Часть 20 Крик что едва не лишил наследника

Палата. Уже заметный живот Анастасии выделялся под лёгким платьем. Она сидела у окна, читала молитвенник. Иван вошёл, нахмуренный, тяжёлой поступью. Иван (резко): – Опять? Опять с кем ты вчера разговаривала так долго? Я видел, как боярин поклонился тебе и задержал взгляд! Анастасия (устало, прикрывая глаза): – Ваня… это был простой поклон, уважение к Царице… Ты ревнуешь меня к каждому шагу! Иван (повышая голос): – Ты думаешь, я слепой? Думаешь, я не вижу, как смотрят на тебя?! Анастасия (вскочила, но голос дрожал от ярости): – Да хватит же! Сколько можно? Ты губишь и меня, и себя этой ревностью! Я твоя жена, я тебя люблю, я ношу твоего ребёнка! Что ещё тебе нужно, Иван?! Она закричала слишком громко, с надрывом. Вдруг лицо её исказилось от боли, она схватилась за живот и согнулась пополам. Анастасия (стонет): – А-а-ай… Ваня… боль… Маска гнева тут же исчезла с лица царя. Иван (испуганно, почти умоляюще): – Настенька! Что с тобой?! Господи, только не это! Он кинулся к ней, подхватил на руки, будто перышко, и понёс к постели. Положил осторожно, но она стонала, держась за живот. Иван (кричит в дверь): – Служанка! Быстро повитуху! Сейчас же! Вбежала служанка, за ней повитуха с сундуком. Женщина подбежала, осмотрела Анастасию, приложила руку к животу, нахмурилась. Повитуха (строго, к Ивану): – Государь, нельзя ей ни криков, ни ссор! Нельзя ни одного волнения! Она может потерять дитя! Вы сами губите своего наследника, если будете так обращаться с ней! Иван замер, словно ударенный. Его глаза расширились, он шагнул назад, обхватил голову руками. Иван (шёпотом): – Я… я мог убить сына… Повитуха (резко): – Запомните, Государь. Ей покой нужен, тепло, молитва. И никакого гнева в её присутствии. Иначе Божий дар будет потерян. Служанки налили горячую ванну с травами. Анастасию осторожно уложили в воду, и она немного расслабилась, дыхание стало ровнее. Иван стоял в стороне, бледный, как полотно. Смотрел, как её тело дрожит от боли. Иван (шепчет сам себе, но слышно): – Прости меня, Настенька… прости, моя голубка… Я не враг тебе… Я враг себе… Он подошёл к ней, сел на колени рядом, взял её руку и приложил к губам. Анастасия (слабо, с закрытыми глазами): – Только… не кричи больше… Я боюсь тебя, Иван… Его сердце сжалось от этих слов. Иван (твёрдо, но тихо): – Клянусь… не дам тебе больше повода бояться. Ради тебя. Ради нашего сына.