Глава 7. Под покровом лжи
30 августа 2025, 11:31«Хочешь, я взорву все звёзды, что мешают спать?»
Земфира «Хочешь?»
Клэр стояла в подсобке, сжимая в руках конверт. Бумага была слегка помята, словно кто-то уже пытался её открыть. Дэмиен, скрестив руки на груди, наблюдал за ней с привычной внимательной строгостью. — Что вы там нашли? — спросил он ровно, на «вы». — Конверт, — ответила Клэр, осторожно не открывая его. — Просто конверт… Но он выглядит важным. Дэмиен сделал шаг ближе, но оставался на расстоянии, будто проверяя, не скрывает ли она чего-то. — Я понимаю. Всё, что касается этого дома и его прошлых событий, может быть доказательством… или ловушкой, — сказал он ровно. Клэр сжала конверт крепче. Её взгляд метался между детективом и темным углом подсобки. Она понимала, что теперь каждый её шаг будет под подозрением. — Думаете, кто-то мог подбросить его именно мне? — спросила она тихо. Дэмиен хмыкнул, но это было едва заметно. — Возможно. Но пока мы не посмотрим, что внутри, догадки — лишь догадки. Я советую вам быть осторожной. На секунду в комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тихим скрипом пола. Клэр наконец кивнула. — Хорошо, тогда… пойдемте домой, — сказала она, пытаясь придать голосу уверенность. Они вышли из подсобки. В доме стояла обычная тишина, но каждый шаг отдавался эхом в пустых коридорах. Дэмиен шел чуть позади, наблюдая за Клэр, будто фиксируя каждый её жест. — Не открывайте его без меня, — предупредил он, когда они пересекали холл. — Любая мелочь может иметь значение. Клэр кивнула, сжимая конверт. Она понимала, что теперь не просто держит бумагу — она держит ключ к цепочке событий, которые постепенно втягивали всех подозреваемых в круг загадок этого дома. Дома, в своей комнате, Клэр присела на край кровати и взглянула на конверт. Внутри, казалось, скрывался ответ, но какой — она ещё не знала. Весь дом дышал тайной, и каждый его угол мог быть следом, оставленным убийцей.***
Дэмиен медленно спускался по узкому коридору особняка. Половицы тихо скрипели под его шагами, и каждый звук казался чрезмерно громким в тишине дома. Он заглядывал в комнаты одну за другой: на столах оставались распахнутые папки, на креслах — брошенные телефоны, а в углу лежали предметы, которые вроде бы никто не трогал, но будто ждали, что кто-то их заметит. В кабинете Мэрилин Рейн тревожно листала ноутбук, пальцы быстро перебирали клавиши. Телефон в её руке мигал уведомлениями, сторис с Оливером мелькали одна за другой. — Мэрилин, вы уверены, что всё в порядке? — Дэмиен старался говорить ровно, без давления. — Да… просто срочные дела, — проговорила она, не отрывая взгляда от экрана. — Я… мне нужно это закончить. Он отметил для себя: «Зачем она так спешила?» и тихо вышел, закрывая дверь почти бесшумно. На кухне Оливер Стрэттон нервно ходил взад-вперёд, споря с сотрудниками фонда. Его руки постоянно сжимали и разжимали бумаги. — Я уже говорил! Это должно было быть готово вчера! — настаивал он. — Оливер… успокойтесь, — пытался вмешаться один из сотрудников, но раздражение в голосе Оливера только росло. Дэмиен отметил: явная обида на Артура и возможные мотивы через фонд. Когда Дэмиен шёл по коридору, тихие шаги за спиной заставили его обернуться. В дверях на конце коридора появился молодой мужчина с тёмными волосами, слегка худощавый, с острыми чертами лица. Его взгляд был настороженный, быстрый, а осанка — выверенная, как у того, кто привык скрывать эмоции. На запястьях проступали едва заметные рубцы, кожа казалась шершавой. — Э… извините, — сказал он, будто пытаясь пройти мимо, но тут же за углом раздался раздражённый голос: — Ты что здесь делаешь?! Молодой мужчина остановился, резко повернулся. Дэмиен видел, как его челюсть напряглась, а руки сжались в кулаки. — Я имею право быть здесь, — сказал он ровно, но голос был холодным. — Право?! — Оливер Стрэттон шагнул вперёд, глаза горели раздражением. — Ты не понимаешь, с кем связался! — Может быть, — ответил молодой человек, — но я уже не тот, кого вы знали раньше. Они стояли друг напротив друга, каждый готовый к словесной дуэли, напряжение витало в воздухе. Дэмиен замер, наблюдая, как между ними возникает почти осязаемая враждебность, но пока причина оставалась скрытой. Ханна Льюис, заметив незнакомца, вбежала из соседней комнаты, с тревогой в голосе: — Ты… тебя отпустили досрочно? Он лишь кивнул, не поднимая глаз. Его движения оставались аккуратными, выверенными, как у человека, привыкшего контролировать себя даже в критические моменты. Дэмиен отмечал каждую деталь: от холодного взгляда до едва заметного дрожания пальцев — всё говорило о прошлом, которое он пока не хотел раскрывать. Дэмиен отступил чуть назад, оставляя пространство между собой и молодым человеком. Он оставался невидимым свидетелем, когда напряжение между Оливером и незнакомцем нарастало. — Я сказал тебе, что не хочу обсуждать прошлое, — срезал Оливер, стиснув зубы. — А вы думаете, что я это забыл? — парировал молодой человек, голос ровный, но в нём сквозило раздражение. — Не надо мне угрожать. Оливер сделал шаг вперёд, но молодая тень за спиной Ханны чуть натянула плечо, как бы предостерегая: не вмешивайтесь. — Ты понимаешь последствия своих действий? — прошипел Оливер. — Возможно, вы сами переоценили ситуацию, — холодно ответил молодой мужчина. — Но меня это больше не касается. Дэмиен внимательно наблюдал: каждый жест, каждая пауза, каждое слово — всё говорило о скрытой истории, которую он пока не мог понять. Рубцы на запястьях, сжатые кулаки, быстрые взгляды — всё это давало понять: молодой человек был не просто напряжён, он привык к контролю и к постоянной настороженности. Ханна, наконец, решилась вмешаться: — Эндрю, сынок, пожалуйста… — её голос дрожал, она старалась смягчить обстановку. Слова Ханны, наконец, дали Дэмиену имя незнакомца: Эндрю. И в этом имени прозвучала вся тревога, которую Ханна пыталась скрыть. Он сделал короткую заметку в уме: «Эндрю — молодой мужчина с прошлым, возможно, связано с заключением. Взаимоотношения с Оливером напряжённые. Кто он на самом деле и что связывает с фондом и Артуром — пока непонятно». Дэмиен шагнул немного в сторону, стараясь не вмешиваться, но оставаясь готовым зафиксировать каждый момент. Они продолжали спор, но причина оставалась завуалированной, словно паутина, через которую он должен был пробираться, чтобы понять истину. Дэмиен оставался чуть в тени, наблюдая, как напряжение между Оливером и Эндрю не спадало. Он заметил, как Ханна стояла рядом, словно защищая его своим присутствием. Каждый раз, когда Эндрю делал резкий жест или его взгляд скользил по комнате, Ханна слегка прикасалась к его плечу или поправляла рукав — маленькие, почти незаметные знаки поддержки. — Эндрю, успокойся, — тихо сказала она, голос дрожащий, но настойчивый. — Не стоит… не здесь. Эндрю кивнул, но в его глазах мелькнула благодарность, едва заметная для постороннего. Казалось, их связь — не просто родственники или друзья; в этом было что-то большее, что Ханна пыталась скрыть от всех остальных. Оливер заметил это мгновение, его губы сжались в тонкую линию, и он сделал шаг вперед, пытаясь снова втянуть Эндрю в спор. Но молодой мужчина остался спокойным, держа дистанцию, а Ханна слегка выступила вперед, словно невидимая преграда между ними. Дэмиен мысленно фиксировал каждую деталь: «Ханна явно заботится о нём, старается сгладить углы. Эндрю доверяет ей, она влияет на его реакцию. Их связь может многое объяснить… или скрыть». Он сделал шаг в сторону, чтобы не быть замеченным, но каждый жест, каждый взгляд, каждая пауза для него становились важными подсказками. Спор продолжался, но напряжение между ними и присутствие Ханны придавало сцене почти осязаемую тяжесть, которую невозможно было игнорировать. Спор Эндрю и Оливера нарастал, словно невидимая пружина скручивалась всё сильнее. Ханна, стоя рядом с сыном, пыталась удержать его — то взглядом, то рукой, лёгким прикосновением к локтю. — Я сказал, что ты не имеешь права… — начал Оливер, но осёкся, когда Эндрю резко вскинул голову. — Право? — тихо повторил тот, в голосе звенело напряжение. — А ты говоришь о праве? В коридоре повисла густая пауза. С ближайшей лестницы выглянула Мэрилин. Она держала телефон в руке, словно намеревалась что-то сказать, но остановилась, уловив тяжёлый тон разговора. На её лице мелькнуло раздражение, быстро сменившееся тревогой: она украдкой проверила экран и почти сразу спрятала телефон за спину. Чуть дальше, в дверях кабинета, появился Дилан. В руках у него была записная книжка, и он, не скрываясь, делал пометки, жадно ловя каждое слово, словно репортёр на месте сенсации. — Ну-ну… — пробормотал он с интересом, — семейные счёты всегда самые громкие. Марк Дэвис тоже оказался неподалёку, будто случайно проходил мимо. Он задержался, опершись о дверной косяк, глаза его были прищурены, а в уголках губ скользнула почти невидимая улыбка, неясная — то ли сочувствие, то ли злорадство. Ханна метнула на него такой взгляд, что тот тут же выпрямился и сделал вид, будто его вовсе не интересует происходящее. Дэмиен же, оставаясь чуть в стороне, отмечал, как дом словно сам отзывался на этот спор: кто-то выглядывал, кто-то слушал, кто-то прятал эмоции, но все были втянуты в одно пространство, где напряжение становилось частью воздуха. «Каждый реагирует по-своему, — подумал он. — Но почти у всех глаза бегают. Словно они боятся, что тайна вырвется наружу раньше времени».***
Шум перепалки между Эндрю и Оливером нарастал, голоса становились всё резче. Ханна сжала пальцы на руке сына, словно удерживая его на месте. — Хватит! — её голос прозвучал твёрдо, но в нём чувствовалась дрожь. — Сейчас не время и не место. Оливер фыркнул, но отступил, будто не желая показывать слабину перед посторонними. Его взгляд скользнул в сторону — и встретился с глазами Джулиана. Тот стоял чуть позади, прижав к груди старую книгу в кожаном переплёте, словно щит. В его осанке было что-то болезненно-сдержанное: он наблюдал за сценой с настороженностью, которая выдавала его привычку быть рядом, но не в центре. — Миссис Льюис, — тихо обратился Джулиан к Ханне, — может, вам стоит отвести его в комнату? Здесь слишком много лишних глаз. Ханна кивнула, но глаза её оставались прикованы к сыну. Эндрю тяжело дышал, плечи напряжены, будто он едва сдерживал всплеск гнева. — Не беспокойтесь, — процедил он, не отводя взгляда от Оливера. — Я не собираюсь устраивать сцен. Пока. Мэрилин резко развернулась и быстрым шагом удалилась вглубь коридора, почти демонстративно. Дилан склонил голову набок, записывая что-то, но взгляд его оставался прикованным к лицам Ханны и её сына. Валс заметил, как Джулиан чуть подался вперёд, словно хотел вмешаться, но сдержался — и от этого напряжение стало ещё ощутимее. Он сделал шаг назад. Всё это было важно, но спор явно грозил перерасти во что-то большее, и, пока все были отвлечены, у него появился шанс продолжить осмотр. Дэмиен тихо отошёл, минуя коридор, и свернул к лестнице, ведущей в другое крыло дома. Здесь было тише, воздух казался плотным и застоявшимся. Он приоткрыл дверь одной из комнат и увидел Клэр. Она сидела на краю кровати, плечи напряжённые, руки сжаты в коленях. На прикроватной тумбе лежал конверт — белый, без подписи, но слегка приоткрытый, так что виднелась пачка купюр. Детектив шагнул ближе. — Должен признать, мисс Вудс, вы умеете находить вещи в самых неожиданных местах, — произнёс он ровно, но взгляд его задержался на конверте. Клэр подняла глаза, в которых смешались усталость и настороженность. — Я его не искала, — тихо сказала она. — Он сам… оказался в подсобке. В её голосе была искренность, но и что-то ещё — тень напряжения, словно она не решалась произнести всё до конца. Дэмиен чуть склонил голову набок, фиксируя каждое её слово. «Конверт с деньгами. Идеальная улика. Но для кого?» Клэр резко прикрыла конверт ладонью, словно это был не просто кусок бумаги с деньгами, а что-то, что могло её обжечь. — Это не то, что вы думаете, — сказала она чуть резче, чем собиралась. — А что я думаю? — спокойно ответил Дэмиен, делая ещё шаг ближе. Его голос был тихим, но в нём звучала металлическая нота, та, что всегда выводила собеседника из равновесия. Клэр отвернулась, глядя в окно. Дождь снова начал моросить, по стеклу бежали тонкие нити воды. — Я… я хотела вернуть их. Но даже не знаю, кому. — Забавно, — Дэмиен слегка прищурился. — Обычно деньги имеют очень конкретного владельца. Вы нашли конверт просто так, в подсобке? И решили взять? — Я… — она замялась. — Я испугалась. Там не было ни подписи, ни объяснений. Её пальцы дрожали, когда она скользнула ими по краю конверта, словно сама проверяла, не исчезнет ли пачка, если моргнуть. — Десять тысяч долларов, — Дэмиен нарочито спокойно назвал сумму. — Не та находка, о которой умалчивают. Клэр вскинула взгляд. В её глазах мелькнуло что-то похожее на отчаяние. — Вы думаете, я взяла их для себя? Что я замешана во всём этом? — Думаю, — Дэмиен чуть наклонил голову, изучая её реакцию, — что у каждого в этом доме есть своя причина что-то скрывать. Пауза повисла между ними, тяжелая, как воздух перед грозой. Клэр стиснула губы, её плечи дрогнули. — Я не преступница, — тихо произнесла она, но слова прозвучали скорее, как оправдание, чем как уверенность. Дэмиен уловил это и отметил про себя. Он сделал пару шагов к выходу, будто собирался оставить её в покое, но остановился у двери. — Тогда у вас не будет причин скрывать, если я попрошу вас отдать мне этот конверт. Клэр вздрогнула, пальцы вцепились в бумагу ещё сильнее. — Я… я не могу. Дэмиен обернулся и посмотрел на неё в упор. «Не может или не хочет?» — пронеслось у него в голове. Клэр встала и, сжимая конверт так, будто в нём было нечто гораздо ценнее самих денег, остановилась у окна. Дэмиен сделал ещё один шаг, но не стал тянуться рукой — он знал, что любое давление только закрепит её упрямство. — Вы не можете, — повторил он её слова, — значит, есть причина. Не для меня, для вас. Клэр резко обернулась. Её глаза блестели, в них читалось раздражение и что-то ещё, спрятанное глубоко. — Я уже сказала, — её голос сорвался. — Это не моё. Я просто… я не знала, что делать. Дэмиен кивнул, словно соглашаясь, но внутри его профессиональное чутьё цеплялось за каждую паузу, каждый дрожащий жест. — Хорошо. Пусть пока останется у вас. Но знайте, мисс Вудс… — он чуть выделил фамилию, словно проверяя, как она отзовётся, — скрывать в этом доме что-либо опаснее, чем признаться. Клэр прикусила губу, не отвечая. Дэмиен задержал взгляд на ней ещё мгновение, потом тихо закрыл за собой дверь. В коридоре его встретила тишина, но в голове крутились новые заметки: «Десять тысяч. Клэр не решается отдать. Боится? Или оберегает? Ложь сквозит даже в том, как она молчит». Он достал блокнот и бегло записал несколько строк. В этот момент где-то внизу хлопнула дверь, раздались голоса — суета в доме не утихала. И Дэмиен ясно понял: чем дальше, тем крепче запутывается эта сеть. Каждый из обитателей особняка таит что-то своё, но пока ещё никто не показал настоящую карту. Он глубоко вдохнул, захлопнул блокнот и двинулся по коридору, готовясь к новому витку.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!