Глава 9: Ограбление в стиле «Самурая»

Я поговорил с Киви насчёт того, чтобы помочь мне сбыть клепнутые чипы. Она, слава богу, не проявила особого любопытства по поводу моей ссоры с Люси и отнеслась к делу профессионально. Однако она потребовала долю — двадцать процентов. Это было круто для посредника, но я не мог обратиться к кому-то другому. Следующий день в школе был как всегда, за исключением моей встречи с системным администратором. — Давай по существу, — начал Накадзима. — Я тебя использую. Я не собираюсь нянчиться с каким-то гением или учить тебя из любви к предмету. Я хочу, чтобы ты мне помог. — Окей, — кивнул я, почему-то ценя это гораздо больше, чем если бы он действительно делал это из доброты душевной. Я понятия не имел, как бы вообще отреагировал на такое. Я рад, что всё было не так. — Чем я могу тебе помочь? — спросил я. — В IT-отделе «Арасаки» проходит конкурс кейсов. Я ищу талантливых людей. Такая хрень отлично смотрится в резюме, так что на самом деле я помогаю тебе так же, как и использую. Но ты будешь вкалывать, и вкалывать по-чёрному, потому что это? — он усмехнулся. — Я взглянул на твою программу, парень, и эта хрень, блядь, уморительна. У тебя там какая-то херня в духе «C для чайников», и это они называют продвинутым курсом? Даже твои университетские курсы смехотворны, какого хрена? Нет. То, чем мы займёмся, — это вопрос десятков миллионов евродолларов для корпорации. Ценность, которую мы постараемся добавить, больше, чем ты когда-либо потрогаешь за всю свою жизнь, при условии, что это вообще когда-нибудь внедрят. Я моргнул. — Подожди, тогда почему я? Ты сам сказал, моя программа — дерьмо. — Да! И всё же тебе удалось завалить грёбаного Демона-Африта, используя чистые основы и базовые знания. Это ненормально! — Подожди, что? — спросил я. — Я не должен был уничтожить вирус? — Конечно, нет! Я хотел посмотреть, достаточно ли ты компетентен, чтобы, возможно, сделать то, что ты сделал с тем первым вирусом, который выпустил. Но забудь об этом, я тебя вербую, потому что у тебя есть талант и инстинкт к коду, которым могут похвастаться очень немногие. И всё же Люси выставила меня полным гонком. — Хорошо, тогда, — сказал я. — С чего начнём? — Это не будет оплачиваться, знаешь, — сказал он с таким видом, будто ожидал сопротивления. И я бы сопротивлялся, честно, если бы вообще ожидал оплаты. — Почему нет? — спросил я с лёгким подозрением в голосе. То, что я бы не сопротивлялся сначала, не означало, что это было бы неразумно. — Это конкурс кейсов, а не проект. Ты получаешь деньги, только если выигрываешь. — И если мы выиграем, — сказал я, — ты всё равно мне не заплатишь? Он засмеялся. — Парень, мы не выиграем. Я просто делаю это, чтобы засветиться. Просто попасть в первую десятку — это уже охренеть как круто. Победа — несбыточная мечта. — Какой призовой фонд за победу? — спросил я. — Миллион евродолларов, — ответил он. — Но дело не в деньгах. Дело в связях, которые ты заведёшь. Засветишься — твоё будущее в технологическом отделе «Арасаки» обеспечено. Это мой билет из этой грёбаной школы. Я кивнул. Я предположил, что ему было более комфортно в этой школьной обстановке, чем нет, учитывая, что его непочтительность и общее наплевательское отношение не особо выходили ему боком. Я не мог представить, что «Арасака» в целом будет более снисходительна. Не то чтобы это меня сильно волновало. — Моё имя будет в проекте? — спросил я. Он посмотрел на меня так, будто я дал ему пощёчину. Конечно, он не даст мне никакого признания— — За какого ублюдка ты меня принимаешь? Если бы я воспользовался твоей помощью и не указал тебя, я был бы каким-то жалким отродьем. Забудь о чести и всей этой херне, это было бы просто чертовски унизительно. — Эм, извини, — сказал я. — Корпоративная ублюдочность — не самая последовательная вещь в мире. Он фыркнул. — В киберпространстве мы делаем всё по-другому. Стырить чью-то работу — быстрый способ в будущем поджарить себе мозги. За этим стоит история, традиция гласила, что если ты помогал кому-то с кодом, ты пытался подсадить уязвимость, чтобы, если они тебя кинут, ты мог кинуть их позже. Я бы посоветовал тебе начать делать так с этого момента, если хочешь помогать своим одноклассникам-корпо получать пятёрки. Я кивнул. — И кто именно в остальной части нашей команды? Он широко ухмыльнулся. — Только ты и я, парень, вот почему я сказал, что победа — несбыточная мечта. По моим подсчётам, потребуется около тысячи человеко-часов, чтобы создать продукт, у которого был бы приличный шанс на победу. Между нами двумя это будет по пятьсот часов работы на каждого. Крайний срок — 5 июля, через два месяца и двадцать пять дней. Если бы мы работали над нашим продуктом по шесть часов в день, начиная с сегодняшнего, и наша работа была действительно хорошей, у нас был бы шанс. Но у тебя школа, а у меня работа, и нам обоим нужно спать. Мы сможем выжать в лучшем случае пятьсот человеко-часов между нами, и нам всё равно придётся работать по три часа в день, и это даже не считая часов, которые потребуются тебе, чтобы войти в курс дела. — Это безумие, — сказал я. — У меня есть дела, и школа — — Меня осенила идея. — Ты уже изменил мою оценку, не так ли? — Я проверил свой файл с помощью кибероптики, пока он подтверждал. — Да, изменил, — сказал он. — Вот что я тебе скажу, — сказал я. — Ты можешь отплатить мне, поставив пятёрки по остальным моим курсам информатики. — Да, как будто этого никто не заметит, — усмехнулся он. — Как насчёт того, чтобы я просто отчислил тебя с этих курсов и вписал конкурс кейсов в твой файл? — Что это даст? — спросил я. — Я здесь ради оценок, мужик. Мне очень нужна эта стипендия в УНС. — Парень, у тебя, блядь, столько кредитов, что ты почти на полпути к бакалавру. И тебе нужны только гуманитарные предметы, чтобы закончить школу. Конечно, тебе придётся пройти пару дополнительных курсов в универе, так что, может, придётся выпускаться через два года вместо одного, но заменить эти научные курсы на грёбаный конкурс кейсов от «Арасаки»? И хорошо на нём выступить? Да пошёл ты, мужик, это та хрень, за которую тебе дадут полную стипендию через несколько дней после подачи заявления. Это звучало слишком круто. — Не знаю. Может, мне стоит поговорить с карьерным консультантом, прежде чем всё это решать. Кроме того, разве нет каких-то отборочных или чего-то в этом роде? Если это такое большое дело, как так получилось, что я могу просто так в это впрыгнуть? — Не можешь, — ответил Накадзима. — Я уже прошёл отбор. Теперь я могу собрать команду. Ты едешь на хвосте моего успеха. Поговори с этим консультантом или кем там ещё, а потом принимай решение. А пока что ты потратишь немного своего свободного времени на изучение настоящего кодинга. — Как мне изучать «настоящий кодинг»? — Код-ревью, парень, — сказал он, протягивая мне чип. — Здесь содержится старый военный ЛЁД — в индустрии мы называем его WET. Ничего не означает, но это просто ЛЁД, который был настолько тщательно расшифрован, что очень вероятно, что ты можешь найти ключ где-нибудь в Сети, особенно на ЛЁД-педии, где хранятся миллионы разных ключей. Прочитай код, а также выясни, как его взломать, если хочешь. Взлом ЛЬДА не будет сильно фигурировать в конкурсе, но это, тем не менее, ценная практика для понимания более глубоких принципов кодирования и Сети. Также есть код робототехники и ОС киберимплантов с багами. Во время ревью тебе нужно будет придумать, как его отладить на основе написанных комментариев. Закончи к пятнице. Это ни в коем случае не введёт тебя в курс дела, но мы будем учиться по ходу. Это твой первый настоящий шаг в изучении кодинга, парень. Я вставил чип, и там было много всего. По дороге домой я обчистил свой вагон NCART. Воровать у костюмов «Арасаки» было больше темой Люси, но мне было, в общем-то, насрать. Эдди есть эдди. К тому времени, как я добрался до дома, у меня было около тридцати чипов. Я пошёл прямиком в спортзал, чтобы качаться до 50% Критического прогресса. Нэнни остановила меня на 35%, потому что у меня начали накапливаться серьёзные побочные эффекты: связки, сердце, эндокринная система, а также нервная система, вещи, которые нельзя было вылечить из-за дефицита питательных веществ. Я загрузился всеми недостающими мне питательными веществами, позволил Сэнди быстро разобраться с моим дефицитом и отправился домой, набрав десять фунтов мышечной массы. Я отправил в школу заказ на форму побольше, а затем позвонил Мэйну. Дэвид: Нужно дело. Мэйн: Уже? Парень, я, блядь, занят-занят. Дэвид: Ой, извини. Просто хотел ещё поработать. Мэйн: Отчаяние — плохой вид. Ты уже все свои эдди продул? Дэвид: Конечно, нет. Коплю на обучение. Нужно больше-больше эдди. Мэйн: Нет у меня для тебя никакой-никакой работы, парень, а теперь свали с линии. Я застонал. Следующим я решил позвонить Рейесу. Д: Есть для меня какие-нибудь большие-большие денежные дела? Эль-Капитан: Ты гонк! Ты не сказал мне, что работаешь с командой Мэйна! Слышал, ты делал работу для Фарадея. Большие-большие деньги у этого парня. Д: Нужно больше. Коплю на что-то большое. Эль-Капитан: Дай-ка подумать… есть одно, которое действительно слишком-слишком уж большое для тебя одного. Обсуди со своей командой, может, им понравится-понравится. Стырить модифицированный байкерский СНООН2 у каких-то «Когтей Тигра». Доставить клиенту. Я рекомендую водителя и нетраннера для этой работы. Д: Какая оплата? Эль-Капитан: Тридцать косарей. Существовали значительные препятствия, мешающие мне выполнить этот заказ в одиночку. Мне приходилось повторять себе это снова и снова, прежде чем я сделал что-то тупоголовое, например, бросился на это дело в одиночку. Д: Я обсужу это с командой, прежде чем соглашаться. Тебя это устраивает? Эль-Капитан: Решай быстро. Это не тот заказ, который я могу долго откладывать. Рейес прислал мне информацию о заказе, и я отправил её Мэйну. Ответ я получил довольно быстро. Поговори с Киви и оставь меня, блядь, в покое! Дэвид: А как насчёт Дорио? Мэйн: Поправка, оставь нас, блядь, в покое. Чёрт. Через секунду я связался с Киви. Киви: Ещё чипы для меня? Д: Да, но у меня ещё и заказ наметился. Мэйн и Дорио, похоже, не заинтересованы. Заказ нужно выполнить быстро. К сегодняшнему вечеру. Нам нужен раннер и водитель. Я отправил ей информацию. Киви: И немного мускулов, судя по всему. Д: Меня вполне достаточно. Киви: Мило. Я не буду на это ставить. Пилар и Ребекка будут там. Я бы и Люси пригласила, но не думаю, что это хорошая идея. Д: Пригласи её. Пусть откажется, если захочет. Господи, какого хрена я делал? С Пиларом и Ребеккой деньги будут разделены на шесть частей, если Люси придёт и мы найдём специального водителя. Пять косарей были вполне приемлемо за одну работу, и я бы добился хорошего прогресса в оплате обучения. Но тогда мне пришлось бы выполнять заказ с грёбаной Люси. Киви: Не знаю, во что ты играешь, но я её пригласила — и она отказалась. Я даже не буду спрашивать, что происходит. Д: Спасибо. Слава богу. Я хотел, чтобы её пригласили, чтобы никто не мог сказать, что я позволил своим личным чувствам помешать профессиональному отношению. Киви: Ладно, парень. Мы встречаемся у Альдо, ровно в семь. 000 Я прибыл на склад, граничащий с пустыней, за пятнадцать минут до семи, только чтобы обнаружить, что там не было ни души. Киви приехала за десять минут до семи. На ней был всё тот же красный тренч, под которым были такие же красные брюки. — Рано, — сказала она. — Хорошо. Продолжай в том же духе, парень, и я, может, начну на тебя полагаться. — Спасибо, — ответил я. — И ещё, помни, на заказах я Ди. Её брови сошлись на переносице, явно выражая насмешливое презрение. — Всё ещё об этом, парень? Ты — умора. Из всех букв английского алфавита ты выбрал самую смешную. Я пожал плечами. Я думал, это было нова. Д — хорошая буква. Даже если она может означать что-то гонковое, вроде dick. А как насчёт dominion? Death? Destroyer? Dragon? Людям просто не хватало воображения. — Эй, Киви, у меня есть вопрос. — Я не буду говорить с Люси, — сказала Киви. — Что бы ты ни сделал, разбирайся с этим сам. — Нет, не то, — сказал я с гримасой. — Я бы и так тебя не подставил. Я просто хотел спросить, не могла бы ты дать мне несколько советов по кодингу. Люси — чертовски опасна на терминале, ты её учила, верно? Киви сузила на меня глаза. — Ты занимаешься нетраннингом? — Да, — сказал я. — Думаю, это единственный способ по-настоящему защититься от дерьма, знаешь? Сеть — это всё, верно? Нельзя быть в безопасности, если ты не в безопасности в Сети. — Хм, — сказала Киви, скрестив руки. — И как это вяжется с таким корпо-отродьем, как ты? Почему ты так напуган? Я стиснул челюсти. — Я не грёбаное корпо-отродье. Я здесь работаю. — Да, чтобы стать корпо-взрослым. По этой логике ты сейчас корпо-отродье. Я закрыл глаза и вздохнул. — Я просто пытаюсь заработать здесь деньги. Обнулять гангстеров не более почётно, чем работать с девяти до девяти до девяти в Башне «Арасака». Почему я должен получать дерьмо за то, что делаю это? В хмыканье Киви прозвучал намёк на смешок. — Может, это просто зависть. Просто не ходи и не рекламируй свои преимущества, парень. Немногие соло захотят работать с корпо на своей стороне. Одна только маска скажет им, что ты не в этом деле по-настоящему. Я сдержал свой ответ. Этого нельзя было решить разговорами. Но это было нормально. Разговоры не были необходимы. Я мог просто… доказать себя. — Советы по нетраннингу, — сказал я. — Не возражаешь? — Только если скажешь, в чём твой интерес, — сказала Киви. — Почему ты так твёрдо решил стать корпо? Я стиснул челюсти. — Ты просто будешь надо мной смеяться, а мне плевать на— — Без насмешек, — сказала Киви. — Обещаю. Просто любопытно. — Ладно, — сказал я. — Потому что я собираюсь взобраться на вершину Башни «Арасака». Я собираюсь захватить эту сучку. Глаза Киви расширились. Через мгновение они сузились до нормальных размеров, но в них всё ещё было некоторое недоверие. — Ты сказал это Люси? Я кивнул. — Откуда ты знаешь? — Единственное, что Люси ненавидит больше, чем костюм корпо, — это тот, кто сидит на члене «Арасаки». У неё личная неприязнь к этой корпорации. Я глубоко кивнул. — Мне плевать, — сказал я. — О? — Нет, не особо, — сказал я, стиснув челюсти. — Она набросилась на меня из-за этого? Если бы у неё остались хоть какие-то мозги в этом черепе после всех этих нейроимплантов, она бы— — Заткнись, — сказала Киви. — Мне плевать. Мне. Господи, заткнись. — Эм, извини, — сказал я. — А насчёт нетраннинга? — спросил я. — Я сделаю это, если ты обменяешь выручку от клепнутых чипов на уроки. — Да ладно, Киви, мне очень нужны эти деньги— — А мне очень нужно немного времени для себя, на которое, несомненно, посягнут твои бесконечные вопросы, так что почему бы тебе не поступить как хороший корпо и не принять решение. —…Сколько? За уроки? — Как только ты наклепаешь достаточно чипов, я дам тебе следующий урок. — Это эксплуатация, — сказал я. — Ты не даёшь мне чёткой цифры. — Не все чипы стоят одинаково, — сказала она. — Но я ищу конкретную цифру: шесть тысяч эдди. Это было отвратительно дорого. — Откуда я знаю, что уроки того стоят? — Моя репа на кону как у нетраннера, парень, — сказала Киви. Я рассмеялся. — В этом бизнесе всё сводится к репе, да? — Так и есть, — сказала она. — Особенно в мире нетраннинга. Мы — параноидальная кучка. Добрая воля и доверие дороже алмазов. Запятнаешь своё имя, и тебе конец. К счастью, я ещё не учёл полностью выручку от чипов в своём счёте, так что я не считал эти шесть тысяч эдди своими. Это ментальное разделение облегчило попытку этого гонкового дерьма. — Ладно, — сказал я. Киви застонала. — Я надеялась, ты откажешься. Я дам тебе несколько моих устаревших квикхаков. Я оставлю несколько комментариев о том, что именно делает их устаревшими, но это всё, что ты от меня получишь. Не сможешь разобраться сам, тогда позвони мне, но я предупреждаю, ты ни хрена так не научишься. Я буду настолько лаконичной, насколько смогу. Так шесть тысяч эдди за какой-то устаревший код и комментарии? Я уже создал два квикхака сам; что делало её квикхаки настолько лучше моих? Думаю, я не узнаю, пока не посмотрю. И если она была не такой, какой себя выставляла, тогда я просто… потоплю её репу? Как я вообще должен был это сделать? У меня не было ни сети, ни репы в настоящем сообществе нетраннеров. Знал только каких-то гонков, которые даже не могли отладить своё собственное дерьмо и, вероятно, в первую очередь платили за свой код. — Мне нужны контакты, — сказал я. — Я хочу познакомиться с другими раннерами. — Вот это тебе будет стоить. Грёбаный гонк, морочит мне голову. — Мы разберёмся с этим позже, — сказал я, уже решив отказаться от этой идеи. Я не мог позволить ей так сильно меня кормить с ложечки в нетраннинге. Мне нужно было в какой-то момент проявить инициативу, достать настоящую кибердеку, а затем погрузиться в сеть. Сначала нужно было найти нормального рипера. Что у меня снова было в списке дел? Ну, закончить задания Накадзимы, что считалось практикой в нетраннинге. Найти рипера. Решить, каким будет мой следующий кусок хрома. Заработать достаточно денег, чтобы остаться в школе. Это было до моего участия с Киви. Затем нужно было улучшить встроенный ЛЁД в моих имплантах, но я мог сделать не так много без импланта Self-ICE. Выполнять заказы, как это было, уже было довольно рискованно. Достаточно одного бодрого сканирования, чтобы вытащить всю мою информацию. У меня всё ещё была роскошь быть особенно неясной фигурой. Никто не стал бы сейчас достаточно заботиться о том, чтобы вытаскивать мою информацию. Наибольшее внимание, которое я мог бы получить на поле боя, — это смертоносное намерение. Даже вражеский нетраннер скорее склонялся бы к тому, чтобы поджарить мой хром, чем доксить меня. [Думаю, я могу оказаться лучшей альтернативой такому импланту.] Я нахмурился. Дэвид: Думаешь? [У меня гораздо большая память для ЛЬДА, чем у любого из твоих имплантов, и я также могу позаимствовать вычислительную мощность Сандевистана, чтобы ещё больше повысить его эффективность.] Чёрт, окей! Дэвид: Ты знаешь, где мой полный проект ЛЬДА, верно? Можешь внедрить его прямо сейчас? [Готово. Активируй Сандевистан. Я должен завершить несколько нейронных соединений.] Я так и сделал. Для меня ничего не изменилось. [Теперь ЛЁД, который ты разработал, работает на полную мощность.] Ха. Ну, это было легко. Это не защитит меня по-настоящему навсегда, но я хотя бы смогу почувствовать вторжение и его точку происхождения, и как только это произойдёт, они даже не успеют моргнуть, прежде чем я их обнулю. Фургон подъехал прямо перед нами, и я отступил, готовя Сандевистан на всякий случай. Дверь соскользнула, и из неё выпрыгнули Пилар и Ребекка. Я расслабился. — Рад вас видеть, ребята, — сказал я. Киви подошла к фургону. — Обратно внутрь, — сказала она. — Мы проведём брифинг в дороге. Надеюсь, ты прочитал, что мы делаем. — Нет! — сказала Ребекка. — Просто скажи мне, что делать, ты же знаешь, я, блядь, не готовлюсь к заказам. Киви застонала, открывая дверь пассажирского сиденья и запрыгивая внутрь. На водительском сиденье сидел кареглазый парень с весьма впечатляющими усами. Его наряд вызывал такую сильную ковбойскую энергию, что я не мог не полюбить его мгновенно. Я залез в фургон, пока Пилар что-то ворчал. Ребекка села рядом со мной. — Эй, — сказала она. — Ди, — а потом снова рассмеялась. — Это моё имя, — сказал я. — Этот ребёнок серьёзно?! — рассмеялся Пилар. — Ди — маскированный menace, матадор-наёмник, покоритель пизд! Ребекка рассмеялась ещё громче. — Ты и правда так себя называешь? — спросил водитель. — Да, — сказал я. — А ты? — Фалько. Привет, приятно познакомиться. Киви застонала. — Ещё один косплеер среди нас. Ты доволен, Ковбой Фалько? — Конечно, доволен, — ответил Фалько. — Не каждый восход солнца ты пересекаешься с настоящим лучадором, вот что я тебе скажу. Пилар рассмеялся ещё громче, и Ребекка последовала его примеру. Я не мог удержаться от смешка. Было дерьмово быть объектом шуток, но я не мог не чувствовать себя странно знаменитым. Честно говоря, мне это чувство не не нравилось. — Прекратите, вы двое, — сказала Киви. — Я провела разведку места, куда мы направляемся. Слушайте внимательно и запоминайте свои роли. Казалось, Киви взяла на себя руководство этой миссией. Я совсем не возражал. Я был несколько параноидально настроен, что именно мне придётся составлять план, потому что я принёс этот заказ, но, к счастью, Киви, похоже, всё взяла под контроль. — На взлом ЛЬДА может уйти пара минут, — сказала она. — Плюс в том, что как только он сломается, мы получим доступ ко всей территории. Двадцать гонков разбросаны по всему объекту. Ещё десять с лишним врагов из «Когтей Тигра» крутятся вокруг груза. Квикхакнуть их снаружи нельзя, так что столкновение неизбежно. Желательно, чтобы мы уничтожили всю шайку, чтобы они не смогли сбежать к своему оябуну и настучать на нас. Как только мы начнём, никаких исходящих сигналов, я об этом позабочусь. Я кивал её словам. Ребекка и Пилар, в свою очередь, наконец перестали смеяться. — Фиксер упомянул что-то о бонусе, если мы сможем добыть какие-нибудь полезные данные. Ничего конкретного, а «полезные» — дерьмовое условие, если вы меня спросите, — сказала Киви. — Так что я говорю, что мы это бросим. — Нет, — сказал я. — Я думаю, мы должны это сделать. Даже если это будет зря, важно показать, что мы выходим за рамки для наших фиксеров. Репа — это всё, верно? — Какой же ты правильный, — сказала Киви с явным презрением в голосе. Фалько свистнул. — Ты уверен, что ты не внебрачный сын Мэйна или что-то в этом роде? Ты сейчас просто олицетворение буквы «П» в слове «пруденция», — он усмехнулся, вызвав ещё больше смеха у двух соло по обе стороны от меня. Пилар крикнул: — Ты слишком серьёзно к этому относишься для кого-то в твоём прикиде, чумба! — Да, да, — пробормотал я. — Какой вообще план? Киви переслала мне карту комплекса. — «Когти» окопались внутри главного комплекса рядом с СНООН2. Нам нужно их выкурить, ещё и потому, что перестрелка рядом с легковоспламеняющимися химикатами — не самая гениальная идея. Я включу пожарную сигнализацию, и они разбегутся как крысы, если знают, что для них хорошо. Мы заворачиваем за угол и открываем по ним огонь. Как только они укроются, настанет ваша очередь. — Я кивал её идее. С того места, где мы атаковали, мы бы ударили по «Когтям Тигра», расставленным по всему объекту в качестве охраны. Как только мы начнём их убивать, те, кто охраняет груз, вероятно, окопаются ещё сильнее. Нам придётся со временем придумать, как это обойти. Я спросил у Киви её мнение на этот счёт. — Как только я окажусь поблизости, — сказала она, — тебе не придётся об этом беспокоиться. Просто позаботься о том, чтобы смягчить нашу цель. — Я кивнул. Снаружи взвыла какая-то сигнализация, что было обычным делом в Найт-Сити. — Как далеко мы? — спросил я. — Мы на месте, — сказал Фалько, когда мы въехали на склад, чьи сигнализации громко выли. Пилар и Ребекка держали свои пушки наготове. Мы завернули за угол, к месту сбора при пожарной тревоге, где собрались японские гангстеры в неоновых цветах. Пилар открыл длинную дверь фургона и начал стрелять вместе с Ребеккой. Это было громче, чем я мог бы описать. Через несколько секунд пятнадцать «Когтей Тигра» были выведены из строя. Осталось ещё пятнадцать, если данные верны. Пилар и Ребекка выпрыгнули из фургона, и я последовал за ними, активировав Сандевистан, чтобы приблизиться к тем, кто не был ранен, всё время стараясь избегать летящих пуль. Они не были особенно медленными, даже для меня, и у меня было чувство, что если я попытаюсь с ними потягаться, меня в конце концов обгонят. Я вытащил нож, который клепнул у мусорщиков, карамбит, теперь, когда я подтвердил название, и начал резать по горлу. Сопротивление, которое я встретил, пытаясь перерезать горло первому «Когтю Тигра», было впечатляющим. Вместо того, чтобы вонзиться ему в горло, мой нож вдавил его горло внутрь, как будто оно было сделано из пластика, глубоко вонзившись в него. Что это, чёрт возьми, было? Я не мог вытащить нож с собой, так что мне пришлось найти что-то другое. На земле валялись катаны. Я поднял одну, едва увернувшись от пули, и использовал её, чтобы ударить по горлу другого «Когтя Тигра». На этот раз результат был впечатляющим. Я почти не встретил сопротивления, разрезав ему всю шею, обезглавив его, как будто я косил траву. Может, это был просто ганик. Я удержался от того, чтобы посмотреть, так ли это, и продолжил свою миссию по уничтожению как можно большего числа «Когтей», стараясь не быть обнулённым Пиларом и Ребеккой. Катана хорошо сработала ещё для шести целей, пока я не добрался до последней, всё ещё стоявшей на месте сбора. Его шея деформировалась так же, как и у того парня, и мне пришлось оставить катану. Я отошёл от линии огня Ребекки и Пилара и деактивировал Сэнди. Мои жертвы наконец упали на землю. Даже тот, кого я обнулил карамбитом, и последний, которого я ударил катаной, были одинаково готовы — их шеи были согнуты под острым углом, а место напротив того, где я порезал, разорвалось, извергая кровь. Жутко, блядь. Моё сердце бешено колотилось. Джимми Куросаки никогда бы не смог приблизиться к этому реальному ощущению. Пилар и Ребекка не прекращали стрелять ещё некоторое время. Как только они закончили, я вышел на вид. — Охрененно нова, Ди! — крикнула Ребекка. — Это ты? — Что за быстро-проматывающееся дерьмо это было? — крикнул Пилар. — Секунду назад ты был позади нас! Какого хрена ты делал, уворачиваясь от наших пуль? Парень, ты безумец! Выстрелы раздались из здания, едва меня не задев. Дерьмо. Мог бы и умереть сейчас. Я снова активировал Сэнди и поднял ещё одну катану. Вход в здание был узким, слишком узким, чтобы я мог вбежать и не попасть под град пуль, которым извергалось здание. Пришлось бороться огнём с огнём. Я поднял пистолет и прицелился. Прямо в гангстера из «Когтей Тигра», поливающего меня огнём из пистолета-пулемёта. Прямо в маму. Пули подлетали всё ближе. Нужно было уходить с дороги. Я деактивировал Сэнди, укрывшись, ожидая его перезарядки. Как только стало тихо, я снова вошёл в ускоренный режим Сэнди и снова прицелился. Снова в маму. Я не мог нормально дышать, когда Сандевистан был активен. Это не совсем так работало — нужно было когда-нибудь это выяснить. Но если бы я мог, у меня было чувство, что я бы задыхался. Рычал. Пытался заставить себя нажать на курок. Но я не мог. Не в маму. Я отбросил бесполезное железо и просто вбежал. Гонк ещё не выстрелил, что дало мне достаточно времени, чтобы зарубить его задолго до того, как он успел бы нажать на курок. Я врубился ему в грудь, почти разрубив пополам, когда я прошёл мимо, чтобы найти ещё двух его чумб. Я ударил другого по талии — шея этого высокого ублюдка была слишком высоко, чтобы я мог удобно до неё добраться — и прорубил половину его тела, пока грёбаная катана не разлетелась вдребезги. Неважно. У неё всё ещё было достаточно острого края, чтобы я мог вонзить её в горло последнего «Когтя Тигра» в коридоре. Его горло тоже согнулось — явный признак хрома. Я вытащил катану из его ножен и повернулся, чтобы закончить с предыдущим «Когтем Тигра», ударив его в спину настолько глубоко, что я, вероятно, задел его лёгкое, не говоря уже о позвоночнике, который, я был почти уверен, я чисто перерубил. Лучше всего то, что эта не сломалась. Видишь? Мне всё равно не нужна была грёбаная пукалка, когда у меня был мой сэнди и что-то острое. Мне не нужно было использовать этот громкий и бесполезный кусок металла, когда я мог делать это. И некоторые из этих гонков были забиты хромом. Я сомневался, что обычные пули вообще помогли бы. Зачем я вообще взял кого-то с собой на этот заказ? Я мог бы закончить это полностью сам. Я выбил дверь в конце коридора, только чтобы найти ещё коридор. Я прочитал карту, удобно расположенную на какой-то стене, и запомнил маршрут на склад. Я был близко, всего одна дверь в конце другого коридора. Я выбил и её. Я сразу же нацелился на восьмерых врагов в комнате. Я сломал свою катану о шею первого парня, но это было нормально, потому что у него была своя. Следующие двое прошли гладко, только чтобы третий гонк выкинул то же самое дерьмо. Неблагодарный ублюдок. У него тоже не было катаны, что заставило меня использовать обломок на ком-то другом, у кого она как раз была. Очень мило с его стороны. Восемь врагов превратились в одного ещё дышащего. У меня в руках было две катаны, и я собирался решительно прикончить последнего гонка, который всё ещё стоял на ногах. С его точки зрения, он, вероятно, только успел заметить, как выбили дверь. Я был всего в десяти футах от него, когда его голова повернулась ко мне, и он начал двигаться. Он вытащил свою катану и парировал мою. Застигнутый врасплох, я скрестил оба меча в защите, но он провернул какой-то приём из кендо, который выбил меч из моей левой руки так, будто я его даже толком не держал. Затем он ударил меня. В грудь. Удар прошёл насквозь через спину и отразился от моего хромированного позвоночника. Меня тут же выкинуло из ускорения. Боевик «Когтей Тигра» хмыкнул. Затем он заговорил по-японски. — Думаешь, ты единственный в Найт-Сити с Сандевистаном, друг? — Нет, — ответил я. Моё понимание японского на письме и чтении было достаточно хорошим, но произношение — дерьмо, не то чтобы я когда-нибудь практиковался. Я выучил этот грёбаный язык только для того, чтобы лучше кодить для «Арасаки». — Но я единственный, кто может делать это. Я снова активировал Сандевистан и отступил, тут же чувствуя, как моё тело восстанавливается. «Коготь Тигра» тоже не замедлил активировать свой. Прежде чем я успел снова его ударить, он нанёс ещё один порез по моей левой грудной мышце. Он не задел ничего, кроме мышц, но этого было достаточно, чтобы сильно ослабить мою левую руку. Это было нормально. Это дало мне возможность нанести удар ему в грудь. Однако боль и шок выбили меня из ускорения, но, к счастью, то же самое произошло и с ним. Мы снова активировали его одновременно и пронеслись мимо друг друга, каждый намереваясь порезать другого. Он нанёс чистый удар мне по животу. Я не попал ни во что. Удар выкинул меня обратно в обычный поток времени, и прежде чем я успел среагировать, меч снова вонзился мне в грудь. Я отказался зацикливаться на этом повреждении, вместо этого порезав ему бедро. Он отступил, а я снова активировал Сандевистан и приготовился атаковать— [Дэвид, деактивируй Сандевистан! Твой Критический прогресс на 90%!] Блядь. Не мог этого сделать, иначе он порежет меня на сашими. Я стиснул зубы и продолжил атаку. Он сделал то же самое. Я становился лучше. Он чаще попадал по моему мечу, чем по мне. Мой Критический прогресс продолжал расти. Девяносто один. Девяносто два. Он нанёс чистый удар мне в плечо. От этого я излечился. Подскочило до девяноста пяти. Блядь! Я деактивировал Сандевистан, глядя на дверь, из которой пришёл, и гадая, где моя команда. К счастью, «Коготь Тигра» сделал то же самое. — У тебя много «органики», — сказал «Коготь Тигра». — Раз так часто активируешь Сандевистан. Хватит. Давай решим это на мечах. Нет смысла убивать себя, прежде чем мы сможем убить друг друга. Я поднял меч в готовности. Он был прав. Не мог продолжать так рисковать. Нужно было действовать умнее. Он, вероятно, мог бы ещё пару раз включить Сандевистан в ответ на мои действия. Если мы оба этого не сделаем, я не буду усугублять своё положение. Я позволю ему ударить меня в последний раз, и пока он будет злорадствовать, я вскрою ему горло. Он этого не ожидает. Он уже думал, что я полумёртв. Меч «Когтя Тигра» появился на годы раньше, чем я ожидал, сломав мой у самой рукояти. Его меч уже летел к моей шее, готовый отделить мою голову от тела. Я не успею вовремя активировать Сандевистан. Вот так просто, да? Затем его мозги взорвались у меня на лице. Он отлетел в сторону, а его меч оставил лишь царапину на коже моей шеи. — Охрененно! — услышал я крик Ребекки из дверного проёма. — И как раз вовремя! Ди, ты, грёбаный гонк, какого хрена ты побежал вперёд и чуть не обнулился? Я не мог поверить. Я был так близок к тому, чтобы всё потерять. Что я, чёрт возьми, делал? — Алло? — Ребекка уже подошла ко мне. Она помахала рукой у меня перед лицом. — Земля вызывает Ди? Близость к смерти тебя хорошенько встряхнула, да? Это научит тебя не бросать своих чумб, не так ли? — Спасибо, — сказал я. — Я думал, что я труп. Ребекка рассмеялась. — Но ты не труп. В любом случае, этот твой Сэнди — грёбаный menace! Сколько гонков ты порубил? — Не помню, — сказал я. Эта фраза вызвала у меня неприятное чувство в животе. Не помню. Даже не «я не помню». Просто легкомысленное предложение из двух слов, отмахивающееся от веса всех тех, тех реальных людей, которых я убил. Я делал это по причине, но с каких пор это стало так легко? Наверное, с самого начала. БД Джимми Куросаки практически с шестнадцати лет приучили меня к обнулению. В то время это было просто развлечением. Жестокость, зрелище всего этого были как фильм ужасов. И я никогда не чувствовал вины. В конце концов, я не убивал тех людей. Это делал кто-то другой. Я просто заимствовал их точку зрения. И, чёрт, именно Док в первую очередь подсадил меня на них, как способ заработать деньги, чтобы маме не приходилось так надрываться. Я был невиновен. Скольких я убил? — Восемнадцать, — сказал я. Только сегодня. До этого я зачистил два логова мусорщиков. Я помнил их число, но только потому, что мне платили за каждого убитого. Было легче помнить награду, чем саму работу. Едва ли мог даже вспомнить их маски. Шестнадцать. Всего тридцать четыре человека. Восемнадцать убийств менее чем за пять минут уже считались приличным числом жертв для инцидента с киберпсихом. Киберпсих. Вот куда я направлялся, не так ли? Инциденты киберпсихоза обычно были жестокими, потому что те, кто от него страдал, изначально были жестокими людьми. Всё, что делал киберпсихоз, — это стирал грань между другом и врагом. Может, я делал что-то не так? Нет. Мне нужны были деньги. Нужно было закончить академию. Другого пути не было. Даже если бы я решил с этого момента стать полноценным нетраннером, у команды Мэйна уже было два, которые были намного лучше меня. Единственная причина, по которой я был чего-то стоил для команды, — это Сандевистан. И Нэнни. Не мог перестать убивать. Но я не мог и продолжать в том же духе. Что же тогда делать? Я должен был помнить. Помнить каждое убийство. Помнить, что я чувствовал и как это было плохо. Не позволять себе делать убийство такой основной частью своей личности, чтобы я мог просто так внезапно потерять счёт. — Восемнадцать? — крикнула Ребекка. — Блядь, Ди! Ты terrifying! — Нет, — сказал я. — Это было глупо. Стал слишком неосторожным. Слишком завёлся. — Слишком зациклился на том, чтобы доказать, что я достаточно хорош без пистолета, что могу с лихвой компенсировать этот недостаток, просто используя клинок. — Что случилось в конце? — спросила она. — Сандевистан перегрелся или что? — У него был Сэнди, — объяснил я. — И он умел обращаться с мечом. Я — нет. — Заметка на будущее: научиться, блядь, пользоваться мечом. Мой список дел становился всё длиннее и длиннее. У меня не хватало часов в сутках, чтобы со всем этим разобраться. Блядь. — Твоя куртка и рубашка все порезаны, — заметила Ребекка. В панике я посмотрел вниз и увидел порезанные и разорванные остатки моей любимой чёрной рубашки. Мамина куртка тоже не вышла из этого невредимой. Блядь! Сегодняшний день совсем не радовал. — Не заводись! — крикнула она. — Это легко мог быть ты—а? Ты кровоточишь? — Я снова посмотрел вниз. Моя одежда была пропитана кровью, но сквозь порезы на рубашке было легко видно, что я не ранен. — Наверное, не моя кровь, — сказал я. Всё, что я знал, это то, что мне нужно было многому научиться, прежде чем я мог бы даже начать называть себя соло. Джеймс Норрис вынес бы всё это заведение в буквальном смысле в мгновение ока. Конечно, он был забит хромом по самые жабры и ему не нужно было беспокоиться о том, что в него попадут пули. Тем не менее, в его тактике, по крайней мере, в его до-киберпсихотической тактике, был бы метод. Метод более разумный, чем просто врываться в это крысиное гнездо. Киви и Пилар прибыли вовремя. Большие рольставни склада тогда открылись. — Разобрались? И это, блядь, выстрел я слышал рядом с СНОО? Ради всего святого! — простонала Киви, оглядываясь. — Давайте загрузим СНОО и свалим отсюда, пока «Когти» не прибыли в полном составе и мы действительно не взорвались. — А что насчёт данных? — спросил я. — Ты так беспокоишься о данных, почему бы тебе их не взломать? — сказала она. — Не взял свою кибердеку, — ответил я. Киви усмехнулась. — Как учитель, ты не особо внушаешь доверия, знаешь ли, — сказала она. — Я открою тебе интерфейс на терминале, но взламывать будешь сам. — Не будет ли быстрее, если ты это сделаешь? — спросил я. — У нас здесь ограничение по времени. — Поэтому я даю тебе три минуты, начиная с этого момента. Не успеешь вовремя, мы сваливаем. Понял? Я не терял времени, следуя за ней, когда она поднималась по лестнице на мезонинный этаж склада, где мы подошли к двери. Киви открыла её, и её глаза вспыхнули синим, когда она начала взламывать терминал внутри. — Вот, — сказала она. — Взламывай. Я сел перед терминалом и приступил к работе. И работы было много. Не на три минуты, уж точно. Мне нужен был Сандевистан. [Дэвид, я настоятельно советую не делать этого. Тебе следует приберечь использование Сандевистана для ситуации, когда твоя жизнь окажется в опасности.] Нэнни была права. Это были просто лишние эдди. Не стоило рисковать жизнью ради этого, не когда я и так стану богаче на шесть тысяч эдди. Я мог взломать это меньше чем за три минуты. Нет, за две, теперь, когда мы потратили столько времени, поднимаясь сюда. Мне просто нужно было проявить изобретательность. Стены ЛЬДА можно было пробить грубой силой с помощью простого алгоритма взлома, но зачем идти по простому пути, если можно быть более интуитивным? Что «Когти Тигра» ценили в плане информационной безопасности? Быть взломанными Нетраннером. Ещё бы. Их ЛЁД будет крепким, если эти данные чего-то стоят. Я оглядел стол и начал всё переворачивать. Выдвинул ящики, пролистал блокноты. — Какого хрена ты делаешь? — сухо спросила Киви. Затем я нашёл что-то под грёбаным ковриком для мыши. Листок бумаги. Пароль. — Ну надо же, — сказала Киви. — Удачный поворот, да? Вероятно, для того, кто это сделал, это имело смысл. Нетраннер больше бы доверял своим способностям, чем пытался бы просто найти написанный пароль. Я получил доступ к терминалу и начал загружать все данные на чип. Это было быстро. Как только всё закончилось, я снова вставил чип и побежал наружу, Киви следовала за мной. Пилар, Ребекка и Фалько закончили загружать последние бочки в трейлер, прицепленный к грузовику Фалько, и им понадобилась всего минута, чтобы закрепить груз, прежде чем мы свалили. Мы сели в машину, и Фалько вдавил педаль в пол, выезжая с объекта с впечатляюще безрассудной скоростью, которая почти заставила меня бояться за свою жизнь. Но Фалько не зря был эджраннером-водителем. Мы ехали по встречной полосе на шоссе, потому что это было быстрее, чем ехать с потоком и искать разворот, и даже с трейлером, Фалько уворачивался от встречных машин, как будто это было ничто. Я даже не мог уследить за тем, что, чёрт возьми, он делал. Этот грузовик был тяжёлым, как «Император», и всё же он управлял им, как будто это был суперкар «Рэйфилд». Должен был быть какой-то нейроимплант, это точно. И моды в его машине тоже. Мы наконец добрались до развязки, и Фалько только ускорился, как бы невозможно это ни звучало. — Чёрт! — крикнула Киви. — Враги на въезде в километре позади! «Когти Тигра» перехватили наш сигнал. Фалько, сначала оторвись от них, прежде чем сбрасывать груз. Трое на мотоциклах. Обнулите их, пока я скрываю наши следы! Ребекка встряла. — Они не проживут достаточно долго, чтобы Фалько пришлось от них отрываться! Где, чёрт возьми, моя «Некомата», братан? — спросила она. — Вот! — ответил Пилар, протягивая ей ружьё, которое, вероятно, было длиннее её самой. Она открыла окно и вылезла наружу, как будто не боялась смерти, что, оглядываясь назад, она, вероятно, и не боялась. Пилар открыл другое окно и тоже присоединился к ней, плавно выскользнув из грузовика через окна. — Ч-что, если они начнут стрелять в ответ?! — в шоке спросил я. — И разве мы не должны в них стрелять? Что, если мы попадём в «Чу»? — Ребекка — меткий стрелок, без сомнения, — протянул Фалько. — И даже эти «Когти Тигра» не настолько глупы, чтобы взорвать сокровище, которое они пытаются вернуть. Я вспомнил, как голова того самурая из «Когтей Тигра» взорвалась у меня на лице. Мне придётся отстирать столько крови с одежды, когда я вернусь домой. Я услышал три выстрела с крыши, а затем два удара по крыше. — С этим делом покончено, — сказал Фалько. Сразу после этого Пилар и Ребекка скользнули обратно в машину, каждый из своего окна, снова зажав меня между собой. Я посмотрел на Пилара. — Что ты там делал? — Держал её! — ответил он. — Эта «Некомата» сбросила бы её с крыши, если бы я не закрепил её на месте. Я кивнул. Фалько съехал с шоссе и въехал в сам город. — Мы почти выехали из Вестбрука, уже почти там, — сказал Фалько. — Как дела со скрытием следов, Киви? — Готово, — сказала она. — Третьей встречи быть не должно. Отвези нас к клиенту и давайте получим наши эдди. Ди, отправь Рейесу его данные. Я так и сделал. Эль-Капитан: Ты всегда быстрый, парень, очень быстрый. Д: Спасибо. Какой был бонус? Мои чумбы не думали, что это справедливо, что ты не назвал сумму. Эль-Капитан: Честно говоря, не ожидал его получить. Дай-ка посмотрю. Ах. Идеально. Лучше, чем идеально. Как насчёт пятнадцати? Мои глаза вылезли из орбит. — Он говорит пятнадцать за данные, — сказал я вслух. — Скажи двадцать пять, — ответила Киви. — Надави на парня. Д: Двадцать пять. Эль-Капитан: Спорить с фиксером об оплате — нехорошо, парень. Ожидал от тебя лучшего. Д: Не спорю. Извини. Просто веду переговоры. Мы хорошо поработали, и мы почти не получили данные, прежде чем нас догнали ещё «Когти Тигра». Эль-Капитан: Сколько их было? Шестнадцать, которых убили Ребекка и Пилар, и восемнадцать, с которыми я разобрался, в сумме… Д: Тридцать четыре, по крайней мере. На самом деле, тридцать семь. Столкнулся ещё с тремя на шоссе. Разобрался с ними. Эль-Капитан: Сколько на месте? Д: Тридцать четыре. То же число людей, которых я убил в общей сложности. Это число продолжало появляться. Эль-Капитан: По крайней мере, на четыре больше, чем максимум, указанный в разведданных. Полагаю, мы можем сойтись на бонусе в двадцать тысяч. Не дави, парень. Д: Спасибо, Капитан. — Двадцать, — сказал я вслух. — Ты согласился? — спросила Киви. Я кивнул. Она хмыкнула. — Мог бы попросить ещё хотя бы две тысячи. Ты слишком лёгкий, парень. — Но всё же! — сказал Пилар. — Десять косарей каждому за работу — это не мелочь! Я наконец смогу позволить себе новые перчатки! Я почти хотел возразить; я сделал всё, чтобы вернуть данные. Я должен был получить бонус, может, немного поделиться с Киви. Но слова Мэйна напомнили мне, что так и должно быть. Каждый получает свою честную долю. Спорить из-за денег — верный способ убедиться, что чумбы, которые тебя прикрывают, скорее увидят тебя мёртвым, чем что-либо ещё. Нельзя было ворчать, нельзя было спорить. Так и должно быть. К тому же, я и так зарабатывал грёбаные деньги. Какой смысл быть жадным? Ребекка тоже встряла. — И я наконец смогу улучшить «Кишки»! И теперь мне не хватало всего семи тысяч, чтобы оплатить мой предпоследний семестр в школе. Это осознание убило мой энтузиазм с удвоенной силой. У меня даже не было достаточно денег, чтобы делать то, что я хотел, и, по правде говоря, я, вероятно, потратил бы около тысячи на добавки, прежде чем накопить на оплату школы. Нет. Это было глупо. Я заработал столько денег за такое короткое время. Ещё семь тысяч — это одна, может, две работы. Последний «Коготь Тигра», которого я убил, почти меня прикончил. Что, если моя следующая работа будет последней? Я покачал головой, а затем ударил себя по лицу. Нет. К чёрту это трусливое гонковое дерьмо. Я потерял голову. Больше не повторится. — Вау! — сказал Пилар. — Что тебя так завело, Луча-Ди? — Ничего, — сказал я. — Гонк почти обнулился, — рассмеялась Ребекка. — Хочешь поговорить об этом, парень? — спросил Фалько. — Нет, — ответил я. — Просто потерял самообладание и всё. — Это самый быстрый путь к встрече с гробовщиком, — сказал Фалько. — Хочешь услышать слова старика или ты доволен тем, что будешь вариться в этом сам? — Я… я не против, — пожал я плечами. — Тогда слушай внимательно, молодой бычок. Когда пули начнут свистеть и мир будет готов взлететь на воздух, помни вот что: держи сердце твёрдым, как скала, и разум холодным, как пустынный ветер. Пусть гнев и страх катятся с тебя, как вода с гуся. Сосредоточься на работе, и не позволяй страстям взять над тобой верх. Именно те, кто сохраняет голову, когда вокруг творится ад, выезжают из боя и живут, чтобы рассказать об этом. Так что, оставайся хладнокровным, оставайся собранным, и, может быть, ты доживёшь до следующего восхода солнца. — И как мне это сделать? — раздражённо спросил я. Что за мудак. «Потерял самообладание, молодой человек? Просто в следующий раз оставайся хладнокровным». Я знал, как важно сохранять хладнокровие. Не нужна была лекция об этом. — Ты делаешь это, дыша медленно и глубоко, сынок. Вдыхай пыльный воздух, пусть он наполнит твои лёгкие, а затем выдыхай всё напряжение и шум. Сосредоточься на своей тренировке, своей цели и своих товарищах. Представь задачу впереди, а не хаос вокруг. И помни, дело не только в том, чтобы остаться в живых; дело в том, чтобы выполнить работу и вернуться в лагерь. Сохраняй рассудок, доверяй своим инстинктам и доверяй своей команде. Вот как сохранять хладнокровие в пылу битвы. Я кивнул. В следующий раз я это учту. Я дошёл до этого момента, не нуждаясь в том, чтобы сохранять хладнокровие, потому что мой Сандевистан практически сводил на нет любой конфликт. Пока он этого не сделал, и тогда я превратился просто в ещё одного ребёнка, играющего в то, чем он на самом деле не был. Если бы я пошёл на эту работу в одиночку, я был бы трупом. Я не мог продолжать думать, что мне не нужна команда. — Ребята, — сказал я. — Простите, что побежал вперёд. Должен был больше доверять вам. Я не хочу так поступать, и я обещаю, что это будет последний раз, когда я сделаю такой гонковый ход. Простым решением было бы всегда двигаться только с моей командой и убивать свою долю врагов, прикрывая спины моих чумб. Таким образом, я, вероятно, никогда не окажусь в такой большой опасности из-за силы моего Сандевистана и Нэнни. Но это было простое решение. Я не мог довольствоваться этим, если хотел добраться туда, куда хотел. Будь то эджраннинг или восхождение на вершину «Арасаки», я должен был быть на голову выше остальных. Это не означало получить лучший хром, вживлять всё больше и больше металла за счёт своего тела и разума. Это означало действительно стать таким хорошим и идти к этому долгим и трудным путём. Если бы мне приходилось заменять части себя машинами каждый раз, когда я чувствовал, что недостаточно хорош, то я никогда бы им не стал. Были вещи, которые могла делать только киберимпланты, и вещи, которые киберимпланты просто делали лёгкими. Я должен был знать разницу. Это началось с основ. Оружейная подготовка. Рука Пилара хлопнула меня по спине. Просто его рука, положенная горизонтально, могла почти полностью покрыть мою спину. — Не беспокойся об этом, парень. Ты усвоил свой урок, и я могу сказать, что ты не настолько гонк, чтобы игнорировать урок леди Смерти. У неё слишком большие сиськи для этого. — Просто в следующий раз оставь немного для меня! — сказала Ребекка. — Невесело просто обнулять ничего не подозревающих гонков! — проныла она. — Хорошо, — сказал я. — Э-э, Фалько, спасибо за совет. — Не за что, парень. Просто помни, не совет тебя спасёт; а то, как ты его используешь. — Я знаю, — сказал я. — Можешь высадить меня возле станции NCART после того, как мы сделаем доставку? — Не останешься на афтерпати? — спросил Фалько. — Подождите, всегда есть афтерпати? — Это традиция! — сказала Ребекка. — Ты никуда не уйдёшь, пока мы тебя хорошенько не напоим, Ди! Я неуверенно кивнул. — О, хорошо.