целая ночь / Ландо Норрис

Ночной клуб. Вечеринка в самом разгаре. Музыка заполняет пространство, проникая прямо под кожу каждого. Разноцветные огни заливают пространство, окрашивая его то в цвета закатного солнца, то в яркие оттенки синего и зеленого. Бармены безостановочно смешивают коктейли или наполняют шоты чем покрепче. Кто-то проводит весь вечер на танцполе, делая редкие перерывы, чтобы тело и разум хоть чуть-чуть передохнули; кто-то расположился у барной стойки, рассматривая посетителей; а кто-то пытается вести беседы на втором этаже, повышая тон голоса, чтобы слова донеслись до человека напротив. Люди в клубе совершенно разные: это и девушки, и парни, которые пришли просто хорошо провести время или найти себе пару на ночь или несколько; и компании друзей, которые просто отрываются на танцполе, сбрасывая напряжение после рабочей недели; и очень состоятельные люди, которые решили провести встречи в неформальной обстановке. Ночная жизнь Монако, на самом деле, очень разнообразна: каждый вечер проходят разные пресс-встречи, тематические вечеринки, званые ужины, закрытые встречи, на которые можно попасть только по приглашению. Но есть и места, где закрытый в обычное время для чужих глаз мир встречается с миром обычных жителей. На сегодняшней вечеринке не было приглашенных звезд или артистов, люди просто стекались в заведение со всего города. За диджейской стойкой выступали как профессиональные диджеи, так и любители. Музыка была самая разнообразная: от самых известных хитов прошедших времён до современных электронных композиций. Сейчас за пультом стоял Ландо Норрис. Известный гонщик, но сейчас он был человеком, музыка которого заставляла людей двигаться. Он умело сводил танцевальные треки с любимыми композициями из своего плейлиста. Толпе нравилось: они подхватывали слова, свистели и хлопали в такт музыке. Ландо же получал невероятное удовольствие от процесса. Музыка с ним всегда: и в машине, и в паддоке, и дома, и на пробежке, и даже в душе. Он всегда в поиске чего-то нового, что ещёникогда не слышал, но также любит переслушивать один и тот же трек бесконечное количество раз, пока он не надоест. Норрису всегда нравилось наблюдать за толпой во время вечеринок: кто-то слышит первые ноты любимого трека и начинает трясти друзей за руки от радости; кто-то впервые слышит песню, и на его лице сразу можно прочитать, нравится она ему или нет; кто-то не задумывается о том, что звучит из колонок, и просто получает удовольствие; а кто-то мечтает, чтобы музыка стала тише. В процессе сета он всегда проводил глазами по залу. Кому-то он просто улыбался или подмигивал; если видел знакомых в толпе, то старался всем видом показать, что он их заметил и очень рад их присутствию. Но чаще всего его взгляд задерживался на барной стойке. На противоположном конце зала, за барной стойкой, в компании подруги сидела Мари. Она медленно потягивала через трубочку какой-то кисло-сладкий коктейль и общалась с девушкой напротив. Они разговаривали обо всём и ни о чём одновременно, потому что такая атмосфера не подразумевает глубоких разговоров о жизни. Но всё чаще Хэйл смотрела в сторону сцены, задерживая свой взгляд на Норрисе. Она наблюдала за тем, как он сосредоточенно наклоняется к ноутбуку, чтобы выбрать следующую композицию; как отводит один наушник в сторону, чтобы услышать парней, стоящих рядом; как он подтанцовывает и подпевает каждому треку; как он смеется над очередной шуткой, брошенной откуда-то сбоку; и как он, улыбаясь, обводит толпу взглядом. Сет подходил к завершению, поэтому Ландо, поставив последнюю композицию, снял с себя наушники и, попрощавшись с толпой и всем окружением рядом, медленно двинулся к выходу со сцены. На небольшой лестнице он встретил еще парочку знакомых, перекинулся с ними парой слов и, забрав кепку, оставленную на колонке, спустился на танцпол. — Не скучаете, дамы? — он остановился в шаге от стула, на котором сидела его девушка, задержав взгляд на её образе: сегодня она выбрала для вечеринки короткую юбку из черных пайеток, укороченный топ на тонких лямках из такой же ткани и туфли в цвет. Волосы лежали на плечах легкими волнами, а среди них можно было разглядеть аккуратные серебряные серьги. — А вы, молодой человек, с какой целью интересуетесь? — Хэйл приподняла бровь и перевела взгляд со своей собеседницы на мужчину. — Хотел узнать, не хотите ли вы в свою компанию очаровательного молодого человека, — он поправил воротник светло-бежевой рубашки и забрал из рук Мари бокал, сделав глоток. — Как только он к нам подойдет, мы обязательно над этим подумаем, — она улыбнулась, переводя взгляд на подругу. Девушка, сидящая напротив, усмехнулась, прикрыв глаза. — Можно, я тебя украду? — этот вопрос прозвучал совсем близко. Она даже почувствовала, как губы Ландо чуть коснулись её щеки. Мари не думала ни секунды: она спрыгнула со стула, одними губами прошептала подружке «прости» и взяла его за руку. Они пробирались сквозь толпу к служебному входу. По пути кто-то хлопал Ландо по плечу, благодаря за сет; кто-то просто улыбался; а девушки то и дело стреляли глазками. До служебной лестницы они добрались достаточно быстро. Преодолев несколько ступенек, Ландо толкает дверь плечом и пропускает Мари вперёд. На улице почти никого нет, кроме охранников, которые вышли на перекур или просто проветриться, и еще нескольких ребят, работающих в заведении. Дверь за их спиной закрылась, и Норрис без предупреждения закинул Хэйл на плечо и зашагал в противоположную сторону от клуба. Улицы в этом районе в ночное время были пусты, поэтому никому не было дела до двух влюбленных людей. — Ладно, я прошу, отпусти меня, — девушка за его спиной смеется, но идея провести весь путь вниз головой ей не очень нравится. Дважды повторять не приходится. Норрис останавливается, аккуратно ставит девушку на землю, чуть придерживая её юбку. Как только Мари уверенно встает на ноги и поднимает голову, её глаза сразу находят зелёные напротив. Ландо стоит перед ней с беспорядком на голове, чуть съехавшей с плеча рубашкой и с легкой хулиганской улыбкой. И в следующее мгновение Норрис притягивает девушку за талию к себе и целует. И в этом поцелуе нет настойчивости или намёка на что-то большое, а только веселье, легкость и даже беззаботность. Мари первая прерывает поцелуй, но не отстраняется. Она игриво улыбается и переплетает их руки. Чуть коснувшись его носа своим, она разворачивается и тянет его дальше, вниз по улице. Они продолжают спускаться по крутой дорожке, ведущей к пляжу. Если посмотреть по сторонам, то можно заметить, что в доме слева горит свет на втором этаже; чуть ниже по улице к одному из домов подъехала машина; а на соседнем участке включилась система автополива. Этот небольшой район живет своей тихой жизнью. — Подожди секундочку, — Мари тормозит и, не выпуская руки молодого человека, ловко снимает свои черные лодочки, удерживая их в одной руке. — А то в них дико неудобно. Ландо только улыбается и продолжает вести её в сторону моря. Они спускаются по каменной лестнице вниз и оказываются на пустом пляже. Мари оставила туфли где-то в начале пляжа и шагнула голыми ногами на песок, который ещё хранил тепло прошедшего солнечного дня. Её волосы развивал морской ветер, а кожа от него покрылась мурашками. Она подошла к воде: она была прохладная и приносила с собой на берег разноцветные ракушки. Мари глубоко втянула воздух через нос, запрокинув голову, а после, сделав несколько шагов назад, опустилась на землю. Она лежала на песке, подогнув колени, и смотрела на небо. И через пару мгновений рядом с ней опустился молодой человек. Он лег совсем рядом, чуть касаясь своей рукой её пальцев на левой руке. Они лежали в тишине, разглядывали звезды, которыми было усыпано ночное небо Монако, и слушали шум моря. После громкой музыки в клубе у каждого из них звенело в ушах, но тишина всё вылечит. — О чем думаешь? — Мари, не поворачивая головы, обратилась к Ландо. — О том, как я плохо свёл два трека в середине сета, — он лежал, закинув одну руку за голову. — Ландо, — она протягивает его имя и оборачивается: видит его профиль, как он лежит, прикрыв глаза, а ветер играется с его кудрявыми волосами. — Я надеюсь, что ты шутишь, — она поворачивается на бок и подкладывает руку под голову, — потому что ты был великолепен. Видел бы ты, как реагировала толпа на твои треки — они не могли остановиться танцевать. — Но идеально не было. — А идеально и не нужно, — Мари говорит, а он поворачивает голову в её сторону и открывает глаза. Смотрит внимательно, как будто видит её в первый раз. — Нужно, чтобы было от души, а с этим у тебя проблем никогда не было, — она улыбается, подается вперед и быстро целует его в кончик носа. — А ты о чем думаешь? — он копирует её позу и кладет одну руку ей на талию, согревая участок открытой кожи своим теплом. — О том, сколько тайн хранит в себе небо; сколько на нём звезд и как невероятно красиво они переливаются; как мне нравится шум моря; как приятно лежать на песке после вечеринки, — она продолжает перечислять всё, что приходит ей в голову, — как ветер превратил мою прическу в настоящий кошмар. — А я думаю о том, какая ты красивая, — Норрис улыбается, закусывая нижнюю губу. — Хорошая мысль, — Хэйл улыбается, опуская глаза, — не забудь её. В следующее мгновение она оказывается на спине, а Ландо нависает сверху. Их носы почти соприкасаются, а на коже чувствуется теплое дыхание друг друга. — Хочу, чтобы этот момент длился вечно, — Ландо произносит эту фразу почти шепотом, — ты, я, море, пляж и тишина. — У нас впереди с тобой еще целая ночь, — она заводит руки ему за шею и притягивает ближе, вовлекая в поцелуй.