Глава 6 — «Бешенные мячи»

В начале ноября погода сильно испортилась. Расположенные вокруг замка горы сменили зелёный цвет на серый, озеро стало напоминать заледеневшую сталь, а земля каждое утро белела инеем. Из окон замка иногда можно было заметить, как Хагрид, этот здоровенный переросток, которого я бы никогда не принял на работу связанную с детьми, размораживал мётлы на площадке для обучения полётам. Хагрид был одет в длинную кротовую шубу, огромные ботинки, утеплённые бобровым мехом, и варежки из кроличьей шерсти. У меня было появилась идея организовать тотализатор, ведь в школе как раз начинались соревнования по квиддичу — сборная Гриффиндора встречалась со сборной Слизерина, но, немного подумав, я отказался от этой идеи. Сомневаюсь, что будет много желающих доверить свои деньги первокурснику, только зря время потрачу. Сам по себе же квиддич меня поначалу не сильно интересовал, но своими постоянными россказнями Малфой смог немного заинтриговать меня, хоть и почти всегда они были по-детски глупыми и наивными. Да и посмотреть, как работают эти бладжеры — мячи, которые должны атаковать игроков, может быть забавно, хотя бы на уровне американского футбола. Это утро выдалось холодным, но солнечным. Большой зал был наполнен восхитительным запахом жареных сосисок и радостной болтовнёй — все предвкушали захватывающее зрелище предстоящего матча, я тоже сидел за длинным столом в Большом Зале, лениво ковыряя вилкой в тарелке с омлетом. Шум голосов и стук столовых приборов сливались в монотонный гул. Внезапно рядом со мной опустился симпатичный небольшой белый совёнок, аккуратно уронив конверт прямо на тарелку. Сначала я нахмурился, но, призвав на помощь остатки памяти прежнего владелька тела, тут же узнал аккуратный почерк младшей сестры. Осторожно вскрыв письмо, я развернул пергамент и начал читать: «Дорогой Грег! Как ты там, в Хогвартсе? Папа говорит, что ты теперь совсем взрослый, но я всё равно волнуюсь за тебя. Ты ведь там один, без нас… Надеюсь, тебе не слишком страшно? Я слышала от папы про этот странный голос, который ты иногда слышишь. Это правда? Это меня пугает, Грег. Пожалуйста, будь осторожен! Обещай мне, что ты будешь в порядке. Здесь всё как всегда, но без тебя дом стал слишком тихим. Даже папа стал ещё строже, чем обычно. Он опять заставляет меня тренироваться с этой дурацкой палочкой. Помнишь, как на меня напали садовые гномы, а ты разбросал их даже без магии? Ты всегда защищал меня. Теперь я пытаюсь быть сильной, но это сложно без тебя. Обещай, что напишешь мне, ладно? Расскажи обо всём, что у тебя там происходит. Я очень-очень скучаю! Ещё, я нашла в саду твой старый деревянный амулет, который ты сделал, когда мы были детьми. Помнишь, как я случайно сломала его, и ты сказал, что это неважно, потому что он всё равно «волшебный»? Я оставила его на твоей полке. Может быть, он тебе поможет, заберёшь его, когда приедешь домой на Рождество. Я верю, что у тебя всё получится. Твоя сестренка Алиса» Я прочитал письмо несколько раз, чувствуя, как тёплая волна воспоминаний прежнего Гойла накрывает меня и вдруг увидел перед собой её — маленькую Алису с копной светлых волос, спрятанную за его спиной. …Её лицо было всё в слезах, а отец, возвышаясь над ними, грозно смотрел на Грега. Тогда мальчик плохо справился с очередным упражнением на уроке фехтования, казалось бы, не слишком нужным занятием в двадцатом веке, тем более для мага. Однако наказание было суровым: несколько часов, проведённых в ледяном подвале, без права выйти или что-то сказать в своё оправдание. — Это ты виноват, что опять запорол этот финт! — кричал отец. — Ты должен быть сильнее, Грег! Ты — наследник рода! Но Алиса не сдалась. Она встала перед отцом, раскинув руки. — Папа, это я виновата! Я заставила его отвлечься! Не наказывай Грега! — её голос дрожал, но она не отступала. Грег тогда чувствовал одновременно гнев и гордость. Гнев на самого себя за слабость и гордость за её храбрость. Он поклялся, что сделает всё, чтобы больше не давать ей поводов защищать его. Ещё одно воспоминание всплыло перед глазами: Алиса с улыбкой вручала ему кусочек торта, который она спрятала от строгого присмотра матери. «Ты заслужил это!» — шептала она, подмигивая. Он тогда почувствовал, что его мир не так уж и суров, пока у него есть такая сестра. И ещё один миг — они вдвоём в саду, где Грег учит Алису пользоваться его самодельной рогаткой. Её искренний смех, когда она, наконец, попадает в мишень, эхом отозвался в его сознании. Эти моменты были настолько яркими, что Грег почти почувствовал запах травы и услышал её звонкий голос. Сейчас же, читая это письмо, я почувствовал странную смесь облегчения и тоски. Никогда не думал, что буду скучать по кому-то в этом новом мире, да и вообще, иметь сестру — это было что-то новенькое для меня, но Алиса… Она действительно была особенной, всегда будучи поддержкой и отдушиной для прежнего Грега. После вселения в это тело я помнил о ней, но все тёплые вспоминания были как бы задвинуты на задний план. И теперь я понял, что должен её увидеть, такая теплота в человеческих отношениях была неожиданностью для меня-Виктора, что лишь подкрепляло моё желание. Действительно, на секунду мне захотелось вновь ощутить ту связь, которая когда-то делала мир для меня-Грегори ярче и теплее. — Скоро увидимся, Алиса, — прошептал я себе под нос, аккуратно складывая письмо и пряча его в карман. — Я отобрал у тебя твоего брата, посмотрим, смогу ли тебе его заменить. — Ты что-то сказал, Гойл? — Лениво спросил Малфой. — Важное письмо? — Да так, сестра написала, — взмахнул рукой я, не желая разговаривать на эту тему, ведь тёплые воспоминания о человеке, которого я-Виктор никогда прежде не видел, перекочевавшие ко мне от прежнего Гойла, немного смутили меня. — Понятно, — не стал интересоваться тот и продолжил разговор с Ноттом — ещё одним слизеринцем с первого курса, — Нотт, так что думаешь о матче? Деррик и Боул должны просто разнести их, да и Флинт… Я не стал его слушать, а обратил внимание на стол Гриффиндора — Рон Уизли, как всегда, после того случая, бросал на меня злобные взгляды, но подходить поближе пока что побаивался, хотя было понятно — он не из тех, кто забывает подобные обиды. Лонгботтом же до сих пор ходил только на уроки, прячась за спинами других, даже общие трапезы он частенько пропускал. Кстати, кроме Невилла, в Гриффиндоре появился ещё один изгой — Гермиона Грейнджер. Девочка начала в Хогвартсе с того, что начала поучать всех других, и не только в учебе, а и вообще по жизни, что не могло не вызвать общего раздражения. По итогу, её начали игнорировать большинство сокурсников, а некоторые даже пытались травить её. Особенно усердствовал тот же Рон Уизли, который просто срывал на Грейнджер свою злость за все свои неудачи, а также, как ни странно, Лаванда Браун, которая, как и сам Уизли, привязалась к Гарри Поттеру, так что они стали, по сути, неразлучной троицей. Сам же Поттер несколько раз попытался примирить их, но, попав под очередную истерику Грейнджер, которая явно плохо переносила такое отношение других, быстро остыл к этой затее. К одиннадцати часам стадион был забит битком — казалось, здесь собралась вся школа. У многих в руках были омнинокли — магические устройства, которые по сути были видеокамерами и биноклями, два в одном. Трибуны были расположены высоко над землей, но, тем не менее, порой с них сложно было разглядеть то, что происходит в небе. Судила матч мадам Хуч. Она стояла в центре поля, держа в руках метлу и ожидая, пока команды выстроятся друг напротив друга. — Итак, нам нужна красивая и честная игра. От всех и каждого из вас, — заявила она, жестом приказав всем подойти поближе. Капитаны команд — Маркус Флинт от Слизерина и Оливер Вуд от Гриффиндора — пожали руки и прозвучала следующая команда от мадам Хуч, начиная матч. — Пожалуйста, оседлайте свои мётлы. Мадам Хуч с силой дунула в серебряный свисток и взмыла высоко в воздух вместе с четырнадцатью игроками. Игра началась. — …И вот квоффл оказывается в руках у Анджелины Джонсон из Гриффиндора. Эта девушка — великолепный охотник, и, кстати, она, помимо всего прочего, весьма привлекательна… — ДЖОРДАН! — повысила голос Макгонагалл, специально севшая рядом с комментатором матча Ли Джорданом, приятелем близнецов Уизли. Она прекрасно знала, что Джордана частенько заносит, а потому решила его контролировать. — Извините, профессор, — поправился тот. — Итак, Анджелина совершает отличный манёвр, обводит соперников, точный пас Алисии Спиннет — это находка Оливера Вуда, в прошлом году она была лишь запасной, — снова пас на Джонсон и… Нет, мяч перехватила команда Слизерина. Он у капитана сборной Маркуса Флинта, который делает рывок вперед. Флинт взмывает в небо, как орёл, сейчас он забросит мяч… Нет, в фантастическом прыжке мяч перехватывает вратарь Вуд, и Гриффиндор начинает контратаку. С мячом охотник Кэти Белл, она великолепно обводит Флинта справа, взмывает над полем и… О, какое невезение… наверное, это очень больно, получить удар бладжером по затылку. Мяч у команды Слизерина, Эдриан Пьюси летит к воротам соперника, но его останавливает второй бладжер… кажется, мяч в Пьюси послал Фред Уизли, хотя, возможно, это был Джордж, ведь их так непросто различить… В любом случае, загонщики Гриффиндор проявили себя с лучшей стороны. Мяч в руках у Джонсон, перед ней никого нет, и она устремляется вперед… Вот это полёт!.. Она уклоняется от набравшего скорость бладжера… она прямо перед воротами… давай, Анджелина!.. Вратарь Блетчли совершает бросок… промахивается… ГОЛ! Гриффиндор открывает счёт! Аплодисменты болельщиков сборной Гриффиндор и стоны с воями поклонников Слизерин заполнили холодный воздух, своими эмоциями повышая его температуру. Матч шёл своим ходом, охотники бросали друг другу квоффл, загонщики пытались сбить их бладжера, ловцы рыскали в поисках снитча, как вдруг… ФЬЮ! Мимо Поттера просвистел снитч, первый раз появившийся во время этого матча. Мальчишка, проявив нечеловеческую реакцию, еле успел уклониться от мяча, который явно метил в его правый глаз, но это был не конец. Снитч пошёл на второй заход и к нему присоединились и бладжеры с квоффлом, поставив импровизированную паузу в этой игре. Браун и Уизли, сидящие вместе с Поттером, попрятались под лавки, другие гриффиндорцы начали толкотню, пытаясь уйти от обезумевших волшебных мячей. Обе команды растерялись и просто зависли в воздухе, явно не понимая, что им делать в этой ситуации, как и мадам Хуч (я явно видел, как у неё выпал свиток изо рта из-за удивления). Другие ученики, не сразу поняв, что происходит, начали толкать гриффиндорцев в ответ, на трибунах началась настоящая драка, эпицентром которой стал Поттер, всё ещё уклоняющийся от мячей, которые явно пытались его убить. Мальчишка продолжать показывать просто безумную сноровку, уклонившись почти от всех атак. Несколько раз его задело вскользь, но он не обратил на это никакого внимания, выкидывая иногда просто таки балетные па, выглядя в эти моменты словно обезумевшая балерина. Большинство учителей оцепенели, всё ещё не веря своим глазам — такое было на их памяти явно впервые. Дамблдор же, казалось, просто забавлялся, по крайней мере, мне так показалось с моего расстояния. Довольно быстро очнулся и Снейп, вытянув палочку и начав что-то бормотать, наверное контрзаклинание, после чего мячи начали замедляться. После чего отреагировал и Дамблдор. Директор громко хлопнул в ладоши, звуком хлопка заглушив весь стадион, и все мячи просто попадали на землю, словно растеряли всю свою магию. Похоже хлопок испугал проффесора Квирелла, который, громко и пронзительно вскрикнув, грохнулся в обморок. Впрочем, как и несколько пугливых учеников. — УСПОКОИЛИСЬ! — Стал последним аккордом этой вакханалии рявк Дамблдора, моментально окончив разгоревшуюся баталию. Результатами события стали несколько десятков травм средней тяжести у разных учеников, которые загремели на несколько дней в лазарет, а также то, что матч между сборными Гриффиндора и Слизерина был перенесён. Вся школа с нетерпением ждала того момента, когда этот матч наконец состоится. Но тут на следующий день в большом зале была объявлена новость, которая потрясла всех, но больше всего — Малфоя. Гарри Поттера приняли в команду Гриффиндора ловцом, сделав для него исключение в школьных правилах, ведь ученики первого курса не имели права играть в квиддич и даже иметь собственную метлу в школе. Малфой после такого решения учителей знатно офигел и принялся демонстрировать свою злобу. Его реакция была довольно забавной, но я не подавал виду. Сидя со мной рядом на ужине, Малфой продолжал злобно ворчать на протяжении всей трапезы. — Ну что ж, чего можно было ожидать от этого маразматика Дамблдора, — комментировал он это решение с кривой усмешкой, пытаясь заставить других улыбнуться. — Поттер, ловец. Вы только вдумайтесь — какой он ловец? Это просто цирк. Они что, совсем с ума сошли? Он просто станцевал на матче и теперь вдруг попал в команду? Это просто смешно. Глядя на Малфоя, я не мог не заметить, как его лицо перекосилось от злости. Мне было понятно, что это решение оскорбило его до глубины души, ведь он считал себя лучшим летуном среди первокурсников как минимум. Я не хотел углубляться в этот разговор с Малфоем, но тот был явно в ярости. Его язвительные замечания с каждым словом становились только более едкими. — Посмотри на него, Гойл, — Малфой кивнул в сторону Поттера, который сидел за столом Гриффиндора, меланхолично разрезая жаренную колбаску. — Как он вообще будет в воздухе двигаться? Ловец? Он скорее похож на какую-то балерину! Этот идиот еле на ногах держится, а тут внезапно — метла и мяч. Просто цирк. Зачем они его вообще взяли? Я даже не отвечал ему, но было понятно, что Малфой был злее обычного. Теперь он смотрел на Поттера, как на противника, на какую-то помеху, которую нужно было уничтожить, если не на поле, то хотя бы словесно, хотя и раньше не жаловал его. — Да, ты прав. Он же трус. Вспомни, как он не пришел на дуэль. Уверен, после первого же бладжера Поттер выбросит свою метлу и убежит с поля. — Кивнул Крэбб, оторвавшись от охотничьего пирога на несколько секунд. — Может и так, Крэбб, ему просто повезло, как всегда. Его в команду взяли только потому, что он уклонился от нескольких мячиков… Всё это — всего лишь недоразумение, парни. Скоро мы это увидим, не переживайте. Он всё равно не способен победить Слизерин. Мы всегда будем сильнее тупоголовых львов. Жаль лишь только, что я не могу в этом году выйти на поле. Но ничего, я ему ещё покажу, что значит быть ловцом. Впереди был матч, и, несмотря на раздражение, которое вызывало это решение у Малфоя, мне было любопытно понаблюдать, как всё будет развиваться. Кто мог предсказать, как всё повернётся после того, как в игру вступит Поттер, несмотря на то, что он был первокурсником? Но для Малфоя это был удар по гордости. Хм, а может и мне попробовать себя в квиддиче? Мне явно понравилось, как мячи громили всё подряд, опробовать биту загонщика казалось мне довольно интересной затеей, раз уж я получил возможность опять побыть ребенком. В прежней жизни у меня совсем не было такой возможности — хоть в футбол я играл неплохо, но после школы довольно быстро попал в армейку, а там уж завертелось. Не до этого было.