Обручённые Звёзды.

Утро в Норе и день свадьбы были наполнены особенным, трепетным ожиданием. Солнце, как бы предвещающее торжество, заливало двор золотым светом, отражаясь в капельках роз на траве. Воздух был наполнен ароматом цветов, легким дуновением свежести и тихим, волшебным шепотом предстоящего праздника. На заднем дворе уже кипела работа. Артур Уизли, с самой деловой позой, который он мог принять, руководил мужским составом. Фред и Джордж, как главные координаторы "веселья", держали в руках свои палочки, которые мерцали, выпуская снопы золотого света. Рон, старательно подражая братьям, старался не отставать. Мужчины работали слаженно, как опытная команда, хотя и не без обычных подначек. — Фред, твой угол проседает! Неужели ты не можешь заставить ткань стоять ровно? — Воскликнул Джордж, хотя в его голосе прозвучал скорее смех, чем упрек. — Это не проседает, это стильно изогнуто, Джордж! Это тонкая шатру "творческий беспорядок"! — Парировал Фред, направляя заклинание, и белый, почти невесомый материал, натянулся до идеальной гладкости. — Вы как обычно. — Бурчит Рон, а отец смеётся. Гигантский, белоснежный, волшебный гриб. Ткань была непрозрачной, но обладала своим свойствам: она пропускала мягкий, солнечный свет, создавая внутри помещения атмосферу нежного утра. Когда шатёр полностью принял форму, он выглядел окончательно, словно белоснежное облако, опустившееся на зеленый газон. Внутри уже кипела работа по декорированию. Молли, как всегда, была душой этого процесса. Она не оставила никого случайно стоять на пустяках, кроме конечно же самой невесты. Которой позволили ещё поспать. Столы, покрытые белыми скатертями, уже выстроились рядами. В специально зачарованных вазах, расцветали цветы, которые, казалось, были свежесобранными, хотя их привезли из разных уголков Англии. Джинни и Гермиона, ответственные за мелкие детали, носились между столами. Гермиона следила чтобы рассадка гостей была логичной, а Джинни, с ее художественным чутьем, расположением свечей и других украшений, даже Гарри, нашли чем занять. Он помогал вешать гирлянды, после к нему присоединился и Рон. На кухне стоял густой, манящий аромат. Миссис Уизли трудилась над банкетными блюдами, умудряясь успевать все. Чтобы добиться всего, что нужно сделать к сроку. Из кухни доносились приятные ароматы разных блюд. Кассиопея, пробудившись от запаха цветов и волшебной суеты и свежеиспечённого хлеба, почувствовала, как ее сердце забилось быстрее. Она выглянула в окно, наблюдая за всей процессией которой руководила миссис Уизли и улыбнулась. Фред, который всю ночь был рядом, обнял ее, шепча слова поддержки и нежности. Сейчас о чем то шутливо спорил со своим близнецом и вместе с ним шутили над своим младшим братом. Брюнетка отошла от окна, чтобы умыться и начать подготовку к свадьбе, к волшебному моменту в их жизни. Вскоре, когда Блэк вернулась в комнату после ванны. Миссис Уизли, с сияющими от счастья глазами, появилась в дверях комнаты. В руках она держала что-то, укутанное в белую ткань. И кружку с горячим чаем, пахло лесными ягодами, травами и чем-то домашним... А когда женщина положила на кровать ткань, то гриффиндорка увидела что там было. Это было платье. Платье, сшитое ее руками, по эскизам которые они с Кассиопеей выбирали вместе, что-то меняли, что-то добавили или убрали. На лице Молли застыло выражение гордости и нежности, рыжеволосая взяла кружку с чаем, дав девушке лучше рассмотреть ее платье. — Миссис Уизли... Оно потрясающее красивое... Спасибо вам большое... — Блэк обняла ее. — Не за что, дорогая... — Она погладила ее по спине. Они отложили платье на тумбу, предварительно вернув его в белую ткань и сели на кровать. Мягкий утренний свет залил всю комнату, а между ними повисла теплая, семейная атмосфера. Голубоглазая наслаждалась горячим чаем, он согревал хоть сейчас лето и не холодно. Придавал сил и энергии, и когда допила его. То поставила пустую кружку на тумбу, и провела ладонью по белой ткани где было её свадебное платье. — Моя дорогая... — Начала Молли, ее голос был мягким, но наполнен чувствами. Она взяла Кассиопею одной рукой за руку, а другой накрыв их. — Ты мне как родная дочь, которой я безумно горжусь. С того самого момента, как я впервые тебя увидела. Твоя мама показала тебя, такую крошечную... То были непростые времена... Тёмные... Марлин знала, что это темный лорд обязательно доберется до всех кто не встанет на его сторону. И тогда придумала способ уберечь свою дочь, от всего этого. — Кареглазая покачала головой, вспоминая те времена. — Отравить меня к вам... Папа говорил, что это куда безопаснее чем к Лили и Джеймсу. Они ведь и так прятались от него, и это их все равно погубило... — Блэк младшая прикусила нижнюю губу, Волондеморт отобрал у нее маму которая ушла слишком рано из жизни своей дочери. — К сожалению... Но да, твоя мама тоже подумала. Несмотря на то, что твой отец крестный Гарри. Все пришли к выводу, в случае опасности. Перенаправить тебя в Нору через камин, и когда ты появилась в ту ночь у нас. Плачущая, я сразу поняла. Он добрался до семьи Маккиннон... — Она улыбнулась стараясь отогнать грусть в такой-то день, ее глаза блестели от слёз. — Знаешь, видя как ты растешь, как ты сразу подружилась с близнецами. То как они тебя защищали в любой момент, и даже если вы втроём что-то да устроили бы. Ты всегда прикрывала их, защищая в ответ. Касс, милая. Ты чудесная девушка, и я очень счастлива, что именно ты станешь женой Фреда. — Миссис Уизли с нежностью взглянула на Кассиопею, и провела ладонью по щеке невестки. — Когда я заметила как тем летом он стал себя странно вести, все больше вспоминать тебя, писать отдельно письмо, ждать тебя на каникулах. Уже тогда поняла, мой сын влюбился. И сделал правильный выбор. Я всегда хотела для Фреда невесту, которая будет не просто его спутницей, а его опорой. Ту, которая поймёт его, но и сможет помочь ему стать лучше. Ту, которая будет независимой, но и любящей. И когда я узнала что вы встречаетесь... Я поняла. Вот она. Именно такая невеста мне нужна для моего сына. Та, что сможет разделить с ним и радость, и та, которая сможет быть рядом в любой ситуации. — Женщина обняла волшебницу. — Я так счастлива, Касси. Счастлива, что ты стала частью нашей семьи. Ты подарила в наши жизни ещё больше света, ещё больше смеха. И я знаю, что с тобой Фред будет по-настоящему счастлив. Ты особенная девочка. И я благословляю тебя от всего сердца. — В ее словах была искренность, теплота и мудрость матери, которая видела перед собой не только будущую жену своего сына. Но и девушку, которая давным-давно стала частью их семьи. — Спасибо, миссис Уизли... Я тоже очень счастлива, что стану женой человека которого люблю всем сердцем... И счастлива быть частью вашей семьи. — Касси положила голову на плечо женщины, прикрыв глаза на несколько минут. — Нашей милая... Нашей семьи моя дорогая Кассиопея. — Молли поглаживая ее по голове и спине, смотрела на тумбу где стояла фоторамка Марлин с Сириусом и маленькой девочкой на руках. Они сидели так ещё немного, вот так в объятиях и в тишине. Позволяя друг другу наконец-то высказать все свои эмоции и чувства, после чего женщина вернулась к работе, а Касс перевела взгляд на белую ткань. Как тут пришли Джинни и Гермиона, они должны были помочь ей собраться и по всей видимости уже были готовы сами. Время и правда немного пролетело, стоило поторопиться. Через несколько минут появились ещё Анджелина и Алисия, и вчетвером они принялись помогать невесте с макияжем и прической. Сколько ушло времени на все это, но Мракоборец была готова к тому, чтобы стать миссис Уизли. Облачённая в своё свадебное платье, Касс казалась воплощением летнего утра, окутанного лёгкой вуалью свежей зимний. Это было платье, которое идеально сочетало в себе элегантность Блэк, лёгкость летнего дня и сияние самой невесты. Ее платье было белоснежным, как свежевыпавший снег, но не холодного, а скорее мягкого, молочно-белого цвета, который идеально гармонировал с летним солнцем. Оно было без рукавов, с декольте, но неглубоким V-образным вырезом, который деликатно подчёркивал изящество шеи и ключиц. Линия талии была мягко очерчена за счёт кроя и драпировки самого платья, а юбка платья была многослойной, лёгкой, словно сотканной из тончайшей шёлка. Она плавно струилась вниз, образуя небольшой, но изящный шлейф, который не стеснял движений. Лёгкая ткань, несмотря на многослойность, делала платье основой и спасала для летней жары. Элегантность и утончённость, известные фамилии Блэк, прослеживались в каждой детали. Платье было сдержанным, но при этом завораживающим своей простотой и изысканностью. В нем не была кричащей помпезности, только утончённость и достоинство. Фата была длинной, почти до пола, изготовленной из тончайшего, невесомого тюля. Ее края были нежно расшиты серебристыми нитями и украшены жемчужинами, создавая изысканный контраст с белизной платья. Фата мягко обрамляла Кассиопею, придавая ей загадочность и очарование. Ее туфли были из серебристой кожи, украшенные сдержанными украшениями из кристаллов. Они были на среднем каблуке, что позволяет Кассиопее не только стоять удобно, но и свободно танцевала всю ночь, не чувствуя усталости. Их дизайн был классическим, но при этом современным, идеально сочетающимся с платьем. Макияж Блэк выполнен в стиле "естественной красоты". Основа – легкий, сияющий тональный крем, который обеспечивает свежий, здоровый вид. Акцент был сделан на глаза: нежные, золотисто-бронзовые тени, тонкая линия чёрной подводки и пара слоёв туши, делающих ресницы длиннее и пышнее. Губы были украшены нежным, персиковым оттенком, который вел себя так, словно они были естественно розовыми. Лёгкий румянец на щеках придаёт форму свежести. Причёска была лёгкой и одновременно непринуждённой. Волосы были собраны в низкий, изящный пучок на затылке, из которого выбивалось несколько мягких прядей, обрамляющих лицо. В пучок были вплетены тонкие серебристые нити и несколько мелких жемчужин, перекликающихся с деталями платья и фатами. Из украшений было минималистично, но изысканно. На шее – тонкая серебряная цепочка с кулоном в виде маленькой, сияющей звезды, уши украшали небольшие, серебристые серьги-подвески с жемчугом. Никаких массивных украшений, чтобы не отвлекать внимание от платьев и ее естественной красоты. И конечно же букет, он был воплощением летней свежести и нежности. Состоит из белых и светло-сиреневых роз, нежных эустом, мелких ромашек и небольшого количества зелени, расположенных рядом со звездчатыми листьями. Также в букет были вплетены несколько веточек лаванды, добавляющих аромат и легкий, мечтательный оттенок. Букет был перевязан серебристой лентой, которая ниспадала легкими концами. В целом, образ Кассиопеи в день свадьбы был воплощением изысканной красоты, летней свежести и звёздной магии. Она выглядела как воплощение мечты, нежная, сияющая и бесконечно любимая. — Ты такая красивая, Касс... — Шепчет с восторгом Джинни, смотря на подругу. — Поддерживаю. Ты самая красивая невеста во всем волшебном мире. — Гермиона сидела рядом с рыжей на кровати. — Спасибо девочки... — Светлоглазая смотрела на себя в зеркало, а Джонсон и Спиннет поправляли фату и подол платья. И пока, девочки смеялись и общались в комнате. Сириус Блэк нашёл момент, чтобы поговорить со своей дочерью. Поднявшись наверх, он подошёл к двери где увидел Кассиопею уже собранную. Он до сих пор не мог поверить, что его маленькая звёздочка выросла. Мужчина постучал в дверь и кашлянул неловко привлекая к себе внимание пятерых девушек. — Ты чудесна милая. — Проговорил анимаг, пройдя внутрь комнаты и обняв ее. — Папочка... — Брюнетка улыбнулась прижавшись к отцу. Девушки вышли, чтобы оставить отца и дочь наедине, все равно им уже надо идти вниз ко всем гостям. Мужчина сел с ней на кровать, держа ее за руки. — Касси. — начал Сириус, его голос был полон теплой, отцовской нежности, его глаза, такие же серые, как у дочери, светились любовью. — Помнишь, ты когда-то спрашивала меня о маме? — Спрашивает брюнет, смотря на фоторамку. — Марлин... Мы были так счастливы, когда узнали, что у нас будешь ты... Я помню, как она светилась. Как говорила, что это будет самая умная, самая красивая девочка на свете. И она была права. — Он посмотрел на Кассиопею, его глаза были полны восхищения. — Ты выросла такой прекрасной женщиной, Касси. Такая добрая, такой независимая, храбрая... Я так горжусь тобой. Твоя мама... Она бы невероятно гордилась тобой. Ты - наше наследие, милая. Наследие Блэков, которым стоит брать с тебя пример. Особенно твоим тётушкам, которые, как и половина нашей семьи выбирала сторону зла. Но не ты. Ты — настоящее добро, мое наследие. Той, которая сочетает в себе благородство и силу, мудрость и доброту. — Отец сжал ее руку ещё крепче. — Я помню нашу свадьбу с твоей мамой... Это было так давно, но каждый момент остался в моей памяти. И я так благодарен Артуру и Молли. Они стали тебе настоящей семьей, когда меня не было рядом. Они подарили тебе дом, любовь, заботу. Я всегда буду им благодарен за то, что они вырастили тебя. Сто были рядом, когда я не мог. — Он видел в своей дочери не себя, а личность, которая добилась много в своей жизни. — Папа... я знаю. Я всегда чувствовала их любовь. Они — моя вторая семья. И я никогда не забуду, что они сделали для меня. — Анимаг улыбнулась ему, поправив фату, что мешала ей сейчас. — Фред хороший парень, Касси. – продолжает Сириус, его взгляд скользнул в сторону окна, где, вероятно, сейчас суетился его будущий зять. — Он не так прост, как кажется. Он умеет быть верным, умеет любить. И он по-настоящему любит тебя. Я вижу это. И я горжусь им. Горжусь тем, как он смотрит на тебя, как заботится. — Он снова посмотрел ей в глаза. — Я отсутствовал в твоей жизни большую часть времени, и это моя самая большая боль. Но я всегда верил, что ты вырастешь прекрасной. И ты превзошла все мои ожидания. Рядом с тобой хорошие люди. Фред, Уизли... Они тебя любят. И это самое главное. — Блэк притянул к себе дочь, и крепко обнял. — Я люблю тебя, волчонок. Больше всего на свете. И я так счастлив, что ты нашла свое счастье. Ты заслужила его. — Кассиопея, прижавшись к отцу, почувствовала, как слезы катятся по ее щекам. — Я тоже люблю тебя, папочка. Очень сильно. И я так рада, что ты здесь. Что ты видишь это. Я... Я так скучала по тебе... — Она отстранилась, но продолжала держать его за руки. — И ты прав, папа. Фред замечательно. Он такой заботливый, добрый, храбрый, весёлый... Я чувствую себя с ним... Особенной... Как будто мы всегда были вместе. И я знаю, что мы будем счастливы. Ведь у меня есть он. Моя семья. — Гриффиндорка перевела взгляд в окно, где уже прибывали гости. — Ты такая сильная, Касси. — Волшебник снова обнял ее. — И такая умная. Ты настоящее чудо. Я не могу поверить, что моя маленькая девочка выросла и выйдет замуж. Но я знаю, что Фред тот, кто сделает тебя ещё счастливее. Он поймёт тебя, поддержит. Он твой. — Мужчина гордился своей малюткой, а так же, со спокойной душой мог доверить ее Фреду. — И я тоже думаю, что он мой. — Прошептала Кассиопея, улыбаясь сквозь слезы. — А ты мой папа. И я никогда не забуду всё, что ты для меня сделал, даже когда тебя не было рядом. Твоя любовь всегда была со мной. И я благодарна тебе за всё. За жизнь, за твою веру в меня, за то, что ты научил меня не бояться быть собой. — Касси встала вместе с отцом, они стояли так ещё немного, в тишине, которая говорила больше, чем любые слова. Это был момент прощения, принятия и безграничной любви, соединяющей прошлое, настоящее и будущее. Нора, украшенная цветами и волшебными огоньками, была готова принять своё главное событие. Солнце, пробиваясь сквозь белые стены шатра, создавало мягкое, тёплое освещение. Воздух был напоен ароматом цветов, свежей выпечки и тихим, торжественным гулом. В этот момент, когда все гости заняли свои места, когда напряжение достигло своего пика, из дома вышел Сириус Блэк. Он выглядел отлично в своем парадном костюме, в его глазах светилась безграничная гордость и любовь. Но его обычно дерзкий образ смягчился, когда вышла Касс. Мужчина протянул руку своей дочери, сама же Блэк младшая своём белоснежном платье, казалась сияющей. Её глаза блестели, но не от слёз, а от счастья. Она положила свою руку в руку отца, и они медленно двинулись к центру шатра, где, у алтаря, украшенного цветами и звёздными гирляндами, их ждал Фред. Их путь был коротким, но значимым. Каждый шаг казался наполненным смыслом. Сириус, обычно такой невозмутимый, вёл дочь под руку с видимой торжественностью. Он чувствовал её трепет, её волнение, но и её решимость. Когда они подошли к алтарю, Блэк старший остановился. Он поцеловал дочь в лоб, и его губы, передавая ей всю свою любовь и благословение. Затем передал её руку Фреду. Фред, с сияющей улыбкой, взял её руку, и их пальцы сплелись, как будто созданные друг для друга. Перед ними стоял мужчина, чьё лицо было знакомо многим, но редко занимал такие торжественные роли. Это был невысокий, но крепко сложенный, с острыми, умными глазами, мужчина. Его голос, хоть и негромкий, звучал уверенно и проникновенно. — Дорогие Фред и Кассиопея. – начал он, его взгляд скользил по лицам гостей, а затем остановился на молодожёнах. — Мы собрались здесь сегодня, чтобы отпраздновать не просто союз двух людей, но и соединение двух душ. Душ, которые нашли друг друга среди жизненных бурь и звёздных ночей. В эти тёмные времена, два любящих сердца готовые скрепить свои судьбы узами брака. — Мужчина сделал небольшую паузу, позволяя своим словам проникнуть в сердца присутствующих. — Вы оба, несмотря на все ваши различия, нашли друг в друге то, что искали. Вы – это сила и нежность, юмор и глубина, смелость и мудрость. Вы – это два мира, которые встретились и создали новый, прекрасный мир. Ваши обеты сегодня – это не просто слова. Это обещание быть опорой друг другу, быть поддержкой, быть той самой звёздной картой, которая поможет вам пройти через любые испытания. Вы будете вместе смеяться, вместе плакать, вместе преодолевать трудности. Вы будете искать друг в друге свет, даже когда вокруг будет тьма. Беловолосый посмотрел на них ещё раз, и его голос стал ещё более проникновенным. — Фредерик Артур Уизли, берёшь ли ты, в жёны Кассиопею Марлин Блэк? — Невысокой мужчина посмотрел на Фреда. — Беру. — Ответил Фред, его голос звучал твёрдо и ясно, наполненный любовью. — Кассиопея Марлин Блэк. — Продолжил он, обращаясь к невесте. — Берёшь ли ты, в мужья Фредерика Артура Уизли? — Посмотрев на Касс, он видел как жених и невеста светят от счастья. — Беру. — Ответила Кассиопея, её голос звучал так же уверенно, как и у Фреда, но в нём была и нотка трепета, и безграничная нежность. — Тогда. — Сказал мужчина, его взгляд скользнул по их сплетенным рукам. — Обменяйтесь кольцами. Пусть они станут символом вашей неразрывной связи, вашим вечным напоминанием о сегодняшнем дне и о тех обетах, которые вы дали друг другу. — Мужчина достал палочку, чтобы скрепить их узы. Фред и Кассиопея обменялись кольцами, и каждый раз, когда золотой ободок скользил по пальцу, казалось, что в шатре загоралась новая, маленькая звезда. После, зеленоглазый коснулся кончиком палочки их рук, из-за чего появился неяркий красивое и нежное золотое свечение. Что обхватило их руки, словно золотая нить скрепила их брак ещё сильнее. — Жених, может поцеловать невесту. — Произнёс мужчина, и в этот момент зал взорвался аплодисментами. Фред, глядя в глаза своей жены, нежно притянул её к себе и поцеловал. Это был поцелуй, полный обещаний, любви и начала новой, счастливой жизни. Их жизнь, сплетенная из смеха, приключений, испытаний и, конечно же, безграничной любви. — Объявляю вас мужем и женой. — С улыбкой проговорил мужчина, закрывая свою папочку и убирая палочку в карман пиджака.