Часть 1 Появление короля

Далеко , в потаенном уголке вселенной, существовал мир, населенный могучими драконами. И именно сейчас в одной из пещер царило предвкушение: семейство драконов ожидало пополнения. — Смотри, Граф, одно яйцо трескается! — восторженно прорычала дракониха Альба, склонившись над гнездом, где лежали три массивных яйца. — Ну-ка, дай взглянуть, — прохрипел дракон Граф, тяжело опускаясь рядом с супругой. Скорлупа на одном из яиц и впрямь покрылась паутиной трещин. — Это значит, что детёныш вот-вот появится на свет, — с нежностью произнес Граф. Мгновение спустя раздался пронзительный писк, и маленький дракончик, энергично стряхнув скорлупу с головы, показался миру. Его чешуя искрилась ярким алым цветом, а рога и гребень отливали золотом. — Какой красавец! — восхитилась мать. — Как назовем нашего будущего предводителя? — Алекс, — уверенно произнес отец. — Это имя означает власть. Едва появившийся на свет Алекс пополз к двум другим яйцам, с любопытством осматривая их. Но вдруг он отскочил, когда второе яйцо тоже треснуло. Спустя пару секунд Алекс смотрел на своего брата, который был почти идентичен ему, за исключением одной поразительной детали — его глаза были ослепительно белыми, без зрачков. — О, Луны, он слепой! — в ужасе вскрикнула Альба. — Нет, глаза светятся, — изумленно произнес Граф. — Он не слепой. Не волнуйся, Альба. — Назовем его Херобрин, — прошептала Альба, нежно подхватывая малыша на лапы. — А что с третьим яйцом? Неужели оно не… — Все в порядке, просто дай ему время, — успокаивающе сказал Граф, обнимая Альбу крылом. И вот, спустя два долгих часа, вылупился и третий детеныш — самый скромный из выводка, серый, с черными гребнями и рогами. — За эти два часа я придумала ему множество имен, но мое любимое — Алексбрин, — ласково проворковала Альба. — Оригинально, — холодно заметил Граф, окидывая взглядом Алекса и Херобрина. — Думаю, из Алекса выйдет храбрый король. Он уже успел пару раз укусить меня за коготь, — криво усмехнулся дракон. — Я думаю, он просто голоден, — усмехнулась Альба. — Пойду найду им еду. С этими словами Альба вылетела из пещеры. Десять лет пронеслись, словно полет дракона. Братья росли, познавая премудрости охоты и обороны, но с каждым годом Граф все больше тревожился за их будущее. Главной причиной его беспокойства был Алекс. Чем старше он становился, тем более необузданным и агрессивным был его нрав. Его ненасытная жажда охоты настораживала отца. Когда они отправлялись на семейную охоту, каждый неизменно возвращался с крупной добычей, держа в пасти по быку или корове. Но Алекса, похоже, крупный скот не интересовал. Почти всегда он приносил в зубах мелкого норного дракончика, значительно уступающего им в размерах. Но особенно Алексу нравилось охотиться на людей. Он объяснял это тем, что они "забавно пищат и бегают". Отец не раз пытался втолковать ему, что от этих "мелких обезьяноподобных зверьков" нет никакого толку, но Алекс не слушал и даже иногда дерзко предлагал Графу тоже попробовать. Однако Граф всегда отказывался, говоря, что ему вполне достаточно коров. Херобрин и Алексбрин, впрочем, тоже не одобряли жестокие забавы брата. Они даже старались ненароком отвлечь Алекса, чтобы спасти очередного человека от неминуемой смерти. Херобрин долгое время думал, что все обойдется лишь необычными пристрастиями брата, но позже наступил момент, когда Херобрин осознал свою ошибку. Еще пять лет миновали незаметно, и братьям уже исполнилось по пятнадцать лет. В этом возрасте они повзрослели и осмелели, особенно Алекс и Херобрин, которые регулярно тайком выбирались из пещеры по вечерам, исследуя лесные чащи. И вот однажды, как обычно, они снова отправились в лес. Там был их излюбленный уголок: озеро, полное рыбы, в котором они любили купаться, и высокая трава, где они играли в прятки. Придя на любимое место, Алекс и Херобрин заметили, что трава примята , а вода в озере, обычно кристально чистая, была мутной. — Здесь кто-то побывал. Я думал, только мы знаем об этом месте, — удивленно сказал Херобрин, осторожно осматривая примятую траву.— Но, видимо, не одни, — ядовито усмехнулся Алекс. Его чрезмерная самоуверенность и заносчивость порой сильно раздражала Херобрина. Алекс принюхался. — Они близко! Алекс не успел закончить фразу, как на него и Херобрина набросились два дракона их же возраста. — Что вы здесь забыли? — прорычал один из нападавших, пригвоздив Херобрина лапой к земле.— Это наше место! — яростно проревел Херобрин, в его белых глазах вспыхнул опасный огонь. — Ваше, правда что ли? — насмешливо пробасил чужой дракон, еще сильнее вжимая Херобрина в податливую землю. Его когти впились в чешую. Нападавший уже собирался продолжить свою издевку, но Херобрин, собрав все силы, рванулся вверх, и его когти глубоко полоснули по морде обидчика. Тот издал пронзительный визг, отшатнулся, зажимая лапой кровоточащую рану, из которой хлынула кровь. Второй нападавший, отскочив от Алекса, с утробным рычанием бросился к Херобрину. Но не успел он преодолеть и пары шагов, как на него, словно молния, налетел Алекс. Оба дракона сцепились в клубок рычащей и царапающейся ярости, покатились по земле и исчезли в густых зарослях кустов. Херобрин, не теряя ни секунды, сам набросился на своего противника, который, ослепленный болью и яростью, с окровавленной мордой смотрел на него. Завязалась ожесточенная схватка. Наконец, Херобрин, изможденный и весь покрытый свежими ранами, смотрел вслед позорно удирающему противнику. Затем он перевел взгляд на кусты, в которые укатился Алекс с другим драконом. Повисла тревожная, неестественная тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием Херобрина. Внезапно из зарослей показалась морда Алекса. Херобрин уже собирался радостно прореветь о победе, но застыл, пораженный ужасом. Морда Алекса, его острые когти, лапы — все было испачкано в темной крови. А в зубах он крепко держал… оторванную голову того дракона, глаза которой были застывшими и пустыми. Оправившись от шока, Херобрин сдавленно прошептал: — Алекс… ты убил его… — Да, — самодовольно, с хищной ухмылкой, произнес Алекс, внимательно разглядывая свои окровавленные когти, будто оценивая безупречность своей работы. В его голосе не было ни тени сожаления. Херобрин снова потерял дар речи, его мысли путались, он не мог поверить своим глазам. Тем временем Алекс, небрежно отбросив окровавленную голову, невозмутимо направился к озеру, чтобы отмыть свою чешую. — Пойдем, — произнес Алекс, его голос был абсолютно лишен каких-либо эмоций, он даже не обернулся. И Херобрин, словно под гипнозом, поплелся за ним, в последний раз бросив взгляд на жуткую находку у кустов. Он понимал, что это было только начало. И будущее его брата, будущего короля, обещало быть кровавым.