Глава 10: Моя судьба

Следуя по следам трех наемников Урсуса, Феликс вскоре увидел вдали пламя и дым. Воздух был наполнен боевыми кличами и отчаянными воплями. На вершине высокого склона капитан наемной группы стоял в одиночестве, с довольной улыбкой наблюдая за бойней внизу. Двое солдат, стоявших по бокам от него, выглядели полными решимости вступить в бой. Почувствовав их ожидание, капитан махнул рукой и приказал: "Вперёд. Убейте всех этих дикарей." "Капитан, вы хотите, чтобы мы оставили эту женщину?" - спросил один из них. "Чего? Ты что, настолько отчаялся, что готов прикоснуться к дикарке?" - рявкнул капитан. Капитан, резко ударив заместителя капитана ногой по ягодицам, отбросил его вперед, заставив споткнуться. Мужчина глупо рассмеялся, вытащил большой меч, привязанный к спине, и бросился к полю боя. Когда его люди ушли, капитан заметно расслабился. Он достал из пальто сигарету и зажигалку, поднес сигарету к губам, зажег ее и неторопливо выдохнул. БАМ. Тишину нарушил одиночный выстрел. [Вы убили лидера отряда наёмников Урсуса и получили 2000 очков опыта.] Возможно, это был не самый честный способ драться, но выстрел в затылок, несомненно, оказался эффективным. Пуля попала в цель, мгновенно убив. Капитан рухнул на месте, неподвижно. Они носили стандартную защитную форму наемников, предназначенную для защиты от холодного оружия и стрел из арбалета. Если бы пуля попала ему в нижнюю часть спины, повреждения были бы незначительными, но Феликс не промахнулся. Он быстро приблизился к трупу и обыскал тело. Однако крики снизу донеслись до его ушей, отвлекая его. Он решил продолжить позже. Вскоре по полю боя разнеслись взрывы. Оставшиеся наемники повернули головы в сторону звука и заметили одинокого Санкту, спокойно перезаряжающего оружие в центре их лагеря. Им не требовались объяснения, потому что они сразу поняли, кто помешал их бойне. Увидев лежащих на земле товарищей, чья судьба была неопределенна, наемники в ярости завыли. Они били себя в грудь и бросились на Феликса. "Внемли же мне! Я лучший фехтовальщик в Урсусе!" "Эй! Прекрати нести чушь и размахивать кнутом, слышь?" "Чего? Я тебя не слышу!" Феликс моргнул, на мгновение растерявшись. "Что, черт возьми, эти наемники вообще несут?" - подумал он. По мере того как он отступал шаг за шагом, его два пистолета Double Eagle обрушивали волну за волной яростного огня. Благодаря своим навыкам стрельбы и боевым бонусам, он без труда уклонялся от атак, уворачиваясь и нанося ответные удары со смертоносной грацией. Это был не просто бой, это был танец смерти. Внизу, в поселении, выжившие, все еще потрясенные, вытирали кровь и пот с лиц. Но вскоре они заметили кое-что, что-то изменилось. Давление со стороны противника ослабевало. Кто-то взглянул в сторону поля боя и крикнул: "Там Санкта! Он их сдерживает!" Кто-то, дрожащим голосом, предложил: "Давайте убежим, пока эти наемники отвлечены." "Бежать? И куда нам бежать?" - крикнул в ответ староста, старый Люпо. "Наёмники Урсуса - это звери, которые не остановятся, пока мы не истечем кровью! Теперь у нас наконец-то есть шанс всё изменить. Мы сможем сохранить своё право на жизнь, только если будем сражаться до конца!" "Вперёд! Помогите Санкте, пришедшему нам на помощь! Отомстим этим наёмникам Урсуса!" Движимые яростью и горем, жители сжали в руках свое самодельное оружие, грубо выкованное из дерева и камня, и бросились в бой. Пережитая ими бесчеловечная бойня разожгла в них огонь. Собрав последние силы в своих измученных телах, они нанесли ответный удар. "Проклятые подонки!" - прорычал кто-то. Наёмники, оказавшись между двумя силами, быстро осознали своё затруднительное положение. Впереди стоял Санкта, стрелявший из двух пистолетов и практически неуязвимый. Позади них хлынула толпа окровавленных жителей, глаза которых горели яростью и жаждой мести. В одно мгновение поле боя обернулось против них. Когда давление на него ослабло, Феликс взглянул в сторону поселения, которое теперь присоединилось к борьбе на его стороне. Он вытащил из кармана пальто окровавленный значок и поднял его. "Ваш капитан уже мертв", - заявил он. "Если вы сдадитесь сейчас, я пощажу вас." "Невозможно!" - прорычал вице-капитан. "Капитан был сильнейшим из нас всех! Ты, должно быть, устроил ему засаду и украл этот значок!" Пускай все так и было, но признаться в этом означало бы, что Феликс был бесчестным слабаком. "Ты ошибаешься", - холодно ответил Феликс, его золотистые глаза были устремлены на противника. В глубине их горел неугасаемый, непоколебимый огонь. "Я дал твоему капитану шанс на честный поединок. Он проиграл, а я победил. Всё просто." "Ложь!" - закричал вице-капитан. "Разве я похож на лжеца?" - спросил Феликс спокойным, но острым, как лезвие, голосом. Самообладание заместителя капитана было полностью нарушено. Он не мог смириться с тем, что человек, которого он глубоко уважал, пал жертвой одинокого Санкты, казавшегося хрупким, но излучавшего силу. Горе и ярость исказили его лицо. "Вырывайтесь из этого чертового кольца!" - взревел он. Наёмники, оставшись без лидера в отчаянии, сбились в кучу и бросились в последнюю попытку вырваться из сужающегося кольца яростных жителей. Потеряв ещё троих своих бойцов, остатки группы, которым удалось вырваться на свободу, в панике бежали. Их проклятия и крики медленно затихли в густом лесу, исчезнув вдали, словно затухающая буря. Феликс убрал оружие в кобуру. Поле боя замерло, адреналин постепенно сменялся истощением. Те, кто ещё стоял на ногах, начали плакать, их голоса были хриплыми и тихими. Они победили, но цена их победы была высока. Кровь пропитала землю, свидетельствуя об ужасе, который им пришлось пережить. Мужчина Люпо средних лет, успокоивший выживших, шагнул вперед. Он почтительно поклонился Феликсу, хотя и держался на осторожной дистанции. "Спасибо за вашу помощь", - сказал он. "Меня зовут Кус. Эм... боюсь, если бы не ваше своевременное вмешательство, наше поселение сегодня было бы стерто с лица земли. Скажите же, как мы можем отплатить вам?" "Мне ничего не нужно", - ответил Феликс, покачав головой. "Я просто не мог пройти мимо несправедливости." Его совершенно не интересовали сокровища, которые могли храниться в этом поселении. Услышав это, Кус тихо вздохнул с облегчением. Однако спустя всего мгновение его охватили чувство вины и самообвинения. Кус опустил голову и обнаружил, что не может говорить. "Вам нужно уйти отсюда", - сказал Феликс. "Группа мародёров Урсуса в этот раз потерпела поражение, но кто знает, может, они вернутся, чтобы отомстить? Это поселение может оказаться под угрозой." Сердце Куса снова сжалось от боли. После трагедии некогда процветающее поселение, насчитывавшее более 300 человек, сократилось до ~130. Среди погибших был и его сын. Как глава поселения и как отец, он имел все основания для скорби. Легкий ветерок подул, колыхая край одежды Куса. Он немного приподнялся, обнажив на его коже слабое свечение - кристаллы ориджиниума. Феликс сделал вид, что ничего не заметил, но Кус знал, что их спаситель все видел. Испугавшись реакции, он опустил голову и замолчал. Вскоре он тихо извинился и отправился помогать в организации поселения. Для игроков заражение орипатией может и не представляло проблемы. Как бы сильно ни погрязло их сознание в игре, их тела в этом мире не могли умереть по-настоящему. Но для обычных людей с Терры орипатия была смертным приговором, неизлечимой смертельной болезнью. Согласно записям из библиотеки Латерано, орипатия не была вирусом, убивающим своего носителя мгновенно. Напротив, это могло бы наделить зараженных способностью использовать ориджиниумные искусства без применения посохов. Избегая чрезмерного использования этих способностей или переутомления, то люди с легкой формой заболевания могли бы прожить столько же, сколько и здоровые люди. Но переутомление смертельно опасно. Здоровый человек может просто потерять сознание от усталости после изнуряющей работы, в то время как человек с орипатией в той же ситуации мог погибнуть. Никто не хотел заразиться. Для них орипатия была сродни ношению внутри тела бомбы замедленного действия, которая могла взорваться в любой момент. Хуже того, сам страх может ускорить развитие болезни, а точнее стресс, который человек испытывает от страха погибнуть. Когда болезнь достигала критической стадии, пути назад уже не было. Феликс стоял неподвижно, глядя на молчаливых поселенцев, вытирающих слезы. Они оказывали помощь своим раненым товарищам и хоронили мертвых дрожащими руками. Многие дети тихо плакали. Другие сидели, ничего не выражая, их взгляд был рассеянным. Некоторые уставились в сторону, куда скрылись мародёры, их лица были мрачными. Среди собравшихся он заметил девушку с красивыми светлыми волосами. Она была невредима, как и в его прошлой жизни. Увидев, что она в безопасности, он молча отвел взгляд. Феликс шагнул вперед, снова приблизившись к Кусу. "Я могу за них помолиться", - предложил он. Кус присел на корточки и осторожно откинул волосы с лица молодого человека, поразительно похожего на него. Он поднял голову, голос его был хриплым и дрожащим. "Спасибо… Могу я узнать ваше имя, сэр?" "Можете называть меня Пионером." "Тогда я на вас рассчитываю, мистер Пионер." Феликс вышел вперед. Будучи уроженцем Латерано, он много раз участвовал в церковных молитвах. Он вспомнил серьезные лица священников, прощавшихся с ушедшими из жизни. Мертвые не могли вернуться, но они могли жить в памяти живых. Молодой человек перекрестился на груди, молча молясь о том, чтобы их души вернулись в море звезд над головой, где никакие невзгоды не смогут коснуться их в загробной жизни. Закончив молитву, Феликс повернулся и кивнул стоявшим позади него поселенцам. Затем, не сказав больше ни слова, он начал уходить. "Спасибо, старший-пионер", - раздались тихие, благодарные голоса детей позади него. Феликс улыбнулся, услышав этот звук. Он вернулся к тому месту, где впервые в поединке один на один убил лидера отряда наемников. Там он снова принялся мародёрствовать. Снять с капитана снаряжение оказалось более трудоемким и сложным процессом, чем он ожидал. Ark была невероятно реалистичной игрой. При лутании трупа мало было присесть и открыть инвентарь, перетаскивая предметы. Всё приходилось делать вручную. Конечно, для игроков это не представляло особой проблемы. Некоторые даже получали удовольствие от этого. Однако, если говорить о подобном вслух, любой NPC посмотрел бы на игрока с откровенной неприязнью. У капитана не было никаких ценностей или редких вещей. Единственное, что Феликс посчитал достойным взять, - это тот самый значок. Он собирал их снаряжение не для того чтобы использовать, а потому что после исследований можно было составить чертежи этого снаряжения. Что касается самостоятельного использования снаряжения, Феликс сразу же отверг эту идею, поскольку это негативно сказалось бы на его характеристиках. В данный момент на нём был универсальный костюм, подходящий для всех классов, в то время как форма наемников Урсуса предназначалась исключительно для стражей, жертвуя ловкостью ради большей выносливости. Феликса такие компромиссы не устраивали. Похоронив капитана, он продолжил свой путь.

***

Два месяца спустя. В глубине необитаемого леса, настолько отдаленного, что до него не могли добраться даже дроны, казалось, что вот-вот снова пойдет дождь. Феликс вздохнул и пробормотал проклятье, оглядывая окрестности в поисках укрытия. Естественная пещера была бы идеальным вариантом. За это время он однажды вернулся во Флоренцию, чтобы пополнить припасы. Семья Салуццо по-прежнему принимала его с глубоким уважением, истолковывая его длительное отсутствие как часть работы посыльного. Лапландия и Целлиния тоже навестили его. Поскольку Целлиния не умела обращаться с пистолетом, он терпеливо обучал её. Для рас, не принадлежащих к Санктам, освоение использования ориджиниумного оружия было непростой задачей. Теперь, в глубине темного лесу, его путь освещал лишь слабый золотистый свет. Он пробирался сквозь дождь около десяти минут, прежде чем остановиться. Впереди, у подножия холма, он заметил небольшой домик. В дикой природе нужно было подчиняться законам джунглей, и порой люди оказывались куда опаснее и страшнее зверей. Его правая рука в перчатке инстинктивно потянулась к пистолету Double Eagle, закрепленному на поясе. Дождь приглушил звук его шагов. Приближаясь к скромному дому из дерева и камня, он заметил теплый свет, пробивающийся сквозь окна. Он постучал. Внутри послышалось какое-то шуршание, а затем раздался голос пожилого мужчины: "Кто там?" "Проходящий мимо посыльный, ищущий укрытия от сильного дождя", - ответил Феликс. "Посыльный?" - задумчиво пробормотал старик, прежде чем открыть дверь. Когда дверь со скрипом открылась, сердце Феликса замерло. Его встретил пожилой Санкта, на первый взгляд довольно обычный человек. Над его головой висело едва заметное белое сияние, и он выглядел на удивление энергичным для своего возраста. Он быстро оглядел Феликса и сказал: "Входи. Можешь присесть, отдохнуть." Феликс немедленно провел оценку старика. [Дюрренматт Ур.?] "Спасибо", - сказал Феликс с улыбкой. "Я не ожидал встретить здесь, в лесах Сиракуз, особенно Санкту." Переступив порог, он снял пальто и повесил его сушиться возле печи. "Сеньор, погода в Сиракузах действительно непредсказуема, совсем не такая, как в Латерано." Между тем, старый Санкта, похоже, не был обеспокоен присутствием Феликса. Он вошел в кухню и вернулся с двумя чашками горячего какао, поставив их на журнальный столик в гостиной вместе с коробкой кубиков сахара. Старик бросил семь или восемь кубиков в свой напиток, залпом выпил его и с удовлетворением выдохнул. "Латерано… я скучаю по нему. Но и это место неплохое. Я до сих пор иногда хожу на охоту. Отличное место для такого старика, как я." "Могу я узнать ваше имя?" - спросил старик. "Феликс Шон Ланшем." "Феликс", - тихо повторил старик, в его глазах мелькнула понимающая улыбка. "Это ты прогнал тот отряд, не так ли?" Феликс кивнул. "Если вы имеете в виду отряд наемников Урсуса, которая два месяца назад устроила резню невинных людей, то да. Я не мог оставаться в стороне и позволять им продолжать свои зверства." "Ха-ха! Типичный ответ Санкты". Старик рассмеялся, в его голосе звучали ирония и одновременно восхищение. "Ты всё ещё выглядишь несовершеннолетним. С каких это пор ягнята Латерано стали посыльными и начали ступать на эти земли?" Феликс, выпрямившись, кивнул и откровенно ответил: "Я чувствовал, что мне больше нечему учиться в академии. Меня всегда увлекало огнестрельное оружие, механизмы и инженерия. Я учился на оружейника в священном городе Латерано, но там мало внимания уделялось механике и инженерным принципам. Поэтому я стал посыльным, чтобы расширить свои знания и помочь страдающим людям этой земли." "Это тот старик послал тебя меня найти?" В глазах Дюрренматта мелькнула довольно сложная эмоция. Феликс был озадачен. Он понятия не имел, о каком "старике" говорил Дюрренматт. Возможно, это был государственный служащий из нотариальной конторы или отставной старейшина. Заметив замешательство Феликса, Дюрренматт от души рассмеялся. "Понятно, значит, это действительно было просто совпадение. Судьба, должно быть, свела нас вместе." "Иди за мной."