Тени прошлого

Утро. Прозвенел будильник. Может быть, из-за предвкушения, а может – от радости, я встала рано: выспавшаяся, в отличном настроении. На часах было 6:10. Я начала день с горячего чёрного чая, а затем собралась и на такси поехала в больницу. Врачи и медсёстры после ночной смены с облегчением уходили домой, а другие, наоборот, только приходили на дневную. Вежливо поздоровавшись со знакомыми лицами, я направилась в раздевалку, чтобы переодеться в медицинский халат. Мой первый белый халат. Халат работника. Меня радовало буквально всё. Спустя минут десять подошли остальные ребята, среди них – и Грета. Она с радостной улыбкой подошла ко мне, махая рукой в знак приветствия. Пока я собирала волосы в пучок, она заговорила своим нежным, взволнованным голосом: — Ух! Наконец-то этот день настал. Мне кажется, я прожила всю жизнь только ради этого момента. Я почти не спала всю ночь – так сильно ждала его. Кстати… — она окинула меня взглядом и улыбнулась ещё шире. — Тебе очень идёт медицинский халат. Прямо будто сшит специально для тебя. Я посмотрела на неё с теплом в глазах и мягко улыбнулась. — Спасибо, милая. Ты тоже переодевайся быстрее. Профессор говорил, что будет на третьем этаже. Когда мы подойдём, он даст нам первое задание – для нашего первого пациента. Она энергично кивнула и поспешила переодеться. Вскоре мы вдвоём направились к нужному кабинету. Профессор уже был там. Мы поздоровались, и он поздравил нас с первым днём практики, прежде чем объяснить наше первое задание. Нашим первым пациентом оказалась женщина среднего возраста. Она находилась в палате из-за незначительных проблем с желудком. Нам предстояло изучить её анализы, выяснить причину недомогания и предотвратить возможные осложнения. К середине дня наше радостное настроение исчезло полностью. С каждым часом мы сталкивались с пациентами, у которых были тяжёлые травмы, серьёзные болезни и сложные состояния. Смотреть на это было морально тяжело. Особенно – на детское отделение, где лежали дети без опекунов. Они сидели в одиночестве, рисовали, а иногда просто смотрели в окно пустым, отрешённым взглядом. После выполнения остальных заданий я зашла в палату к одному из таких детей. Это был маленький мальчик, лет четырёх или пяти. Он был совсем один. Как сказал врач, у него не было родителей. Сам ребёнок страдал генетическим заболеванием – муковисцидозом. Малыш сидел неподвижно, глядя в одну точку на стене. Он выглядел расстроенным, словно обиженным на судьбу, которая сыграла с ним жестокую шутку. Я тихо присела на стул рядом с кроватью. Сначала молчала – не хотела напугать его. Через несколько секунд он сам поднял голову и некоторое время смотрел на меня, прежде чем заговорить тихим, хриплым и слабым голосом: — Мне снова будут делать укол?.. В его глазах была усталость и грусть. Я слегка прочистила горло и ответила мягко: — Нет, не бойся. Я не за уколами. Мне сказали просто присмотреть за тобой. Как тебя зовут, маленький герой? — Каин… — Каин… — повторила я с улыбкой. — Какое красивое имя. Как ты себя чувствуешь? Всё хорошо? — Да… сейчас всё хорошо… От его выражения лица что-то внутри меня болезненно сжалось. Но я не показала этого – вместо этого тепло улыбнулась и взяла с прикроватного столика книгу со сказками. — Хочешь, я почитаю тебе сказку? Он всё ещё смотрел на меня с недоверием, но затем тихо вздохнул и кивнул. Я начала читать историю о маленьком мальчике-герое, который своей добротой и смелостью помогал окружающим и защищал слабых. Поначалу Каин сидел напряжённо, но где-то к середине рассказа он расслабился, улёгся на подушку и стал внимательно слушать каждое моё слово. Когда я дочитала сказку, слегка потянулась и снова посмотрела на него с тёплой улыбкой. — Ну как тебе? Понравилось? Если хочешь, я могу читать тебе сказки каждый вечер. Самые интересные. Будем дружить? Он слабо, но искренне улыбнулся и кивнул. Затем протянул руку и обхватил своим мизинцем мой мизинец — как дети обычно скрепляют обещания. Я просидела рядом с Каином почти до самой ночи: разговаривала с ним, помогала поужинать, а потом дождалась, пока он уснёт. Некоторое время я просто смотрела на его спокойное лицо с умиротворённым выражением. Именно в этот момент мимо открытой двери палаты прошли два врача. По голосам – мужчины. Их разговор я почти не слышала, но одно слово зацепилось в сознании: Ли. Один из них упомянул строгого врача, обращаясь к нему: «Доктор Ли». Скорее всего, они обсуждали какого-то холодного и требовательного специалиста. Но почему-то эта фамилия застряла у меня в голове, словно что-то давно забытое, неожиданно всплывшее из глубины памяти. Сердце снова странно сжалось в груди. Я утонула в мыслях. В этот момент в палату заглянула Грета – она уже закончила свои задания. Мы вместе вышли, переоделись, оставив халаты, и покинули больницу. На улице было темно и прохладно – осенний ветер пробирал до костей. Мы шли в сторону домов, спокойно обсуждая день, пациентов и пережитые эмоции. Каким бы тяжёлым он ни был – это был наш первый день. Особенный. Настоящий. Наши силуэты исчезли в тенях улицы, сопровождаемые тихим смехом над глупой шуткой. А в это время у входа в больницу стоял мужчина. Высокий, с подтянутой фигурой, в длинном чёрном пальто. В одной руке он держал портфель, в другой – ключи от машины. Он молча смотрел вслед уходящей Лайри. Смотрел долго. До тех пор, пока она полностью не исчезла из виду. Затем он сел в машину и уехал. Тоже растворившись во тьме.