Глава 1

После смерти двух сильнейших богов на месте их боя случился выброс силы. Через миллиард лет наступила эра тьмы, которая была предсказана еще миллионы лет назад, и тьма из трупа Ташиги начала просачиваться в мир, порождая сущностей тьмы. В то же время должен был родиться тот, кто спасёт мир от тьмы, но... никто не родился. Мир понемногу сумел остановить тьму, и в тот момент родился Рин Томоэ. Его родила семейная пара купцов. Они были бедны, и Рину с детства приходилось заботиться о себе самому — точнее, добывать еду и воровать, так как отец семейства был неудачливым купцом, который совсем не умел торговать. Поэтому в возрасте 16 лет Рин сбежал из дома. Переходим в наши дни. Прямо сейчас Рину избивают в переулке — купец заметил, что он украл у него с прилавка немного хлеба. — Негодяй, никто не смеет воровать у меня! — прокричал купец, после чего пинком отбросил Рина к стене переулка. Купец ушел, а Рин остался там, тихо плача и доедая то, что купец не нашёл у него — кусочек хлеба чуть больше ладони. Закончив есть и оставив половину на потом, он поднялся и пошел к себе «домой». Он пришел в заброшенную часть города, разрушенную во время одного из набегов сущностей тьмы. Рин зашел в один из более-менее уцелевших домов и поднялся на второй этаж, где обустроил себе убежище. Окна были заколочены и завешаны тканью, в углу — нагромождение разных тканей, создававших подобие кровати. Рин лег и попытался заснуть, что у него получилось. Во сне он увидел, как во тьме сидела одинокая фигура, черная, как сама комната, а в руке у неё была кружка с черной жидкостью. Фигура посмотрела на Рина, и по нему пробежали мурашки. Он видел этот сон много раз, но впервые фигура повернулась к нему. Она сказала что-то на непонятном языке, и Рин проснулся в холодному поту. — Черт… Это было страшно… Она никогда раньше не поворачивалась и не смотрела на меня… А ещё эта исходящая от неё опасность… Так страшно, что я даже не мог пошевелиться… Жуть… — прошептал Рин сам себе. Он выглянул в щель между досками и, увидев кромешную тьму, решил прогуляться. Шёл по пустым улицам, освещаемым светом из окон и редкими фонарями. Из баров доносились весёлые крики и звуки битой посуды — наверное, очередная потасовка. Проходя мимо одного переулка, он увидел, как избивают девочку лет четырнадцати. Рин бросился туда и закричал: — Вы что, детей избиваете, подлецы?! Он знал, что его тоже изобьют, но хотя бы даст девочке время убежать. Нападавшие повернулись к нему. Несколько человек двинулись в его сторону, а девочка встала и убежала. Теперь вся злость обрушилась на Рина. Он пытался сопротивляться, но не мог из-за их численного превосходства. Через десять минут избиения они даже не думали останавливаться, как вдруг по спине одного из них похлопал высокий мужчина в чёрном плаще. Рядом стояла та самая девочка. — Думаю, вам пора остановиться, пока вы его не убили, — сказал мужчина, но нападавшие не послушали. — С чего бы нам останавливаться? Думаешь, такой высокий и можешь нас запугать? — О нет, ни в коем случае. Я просто хочу защитить этого парня. После этих слов мужчина ударил одного из нападавших по лицу. При ударе из-под кулака вырвались всполохи пламени, оставившие ожоги. Остальные тут же убежали, бросив своего товарища. — С-спасибо… — успел прошептать Рин, прежде чем отключиться. Мужчина взял его на руки и понёс к себе. Дома он уложил девочку спать, а затем принялся обрабатывать раны Рину. На следующий день Рин проснулся в незнакомой комнате, на невероятно мягкой кровати. Он огляделся — для других это была обычная комната, но для него — настоящие хоромы. На стенах висели картины, рядом с кроватью стояла тумбочка с вазой и цветами, а на ней — тарелка с хлебом и грибной похлёбкой. Рядом лежала записка, но Рин не умел читать, поэтому просто начал есть, надеясь, что еда для него. Поев, он вышел в гостиную, где за столом сидели мужчина с чёрными волосами и та самая девочка. — О, очнулся. Я уж думала, ты не выживешь, — сказала девочка, не отрываясь от еды. Мужчина улыбнулся. Его длинные чёрные волосы спадали до талии, а глаза были серо-голубого цвета. Он встал и поклонился: — Я хотел поблагодарить тебя за то, что ты спас мою госпожу прошлой ночью. Меня зовут Акио, а её — Анеко. А тебя? — Рин… — Интересное имя. Сейчас редко называют детей Ринами, так что тебе повезло, не так ли? Акио положил руку ему на плечо: — По твоей одежде видно, что ты беден. У меня есть предложение: я — телохранитель госпожи Анеко, и мы направляемся в столицу. Ты мог бы поехать с нами. За спасение дочери моего начальника тебе хорошо заплатят и, возможно, даже дадут работу. — Ч-что?.. Я действительно беден… но стесняюсь принимать такое предложение… Анеко перебила: — Нет, ты едешь с нами. Рин попытался возразить, но Акио прикрыл ему рот и прошептал: — Ты её не переубедишь. Она упрямая, и если захочет, просто наймёт людей, которые будут тащить тебя силой. Лучше согласись по-хорошему. Рин сглотнул и прошептал: — Ладно… Анеко кивнула: — Наконец-то. А теперь иди и найди себе одежду получше. Она бросила Акио мешочек с золотом, и тот повёл Рину на рынок. Там их окликнул тот самый купец: — Эй, воришка! Опять пришёл красть? Акио ответил: — Теперь он под моим надзором и больше не будет воровать. Купец презрительно фыркнул: — Он воровал у меня каждый день. Раз уж вы за него отвечаете, заплатите за ущерб. Акио протянул золотую монету: — Этого должно хватить. Купец удивился, но взял деньги и ушёл. Через несколько часов они вернулись с новой одеждой для Рину — простой крестьянской, но с железными пластинами под рубашкой. Анеко осмотрела его: — Теперь выглядишь как приличный человек. Потом она шепнула Акио: — Ты ничего лучше не нашёл? В следующем городе купи ему что-то получше. Акио рассмеялся, и они начали собираться в путь. Однако на месте не оказалось их кареты. — Где она?! — взбесился Акио. Он спросил у стражника, и тот указал на банду, обитавшую в заброшенном районе у церкви. Акио схватил Рину под руку и потащил за собой, оставив Анеко под охраной. Возле церкви они увидели повозку, но путь им преградили бандиты — те самые двое из переулка. — Вот он, тот, кто избил моего подчинённого. Выглядит как бродяга, — сказал главарь. Акио шагнул вперёд, и его руки вспыхнули пламенем. — Ого, боевая воля? Тебе повезло, да? Наверное, работаешь на богатых и защищаешь их грязные делишки. Ненавижу таких, как ты! Главарь бросился на Акио с кинжалом, но тот даже не дрогнул. — Я защищаю их, потому что это моя работа. И ты не смеешь оскорблять моего господина! Огненная рука схватила бандита за голову. Тот закричал, но вскоре Акио отпустил его. Остальные уже бежали. Рин был в шоке — он впервые видел боевую волю. Акио запряг лошадей, и они вернулись за Анеко. — Поехали, госпожа. Сначала до Лейндела, а затем — в замок. Анеко села в повозку, отодвинувшись от Рину: — Ты воняешь…