Часть 1

С самого детства Нафиса жила во дворце Асгарда рядом с Фриггой и Одином. Фригга растила её как собственную дочь, лелеяла её, зная, как тяжело было девочке потерять отца и мать. Один же видел в ней союзника для мира, но всегда недооценивал силу теней. Локи был для неё настоящим братом — их способности были схожи, но сила Нафисы проявлялась ярче и влиятельнее. Тор для неё тоже был почти братом — упрямый и вспыльчивый, как она сама. Но именно это сходство и стало причиной постоянных ссор между ними, а сейчас случится переломный момент между ними Нафиса быстрым шагом уходила прочь от Тора, крича ему вслед и время от времени оборачиваясь: — О, великий Один! Отстань от меня! — её звонкий голос разносился по всему двору, где они находились. — Нафиса! Вернись сейчас же, иначе я расскажу нашему отцу о твоих проделках! — голос Тора гремел за её спиной, звеня в ушах. Она резко остановилась. Самое страшное, что могло произойти, — если ее приемный отец узнает о её тайных вылазках в Мидгард. Сердце забилось чаще. Повернувшись к Тору, она процедила: — Что тебе нужно? — её голос звучал агрессивно, но Нафиса старалась держать себя в руках, чтобы не накликать на себя беду. — Я лишь хотел поговорить с — начал Тор, но договорить не успел. — Поговорить?! — перебила она, глаза сверкнули. — Всю дорогу ты только и делал, что читал мне нравоучения! Как это плохо, как «так нельзя». Я хотела побывать в Мидгарде и побывала. Там намного лучше, чем здесь, ясно тебе?! Её слова, словно яд, сорвались с уст. Тор нахмурился, но сдержался, понимая её гнев. Он глубоко вдохнул, пытаясь ответить спокойно. — Ты думаешь, Мидгард игрушка для развлечений? — его голос стал твёрже. — Ты играешь с тенями, с магией, которая может уничтожить тебя же саму! Там, среди смертных, твоя сила опасна. Они не знают, что ты богиня, для них ты чудовище. Нафиса сжала кулаки, в груди закипела злость. — Чудовище? — её голос стал тише, но в нём дрожала ярость. — Может быть, чудовище это ты, Тор. Громкий, бездумный воин, который верит, что молот решает всё. Тор сжал кулаки, его взгляд стал жёстким: — Лучше уж быть воином, чем трусихой, которая вечно прячется за своими иллюзиями. Эти слова ударили по Нафисе сильнее, чем молот. Лицо её побледнело, губы дрогнули, и уже через миг тьма вокруг словно ожила. — Что ты сказал? — её голос был низким, срывающимся, и тени под ногами потянулись к ней, будто подчиняясь ярости хозяйки. — Ты назвал меня трусихой? Она вскинула руки, и двор Асгарда окутался мраком. Фигуры воинов возникали вокруг Тора, выныривали из дыма десятки копий, сотканных из тени, с криками ринулись на него. — Ха! — Тор усмехнулся, сжимая кулак. — Пустые трюки! Он ударил ногой по земле и от его силы тени рассыпались, словно пепел. Но тут же новые иллюзии захлестнули его. Теперь это были не безликие воины, а чудовища из кошмаров: змееподобные, с жёлтыми глазами, тянущие к нему когтистые руки. — Ты только и можешь, что прятаться за дымом и пугать, — проревел Тор, размахивая воображаемым врагам. — Но когда приходит настоящий враг, что ты сделаешь? Нафиса взмахнула рукой, и перед ним появилась она сама, умноженная в десятки отражений. Все они заговорили разом: — Настоящий враг? А может, он стоит прямо передо мной, Тор? Тор рванул вперёд, пробивая иллюзию за иллюзией. Её копии рассыпались дымом, но с каждой новой вспышкой силы он всё больше терял равновесие. Внезапно настоящая Нафиса метнулась в сторону и метнула в него сгусток тени. Удар отбросил его назад, прямо на каменные ступени. — Трусиха? — её глаза полыхнули. — Лучше уж быть трусихой, чем глупцом, который считает себя непобедимым только потому, что держит молот! Тор вскочил, лицо его раскраснелось от ярости. — Я не нуждаюсь в трюках! — он ринулся прямо на неё, готовый смести всё на пути. В тот миг двор вздрогнул от их столкновения: молнии с треском вспыхнули в небе, тьма взвилась вокруг, превращая пространство в поле битвы двух миров — света и тени. Нафиса усмехнулась — и тьма вокруг вдруг растворилась. Иллюзии исчезли. Теперь на каменных плитах двора остались лишь они двое. — Отлично, — её голос был низким и опасным. — Тогда посмотрим, чего стоит твоя сила без молота. Она шагнула навстречу, и прежде чем Тор успел замахнуться, её кулак врезался ему в живот. Тор согнулся, но тут же рванул рукой — она ловко ушла в сторону, заломила его руку и с силой ударила коленом в грудь. — Ты называешь это трюками? — прошипела она прямо у его уха. — Это я. Тор с рыком вырвался, схватил её за плечи и оттолкнул. Каменные плиты под ногами Нафисы заскрипели, но она удержалась на ногах. В её глазах полыхал тот же огонь, что и в его. Они сошлись снова — как два урагана. Тор бил грубо, мощно, каждый удар был как удар молнии. Нафиса же двигалась стремительно, точно тень: скользила под его ударами, использовала силу против него самого. Её кулаки и удары ног ложились метко, отточенно, с холодной злостью. Наконец, она резко прыгнула, перевернувшись в воздухе, и ударила ногой в его спину так, что Тор рухнул лицом на каменные плиты двора. Тор застонал, но, не сдаваясь, поднялся. Его волосы прилипли ко лбу, дыхание стало тяжёлым. — Ты дерёшься, как воин, — сказал он с трудом, не скрывая удивления. Нафиса вытерла кровь с губы и ухмыльнулась. — Я не прячусь за тенями, Тор, — её голос был твёрд. — Я ими владею,но даже без них я всегда была сильнее, чем ты хотел признать. Она встала в стойку, готовая продолжить. А Тор впервые за долгое время почувствовал, что может проиграть. Тор поднял голову, его глаза полыхнули яростью. Он ринулся снова, на этот раз без раздумий, с криком в груди, словно зверь. Нафиса встретила его рывок, скользнула в сторону и ударила кулаком в лицо, затем резко подбила ногу, заставив его потерять равновесие. Каменные плиты дрогнули от их ударов. Двор Асгарда превратился в поле битвы — каждый звук, каждый вздох эхом разносился по стенам. Молодые асы, оказавшиеся рядом, сбились в сторонке, наблюдая, как сын Одина и «приёмная дочь Фригги» сходятся в схватке не на жизнь, а на смерть. — Довольно! — проревела Нафиса, перехватывая его руку и заламывая её за спину. — Скажи ещё раз, что я трусиха! Тор, скрипя зубами, пытался вырваться, но силы были равны. В его глазах впервые мелькнуло сомнение. И именно в этот момент воздух наполнился иным звучанием — мягким, но властным, как гром среди тишины. — Хватит! Голос Фригги пронзил двор. Волна её магии разлетелась, отбросив их друг от друга. Нафиса упала на колено, Тор тяжело рухнул на землю. Их дыхание было сбивчивым, лица вспыхивали от злости. Фригга вышла из арки дворца — величественная, спокойная, но в её глазах сверкал холодный гнев. — Дети — её голос дрогнул, но в нём всё равно звучала железная сила. — Что вы творите? Асгард гремит от ваших ссор, словно от войны. — Он назвал меня трусихой, — прорычала Нафиса, вставая, всё ещё сжатая от злости. — Она напала первой! — выкрикнул Тор, пытаясь оправдаться. Фригга подняла руку, и оба замолкли. — Достаточно, — сказала она твёрдо. — Я не позволю, чтобы вы уничтожили друг друга. Тор, твоя грубость и гордыня — это не сила. А ты, Нафиса, твой гнев сильнее тебя самой. Оба вы должны учиться контролю. Нафиса отвернулась, тяжело дыша, но сердце её стучало громче слов. Тор мрачно уставился в землю, стиснув кулаки. Фригга смотрела на них обоих как мать, которая знала: это не последняя их битва. Но и как мудрая богиня, которая понимала, что именно эта вражда когда-нибудь может стать для них спасением.