинку с волос и запуская в них руку, но потом решает поскромничать. — Чанбин тоже немало сделал для победы, да и остальные. Волейбол — это командный спорт, если ты ещё не понял. Дэян отмахивается: — Посрать на них. Главное, что ты крут. Хёнджин ничего не отвечает. Ему не очень нравится такая похвала. Это, конечно, очень мило, но почему Чхве не может отдать должное остальным? С тех пор как началась учёба и друзья стали видеться вживую, у Хёнджина начинают закрадываться сомнения. Иногда ему становится не очень комфортно от некоторых слов Дэяна. Но они очень давно знакомы и очень хорошо друг друга знают, и Хван не позволит каким-то маленьким несостыковкам разрушить эту связь. В конце концов, все люди разные, и даже близкие друзья не могут быть абсолютно идеальными друг для друга. Выходя из зала, Хёнджин бросает мимолётный взгляд на Йеджи и замечает лёгкую досаду и тоску, затемняющую её взгляд, когда она смотрит на него.

***

Она сидит на лавочке рядом с переодевающейся обратно в школьную форму Юной и смотрит перед собой, витая в облаках. В раздевалке шумно, девочки обсуждают прошедшую игру, предстоящие уроки или просто болтают на свои темы. Йеджи с Юной молчат, находясь глубоко в своих мыслях, но Шин становится первой, кто возвращается к реальности и начинает разговор: — Почему ты до начала урока так и не вернулась в раздевалку, когда выходила спросить у учителя, можно ли тебе заниматься? Я вообще-то планировала тебе кое-что рассказать, а ты пропала пропадом. — Извини, — вздыхает Хван, — я ввязалась в разговор. — Какой разговор? — не понимает подруга. — С кем? С мистером Чоном? Обсуждали ушибы и переломы? Йеджи усмехается: — Да нет, не с ним. С Хёнджином. Юна застёгивающая пуговицы на рубашке, на пару секунд замирает. — Хван Хёнджин? Новенький из параллели? О чём это ты с ним говорила? — А тебе-то что? — смущается Йеджи. — Просто интересуюсь! Все же хотят с ним познакомиться, такой он «красивый и крутой». Неужели ты одна из тех, кто на него запал? — На последних словах выражение лица подруги становится слегка отвращённым. Видя, что Шин почти закончила переодеваться, Хван встаёт со скамейки, подхватывает с пола рюкзак и вешает на одно плечо. Этими движениями она пытается стимулировать работу мозга — нужно сообразить, что ответить. Она ведь и вправду на него запала, по-другому это не назовёшь. — А если бы и запала, то что? Но вообще, мы начали общаться не по моей инициативе. Если ты помнишь, он отшиб мне палец на прошлом уроке, и ещё тогда посчитал нужным находиться рядом со мной. — Это мило с его стороны, — замечает Юна, распуская хвостик и расчёсывая свои вишнёвые волосы. — Гораздо лучше, чем если бы ему было плевать. — И впервые встретились мы ещё до начала учебного года, — продолжает Йеджи, запоздало понимая, что выдаёт слишком много, и в итоге ей придётся рассказывать подруге всю историю целиком. Хван медленными шагами двигается к выходу из раздевалки. — Что? Подожди, я ещё не… Подожди меня! В смысле, где вы встретились? Но Йеджи выходит в коридор, устало прислоняясь к стене. Устала она не физически, а морально. Слишком много некомфортных разговоров сегодня. Некомфортными она считает те, в которых участвует кто-то кроме семьи и лучшего друга. Нет, это несложно для Йеджи, она никогда не страдала от социофобии, но всё же эти контакты высасывают слишком много энергии. Как ни странно, выйдя из раздевалки вслед за Йеджи, Юна не продолжает расспросы о Хёнджине. Видимо, поняла намёк, когда Хван молча вышла из раздевалки. Шин энергичная и даже гиперактивная девочка и очень любит поболтать, но в нужные моменты замечает, когда к Йеджи приставать не стоит. Вдвоём девушки в тишине доходят до класса, и Юна, оставив вещи, выходит куда-то в коридор. Йеджи садится на своё место рядом с Джисоном и молча глядит на него. Друг лежит на парте, подложив руки под голову, и ловит взгляд девушки. Она копирует его позу, и этот тихий и странный зрительный контакт продолжается аж до звонка на урок. Кажется, это одна из примет, по которым можно отличить близкого друга от обычного. Близким друзьям не нужно постоянно говорить, чтобы поддерживать эмоциональную связь. Прямо сейчас Йеджи смотрит на Джисона и видит усталость, вызванную обилием событий, происходящих вокруг. Она знает, каково это — резко чувствовать сверхстимуляцию посреди школьного дня и раздражаться от каждой мелочи. Эта эмоция заметна в его глазах, хоть и прикрыта тонкой пеленой обычной скуки.

***

— Как будем отмечать твой день рождения? Можем снять жильё на ночь и позвать кучу людей. Будет весело! Я помогу тебе с организацией. Дэян выпаливает это очень увлечённо, пока Хёнджин провожает его до автобусной остановки. Чхве так светится этой идеей насчёт дня рождения, что Хвану даже стыдно становится отказать ему. Хёнджин не хочет разочаровывать друга, но в то же время понимает, что не должен соглашаться на любые его идеи — всё-таки Хёнджин отдельный человек со своими собственными представлениями о веселье. — Прости, но я, пожалуй, выберу что-нибудь попроще, поскромнее и поадекватнее. — Хёнджин улыбается, чтобы не казаться слишком грубым. Дэян шутливо закатывает глаза: — Это же твоё восемнадцатилетие! Надо провести так, чтобы запомнилось. Позовём девчонок, чтобы ты забыл о своей Йеджи хоть на время. — Зачем мне о ней забывать? — хмурится Хёнджин. — Вообще, я же не говорил, что влюбился. Суровые порывы ветра превращают его причёску в хаос. Ему поскорее хочется доехать до дома друга и попить горячий чай. — Да, ты не говорил, но ты зачем-то попросил у меня её номер, а в школе бегаешь за ней при каждой возможности. Она просто вскружила тебе голову — это резкая симпатия, которая скорее всего увянет со временем. Настоящая любовь развивается постепенно. Тебе точно нужно отвлечься от неё! — Отвлечься на что? На другие «резкие симпатии»? — Хёнджин скептически щурится. — Лучше уж я буду медленно сближаться с Йеджи, чем менять любовные интересы, как перчатки. И вообще, она действительно вскружила мне голову, так что я не думаю, что другие девушки могут меня «отвлечь». — Какой-то ты скучный. Хёнджин знает, что это было сказано несерьёзно, но почему-то чувствует странный укол в груди. Он действительно кажется скучным со стороны? — Ладно, не дуйся. Каким бы ни был твой день рождения, я проведу его с тобой. Лицо Чхве вдруг становится очень серьёзным. Они стоят на автобусной остановке друг напротив друга и молча смотрят друг на друга. Через несколько секунд Хван медленно кивает, словно принимая поддержку друга. Дэян знает, что должен быть рядом в этот день, ведь остаться дома с родителями в свой день рождения для Хёнджина будет полнейшим адом. — Ладно. Спасибо. Чхве заходит в автобус и оттуда машет другу напоследок. Хван кивает и остаётся на месте ещё секунд на двадцать, наблюдая за тем, как транспорт уезжает и наконец пропадает из виду. Хёнджин медленным шагом направляется домой — ему трудно идти из-за тяжести на душе. Неужели он действительно проведёт свой день рождения с одним только Дэяном? Конечно, если бы Хёнджин год назад узнал о том, что свой следующий день рождения отпразднует с самым близким Интернет-другом, то был бы вне себя от счастья, но Хёнджин сейчас, уже привыкший к общению с Дэяном в реальной жизни, скорее предпочтёт свой день рождения год назад, где присутствовало несколько друзей из школы, в компании которых ему было комфортно и совсем не одиноко. Сейчас они почти не общаются, лишь иногда спрашивают друг друга, всё ли хорошо. Хёнджину кажется, что даже если очень сильно пытаться, то всё равно невозможно через переписку продолжить дружбу с тем, с кем познакомился вживую. И что-то коварное, глубоко в мыслях, подсказывает ему, что это точно так же работает и в обратную сторону. Но поспешных выводов и предположений он делать не будет. — Я дома!  Здесь нет смысла произносить эти слова. Когда родители слышат их от Хёнджина, то им в лучшем случае плевать. Но он ничего не может поделать с привычкой, которая осталась после жизни с тётей и дядей — людьми, которые два года назад приняли парня в свой дом с непомерной теплотой, хоть тогда практически не были знакомы с племянником. Сейчас Хван смотрит на обувь в прихожей и вздыхает — все дома. Он моет руки в ванной и быстрым шагом уходит в свою комнату, чтобы не попасться отцу на глаза, а то докопается. Как только парень заходит в свою спальню и закрывает дверь, то сразу же слышит мяуканье, больше похожее на писк. Йео спрыгивает с кровати и растягивается на полу перед хозяином, ожидая своей дневной дозы ласки. Хёнджин бросает школьную сумку на пол, снимает куртку и пиджак и присаживается на корточки, запуская руку в короткую шёрстку на пузе котёнка. — Умеешь ты поднять настроение. Спасибо. Хотя… ты же это даже не для меня делаешь. Ты эгоист, Йео. Но я тебе прощаю. Всё равно я буду делать всё, что тебе нужно. Ах да, ты ещё и манипулятор. Но не такой, как мои родители.

***

Домой Йеджи приходит лохматая, уставшая и с головной болью. Пятница — самый длинный школьный день на неделе по расписанию её класса. Сегодня с непривычки эта пятница выдалась ужасной. Девушка так хотела снова попасть на физкультуру, совмещённую с параллелью, но ей пришлось скучать на скамейке. А все остальные уроки после этого казались мучительно долгими. От постоянного шума загудели виски, а разговоры с друзьями уже не казались такими лёгкими и расслабляющими, как это бывает обычно. — Привет. Устала? — Мама с порога замечает состояние Йеджи, и та кивает. Снимает обувь и подходит ближе, чтобы получить свой поцелуй в лоб. — Будем чай пить? Девушка слабо улыбается: — Да, давай. Пока мама заваривает чай, Йеджи быстренько поднимается в свою комнату, оставляет там вещи и переодевается в комфортную домашнюю одежду, вздыхая от облегчения. Она даже и не замечала, как сильно ей мешал лифчик, пока не сняла его и не заметила на себе красноватые отметины. Она возвращается на кухню в своей любимой бежевой пижаме. Смывать макияж и приводить в порядок волосы девушка пока не стала — ей поскорее хочется сесть и отдохнуть. Иногда девушка задумывается, что зря принимает как должное свою нежную и любящую мать. Возможно, кто-то из её одноклассников сейчас выслушивает многочисленные вопросы про оценки или кидается делать домашние дела, пока Йеджи сидит с мамой за кухонным столом и молча пьёт чай, задрав одну ногу на стул, чтобы было удобнее. Обычно в такие моменты девушка не обращает внимание на телефон: от него тоже нужен отдых. Но сейчас, когда раздаётся тихий звон уведомления, Йеджи приходится приложить силы, чтобы не схватить гаджет в первую же секунду, ведь теперь ей есть от кого ждать сообщений… В итоге Хван не выдерживает и всё-таки берёт телефон в руки, и её лицо тут же озаряет довольная улыбка, а в животе порхают бабочки: это Хёнджин.  Йеджи открывает чат и видит свежие фотографии котёнка, на этот раз растянувшегося на коленях у парня. Она долго смотрит на фото, рассматривая то ли милого питомца, то ли руки Хёнджина, зарывшиеся в его мягкую шерсть. Ловит себя на мысли, что хотела бы сейчас оказаться на месте Йео. Чувства начинают выходить из-под контроля, и это пугает. — Что у тебя там? — интересуется мама, попивая чай. — Ты какая-то розовая. Йеджи так резко поднимает голову от телефона, что шея слегка хрустит. — Ай… Розовая? — Её глаза распахиваются широко. О нет, она не собирается рассказывать маме ни про каких мальчиков. Это слишком неловко. — Мне кажется, ты влюбилась, — спокойно замечает та, разгрызая орешек.  — Нет! — выпаливает девушка, резко кладя телефон на стол экраном вниз. Слишком много энтузиазма. Йеджи понимает, что симпатия становится всё более очевидной для матери, и это уже никуда не спрятать. — Ладно, ладно… Как хочешь. Йеджи несказанно рада, что мама не продолжает этот разговор, тактично закрыв тему. Девушке иногда кажется, что даже когда она вступит в полноценные серьёзные отношения, мама об этом ни за что не узнает, а если узнает, то это будет не по воле Йеджи. Только потом, когда они с партнёром уедут в какое-нибудь живописное место, она, так уж и быть, пошлёт маме письмо о том, что выходит замуж. В глубине души Хван понимает, что это не совсем правильно — она может рассказать маме многое, но тема любви всегда кажется какой-то слишком интимной. Это определённо надо преодолеть, но Йеджи будет заниматься этим явно не сейчас. Когда-нибудь потом. Когда придёт время. Допив свой чай и убрав посуду за собой, девушка берёт телефон и поднимается наверх, в комнату. Наконец-то пятница. Йеджи радуется этому, а потом вдруг осознаёт, что на самом деле для радости здесь нет особых поводов, и это счастливое чувство, возникшее за пару секунд до того, как включилась логика — лишь привычка. «Ура, пятница!» — обычная общественная установка. Для Йеджи же выходные означают бесконечное безделие и отсутствие удобных возможностей для встречи с Хёнджином. Девушка садится за стол, открывает блокнот и достаёт из школьного рюкзака простой карандаш. Заточенный грифель зависает в сантиметре от плотного акварельного листа. Она может начать рисовать человеческую фигуру, но точно знает, что не сумеет. Она может начать рисовать пейзаж, но заранее понимает,  каким он выйдет — кривым, непропорциональным, нереалистичным и не несущим в себе никакой особенной красоты; не потому что девушка не умеет её видеть, а потому что не умеет её изобразить. Найти в Интернете урок? Изучить теорию цвета, научиться пропорциям, перспективе, анатомии, работе с разными материалами? Ей совсем не хочется этого делать. Хочется ли ей рисовать? Ещё пару лет назад Йеджи могла с уверенностью назвать рисование своим основным хобби. В этом деле она преуспевала с детства. Однако в какой-то момент всё сломалось — желание что-то нарисовать никуда не исчезало, но в голове всё время висел вопрос о том, что именно хочется изобразить, и навязчивые мысли о том, что оно не получится таким, каким представляется, что любые линии в конечном итоге приведут к чему-то уродливому и бессмысленному. Рука начинает дрожать над бумагой. Девушка чувствует, что начинает сходить с ума. У этого пустого, унылого листа нет будущего. Там ничего не нарисуется, пока карандаш не коснётся поверхности, но Йеджи просто не может совершить это движение. На телефон приходит сообщение. Девушка тихо выдыхает и откладывает карандаш.

***

Хёнджин надеялся, что с помощью фотографий Йео сможет начать переписку, но Йеджи бросила его на «просмотрено». Неужели ради вежливости нельзя было ответить хотя бы смайликом? Он решает шутливо пристыдить её за это, чтобы заодно узнать, в настроении ли она вообще для разговоров.   вы: почему не отвечаешь? разве котик не милый?( . . йеджи: я видела и помилее . . вы: ЧТО? как ты можешь так говорить?? . . йеджи: я легко могу так говорить про тебя . . Кажется, она только что назвала его милым котиком. Хёнджин лежит с телефоном в руках, свернувшись калачиком на кровати, и смотрит на буквы на экране, думая, что ответить. Надо ли заострять внимание на очевидном подкате, или стоит просто продолжить разговор как ни в чём не бывало? вы: я пожалуй не буду на это отвечать . . йеджи: хорошо ответь на другое чем займёшься на выходных? . . Хёнджин задумывается. Он даже и не думал о том, что уже наступили выходные. Из-за всего произошедшего — встреча с Интернет-другом, неожиданное пересечение с девушкой из самолёта и странное знакомство с ней, появление котёнка — учебная неделя казалась бесконечной. Чем же он займётся? Взгляд цепляется за календарик. До дня рождения ещё две недели, готовиться рано, тем более праздновать он будет простенько, вдвоём с Дэяном. Два дня гнить в своей комнате, изредка выходя на кухню и в ванную, чтобы родители опять за что-нибудь зацепились? Ну уж нет. вы: хм может быть, гуляю с хван йеджи? . . йеджи: а йеджи об этом знает? . . вы: теперь да как думаешь, ей будет удобно завтра или в воскресенье? . . йеджи: в воскресенье она обычно делает домашку, так что, я думаю, она пошла бы гулять завтра, ближе к вечеру . . вы: хорошо!! . .