вы еще помните что такое джен?

      Суен в тринадцатый раз щелкает по кружке с уже остывшим кофе. Сидящий напротив Докча потягивает уже четвертую своего, неуверенный, а стоит ли вообще что-то спрашивать.              Очередной пространный вздох, дополненный гортанным, полным недовольства, рычанием, исторгнутый уткнувшейся в колени подругой все-таки заставляет его принять это решение (а чего мы боялись?).              — Тебя… Что-то беспокоит?              Слова ощущались странно и крайне неуместно. Даже более неуместно, чем если бы он спросил это у Ким Намуна, а тому было кристаллически похуй даже на свою смерть. Хотя ладно, не ему судить…              — Да, блин!.. — вскинувшись, она стискивает кулаки, но замолкает чтоб подобрать слова. Докча смиренно ждет — подождал час, подождет еще.              Суен проводит по волосам и воровато смотрит в потолок.              — С тех пор, как ко мне вернулись воспоминания… Ну, о том, что я написала эту ху… Три способа выживания. Я никак не могу отделаться от мысли, что это я во всем виновата.              Докча осознанно игнорирует запинку и отставляет кофе в сторону.              — В чем?..              — Ну типа… — она неопределенно жестикулирует, — в том, что Ю Джунхек такой?              — Какой?              — М-мм… Еблан?              — Ого.              — Да.              Она наконец садится нормально и, прокашлявшись непонятно для чего, продолжает.              — Я мало что помню, это же было чертовски давно, окей? Но, примерно зная сюжет и стиль, могу сказать, что вряд-ли вообще думала, пока писала.              Кажется, ей, как писателю, почти неловко это говорить, поэтому она ищет поддержки у отражения в своей кружке. То зловеще расплывается от дуновения дыхания и не делает ничего полезного; приходится смириться.              — Типа, без шуток, у меня была ночь, чтобы выдать полноценную главу, зуб даю я даже не вспоминала события предыдущих! У меня не было времени, во-о-бще! Я, наверное, столько чуши там понаписала, современные нейросети такое не генерируют, — она почти синеет от отчаяния и падает лицом в стол.              Докча скрючивается на своем сиденье со сложным лицом.              — Да не было все настолько плохо.              — Реально?              — Ну-у, иногда я задумывался о том, почему некоторые моменты так много повторяются… И почему монологи порой такие странные… И почему события пропадают между главами, словно автор забыл, на чем закончил… Но, возможно, в силу возраста не понял, что так быть не должно. А потом просто привык, — он разводит руками.              — Класс. Приятно знать, что тебе не понравилось.              — Спасибо? — он не находит, что еще можно на это ответить.              Восстановив достоинство и человечность, Суен снова переходит в словесное наступление.              — Так вот, о чем это я. Абсолютно все в этом порождении дьявола едва ли продумано: предыстории нет, мотивации протагониста — удивительно, но тоже нет; все писалось наобум, без предварительного сценарного каркаса, каким образом оно вообще работает? К слову, сейчас без шуток, ответь, лорных конфликтов много было?              Докча, с умным видом кивавший все это время, впервые задумывается (ого).              — Вообще… нет? Не думаю. Нет. С лором все всегда было в порядке.              — О-о… — Суен искренне изумляется и, выпрямившись, лыбится, — Отлично, значит я действительно гений.              — Либо та Суен просто уже прошла сценарии и знала как устроен мир.              — Гений.              — Ладно.              — Мгм, и короче, все это выливается в итоге в то, что Джунхек катастрофически фригидная картонка, — они оба резко косятся в сторону двери, испытав внезапное желание удостовериться в отсутствии нарушений своей (не особо качественной; все же пробить стену или подслушать навыком могло большинство воплощений) изоляции, а после продолжают, — Даже стенды с Дилюком из ТЦ более выразительные, чем этот хер.              Докче хочется открыть рот, чтоб сказать хоть что-нибудь в защиту подсудимого, но он не успевает; размашисто экспрессируя руками, Суен сбивает на пол свою кружку.              — И, я так подумала, и поняла, что фактически, у той версии меня же уже было представление о Ю Джунхеке, она же с ним, там, общалась, насколько его состояние это позволяло… — она брезгливо отворачивается, — но он уже был неизлечимо болен башкой и плюс, я его не уважаю. Так и скажи мне, насколько по твоему адекватно я могла бы воссоздать его персонажа в тексте, если помимо упомянутого, мне еще и на качество было похуй плюс похуй, плюс пошел нахер?              Повисает загадочная тишина, в которой Суен в ожидании смотрит на собеседника, а Докча впервые понимает всех тех комментаторов, что закидали хейтом его рекомендацию Трех способов на платформе. Ну, в достаточной степени.              — Хочешь сказать… Что он, типа, неполноценный?..              Суен тычет ему в лицо, сложив руки в «пистолеты».              — Бинго! Опустим тот момент, что у него нет родителей. Страннее вот что, ты хоть раз слышал чтоб он понятно и развернуто изъяснялся? Не может же быть такого, что за все это время ему бы ни разу не пришлось. — Она корчит полное ужаса лицо, подавшись чуть вперед, — что, если это из-за того, насколько плохо я прописала диалоги?              Она отстраняется и делает напряженный вдох. Докча понимает, почему не хотел начинать с ней разговор.              — Или тот факт, что он не смог вернуться к геймингу после сценариев. Возможно это и правда просто проблема скилла, но вдруг это случилось из-за того, что я нихрена не понимаю в играх и даже не пыталась продумывать эту его черту при написании? Бля, у него есть память о навыке, но нет навыка, какая же это херня!              — Н-нет, подожди, нельзя об этом наверняка говорить, в конце концов, он же такой же живой человек… теперь, — Докча пытается восстановить справедливость и привести хоть что-то в пользу возможного отсутствия проблемы. — В равной степени вероятно, что он был создан таким, какой он есть и твое описание в новелле — лишь твое видение и никак не сказывается на нем.              — Вот! — она снова тычет в него пальцем, — Создан таким! Каким? Он абсолютно бредовый!              — Да в каком месте?              — В любом! Где ты вообще видел таких горячих геймеров, они же все страшные, как черти! — На прилагательном она яростно ударяет кулаком по столу, — это, блять, максимум клише из днищенских слэш новелл. Не может человек от природы быть чистым натуралом со смазливым личиком и при этом антисоциальным геймером.              Докча массирует переносицу двумя пальцами и пытается устаканить полученную дозу в голове.              — Я, в общем, понял что ты имеешь ввиду, но хочу уточнить. Чистым… Кем?              Суен смотрит на друга, как на имбецила, коим в целом его и считает, но не скажет.              — Натуралом. — Лицо Докчи не озаряется прозрением и ей почти стыдно, что приходится объяснять, — Это про конституцию тела. Подразумевает склонность к спортивной внешности и крупному телосложению. А не к тому, что ты подумал.              Она отводит взгляд и придирчиво чешет подбородок.              — Хотя об этом я вообще не знаю, не то чтобы это было важно для сюжета.              «Слава богу», думает Докча. Не потому что, не натурал, а потому что еще и ориентацию объекта симперства обсуждать он бы точно не выдержал. Это же любимый краш, как можно! Он же наверняка и с женщиной не возлежал еще, и за руки не держался…              — Ты в курсе, что я умею читать мысли?              — Правда?              — Нет, но конституция твоего ебала имеет склонность к наличию субтитров.              Она встает из-за стола, потягивается, хрустя всеми суставами, кроме чужих (а так хотелось), и, вляпавшись ногой в разлитый ранее кофе, шипит и матерится.              — Пойду, обсужу с этим бедолагой его потенциальный аутизм, короче, — бросает она, по дороге до двери стягивая мокрый носок.              — Он сейчас полирует меч на улице, лучше не надо, — Докча приосанивается с видом профессионала в области.              — А когда он, блять, этого не делает? Он же хуево прописанный НПС, у него других занятий и нет.              И хлопает дверью. Докча еще какое-то время слышит, как ритмично шлепает по полу ее одна босая нога. А потом не слышит. Ну и ладно.              Он выглядывает в окно — полураздетый Ю Джунхек в самом деле полирует меч в кузнице при комплексе. Неподалеку носится кругами Ли Джихе — черт знает, наказание у нее это такое, тренировка, или ей просто тоже нравится бегать вокруг Ю Джунхека.              В целом, это неважно, ведь Докча вознамерен пойти и заняться тем же самым.