Глава 8. Светлой памяти Шарлотты Мэй Эванс.

«Никто никогда не говорил мне,

что горе так похоже на страх».

— К. С. Льюис, «A Grief Observed»

             К концу первого дня Элизиум уже успел выжать из Эстель остатки сил, однако отпускать ее никто не торопился. Вместо обещанной плавной адаптации новеньких здесь, судя по всему, предпочитали сразу бросать в воду и смотреть, кто выплывет: после основных уроков ее отправили на дополнительное занятие, усадили за отдельную парту и выдали несколько листов с заданиями для выявления пробелов в знаниях.              В классе находилось еще несколько учеников, занятых каждый своей работой. Они не разговаривали и почти не смотрели друг на друга, пока преподаватель переходил от одной парты к другой, проверяя ответы и выдавая новые задания.              Когда Эстель наконец отпустили, коридоры уже успели опустеть, поэтому Джейми, ожидавшего её у стены напротив кабинета, она заметила сразу.              — Как ты? Не устала еще? — спросил у нее он.              — Нормально, — ответила Эль, а сама взглядом уже искала автомат с едой.              — Тогда план такой: идем сначала в библиотеку, она скоро закроется. Там берем книги, бросаем их в шкафчике, — парень указал кивком в нужную сторону, и они двинулись с места. — А потом покажу тебе школу. С секцией завтра разберемся.              — Хорошо, но давай остановимся у автомата, — заприметив по пути один, попросила Эстель.              — Без проблем, — улыбнулся тот, корректируя маршрут в голове.              Библиотека Элизиума была внушительной. Высокие панорамные окна, дополняемые лампами, обеспечивали огромное помещение достаточным количеством света для комфортного чтения за большими столами. Книжные шкафы, казалось, могли вместить всю литературу мира.              Около входа, возле стойки с библиотекарем, стояли несколько автоматов для самостоятельной регистрации взятых книг и их возврата. Нужен был лишь электронный пропуск, который Эстель выдал директор. Он служил читательским билетом, а книги и срок, до которого их нужно вернуть, отображались в личном кабинете учащегося.              Джейми подробно рассказал, какие книги стоит брать в физическом экземпляре, а какие лучше скачать на электронную книгу. Некоторым преподавателям было принципиально наличие печатного учебника на занятиях.              Эстель узнала многое об учителях и о том, на каких занятиях получится «халявить», а с какими придется «попотеть». Она также рассказала парню, что ей придется отрабатывать пропуски с прошлой школы.              — Директор совсем сдурел, что ли? — негодовал парень, держа в руках стопку книг и вышагивая по коридору. — Дополнительные занятия для новеньких, задания по всем предметам, которые нужно сдать до конца семестра, так еще и пропуски отрабатывать?? Он сам-то хоть представляет, как это можно совместить с обычными занятиями? Я завтра пойду к нему ругаться.              — Не нужно, — помахала руками Эстель, не ожидав такой реакции от бывшего коллеги. — Все нормально, я как-нибудь справлюсь. Ты же знаешь, я привыкла к многозадачности.              — О да, я отлично помню, как ты засыпала в конце смен за столиком, делая французский, — ядовито усмехнулся парень, отведя взгляд.              — Я не спала! Просто лежала, прикрыв глаза… — возмутилась Эль, вспоминая работу в кофейне. — Тебе, кстати, не нужно на смену сегодня?              — У меня сегодня другая подработка, она ночная, — расплывчато ответил тот, а после перевел тему. — Ладно, раз уж ты говоришь, что справишься, я не пойду кошмарить мистера Лиса. У меня сохранились конспекты с прошлых курсов. Мы по ним всем классом готовились к экзаменам. Такой бедняжке, как ты, отдам их бесплатно.              Эстель заметила увиливание парня, но не стала допытываться. Ее это вряд ли касалось, раз он не стал рассказывать.              — Могу и заплатить, деньги все равно отца, — пожала плечами девушка, показывая кредитку, которой она уже расплачивалась в автомате. — Правда… Я не очень знаю, как с нее переводить деньги. Нужно приложение какое-то, наверное.              — Купишь мне кофе, и мы в расчете, — отмахнулся Джейми и подмигнул, останавливаясь около шкафчиков. — Я же твой куратор все-таки.              — Ты постоянно повторяешь это так, словно это какой-то элитный статус, — закатила глаза она, вводя код в панель.              После писка дверца отворилась, открывая вид на пустой и неуютный школьный шкафчик. Джейми небрежно скинул туда книги.              — Потому что так и есть, — улыбнулся тот, захлопывая его. — Ты же видела, как Майло завидовала мне.              — Разве это не напряжно? — спросила Эстель, взглянув на парня.              — Довольно-таки, — кивнул он и, пожав плечами, облокотился плечом о шкафчики. — Но все-таки в какой-то мере именно я надоумил тебя сюда поступить. Так что не мог доверить эту ответственную задачу кому-то левому. Пришлось брать все в свои руки. Сделаю все, что в моих силах, чтобы облегчить тебе первый год.              Девушка слегка растерялась, не ожидав такого от человека, с которым лишь работала. Если так подумать, он довольно много сделал для нее с момента смерти матери.              Было бы уместно пробормотать слова благодарности, но она внезапно озвучила свои мысли.              — Почему?              Парень, не ожидавший такого вопроса, задумался, словно пытался сформулировать точный ответ.              — Разве мы не друзья? — в итоге спросил он вместо ответа.              Эстель растерянно моргнула и стыдливо отвела взгляд. Она никогда по-настоящему не думала о Джейми как о друге. В ее голове он был «коллегой», потом «бывшим коллегой», а теперь стал «куратором».              — Оу, — парень улыбнулся, неловко закинув руку за голову, — похоже, я ошибся.              — Прости. Я не… — тихо произнесла Эстель, не зная, что еще сказать. — Я просто не подумала об этом.              — Тогда подумай сейчас, — пожал плечами парень. — Я вполне неплохой друг. У Сэма только не спрашивай, он любит клеветать на меня.              Девушка подняла на него удивленный взгляд. Джейми не выглядел обиженным или оскорбленным. Наоборот, он смотрел на нее дружелюбно и расслабленно, словно это совсем его не задело.              Так ли это?              — Хорошо, — Эстель неуверенно улыбнулась, чувствуя облегчение. — Буду считать тебя своим другом.              Затянувшуюся паузу нарушил телефонный звонок. Эстель отдернула руку и тут же достала телефон, глядя на неизвестный номер. Из-за разбитого экрана сенсор сработал не сразу, понадобилось несколько секунд, чтобы принять вызов.              — Алло? — произнесла она.              — Добрый вечер, мисс Эванс. Я звоню вам из похоронной компании, — послышался с той стороны женский голос.              Эстель вздрогнула. В памяти всплыл разговор с юристом, в котором он предупреждал, что ей должны позвонить. Она знала, что означал этот звонок.              — Мисс Эванс, вы меня слышите? — не дождавшись ответа, спросила женщина.              — Да, извините, — хриплым голосом ответила Эль, отворачиваясь от внимательного взгляда парня. — Слушаю вас.              — Для начала примите мои искренние соболезнования, — дежурным тоном произнес голос из телефона.              — Благодарю, — с трудом сдержав нервную усмешку, ответила девушка.              — Дата похорон вашей матери назначена на это воскресенье, — голос продолжал что-то говорить, но слова не задерживались в сознании.              Эстель не слышала, о чем ей говорят. Перед глазами один за другим всплыли последние дни матери в больнице, сохранившиеся в памяти с мучительной ясностью. Сердце болезненно сжималось в груди, но девушка лишь немигающим взглядом смотрела перед собой.              Эль словно так и не вышла из той больничной палаты.              Очнулась она лишь тогда, когда ее плеча осторожно коснулась чужая рука. Эль вздрогнула и уставилась на Джейми, будто не понимала, где находится. В ее глазах на секунду промелькнуло столько боли, что парень даже нахмурился.              — Мисс Эванс? — раздался в телефоне голос.              — Что? — девушка прикрыла глаза, стараясь взять себя в руки.              — Продублировать вам информацию в сообщениях? — предложила женщина, понимая, что ее не слушали.              — Да, будьте добры, — кивнула Эстель, тяжело вздыхая и проводя рукой по лицу.              — Хорошо, поняла вас, — в голосе, кажется, послышалась жалость.              — До свидания, — первой закончила разговор Эстель, тут же попытавшись отключить вызов.              Сенсор телефона упрямо отказывался работать, и в итоге звонок завершила другая сторона. Эстель тихо выдохнула, убирая дурацкий мобильник в карман.              — Эстель, — осторожно начал парень.              — Мне нужно домой, — слишком резко прервала его она, о чем тут же пожалела и продолжила спокойнее. — Не уверена, что я сейчас в состоянии запоминать школу. Можем мы продолжить в другой раз?              — Само собой, — ответил Джейми, будто это было и так ясно. — Я лишь хотел сказать, что отвезу тебя.              — Все нормально, я закажу такси, — отмахнулась она, стараясь не смотреть на парня.              От мыслей о том, что кто-то мог увидеть ее в таком ужасном состоянии, внутри все взрывалось. Эстель чувствовала себя очень уязвимой. Она хотела надеть наушники и спрятаться где-то, где ее никто не нашел бы.              — Я отвезу тебя домой, — повторил Джейми, давая понять, что он не спрашивает. — Если тебе захочется, можешь в конце поездки заплатить мне двадцатку и поставить две звезды.              — Не одну? — уточнила Эстель.              — Я приятный водитель, — подталкивая девушку в сторону выхода, объяснял тот. — И у меня отличная машина, за нее можно и докинуть одну звезду.              — Хорошо, пусть будет две, — усмехнулась Эстель, больше не сопротивляясь.              Телефон издал звук, оповещая о входящем сообщении, но девушка его проигнорировала. Прохладный февральский воздух немного освежил разум, успокаивая мысли.              Джейми открыл перед Эстель дверь машины, словно волнуясь, что та передумает. Но у Эстель не было сил спорить, она без слов уселась на переднее сиденье и пристегнулась. Только тогда он с облегчением выдохнул и аккуратно захлопнул дверь.              — Черт, телефон сел, — буркнул парень, усевшись за руль. — Могу на твоем карту открыть?              — Сниму половину звезды за такое отношение, — протянув мобильник, сообщила Эстель почти серьезно.              — Я компенсирую, — весело улыбнулся Джейми, открыв бардачок и достав оттуда бутылочку персикового сока.              — Ладно, поставлю две с половиной звезды, — великодушно приняла взятку девушка.              — О-о, да вы прямо расщедрились, дорогой клиент, — шутливо протянул парень, уже настраивая телефон на нужный маршрут.              Эстель слегка улыбнулась и устало откинулась на спинку сиденья, отворачиваясь к окну. Ехать в особняк Старка совсем не хотелось, но объяснять свои желания Джейми ей не хотелось еще больше. Она могла бы соврать или съехать с темы, и парень бы точно не стал допытываться. Лишь взглянул бы на нее так внимательно, словно видит ее душу насквозь.              Это было жутковато.       

***

      Как и в прошлый раз, машина остановилась так, чтобы не попасть на камеры видеонаблюдения. Джейми вернул Эстель почти разряженный мобильник.              — Пора уже на новый поменять, — заметил парень.              — Я привыкла к нему, — пожала плечами она, забирая с заднего сиденья рюкзак. — Спасибо, что подвез.              — Без проблем, — улыбнулся тот, сложив руки на руле. — Как вам наш сервис, дорогой клиент?              — У тебя неплохо получается. Может, тебе в такси устроиться? — подбирая пустую бутылку, шутливо предложила Эстель.              — Оставь, я выброшу, — кивнул тот на сок. — Ну, ездить на машине мне точно нравится. Если буду получать за это деньги — вообще шикарно.              — Таксуешь для души? — усмехнувшись, покачала головой она.              — Именно, — довольно кивнул Джейми, окидывая открывающую дверь девушку внимательным взглядом, но ничего не спросил. — Ладно, увидимся завтра.              — Ага, — улыбнулась уголком губ Эстель. — Хорошего вечера.              — И тебе.              Эль аккуратно захлопнула дверь, махнула еще разок на прощание и направилась в сторону ворот. Бордовый автомобиль еще минуту подождал, прежде чем развернуться и уехать.              Алое солнце медленно пряталось за горизонт, провожая сегодняшний день, а Эстель до дрожи боялась наступления следующего.       

***

      Зеркало в ванной отражало незнакомого уставшего подростка. Пальцы попытались стереть темную краску под глазами, не сразу признавая в них обычные мешки.              Здесь даже плотный слой консилера не поможет.              Пятница и суббота пролетели как-то мимо Эстель. Как бы она ни старалась, замедлить время не вышло. Трехчасовой сон был привилегией. Уши болели от постоянно носимых наушников, а вся музыка уже была заслушана до дыр.              Холодный душ немного освежил голову. Эстель уже понимала, что этот день, вероятно, ее окончательно добьет, но даже так она упрямо застегивала пуговицы на черной рубашке. Она не могла позволить себе расклеиться в такой день.              Мама бы не одобрила.              Встретить ранним утром куда-то собирающуюся дочь было непривычно. Тони уже понял, что Эстель довольно мало спит, но самолично видел ее он редко. Было ли это совпадением или намерением самой Эль, он не знал.              — Звезда моя, куда собралась? — сонным голосом спросил мужчина, вовремя сдержав шутку про мрачный наряд.              — Я съезжу на похороны и вернусь, — попыталась как можно спокойнее ответить она, однако мешки под глазами, хоть и замазанные тонной штукатурки, выдавали ее бессонные ночи.              — Похороны? — не спавший мозг не сразу осознал, что именно девушка имеет в виду. — Погоди, сегодня похороны Шарлотты?              Эстель лишь кивнула и прошла на кухню мимо отца.              — Стелла, так нельзя, — раздраженно потирая переносицу, пробурчал тот, быстро следуя за ней. — Нужно было сказать мне заранее.              — Зачем? — непонимающе нахмурилась она.              — Как это зачем? — возмутился Тони, но тут же понял, что сейчас не лучшее время для споров. — Так, ладно, дай мне десять минут на сборы и поедем.              — Вы не поедете, — резче, чем планировала, произнесла она.              — Я не отпущу тебя туда одну, — обернулся он серьезно, все больше раздражаясь. — Если не хочешь со мной, то возьми с собой Пеппер.              Ни один ребенок не должен ехать на похороны матери один. Это было очевидно.              — Нет, спасибо, — едко усмехнулась она, отворачиваясь, чтобы налить себе кофе. — Я поеду одна. Никто из вас не приглашен.              — Эстель, — строго произнес Старк, но его безбожно перебили.              — Она не хотела бы видеть ни вас, ни мисс Поттс, — холодно отрезала девушка, а после подняла ледяные глаза на отца. — Если у вас есть хоть капля уважения ко мне или к ней, вы не поедете.              На кухне повисла тишина. Тони впервые видел ее такой решительной. Может, дело было в том, что он очень устал, а может, в том, что ему было жаль подростка перед ним, но он сдался.              Все-таки, как бы его ни бесило происходящее, он не мог отнять у дочери право решать, кто будет присутствовать на похоронах ее матери.              — Ладно, как знаешь, — капитулировал тот. — Закажи такси хотя бы. И предупреди, если задержишься.              — Ага, — тон вновь стал уставшим, а девушка вернулась к кофемашине, давая понять, что разговор окончен.              Тони ещё несколько секунд смотрел ей в спину, сжав челюсть, однако больше ничего не сказал.       

***

      Машина остановилась у одноэтажного здания, выполненного в бежевых тонах. Похоронное бюро не особо выделялось на фоне других зданий Санта-Моники. Перед входом тянулся аккуратно выстриженный газон, а под широким навесом стоял черный катафалк.              — Мисс, вы выходите? — спросил водитель, обернувшись назад.              — М? Да, простите, — Эстель сжала мелко дрожащие руки в кулаки и открыла дверь.              Она ожидала чего-то готического, с крестом на крыше. Но вокруг не было и намека на мрачность. О предстоящей церемонии предупреждал лишь мольберт у входа с фотографией и черными буквами под ней.              Светлой памяти Шарлотты Мэй Эванс (1972 — 2012)              Чуть задержав взгляд на нем, Эстель глубоко вздохнула, словно это могло бы помочь ей продержаться до конца, и направилась ко входу. То тут, то там ходили разные люди: и знакомые, и незнакомые.              — Эстель, милая, — остановила ее мамина коллега, которую она видела пару раз, — боги, мне так жаль. Прими мои искренние соболезнования.              — Спасибо, — выдавила из себя она.              — Шарлотта была такой молодой, так внезапно покинула нас, — продолжала лепетать она, но Эстель уже не слушала.              Не внезапно. Мама медленно угасала.              — Ты же знаешь, ты всегда можешь ко мне обратиться, — женщина поддерживающе сжала плечо Эль. — У тебя ведь есть мой номер?              — Да, — слишком быстро соврала та.              Уйди.              — Да, спасибо вам, — хрипло произнесла она.              Убери руку.              — Дети не должны так рано хоронить своих родителей, — с жалостью протянула женщина, словно вот-вот расплачется.              Не смотри на меня.              — Простите, мне нужно идти, — не дождавшись ответа, Эстель направилась вперед.              Сердце билось в истерике. Эстель внезапно осознала, что не выдержит. Все это было слишком для нее. Нужно уйти, она не справится.              Прости меня, мама. Прости.              Взгляд хаотично метался по сторонам, пока не зацепился за одного человека. Парень стоял возле входа и смотрел прямо на нее.              Джейми был одет в строгий черный костюм. Темный галстук был затянут до самого конца, а волосы аккуратно убраны назад. На лице не было привычной расслабленной улыбки. Эстель не сразу его узнала.              Первое, что она почувствовала, было облегчение, которое почти сразу сменилось смятением и страхом. И все же Эль не сбежала, а направилась прямиком к нему.              Он сдержанно кивнул в качестве приветствия.              — Что ты здесь делаешь? — спросила она, нахмурившись.              — Тебя жду, — коротко ответил он.              — Как ты узнал?              Вместо ответа парень достал телефон и показал ей экран, где был открыт чат с ней. Там красовалось сообщение с местом и датой мероприятия, отправленное из бюро.              — Но я не отправляла его… — растерянно ответила девушка, еще не до конца понимая.              — Это я его отправил с твоего телефона, — пояснил он, убирая мобильник. — А потом удалил, чтобы ты не заметила.              Эстель в шоке уставилась на парня, не веря, что он правда сделал это втайне от нее и сейчас стоит как ни в чем не бывало. В любой другой день она бы бросила ему какую-то колкость в ответ, но сегодня на это не было сил.              — Ты не имел права, — она коротко выдохнула, сжав челюсть.              — Не имел, — спокойно согласился он и открыл для нее дверь. — Потом можешь высказать мне все, что думаешь.              Девушка растерялась, ведь минуту назад она планировала сбежать, а теперь перед ней стоял парень, сверля ее выжидающим взглядом и, сам того не понимая, отрезал ей путь к отступлению. Но теперь, на удивление, войти было легче.              Бросив на Джейми хмурый взгляд, она решительно прошла вперед. Парень ничего не добавил и вошел следом, оставляя между ними привычные полшага.              Внутри пахло цветами. Бежевый ковролин глушил шаги, лишь усиливая тишину в сравнении с улицей. По обеим сторонам коридора располагались кожаные кресла и цветочные венки. Окна были завешаны нейтральными шторами.              У входа в часовню стояла женщина, поправляя программки на столе. Там же лежала раскрытая книга в твердом переплете с плотными страницами, разлинованными на три колонки. Несколько строк уже были заполнены разным почерком.              — Мисс Эванс? — уточнила женщина с легкой улыбкой. — Меня зовут Кэрол. Я буду помогать вам сегодня. Все уже готово, до начала церемонии осталось около сорока минут.              — Хорошо, — девушка кивнула и прошла в часовню.              Парень, что молча держался чуть позади, остановился у памятной книги. Он взял ручку и расписался в ней.              Джейми не знал Шарлотту и не мог притворяться, будто пришел проститься с ней. В памятной книге он написал единственное, что было бы уместно:              Джейми Эллингтон — друг Эстель Эванс.              Он взял программку скорее для галочки и прошел внутрь.              Часовня была светлой и небольшой: кафедра для ведущего, ряды стульев для гостей, телевизор для презентаций, вазы с цветами.              И черный открытый гроб.              Эстель так и замерла недалеко от входа, словно не ожидая увидеть его здесь. Джейми просто встал рядом, не касаясь напряженной девушки.       

***

      Следующие несколько часов прошли мимо Эстель, распавшись на короткие, не связанные между собой отрывки. Голоса сливались в ровный гул, лица теряли черты, и только некоторые моменты почему-то оставались болезненно четкими.              Джейми поднялся, собираясь уйти к задним рядам, и она сама не заметила, как ухватилась пальцами за край его пиджака. Он остановился сразу, посмотрел сначала на ее руку, потом на лицо, но ничего не спросил. Лишь молча сел рядом.              Во время церемонии Эстель почти не слушала. Она держалась за чужой рукав, сминая ткань в кулаке, и считала вдохи, стараясь не задерживать взгляд на черном ящике.              На кладбище гроб уже был закрыт. Она помнила медленное движение вниз, темную могилу и чужой голос, произносивший последние слова, смысл которых до нее так и не дошел.              Когда вокруг не осталось ни одного знакомого лица, Эстель на мгновение решила, что осталась одна. Потом чья-то ладонь легла ей между лопаток, осторожно направляя прочь от могилы. Лишь позже она поняла, что это был Джейми.              Первым вернулся шум волн. Он перекрывал остальные звуки, позволяя ни о чем не думать. Воздух больше не застревал в груди, и Эстель несколько раз глубоко вдохнула, прежде чем поняла, что не знает, где находится.              Не Санта-Моника, значит.              Под ней был холодный металл капота бордовой машины. Эстель беспокойно обернулась в поиске хозяина автомобиля. Джейми стоял чуть позади девушки, облокотившись плечом о машину и скрестив руки. Парень, заметив на себе взгляд, тут же подошел ближе:              — Что такое? — спросил он без улыбки, осторожно поправляя куртку, чуть слезшую с плеча девушки из-за резкости движения.              Эстель опустила взгляд на себя, с удивлением замечая чужую куртку.              — Когда… — тихий, хриплый голос вырвался из ее горла. — Все уже закончилось?              Джейми чуть поджал губы и кивнул.              — Да, — он протянул ей мобильник. — Ты сказала, что не хочешь домой, поэтому я отвез тебя сюда. Отцу твоему отписался, что все хорошо.              Эстель вздрогнула, забирая телефон дрожащими пальцами и открывая диалог.              

Воскресенье, 27 февраля. 5:54 PM

      Старк:       Эстель, отпишись мне.       

Вы:

все хорошо, я с другом

      Старк:       Тебя забрать?       

Вы:

не надо, меня отвезут

      Старк:       Хорошо.              Эстель медленно подняла на Джейми испуганный взгляд. По его лицу невозможно было понять, что именно он успел увидеть и насколько много понял.              — Понял ли я, что твой отец Тони Старк? — спокойно уточнил парень. — Да, догадался.              — Ты опять залез в мой телефон, — устало вздохнула она.              — Тебе следовало бы поставить пароль, — отшутился тот. — Но вообще, твой отец очень навязчиво названивал, и ты сама сунула его мне в руки.              — Ты не удивлен? — поджав к себе ноги, спросила Эль, не понимая такой спокойной реакции.              — Успел свыкнуться за эти два часа, — чуть улыбнулся Джейми и открыл дверь машины.              Эстель напряглась, наконец понимая, что день пролетел, а она ничего не помнит. Она устало взглянула на свои дрожащие руки. Думать ни о чем не хотелось, каждая мысль ощущалась многотонной.              — Поешь, — перед ней возник полиэтиленовый пакет.              Неуверенно забрав его, Эль заглянула внутрь: какой-то салат в пластиковой упаковке, сэндвич и персиковый сок. Джейми уже был готов уговаривать ее, даже заранее подготовил аргументы, но девушка молча достала сэндвич и принялась монотонно жевать его.              Вкуса все равно не чувствовала.              — Я плакала? — тихо спросила она у парня, понимая, что доверять своей памяти она не может.              Джейми слегка растерялся от неожиданного вопроса, но все же честно ответил:              — Нет.              Эстель с облегчением выдохнула, нервно улыбаясь, и снова опустила взгляд на сэндвич. Пришедшие проститься, вероятно, много всякого надумали о ней, но это было неважно.              Я не плакала, мам.              Сегодняшний день вымотал Джейми сильнее, чем он ожидал. Парень до последнего сомневался в своем решении прийти без приглашения, но сейчас понимал, что сделал все правильно. Кто знает, где бы она сейчас была, если бы он не забрал ее с кладбища сюда.              Вероятно, Эстель бездумно бродила бы, куда глаза глядят, не чувствуя ни холода, ни голода, ни времени. Джейми не знал точно, но ему казалось, что это в стиле девушки.              — Про то, кто мой отец… — начала Эстель, стараясь не смотреть в сторону парня.              — Я не скажу никому, — покачал головой Джейми, перебив девушку.              Эль подняла на него глаза, словно пытаясь заглянуть ему в голову, но парень был серьезен: ни намека на ложь.              — Мне и самому не хотелось бы, чтобы меня с моими родителями ассоциировали, — неловко поджал губы тот. — Так что я понимаю.              — Спасибо, — вместо расспросов кивнула она, не решившись лезть в чужую душу.              Хотя неосознанно она все же отложила эту информацию в долговременную память. Монотонно запивая еду соком, Эль наблюдала отсутствующим взглядом за тихими волнами.              — Эстель, — ровно произнес Джейми, и девушка подняла на него глаза. — Я не знаю, как ты себя чувствуешь сейчас. Могу только предполагать.              Эстель ничего не сказала, лишь смотрела. Ей казались слова парня очевидными, так что она ждала, что он как-то закончит свою мысль.              — Я видел тебя сегодня, — парень заметил, как она сильнее сжала пальцами бутылку, но продолжил. — Я не прошу тебя ничего рассказывать. Просто если станет совсем плохо, напиши. Я приеду и отвезу тебя, куда скажешь.              Между ними повисло молчание. Эстель не могла сказать, что она в порядке, ведь понимала — это глупая ложь. Он уже знает, что это не так. Но в то же время она не могла обещать, что напишет ему.              — Буду иметь в виду, — сухо ответила она и вернулась к еде, надеясь закончить разговор.              Джейми сказал все, что хотел, так что не стал больше поднимать болезненные для девушки темы и дал ей немного пространства.