Беги, Рагата!

Рагата чувствовала, что что-то не так еще с того злосчастного приключения с оружием. Слишком спокойная Помни. И подозрительно тихий Джекс. "Совсем не такие, как на приключении. Возможно, оно и к лучшему", — отметила она про себя и тяжело вздохнула, поправляя громоздкий подол платья. Немного поёрзав, она закинула ногу на ногу и окинула взглядом зал, украшенный полумраком, красным бархатом и редкими золотыми бликами, изредка проскакивавшими по белоснежному лицу Помни. Та застыла, словно мраморная скульптура, и в Рагате что-то сжалось от странного предчувствия. На сцене Кейн суетился, готовясь к важному, наверное, в его цифровой жизни событию. Его нервное движение казалось одновременно комичным и тревожным. — Добро пожаловать на церемонию награждения! — наконец-то раздался воодушевленный возглас Кейна. Он, едва ли не отвешивая реверанс залу, принялся развлекать сидящих в первых рядах пиксельных фигурок. — "Какой абсурд", — вздохнула Рагата и, не видя смысла больше наблюдать за актом самолюбования, оглянулась назад. Джекс сидел в самом конце зала, держась поодаль от остальных. Сердце Рагаты слегка сжалось: в любом другом случае его изоляция могла бы даже порадовать, но сегодня каждое нервное окончание ее тела будто сигналило об опасности — затишье никогда не к добру. — Кстати, Помни, — тихо протянула она, немного наклонив голову в сторону подруги, продолжая разглядывать бархатные украшения на сцене. — Я хотела извиниться. В тот момент странная пустота словно пронзила ее изнутри, ток пробежал по рукам, оставляя холодок на коже. Исчезла. Еще секунду назад Помни сидела на соседнем кресле, а теперь — словно растворилась в воздухе. «Это же не лаг? Она не исчезла навсегда?» — билось в голове Рагаты. В груди жгло тревожное предчувствие, а пальцы невольно сжимали подол платья. Она не понимала, какие ещё опасности может создать этот виртуальный, и всё ещё незнакомый ей мир. Её захлестывало чувство, будто она теряет контроль над ситуацией и одновременно ощущает неумолимое приближение угрозы. За годы жизни Рагата научилась отличать собственную тревожность от реального сигнала опасности. И сейчас этот сигнал кричал «SOS». — Вставай, Зубл, — Рагата едва дотянулась до ее ноги, чтобы толкнуть и как-то обратить на себя внимание. Та в ответ лишь проблеяла что-то несуразное, развалившись на кресле, и Рагата почувствовала раздражение и слабую усталость, смешанную с тревогой. — Тебе нужно умыться, — почти шепотом строго сказала Рагата, указывая взглядом на маслянистые фиолетовые потеки тупого соуса, которым Зубл вымазалась едва ли не с ног до головы. «А мне нужно найти Помни», — подумала Рагата, помогая Зубл подняться и как-то увалиться ей на спину. Груда металла, смешанная с пластиком, не обещала быть лёгкой, но только так у неё появилась бы причина отлучиться от празднества имени Кейна и сотни безымянных человеческих фигурок. Сцепив зубы, Рагата осторожно направилась к выходу, стараясь не задеть излишне хрупкое самолюбие Кейна — это еще никогда не заканчивалось хорошо. Дверь зала с приглушенным скрипом закрылась за девушкой, и она облегченно вздохнула, чувствуя, как напряжение слегка спадает. — Приляг здесь, Зубл, — сказала Рагата, взгрузив ее на небольшой малахитовый диван, и бросилась в сторону женской уборной. Внутри нее роились сомнения: что если она зря себя накручивает? Что если Помни просто вышла прогуляться? Но каждое предчувствие говорило об обратном. Стоило ей на секунду остановиться, чтобы отдышаться, как внезапно спереди раздался громкий треск. Рагата дрогнула и, собрав в кулак силы и толику кислорода, побежала к источнику звука. Остановившись перед темной деревянной дверью уборной, она застыла, едва дыша и прислушиваясь. — Отпусти, — это явно был голос Джекса, звучал непривычно, срываясь на хрип, но точно его. Он так кричал? Или плакал? Рагата не помнила, когда в последний раз слышала такую интонацию. Приглушенный свет канделябров намекал, что она оказалась там, где не должна была быть, где сторонним наблюдателям не были бы рады. — Тебе больше нечем заняться, черт возьми? — продолжал голос. — Это ты держишь меня, Джекс, — Рагата пыталась уловить ответный шум, но голос звучал слишком тихо и почему-то знакомо. Она осторожно подошла ближе к двери, и, поджав ткань платья, замерла. Позор — застань её кто-либо, но она должна знать. — Это ты сжимаешь мою руку, ты притащил меня сюда, так почему требуешь отпустить? — спокойно уточнил голос, будто происходящее было привычным. — Ты ведь уже заметил, что не только запястье покрывается багровыми следами, так почему медлишь? Рагата вздрогнула от макушки до кончиков пальцев, словно эти ледяные слова относились к ней лично. Ошарашенный здравый смысл, уловивший, как кто-то рухнул на пол, закричал: беги. — Страшно? — язвительно бросил Джекс, как вдруг раздался глухой звук удара. Дверь дрогнула, и Рагата отскочила от неё. За едва слышным хрипом последовал тяжёлый, пустой кашель. — «Отпусти» — значит перестань считать себя выше меня. Если где-то в том далёком мире ты старше, это не значит, что мне нужна помощь. Это не значит, что ты знаешь обо мне хоть что-то. Каждое слово, каждую улыбку, каждое движение я подбирал специально для тебя — только чтобы временно получить доверие. Внезапно раздался звук, похожий на всхлип. Громкий, грубый — он слишком напоминал самого Джекса. — Я ненавижу всё, что связано с этим цирком. В том числе и тебя.