y e s, sure

— Ты мой? Она проговорила это с придыханием, смотря в его шоколадные глаза с немым вопросом. Так тихо и так отчаянно цепляясь за его ответ, перебирая пальцами ворот рубашки. Шёл чёртов седьмой курс, разбивающий их сердца. — Да, моя королева. Его ответ запечатан на её губах: он прижался к ним, будто хотел испить все соки мира разом. Ди клялась, что никогда не забудет этот момент. *** Поттер разъяснял что-то Джинни Уизли, пока Джастин Финч-Флечли (высокий пуффендуец с небрежно уложенными волосами) настойчиво пытался пригласить Малфой на свидание. — Не стоит, — она отмахивалась, стоя рядом с двумя гриффиндоцами и противным Джастином, — я не приму твоё приглашение. — Почему? У тебя есть парень? — казалось, Джастин искренне не верил, что такая как Малфой могла быть занята. А наглости пуффендуйцу было не занимать: четвёртый подкат за неделю и очередная попытка Дианы вежливо распрощаться с идиотом. — Допустим. — И кто же он? — сложив руки в замок, пуффендуец мягко усмехнулся. Поттер и Уизли подняли головы от тарелкой и с любопытством наблюдали, как подруга пыталась выкрутиться из сложившейся ситуации. Негромкий кашель позади Джастина, быстрое заклятье и вот уже настырный тип хватается за свой нос. — Да, Диана в отношениях. А тебе следует обратиться к мадам Помфри, если не хочешь выглядеть как страшная версия Лорда, — ледяной тон Нотта заставил Джинни вздрогнуть. Не зря его считали принцем едва ли не с первых курсов: он знал себе цену, добивался всего, чего только мог захотеть. А сейчас выступил в роли защитника Малфой. Джинни хмыкнула, кивком указывая Гарри на этих двоих. Забавно, если учесть, что Поттер был не первый год влюблён в Диану. Она это знала, но ничего иного между ними не было и быть не могло. Малфой слишком добрая к ним, хоть и играет за противоположную команду. Делить поле для квиддича приходится, общаться вне игр — также. Нотт что-то шепнула Диане на ухо, Малфой попрощалась с двумя друзьями и скрылась из виду, покидая Большой Зал. Джинни внезапно захотелось треснуть Поттера по голове: шесть лет их дружбы, несколько из них — её глупые, неразделённые чувства. Она не хотела больше страдать, и пример Дианы в чём-то вдохновил её: отсев от грустного Поттера подальше, Джинни нашла лист пергамента и перо, быстро сочинила несколько строк и отправила послание Блейзу. Забини поднял глаза на рыжеволосую бестию, отвечая кивком. Свиданию быть. И пока Джинни стремилась избавиться от своей привязанности к Избранному, Диана не знала, как поговорить с Тео. Её самым близким человеком. Тем, кто был с ней в тяжёлые периоды, когда болела Нарцисса, а у отца были проблемы с законом. Когда Ди плакала от бессилия в женском туалете плаксы Миртл, и Нотт был первым, кто нашёл её. Когда она получила письмо от родных три дня назад, и не знала, какое решение необходимо принять. Спасти их капитал и согласиться на брак с младшим Мальсибером? Это было требованием родных. Ди мялась, не находя себе места. В её голове вспыхнули фрагменты последней межфакультетской вечеринки, когда к ней не пытался пристать только ленивый. Конечно, крепкий алкоголь делал своё дело, но Малфой шарахались от липнущих и мерзких сокурсников, отшив даже не такого неприятного Поттера. Всё было не тем! И лучше бы Избранный открыл свои глаза, замечая Джинни. Уизли была наименее противной из всех девчонок, и едва ли не единственной, кого Диана уважала. Перед ней появилось лицо Джин как из дымки: и извечный совет рыжей — «следуй за своим сердцем». До безумия банально, но так важно, ведь Диана смотрела на ничего не понимающего Нотта. Может, он уже решил, что она порвёт с ним или нашла другой вариант, в лице того же Поттера. Ди чувствовала, как Тео ревнует её, что одновременно пугало и заводило её. Всплески эмоций перерастали в долгие поцелуи и они однажды практически перешли черту. Её страх был в ином: она не хотела привязаться достаточно сильно, чтобы потерять Нотта. — Я люблю тебя, Ди. Ты можешь сказать мне всё, — он прервал их долгое молчание, нежно проводя пальцами по её плечами. Внутри Малфой что-то рухнуло: она не могла игнорировать его глаза. Те, в которые ни раз смотрела за безмолвной поддержкой. Те, в которых пылала любовь к ней. Кажется, решение было принято?.. — Я выбираю тебя, — он не понял, к чему она, пока блондинка не втянула его в объятья. Ей предстояли проблемы с родными, ещё несколько месяцев учёбы с некоторыми идиотами, которые не любили отказов. Послевоенное время за два прошедших года давало о себе знать: репутация Малфой не пострадала, а наоборот — стала лишь лучше. Поттер, Грейнджер и Рональд заботились об этом, помня, как Ди помогла с информацией о крестражах. Малфой практически восемнадцать и она хотела простого: любить. И быть любимой, ощущая заполняющее душу счастье каждой клеточкой тела. Быть именно с Тео.