Позиция №759: Дети, юбки и американские горки

Последние слова Вешалка прокричала, а поэтому все заткнулись наглухо. И на том спасибо. Мы с Миттом не особо любим споры из-за разной фигни. Но зато из за этой соры мы и сами не заметили ка добрались до идеального тупичка. Он был спиральнообразным, как я и планировал. И с кучей тел, а значит мы как следует наедимся. Но мы закричали когда вместо тел мы увидели консервы: с фасолью, с кукурузой, с говядиной, со свининой, с салатом и даже с водой. С чистой.. Кристальной водой. У нас затекли слюнки, и мы с жадностью полетели на консервы. Мы их долбили об пол, выскабливали ногтями, грызли зубами. Все бесполезно... У нас нет открывашек. Нам никак не открыть эти консервы. Съюзан от безумия, начала долбить пол, и мы сразу ей скрутили руки. Марго сняла ремень и связала ей руки за спиной. И еще долго она пыталась съесть хотя бы бумажную этикетку, на которой изображен сочный початок кукурузы и спокойная и пока живая корова. Вот тебе и деликатес. Придется голодать. А пока мы начали заселяться в тупик. Хотя от слово заселяться наверное бессмысленно. Как можно заселиться, не имея ничего из мебели. Мы сбросили верхнюю одежду (кроме Вешалки) — вот и вся мебель. Поперс и Я пошли за телами для пропитания и согревания, лучше всего горят уже сморщенные тела. Тела как деревья — чем они суше, тем они дольше горят. Поэтому Поппинс тащил обычные, я тащил стариков — я слабее. По виду аристократа, я понимал, что он хотел рассказать свою историю, но или у него не хватает духа, либо он решает просто скопить все это в себе. Все же так делают: вместо того чтобы вылить весь гнев или грусть другому, просто копят все в себе. А потом либо спиваются к 30 годам, либо вешаются в своей однушке во время кризиса среднего возраста. Все же так делают, не жалеют себя. Для меня заплакать проще простого. Я плачу всегда. Могу в любой момент, даже сейчас. Но Попперс, будучи психом, посчитал бы меня психом. Поэтому не буду Вернулись... Свалили тела в кучу. Вешалка утащило одно тело и начала его свежевать. Наблюдая дальше за ней, я видел как она достает иголку из своих спутанных волос и начинает шить. Поперс пока что просто стоит в углу, и с его длинноногостью это смотрится страшно. Особенно с его коричневыми глазами и небрежной бородкой, это смотрится вдвойне жутко. Марго решила подремать. Съюзан больше не жевала консервы а просто лежала смирно в углу. Митт пытается разжечь костер. Герсон убаюкивает старуху Карен. Близилось темное время по нашим биологическим часам, зазвучала фоновая музыка. Что то вроде между церковным хорором и эмбиентом. И так же мы улеглись спать. Но нам не дала Съюзан. Она начала свой долгий рассказ про то, как она лешилась рассудка, без детского смеха, без ошибок в речи. Просто... История.

***

Я ненавижу американские горки. Всей душой никогда ненавидела. По нескольким причинам. Во первых я боюсь высоты. Во вторых, даже если бы я хотела покататься, то меня не пускали из за моей полноты. А во вторых... Вы вообще видели их. Они же... Изогнутые. Круглые, дугообразные. Какой здравомыслящий человек будет сувать столько геометрических фигур в одно пространство. Когда ты катаешься на нем, большинство поездки ты не слышишь из за ветра, который раскатом грома сыпит по твоим ушам. Лишь на немногих горках я каталась, и везде я испытывала агонию. Но почему ОНИ испытывают радость? Дети... Терпеть их не могу. Они веселятся на них, пускают слюни, нарушают технику безопасности. И ещё мне кажется, что их улыбки становятся все шире и шире, для нормально человека она слишком широкие. Их зубы длиннее чем обычные, губы тоньше. Они точно люди? Я постоянно оборачиваюсь, боясь что они сейчас поползут между кабинок, и сдавят мне череп своими клешнями. Я ждала этого. Но я оборачиваюсь, и они сидели на месте, смеясь толи надо мной, толи над страхом смерти. Я ненавидела парки развлечений. Но мне приходилось быть его частью. Я была актрисой Бурлеска во взрослой территории парка развлечений в самом крупном парке штата. Бурлеск это что то по типу стриптиза, но стриптизерши поют и танцуют на сцене, лишь изредка скидывая с себя одежду. Вы называете меня Жирной Съюзан, а на сцене меня называли ласково "Толстушка Съюзан". Одета я была в шикарное бордовое платье, под которым было красивое кружевное белье, темные калготки-сеточка и каблуки. На голове у меня был парик, потому что к сожалению матушка природа обошлась со мной жестоко, лишив волос с детства. Каблуки.. Каблуки. . Я... Убила 12 человек. Убила этих обезьян, которые только и хотели полапать меня. И я ломала им пальцы. Теперь я дружу с детьми