Эксперимент

***

Донни — голос Лео звучал твёрдо, но в нём слышалось напряжение. — Мне нужна твоя помощь. Из-за стола с чертежами и пробирками Донателло неохотно поднял взгляд. В его руках поблёскивала отвёртка, а рядом тикал какой-то механизм. — Если это ещё одна просьба о тренировочном роботе или новом клинке, то… — начал он, но заметил, что Лео стоит прямо, сжатый, будто готовый к бою, и закончил осторожно: — …что-то серьёзное? — Серьёзнее некуда — выдохнул Лео. — Я хочу, чтобы ты попробовал превратить меня в человека. Превратить тебя в кого?!-эмоционально в своей манере переспросил Донни. За ним вслед в разговор вмешался Микки. — Подожди-подожди! — он вскочил, раскинув руки. — Ты серьёзно? Человека? Типа… с носом, ушами и… волосами? Бро, это ж дико! — Донни, прошу — голос Лео звучал серьёзнее, чем обычно. — Мне нужно это. — "Нужно"? Ты понимаешь, что просишь меня, да? Это не бутерброд с сыром, Лео. Это эксперимент, формулы, нестабильные реакции. Всё может пойти не так.Для чего тебе это стало нужно? Лео выдержал его взгляд. — Я хочу… дать Карай нормальную жизнь. Она… заслуживает рядом с собой человека, а не… монстра-он понял,что сказал и сразу добавил-Извините,я не это имел ввиду. Эти слова задели Рафа, но он только фыркнул, отводя глаза. — Ты не монстр, брат. Но если ты сам так о себе думаешь — ничего тебе не поможет. Микки, жуя пиццу, встрял: — Представьте, Лео на свидании! Рука об руку, мороженка, парк… и никто не орёт: «Ааа, мутант!» — Он драматично всплеснул руками. — Романтика! — Это не смешно, — тихо сказал Лео. Он сел рядом с Донни, чуть пригнувшись. — Послушай…Разве ты  на моём месте бы не рискнул, зная, что мог бы быть с Эйприл,чтобы вы были вместе,как нормальная пара? Донни замер, сжал губы. — Это другое. — Нет, то же самое — упрямо перебил Лео.-Ты как никто другой можешь понять,что я чувствую,брат. Повисла пауза. Даже Раф перестал ухмыляться. — Чёрт — Донни потер висок. — Ты умеешь бить в самое слабое место, братец. Ладно… Я попробую. Но если что-то пойдёт не так — это на твоей совести. Лаборатория была наполнена мерцанием колб, жужжанием приборов и характерным запахом реагентов.Донни расставил пробирки, колбы и капсулы, каждая из которых тихо булькала. — Формула соединяет мутаген с ДНК-моделирующими элементами — бормотал он, больше себе, чем остальным. — Теоретически она должна восстановить утраченное в процессе мутации… но это вилами по воде.Формула нестабильна. Эффект может оказаться временным. Или опасным. — Сколько «временным»? — уточнил Лео. — Может, час. Может, сутки. Может, пять минут. — Донни пожал плечами. Майки прикусил губу, заметно встревоженный: — Бро, если у тебя вырастут… не знаю… два носа и хвост, Карай точно сбежит. — Спасибо, Микки — пробормотал Лео, но в его взгляде мелькнула тень улыбки. — Последний шанс передумать — пробормотал Донни, настраивая оборудование. — Я не передумаю — твёрдо ответил Лео и сел в кресло для опыта. Рафаэль присвистнул: — Ну держись, брат. Если у тебя появятся прыщи, не жалуйся. Микки подпрыгивал рядом, снимая всё на камеру: — Легендарный момент! Лео становится… Лео-человеком! — Микки, убери! — рявкнул Донни. — Никаких камер! Донни впрыснул в шприц ярко светящуюся жидкость, медленно подходя к нему.Лео не успел даже задуматься,как игла коснулась кожи, и по венам разлилось жгучее пламя. Он едва успел вдохнуть, как огонь обрушился на всё тело. Мышцы свело, будто их скручивали невидимыми тисками. Он стиснул зубы так сильно, что скулы заныли, и всё же из груди вырвался сдавленный хрип. Каждая кость внутри трещала и тянулась, словно кто-то ломал и перекраивал его заново. Рёбра сдавили грудь, дыхание стало рваным, будто лёгкие не успевали привыкнуть к новой форме. Панцирь на спине заходил мелкой дрожью и начал плавиться, исчезать, словно растворяясь в коже. Лео ощущал, как тяжесть, сопровождавшая его всю жизнь, медленно уходит, оставляя пустоту, от которой кружилась голова. — Получается… — прошептал Донни, не веря своим глазам. Пальцы вытягивались, кости ломались и собирались вновь. Три крепких когтистых отростка превратились в пять длинных, живых и хрупких пальцев. Лео вздрогнул, когда впервые почувствовал прохладный металл кушетки мягкой подушечкой кожи. Кожа менялась медленно, но неумолимо. Зеленоватый оттенок сползал, как смывающаяся краска, обнажая под ним мягкий, тёплый, человеческий тон. Лео открыл глаза и с ужасом заметил, как его привычный цвет исчезает прямо у него на руках, уступая место новому. Лицо он чувствовал так, словно кто-то лепил его заново: челюсть тянуло, скулы заострялись, нос стал тоньше и прямее. Язык неловко коснулся зубов они уже были не острыми, как раньше, а ровными, человеческими. Огонь в венах постепенно угасал, уступая место гулкой слабости. Лео тяжело вдохнул. — Ого— Микки замер. — Ты теперь… красавчик! —Теперь ты не такой уродец - пробормотал Раф. Донни снял очки и устало выдохнул: — Ну… пока что. Эффект временный. Я предупреждал. Лео медленно поднялся с кресла, пальцы дрожали. Он почти не слышал, как Донни что-то возбуждённо говорил за спиной, как Раф бурчал, а Микки восторженно ахал. Всё это сливалось в один гул.Он подошёл к зеркалу,сняв с лица синюю маску. Держал её в руках, глядя на себя нового, чужого и такого знакомого. Сделав шаг, он осторожно дотронулся до лица. Под пальцами не было больше привычной шероховатой кожи — только мягкая, теплая человеческая. Лео моргнул — и сердце забилось сильнее. Из зеркала на него смотрел юноша. Голубые глаза остались прежними — такие же яркие, чистые и пронзительные, словно два куска льда в ночи. Но теперь они были обрамлены тёмными, чуть удлинёнными ресницами и выразительными бровями. Лицо оказалось мягким и в то же время резким: прямой нос, чёткая линия скул, лёгкий изгиб губ,чуть вытянутая форма глаз.Чёрные волосы — густые, прямые, немного небрежные — падали ему на лоб, закрывая часть взгляда, и он тут же неловко откинул их рукой. Он коснулся губ — они были сухие и живые, а не твёрдые, как раньше. Провёл пальцами по подбородку, по щекам — никаких шрамов, только гладкость, новая, непривычная, почти пугающая. У него были человеческие руки. Он медленно поднял их и снова посмотрел на отражение -высокое и крепкое тело, новая кожа, длинные пальцы,подвижные, с ногтями. Он медленно сжал и разжал ладонь, словно проверяя, что это действительно он.Каждый вдох отдавался странной лёгкостью, будто он был заново рождён. — Это… я? — выдохнул он почти шёпотом, не отводя глаз от зеркала. Лео, всё ещё ошарашенный, опустил взгляд ниже живота… и тут же резко распахнул глаза шире. — Э… — он покраснел, попятился, — это тоже… моё?.. Донни, предугадав момент, мгновенно подбежал и накинул на него лабораторный халат. Раф ухмыльнулся, но буркнул: — Да уж, теперь у нас не только брат, но и… мужик. — Ну-ну — хмыкнул Донни, поправляя очки — это лишь побочный эффект. А Микки снова прыснул: — Побочный эффект — это когда растёт третья рука. А это, братишка, — джекпот! — Так! — резко сказал Донни, поправляя полы халата. — Смотрим строго выше пояса! Научный интерес удовлетворишь позже, ладно? — Донни — сказал он тихо. — Спасибо.