Трек №2 "Последствия"

Трек 2: «Harpy Hare» (Yaelokre)

Квартира Грома представляла собой просторное помещение, с большим окном выходящим на Питер. Мечта жить в такой, особенно для любителей эстетики и красивых фотографий. Дверь в туалете уже была, что не могло не радовать Юлю, хоть гостей позвать не стыдно. Но сейчас ее мысли были заняты написанием сценария, а заодно и анализом аудиозаписи с жучка, который она прицепила к Грому. Если твой парень полицейский—это полезно. А если он ещё и Разумовского допросить может… Она откинулась на стуле, слегка покачиваясь. Челка была убрана с помощью заколок с молниями. Прическа была небрежна, хотя сама она дета опрятно. Серая майка-борцовка и шорты черные. На ногах носки, ярко-зелёный, второй нежно-розовый. Не то, чтобы она не могла найти пару…точнее ей было лень, а потому, можно экспериментировать. Тем более никто не видит, ну разве что Игорь. Она выдохнула и включила запись в очередной раз *** Около трёх часов назад. Психиатрическая больница №*** Сергей сидел в комнате. Стены были мягкие и белые, кроме старой кровати, которая скрипела под его весом подушки и тонкого матраса не было ничего. Весь его досуг был сильно ограничен Его самая худшая часть заключения, когда он метался по комнате или наоборот валялся, сжавшись в комок, пытаясь отгородиться от своей второй личности. Голодовка стала для него частью дня: с питанием тут явно обстояли дела плохо, потому что однажды ему попалось четыре мертвых мухи в супе…если то варево ещё можно назвать супом. «уж лучше голодать, чем есть это»—подумал он в тот день. Но хуже такого были таблетки Чем его только не пичкали. Обещали, что все будет хорошо, а получилось…. Приходы Птицы стали только чаще, и ещё сильнее. Теперь он был даже осязаем, слишком осязаем для Сергея. Часто после такого, особенно ночью, забившись в угол он наблюдал за крылатой версией себя. Крылья были черные, с человеческий рост, волосы длинные, глаза светились янтарем, а сам он был покрыт одними перьями. Ужасная картина особенно ночью…. Когда начинались самые ужасы. Птица мог расхаживать по комнате, наворачивая круги, говорить, размышлять о самых отвратительных вещах, или наоборот рассказывать подробно что он сделал бы с Рубинштейном. В красках не упуская ни одной детали. Серёже были далеки такие мысли, забившись в угол он мог только хвататься за голову, царапать себя и бормотать «уходи, уходи…не трогай…перестань». Иногда кричал, когда дело было сильно плохо. А ещё постоянные записи. То в глаз что-то засовывают, то таскают куда-то, то на эмоции выводят, то толкают, то уходят что-то.. одним словом спасения не было. Вот и сейчас, его привели в комнату, посадили в смирительной рубашке. Длинные, сальные и давно немытые волосы, потерявшие свою яркость от проведенного в психушке времени, свисали на лицо. Его слегка потряхивало, а тело было скованно. Он ещё сильнее похудел. Глаза словно потускнели, перестали гореть огнем или как либо выделяться. Веснушки на теле тоже словно стали бледнее да и сам он выглядел как живой труп Что ж они сделали с тобой…. —раздался голос, на который Сергей вернулся, и чуть поднял голову, все ещё дрожа. Он увидел Грома. В его привычной одежде и заброшенном поверх халате. Смочив губы, и слегка облизнув их, чувствуя ранки, он тихо заговорил, слегка запинаясь — Н-ни.. чего. Ничего, —взгляд метнулся к мигающему красному огоньку. Гром проследил за взглядом и смекнул, что у чему. Плохо дело… раньше у парня крыша ехала, в теперь уже не едет а летит. Причем без тормозов и возможности возврата — И часто ты так? — спросил Гром, наклонившись и невольно жалея бедного Разумовского. Какой бы сволочью он не был, а такого явно не заслужил — ну.. дрожишь там, дёргаешься весь? Сережа помолчал покусывая губы, затем что-то невнятно сказал и замолчал. Гром терпеливо ждал, он помнил, что просила узнать Юля. Александра Разумовская…. Была у него встреча с девочкой похожего имени, мельком видел её на допросе в участке. Хрен пойми что натворила, но была там. Потом узнала что шла как свидетель по делу о резне. Не то, чтобы он считал что это она но…а вдруг совпадение? И у Разумовского вообще нет детей? Он наклонился, устав от молчания и понимая, что время не резиновое, а тянуть кота за хвост—не в принципах Грома… ещё оторвёт ненароком — Слушай. Я понимаю что ты у нас слегка…. Того. Но мне вот что интересно, — он наклонился совсем близко, почти в глаза глядя и спросил, — дети есть? Сережа недоуменно моргнул, он сначала и не сообразил какие дети и причем тут. Потом в сознании всплыло далёкое имя…. Саша…Маша…нет, вроде Саша. — Ну… да..вроде как, — ответил он нерешительно, Гром фыркнул на такую неуверенность. А Сережа наоборот дрогнул, когда увидел, как за Громом склонилась фигура Птицы — Нет, ну а все правильно… ты то ребёночка забыл, — тихий и вкрадчивый голос прозвучал в комнате. Разумовский дернулся и отшатнулся, испуганно глядя за спину Грома. Сам Игорь от такого внезапного действия чуть в нос не дал ему. И на всякий случай обернулся… никого нет. — Так, давай без твоих приколов. Ребенок у тебя есть, а? Слышал что да…деньги ей отправлял — Отправлял, отправлял, — вторил голос, наклоняясь около Сергея и говоря ему, — только вот не пойму. Нахрена нам эта проблема нужна была а? Сменил бы имя.. или фамилию матери бы дал. Да и…. Птица замолчал и добавил чуть серьезнее, пихнув его в плечо, от чего Сережа свалился со стула: — А если уж взялся со своей фамилией, то хоть бы навестил. Гром молча наблюдал за ситуацией, чувствуя как терпение покидает его. То этот придурок молчит, а теперь дёргается и сваливается. Гром встал рывком и подойдя поднял парня на ноги, посадив на стул. — Слушай сюда, птеродактиль, можешь сколько угодно тут свои приколы выкидывать, но ответ скажи. Как ребенка твоего зовут? Гром уже слышал шаги, и открытие комнаты. Ну да, физическая сила, конечно, вот тебе и все свидание. Гром встал, когда санитары стали пытаться забрать Разумовского который с неожиданным рвением стал вырываться. Последнее что услышал Гром — Саша. Саша Разумовская. Запись обрывалась *** Юля потерла виски и отпила чай из чашки. Да…все сходится. И доченька есть, и счета есть. Только вот вопрос, почему доченька то не с отцом? Неужели такой «сердобольный» миллиардер не смог забрать родную дочь из приюта? Юля фыркнула, вставая со стула. Нет…Разумовский вряд-ли бы так поступил. А может и поступил. Половину Питера сжечь ему никто не помешал, а тут такое. — Кто тебя знает, что ты за птица такая, — рассеянно и для себя самой выдохнула, смотря на чайник, который загорелся синим, начиная кипеть. Она даже не знала о ком точно говорит, то ли о Разумовском, то ли об этой Александре…. Одно ясно: девчонка, по словам Игоря, тоже немного странная, а если верить случайным заметкам, то в доке провалялась, хоть и недолго. С чем неизвестно, только то, что была там. Потом выписали и отпустили… хотя Юля не выпускала бы таких. Мало ли, что в голову придет. Особенно с такими корнями. А может и нормальная… и какая-то темная лошадка эта Саша. А Юля такое не любила и до правды докопаться хотела. А значит ролику быть, авось что-то выйдет из этого. Послышался звон ключей и ее чай с мыслями прервался громким голосом Грома и хлопнувшей дверью. — Привет, ты как? — спросил он, подходя и целуя ее в щеку. И залезая в холодильник, доставая оттуда яблоко. Юля пожала плечами — Да так… потихоньку разгребаю. Как работа? — спросила она, Гром помолчал жуя яблоко и ответил ей — Да неплохо. Парни на вызов поехали, соседи какие-то жаловались, что музыка орет во всю. Вот и получилось так. Хотел с ними поехать, да потом передумал… чего я там не видел Он замолчал, смотря как Юля заваривает чай себе, и поставил ещё одну чашку рядом, куда Юля переложила пакетик и залила кипятком. — Кштати по поводу этой младшей…. Я ш не помню, она у нас в ушастке была Сказал он жуя яблоко, увидев неодобрительный взгляд Юли, проглотил и повторил: — Ч говорю, по поводу младшей. Она у нас в участке была…ну твоя которая, Разумовская. Юля удивилась, но прежде чем успела спросить, он ответил ей — Не знаю я почему, но вроде как свидетель, после подростковой резни на одной из вечеринок. Да и то, свидетелем она вроде оказалась не очень хорошим. Юля разочаровано выдохнула, но промолчала. Понятно было, что Гром не в курсе за что и почему она там была, и как вообще приедете на в эту историю, а такой бы контент был… —Ладно, я ролик монтировать, —сказала она, выходя с кухни, и оставляя Грома, который залез в морозилку наедине с его собственными мыслями — Тебе пельмени варить? — донеслось до нее вслед — Давай, —ответила Юля, ставя чашку на стол и начиная монтирование нового видео