Часть 8

Хосок открыл глаза и сфокусировался на белом потолке, пока не стал его четко видеть. Затем он огляделся, убеждаясь, что находится в палате и после этого его взгляд упал на голову, которая мирно посапывала у него на руке. Черные волосы колечками завивались на кончиках и спадали на лицо т/и. Студент улыбнулся и, протянув руку, осторожно убрал прядки, после чего нежно погладил по щеке любимой. Та завозилась и открыла свои сонные глазки, а затем взглянула на парня. — Хо, ты очнулся, — обрадовалась она, крепче сжимая его руку. — Как ты себя чувствуешь? — Нормально, — ответил тот. — По крайней мере шевелиться не больно. — Как же я рада, что ты жив! Ты не представляешь, как я испугалась за тебя. Из глаз музыкантши потекли слезы, и она потерлась щекой о ладонь Хосока. Тот большим пальцем стер влажную дорожку, а другой рукой погладил ее по волосам. — Не плачь, милая, — сказал он. — Все хорошо. Лучше расскажи, ты нашла Лису? — Да, она пряталась в доме своего дяди, — ответила та. — Ты убила ее? — Хо, давай не будем об этом. Тебе нельзя волноваться. — Просто ответь: да или нет? — Да. — Надеюсь, ты там была не одна? — Нет, со мной был Чон. — Так вы помирились? — Не совсем, но я правда благодарна ему за помощь. — Т/и, я был просто счастлив, если бы ты простила своего брата, ведь это так прекрасно, когда у тебя есть такая замечательная семья. — Ты — моя семья и большего мне не нужно. — Но Чонгук — мой лучший друг и я не хочу, чтобы вы оставались врагами. Ну, пожалуйста, ради меня. — Ну, хорошо, я не буду больше на него обижаться, но сестринских обнимашек от меня не жди. — Т/и, ты такая милая, я так сильно люблю тебя. — А я тебя гораздо больше. Хосоку потребовалось два месяца, чтобы полностью восстановить здоровье, а затем еще столько же, чтобы наверстать упущенное в универе. Радовало то, что т/и всегда была рядом и помогала во всем, даже Чонгук подключился к подготовке друга к выпускным экзаменам. Никогда еще студент не чувствовал себя таким счастливым, ведь его окружили заботой самые дорогие люди. Огорчало лишь то, что ему предстоял серьезный разговор с отцом, потому как сын не хотел наследовать его бизнес и знал, что это сильно расстроит родителя. Однако т/и поддержала его и пообещала, что они вместе постараются убедить мужчину в правильности решения парня. После того, как Гук и Хо получили свои дипломы, Джин подготовил им сюрприз в виде вечеринки на прогулочном теплоходе. Туда позвали всех близких друзей выпускников, а охрану доверили самым преданным телохранителям. Тэхён и Донмин были освобождены от этой работы, потому как составляли компанию своим хозяевам. Бывший бармен решил вспомнить свои прошлые навыки и приготовил для всех индивидуальные коктейли. Пока все наслаждались напитками, т/и подошла к микрофону и, взяв гитару, сказала: — Прошу минутку внимания. Я написала новую песню и хочу посвятить ее одному очень важному для меня человеку, которому навсегда отдала свое сердце. — О, Хо, это она про тебя, — сказал Джин, похлопав его по плечу. Музыкантша прошлась по струнам и ее нежный голос опьянил присутствующих не хуже алкоголя. Песня и правда вышла потрясающей, наполненной чувствами, поэтому всем она пришлась по душе. Хосок смотрел на младшую наследницу с такой любовью, что слезы счастья сами выступили на глаза. После того, как смолк последний аккорд, т/и положила гитару и подошла к своему парню. Не нужно было слов, чтобы понять, что творилось у каждого на душе, ведь все их чувства отражались в глазах. Девушка взяла в свои ладони лицо парня и нежно поцеловала его в губы. Хо обнял ее за талию и углубил поцелуй, ни капли, не смутившись даже в тот момент, когда все радостно зашумели. Тэхён с Чонгуком выпили на брудершафт и тоже слились в нежном поцелуе. Джин крепко обнял Дженни со спины и поцеловал ее в висок. Девушка была пунцовой от стеснения, ведь они впервые показали всем свои отношения, поэтому старший наследник не стал стеснять ее еще больше откровенным поцелуем. Эту трогательную и романтичную атмосферу украсил праздничный салют, под который все чокались бокалами и загадывали желания. Однако веселье осталось позади и наступил тот день, когда нужно было решительно отстоять свои права на личную жизнь перед отцом. Хосок сильно переживал по этому поводу, ведь он никогда еще не выступал против воли родителя. В принципе у них были хорошие отношения, и сын не хотел их портить, но он также сильно желал быть с любимой, а это могло не понравиться его отцу. Т/и всю дорогу держала парня за руку и говорила подбадривающие слова, но каково же было их удивление, когда, войдя в дом, они увидели своих отцов, сидящих за столом и распивающих виски. — Папа? — удивленно захлопал глазами Хосок, позабыв все слова, что хотел ему сказать. — Здравствуй, сын, — улыбаясь, ответил тот. — Как видишь, я тут не один, поэтому прояви уважение. — О, простите. Здравствуйте, господин Чон. — Здравствуй, Хосок, — добродушно кивнул тот. — Отец, а что ты тут делаешь? — спросила т/и. — Приехал навестить друга, а что? — Как-то подозрительно, что ты это сделал именно сегодня. Джин проболтался? — Не вини брата, ведь он так сильно любит тебя, что прям-таки умолял помочь. — Блин. — Эмм, все это интересно, но может, объясните, что происходит? — спросил Хо. — Сын, после того, как ты начал встречаться с т/и, я понял, что ты не захочешь наследовать мой бизнес, — начал его отец. — Не скрою, меня это расстроило, ведь других сыновей у меня нет. — Папа… — Подожди. Однако, после того, как она два раза тебя спасла от смерти, я также понял, что никакие деньги не заменят мне родного сына. Поэтому я решил в будущем передать бизнес господину Чону, но проценты с него будут капать на твой счет. — О, папа, — и сын кинулся в объятия родителю. — Ты правда не сердишься на меня? — Как я могу, ведь ты — мой единственный ребенок и твое счастье для меня превыше всего. — Ну, что, дружище, — сказал отец т/и, поднимая бокал. — Думаю, нам стоит отметить это дело. После того, как все деловые вопросы были решены, музыкантша повезла своего парня на романтическую прогулку. Они давно уже покинули пределы города и остановились у ворот какой-то фермы. Девушка повела Хосока внутрь и попросила его подождать возле загона. Минут через десять она стремительно ворвалась туда на черном жеребце и, лихо описав круг, остановилась возле обалдевшего парня. — Т/и, это просто потрясающе! — восторженно выдохнул тот. — Подожди, я хочу сфоткать тебя. Хосок достал телефон и сделал несколько удачных снимков, а затем включил видео и попросил еще немного покататься на коне. — Блин, ты так сексуально смотришься верхом, — восхищенно сказал он, глядя на младшую наследницу. Она улыбнулась в ответ и протянула руку. — Чего? — не понял тот. — Залезай, — ответила т/и. — Ой, думаю, это плохая идея. — Да ладно, тут нет ничего сложного. Я помогу тебе освоиться. Парень с опаской посмотрел сначала на коня, потом на свою девушку, а затем осторожно схватившись за ее руку, забрался в седло. Музыкантша одной рукой обхватила его за талию, а другой взяла поводья и толкнула коня ногами по бокам, заставляя того двигаться вперед. Хосок от страха вцепился в края седла, но младшая наследница его успокоила, осыпав ухо и шею нежными поцелуями. Как только они выехали из загона, т/и пустила жеребца легким бегом так, что им обоим пришлось двигаться ему в такт. Такая близость и адреналин от скачки сильно возбудили Хо и он, откинув голову на плечо музыкантши, оторвал одну руку от седла и обнял ее за шею. Младшая наследница остановилась возле стога сена и, спрыгнув с жеребца, помогла спуститься своему парню, а затем притянула его к себе. Их губы слились в нежном поцелуе, который вскоре перерос в неудержимую страсть. Т/и вынула из дорожной сумки, прикрепленной к седлу, большое покрывало и расстелила его на мягкую поверхность сена. Легонько шлепнув коня по боку, она отправила его пастись на луг, а сама улеглась рядом со своим любимым. Музыкантша расстегнула его рубашку и губами проложила влажную дорожку от шеи до затвердевших сосков. Пульс Хосока зашкаливал от нахлынувшего возбуждения, и он помог своей девушке снять куртку с футболкой, а затем принялся за ремень на ее джинсах. Однако т/и спустилась ниже, оставляя засосы на животе и попутно расстегивая ширинку. Она стянула с него штаны вместе с боксерами и, раздвинув его ноги, принялась языком ласкать возбужденный член. Тело Хо соблазнительно извивалось от чувственных прикосновений, а его стоны усиливались по мере нарастающего возбуждения. Однако на этот раз он не захотел быть снизу, поэтому притянув к себе девушку перевернул на спину. Освободив ее от лифчика, парень с жадностью приник губами к затвердевшим соскам, попутно лаская пальцами уже влажную промежность. Достав из кармана штанов пачку с презервативами, он надел один на свой член и сильно толкнулся в узкую дырочку. Т/и прогнулась, томно выдохнув, а затем обвила ногами поясницу Хосока, крепко прижимая его к себе. Чувственные стоны стали громче, как только парень ускорил движения, а затем наклонился, ловя губы любимой. Он языком дразнил ее, еще больше возбуждая и она не стала сдерживать себя, поэтому сама углубила поцелуй. Волна экстаза накрыла девушку с головой, заставляя задыхаться и от наслаждения она впилась маленькими ноготочками в спину парня. Тот ускорился и через несколько секунд кончил в презерватив, крепко прижимаясь к ее промежности. Он лег на музыкантшу, опираясь локтями о мягкую поверхность покрывала и пытаясь отдышаться, упивался звуками бешеного ритма любимого сердца. Голубое небо, изумрудная трава и нежные объятия довершали момент счастья и как оказалось, сюрпризы на этом не закончились. Хосок потянулся за курткой и достал из кармана бархатную коробочку с парными кольцами, а затем сказал: — Т/и, я хочу, чтобы мы всегда были вместе. Как думаешь, это возможно? — Ты сейчас делаешь мне предложение? — удивилась она. — Блин, я умею только влипать в различные неприятности и доставлять тебе хлопоты, но не могу красиво признаться в чувствах. Просто ответь, ты согласна быть со мною всю оставшуюся жизнь? — Хо, ну, конечно да! Младшей наследнице понадобился месяц, чтобы уладить деловые вопросы со своими менеджерами и перенести студию на Мальдивы, где она приобрела уютное бунгало. Теплое солнце, золотой песок и лазурные воды океана — все, что нужно для беззаботной жизни двух влюбленных. Вскоре их соседом стал Джин, который привез с собой Дженни. Теперь у Хосока появилась компания, с которой он мог часами смотреть сериалы, пока т/и работала в студии. Она решила стать продюсером и писать песни для других, что пошло только на пользу семейному бюджету. В один из теплых дней, когда парочки нежились на шезлонгах возле воды, попивая прохладные напитки, к ним нагрянули гости. Две высокие стройные фигуры в шортах и футболках не спеша шли босиком по линии прибоя. По мере их приближения угадывались черты Чонгука и его парня, Тэхёна. Увидев их, Джин поднял солнечные очки на лоб и округлил глаза от удивления, но в отличии от него, т/и недовольно взглянула на брата. Парочка остановилась в нескольких шагах от отдыхающих и только Хосок с радостью кинулся обнимать своих друзей. — Гук, Тэ! — воскликнул он. — Как же я рад вас видеть! — И я тебя, дружище! — расплылся в улыбке средний наследник. — Джин, об этом сюрпризе ты говорил? Это просто здорово! — Вообще-то нет, — ответил тот. — Твоих рук дело? — спросила т/и, глядя на старшего брата. — Да говорю же, я понятия не имею, как они тут оказались! Гук, как ты узнал об этом месте? — Это я ему рассказала, — ответила смущенно Дженни, и сестра с братом недоуменно уставились на нее. — Ну, а что? Я подумала, было бы неплохо собраться всем вместе и отметить день рождения т/и. — Блин, я планировал совсем другой сюрприз, — возмутился Джин. — Какая у меня радушная семья, — сказал Чонгук. — Что совсем никто не рад меня видеть? — Ну, о чем ты, друг, я очень рад, — сказал Хосок. — Фух, прям от души отлегло. — На самом деле твои родные тоже рады, только пока еще не поняли этого. — Оно и видно, свалился как снег на голову. — Вот точно подмечено, — сказал старший наследник. — Здесь снега совсем не бывает. Компания еще немного пообщалась, затем искупалась, дурачась в воде, а когда стемнело, пошли к дому Хо и т/и, где их уже ждал накрытый стол. Джин включил гирлянды, развешенные на деревьях, создавая романтическую атмосферу. Непринужденные беседы, поздравительные тосты и веселый смех не смолкали до поздней ночи. Захмелевшие парни устроили дискотеку, а именинница как всегда спела под гитару несколько новых песен. Когда Хосок танцевал вместе с Джином, Дженни и Тэхёном, Чонгук подсел к младшей сестре, и положив руку на плечо, сказал: — Т/и, прости меня. — Воу, метеорит, что ли на Землю падает? — удивилась та, разглядывая звездное небо. — Я серьезно. Джин рассказал мне о твоей обиде. Поверь, если бы я знал тогда о твоих чувствах к тому телохранителю, то не стал трогать его. Признаю, я всегда завидовал твоей ловкости и быстроте, но никогда не желал причинить тебе боль. — Все в прошлом, Чон. Мы больше не соперники. — Нет, мне важно, чтобы ты простила меня. Давай с этого дня зароем топор войны и будем обычными братом с сестрой, что скажешь? — Скажу, что ты — большая заноза в моей заднице, от которой мне, по всей видимости, никогда не избавиться. — Это значит, я прощен? — Давай выпьем и забудем о прошлом. — Согласен! С днем рождения, сестренка. Улыбнувшись, Гук притянул к себе девушку за голову и уперся своим лбом в ее лоб, после чего они чокнулись бокалами и выпили их содержимое до дна. Счастью Хо не было предела, глядя на примирившихся родственников и когда он пригласил музыкантшу на танец, заискивающе спросил: — Ты не обижаешься на Дженни? — Нет, ведь она сделала это из хороших побуждений, — ответила та. — Знаешь, я даже ей благодарна за это, ибо после разговора с Чоном на душе стало легче. — Здорово, значит, ты и на меня не будешь обижаться, потому как это я ее попросил найти способ помирить вас. — Вот же, хитрюга! Ну, серьезно. — Ты точно не сердишься на меня? — Как я могу сердиться на того, кто заботится о моем сердце? Хо, спасибо тебе за все. Я так сильно люблю тебя. — А я тебя в сто тысяч раз больше. — А вот и нет! — толкнул их своим задом Джин. — Никто не может любить вас всех сильнее меня!